Глава 12

Это было не просто шикарно, но и заставило меня по-другому взглянуть на маркиза Блэквуда. Я и так уже смирилась с нашим совместным будущим, сейчас же лишний раз убедилась, что из предложенных судьбой вариантов выбрала самый правильный. Супруг проявил себя с наилучшей (для меня) стороны, когда обвел тяжелым взглядом собравшихся, холодно поприветствовал их, а потом, выдержав паузу, так же холодно попросил всех покинуть дом. Ну… почти всех.

На возмущенные вопли моей родни Леонард ответил, что отныне я – его законная супруга, и союз наш одобрен всеми ликами Триединого, следовательно, род Элегрин не имеет на меня больше никаких прав. Раньше, насколько поняла из контекста, права эти у прадеда действительно были, потому Лео и хотел пожениться как можно скорее. Поставь он меня об этом в известность, глядишь, я бы не хорохорилась. Хотя… кто ж знал, что бабушкины родители такие гнилые личности? По неопытности я ведь могла и за помощью к ним обратиться. Так что маркиз, наверное, был по-своему прав, утаив от меня часть информации.

Оставшийся с носом граф пытался выжать из зятя хоть что-то, требуя плату за одаренную невесту, будто я шкатулка с драгоценностями, а не человек, однако маркиз осадил его, вспомнив о приданом, которое по законам Рэнидарии семья невесты дает жениху, а не наоборот. Впрочем, от моей родни его сиятельству ничего, кроме их немедленного отъезда, было не надо. Что Леонард и повторил, несмотря на фальшивые слезы оскорбленной «в лучших чувствах» графини, пытавшейся сделать вид, что переживает за свою «внученьку». Хотя, может, слезы вовсе и не фальшивые были, а очень даже настоящие – те, которые от досады и злости на глаза наворачиваются.

Леди попыталась возразить маркизу, намекнув на остров моей бабушки, но милорд осадил ее, сказав, что эта земля принадлежит не всем Элегринам, а конкретно Бьянке. И является не приданым моим, а наследством, так как после истечения семи лет с момента ухода из мира мага его имущество передается одаренным потомкам, если не было иного магически заверенного завещания. А такого нет, и Лео, как и граф с графиней, это прекрасно знают.

Пока прабабка выкручивалась, а прадед хватал ртом воздух, сжимая кулаки в бессильной ярости, муж мой спокойно поинтересовался, чем именно недоволен этот «достопочтенный» господин? Его правнучка, которую он знать не знал до вчерашней ночи, стала после замужества частью славного герцогского рода, одного из старейших в Рэнидарии. Более того, она (то есть я) теперь жена мага, что заметно увеличивает шансы на рождение в нашей семье одаренных детей. Так какого мерина его сиятельство отравляет воздух своими возмущениями?

Свекор поддержал сына, заявив, что еще немного – и он сочтет заявления графа оскорбительными и сам вызовет его на дуэль. Такой исход толстощекого свина точно не устраивал (видать, боец из него был паршивенький), поэтому прадед резко перестал бушевать и даже натянуто улыбнулся, примирительно проговорив, что вовсе не то имел в виду.

Выпроводить из поместья принца с Оскаром, как ни странно, оказалось значительно проще, чем избавиться от представителей рода Элегрин, которых, как показала практика, даже крысами не напугаешь. Вдоволь повеселившись, слушая выступление графа, его высочество с пониманием отнесся к заявлению маркиза о предстоящем свадебном путешествии, в которое мы (вот новость!) отправляемся с мужем… через час.

Больше скажу, принц даже пожелал нам счастливого медового месяца, окинув меня при этом взглядом, который смело можно назвать плотоядным. Аж неловко как-то стало! Но я благоразумно промолчала, надеясь, что блондин насмотрится на уплывший из рук трофей и успокоится наконец. Я же ему теперь точно не по зубам – брачные клятвы защищают меня от любых посягательств со стороны посторонних мужчин. И вариант жены на двоих отныне тоже неактуален. Не только потому, что мы с Лео против. Если нас, смертных, еще можно заставить шантажом или силой выполнить волю будущего монарха, с Триединым такой номер точно не пройдет.

Махнув на прощанье рукой как давним друзьям, принц покинул дом, вернувшись во дворец через портал, открытый специально для него Оскаром. Странник же, ненадолго задержавшись, поздравил нас с маркизом с бракосочетанием, после чего дал несколько инструкций по борьбе с модифицированными грызунами и их призраками. Я мало что поняла в отличие от фамильяра. Вот и славненько! Значит, и с этой бедой мы тоже как-нибудь справимся. Сейчас только выгоним наиболее крупных и мерзких «крыс», а потом сразу займемся мелочью. Эрн займется.

«Опять я один?» – попытался встать в позу Пушистик.

«Ну а как еще? Маг среди нас пока только ты, а я невыспавшаяся недоучка, которая первый день замужем. Имей совесть, дай мне выходной!»

Судя по вздоху и последующему молчанию на ментальном проводе, зверька я убедила.

После ухода принца с Оскаром дышать стало значительно легче. Может, они и не скандалили, как некоторые, но от их присутствия лично мне было не по себе. Одно дело с графом поссориться, другое – попасть в немилость королевской семьи. Хорошо, что его высочество покинул наш дом не в расстроенных чувствах. Надеюсь, камень за пазухой он не приберег. А то кто этих монарших особ знает.

«Время покажет», – буркнул песец, и я молча с ним согласилась, не желая сейчас расстраиваться о том, чего пока нет, а может, и вовсе не будет.

Наверное, было не совсем вежливо… то есть совсем невежливо обойтись так с моей родней, но Леонард даже отобедать перед долгой дорогой им не предложил. Просто выдворил обоих из дома, велев слугам собрать их вещи. Еще и заявил на прощанье, что если кто-либо из Элегринов будет распускать обо мне грязные слухи или попытается как-то навредить, разорение, которое и так дамокловым мечом висит над старинным родом, станет меньшей из их проблем.

Никаких «плюшек», призванных задобрить новоявленных родственничков, Лео им не пообещал. Более того, сказал, что отныне они нежеланные гости в нашем доме, а потому лучше им у нас на пороге больше не появляться. Для их же блага. Четко, категорично и без какой-либо попытки подсластить пилюлю. Неудивительно, что в этот момент я прониклась особым уважением к мужу. Не стал прогибаться и задабривать, а послал всех к чертям собачьим, скинув с шеи жаждущих присосаться кровопийц.

– Нам тоже прикажешь съехать, сын? – спросил герцог чуть насмешливо, когда экипаж с жутко недовольной четой Элегрин скрылся за воротами.

– Ты же знаешь, отец, вы с Изой всегда желанные гости в моем доме, – сказал Леонард. – Верно, Джулия? – спросил меня, спохватившись.

– Конечно. – Я улыбнулась свекру и свекрови, не став поправлять супруга, что дом теперь наш, в присутствии его родителей.

Из всех побывавших тут гостей они были самыми адекватными и точно мне никоим образом не мешали. Особняк огромный – пусть себе живут, если им так хочется. Тем более впереди у нас миссия по спасению их младшей дочери. Сам бог велел им немного задержаться. Должен же кто-то Сольвейг на себя отвлекать, пока мы с Лео по островам прогуливаемся!

Кстати, об островах…

– Свадебное путешествие? – Я вопросительно вздернула бровь, глядя на мужа. – Сегодня? Ты серьезно?

– Завтра! – ответил он, устало потирая переносицу. – Или лучше послезавтра. Как отдохнем, так и поедем.

– На остров моей бабушки? – спросила, хотя стоило перенести этот разговор на потом, а не обсуждать грядущие планы при свидетелях, пусть даже при тех, которые на нашей стороне.

– И туда тоже, – улыбнулся муж, обнимая меня за плечи. – Арно! – обратился он к дворецкому, молчаливой тенью стоявшему позади нас. – Вот теперь самое время накрывать на стол. Отметим нашу с Джулией свадьбу в тесном семейном кругу, – сказал он, посмотрев на меня так, будто ожидал одобрения.

Я и одобрила, охотно кивнув, – мне ведь несложно.

Некоторое время спустя…

Пока прислуга суетилась в столовой, а песец охотился на почуявших подвох крыс, мы с мужем и его родителями поднялись наверх, где и разошлись в разные стороны. Герцогиня с супругом отправились в свои покои готовиться к праздничному обеду, меня же Леонард затащил в спальню под предлогом серьезного разговора. Я хотела спросить, почему не в кабинет, но вместо этого, бросив взгляд на наши переплетенные пальцы, начала выяснять подробности про обручальные кольца-метки.

Интересно же!

Оказалось, в мирах Триединого у женщин магические узоры всегда появляются на левой стороне тела, будь то палец, запястье, лопатка или что-то еще. А у мужчин, наоборот, на правой. Да и у алтаря мы с Лео стояли, сцепив именно те руки, на которых потом появились волшебные рисунки. Так что вышло все очень даже символично.

Рассматривая неснимаемое «колечко» и слушая рассказ мужа, бродившего по комнате в поисках непонятно чего, я присела на большую кровать, застеленную черно-зеленым покрывалом. Лишь немного расслабившись, поняла, как же сильно устала. Шутка ли – сутки на ногах, еще в бегах к тому же! А тут так мило, уютно и постель удобная… манит, будто магнит.

Спрятав за ладонью зевок, я позволила себе откинуться на атласные подушки, наслаждаясь долгожданным покоем. Спать мне, может, и не очень хотелось – видать, сон обилием приключений сбила, но полежать, на время забыв о проблемах, я точно была не против. Супруг, как выяснило, тоже.

– Эй! – возмутилась я, когда матрас рядом прогнулся под тяжестью его тела. – Мы сюда разговаривать пришли, а не… – Заканчивать фразу не стала, и так все яснее некуда.

А у самой сердечко забилось чаще, и кровь к щекам прилила из-за возникших в воображении картинок. Первый интимный опыт для девственницы однозначно больная тема… даже если эта девственница взрослая, умная (сама себя не похвалишь, другие не сподобятся) и неплохо подкованная в теории любовных игр – спасибо кинематографу, книгам и интернету.

– Как насчет подарков? – хитро улыбнулся муж, придвигаясь ближе.

Зубы заговаривает, не иначе.

– Каких подарков? – спросила, продолжая думать о другом.

– Божественных, и не только, – загадочно произнес зеленоглазый интриган, пнув ногой кого-то под кроватью.

Э?

– Там что… подарок? – насторожилась я, пытаясь подняться и посмотреть на пострадавшего, однако Лео меня остановил, чем лишь сильнее разжег любопытство. – Он живой, что ли? Кто это? Очередной фамильяр или какой-нибудь декоративный звереныш? Собачка комнатная, да?

– Нет, Юль, – успокоил меня супруг, обнимая. Чтобы не вырвалась и не сунула нос куда не следует, угу. – Просто одна неучтенная крыска… или две.

Ну вот… раз есть добыча, жди охотника. Нормального приватного разговора у нас точно не выйдет. Не разговора – тоже. В самый неподходящий момент по закону подлости сюда заявится песец-экзорцист, за которым непременно подтянутся родители мужа, дворецкий, Сольвейг с ее придуманными болячками или кто-нибудь еще. Так что лучше сразу дать понять его сиятельству (и мне заодно), что мы просто беседуем… лежа на постели… обнявшись. М-да.

А что там, кстати, с подарками?

Тема божественных даров, без сомнения, была интересной и весьма многообещающей, если они хоть чуть-чуть похожи на мое свадебное платье. Даже странно, что я о них забыла, ведь намеки богини были такие завлекательные. Осталось понять, где спрятаны обещанные Леонардом подарки и… откуда в запертой спальне, которую муж открыл ключом, взялись крысы? Эрн превратил наш дом в сыр, снабдив порталами-дырами, или под кроватью не крыса вовсе, а… кто?

Чувствуя, что, если сейчас же не выясню правду, любопытство прогрызет во мне самой дыру, я попробовала выпутаться из мужских рук, но лишь сильнее увязла в объятиях маркиза.

– Попалась, мышка, – улыбнулся мой зеленоглазый «кот».

– Ежик мне как-то больше импонировал, – поморщилась я, невольно словив ассоциацию с «крысозаврами», бегающими по особняку… и прячущимися под кроватью. Как он может быть таким спокойным, когда внизу сидит ЭТО?

– Так что решила, Юль? – шепнул искуситель, касаясь губами моего ушка. – Готова к подаркам?

Вот черт! К ним еще готовиться надо? Надеюсь, только морально.

– Готова! Неси, – сказала я, надеясь убить двух зайцев. Во-первых, избавиться на время от супруга, который мешает мне утолить любопытство, а во-вторых, получить наконец обещанные небожителями презенты.

План сработал! Лео, прижав меня на прощанье к себе, чмокнул в макушку и встал, чтобы подойти к столу, за которым пряталось кресло. Я же собралась было свеситься с кровати, чтобы посмотреть на притаившееся под ней нечто, как вдруг это нечто само выбралось из укрытия и… поползло вслед за магом. Не знаю, где именно были подарки: на кресле, в шкафу, еще где-нибудь – меня это в данную минуту совершенно не волновало. Я округлившимися от удивления глазами взирала на… ТАПКИ! Мягкие, пушистые, серенькие. Издали их и правда можно было принять за больших упитанных мышей. Ну или крысок. Обгоняя друг друга, шустрая пара обуви упорно следовала за хозяином.

– И что у нас тут? – Леонард возвращался ко мне с большой плоской коробкой в руках. И тапки тоже шли обратно, суетясь и толкаясь.

– У нас тут тапки! – ответила я, хотя говорил муж, скорее всего, о другом. – Лео, они что… живые? – Из горла моего вырвался нервный смешок, когда два серых пушистика принялись, точно котята, ластиться к ногам хозяина.

– Ну почему сразу живые? – затолкав одного «котенка» обратно под кровать, вздохнул муж. – Экспериментальный образец. Тапки-ползуны с возможностью подогрева в холодное время года.

– Не получились? – спросила я, из последних сил сдерживаясь, чтобы не захохотать.

– Получиться-то они получились… – Лео снова вздохнул, пульнув и второй тапок вдогонку за первым. – Но лезут, заразы, отовсюду, едва я появляюсь в комнате. Вероятно, не стоило делать им привязку к хозяину.

– Вероятно, – уже в открытую покатываясь со смеха, всхлипнула я. – Надеюсь, ты не их решил мне подарить на свадьбу, милый?

– Продолжишь веселиться, именно их и получишь, Юленька, – пригрозил супруг, снова садясь на кровать. – На вот… – Он протянул мне коробку без каких-либо опознавательных знаков. Даже ленточки на ней не было – вообще ничего. – Подозреваю, это и есть обещанный богами дар.

– А чей? – спросила, вытирая выступившие на глазах слезы. Даже хорошо, что я вечером не только переоделась, но и умылась, а то сейчас бы напоминала панду из-за смазанного макияжа. – Твой или мой?

– Наш! – уверенно заявил Лео, будто не первый раз ему небожители что-то вручали.

– Уверен? Платье ведь богиня мне подарила.

– Разве? – Муж улыбнулся, с удовольствием меня разглядывая… причем далеко не в первый раз!

Хм… может, он и прав.

Спорить по пустякам не хотелось, меня так и распирало выяснить, что в коробке. Открыв ее, я обнаружила шкатулку. Или не шкатулку, а нарды – инкрустированный деревянный футляр вполне мог быть частью какой-то настольной игры. Как выяснилось немного погодя – именно ею он и был. Подняв крышку, я несколько долгих секунд смотрела на «доску для гадания» (или что-то подобное) с картинками из «Камасутры», расположенными по кругу, после чего захлопнула футляр и начала ржать, понимая, что богиня вняла моим мыслям про секс-шоп и нашла оригинальный способ воплотить их в жизнь. Понятия не имею, как эта хрень работает, но, чую, гореть после партейки в подаренную ею игру у меня будут не только ушки.

– Затейница ваша богиня, – сообщила я мужу, который забрал подарок и с очень уж сосредоточенным видом принялся читать прилагавшуюся к нему инструкцию.

– Думаешь, это ее дар? – подняв глаза от украшенного мерцающими вензелями свитка, спросил он.

– Уверена! – сказала и засомневалась, вдруг это Эо учудил? Он ведь бог жизни, ему потомство подавай, которое тут в пробирках не выращивают. Да и платье от небожительницы у меня уже есть – хорошего понемногу. – В любом случае должно быть что-то еще – нас же все лики Триединого обещали чем-нибудь одарить.

– Пока нашел только это, – пожал плечами супруг. Убрав в коробку инструкцию, он лукаво на меня посмотрел и с проказливой улыбкой предложил: – Сыграем? Негоже обижать Триединого невниманием к его дару. – Тронутая им стрелка указала на крошечную парочку, которая замерцала и стала как будто объемной. В тот же миг по комнате поплыл странный туман, запахло жасмином и…

– Позже! – Я решительно захлопнула крышку, боясь продолжения.

Ощущала себя собакой на сене, которой и хочется, и колется, но вечно что-то мешает. Например, обед, где нас ждут свекор со свекровью. Или фамильяр, который вот-вот заявится с отчетом о проделанной работе. Хотя все это, конечно, просто отговорки. На деле же… я боялась. Из-за чего и оттягивала неизбежное.

Впрочем, боялась я совсем не зря, потому что, едва супруг попытался вновь заключить меня в свои объятия, в комнату ворвался Эрн. И пофиг ему, что дверь на замке – магические звери, вопреки своей вполне осязаемой форме, как выяснилось, прекрасно просачиваются сквозь стены, на время становясь полупрозрачными. Удобно, угу! И да… стоп-слово нам все-таки понадобится, чтобы этот мохнатый всезнайка не заявился ночью свечку подержать.

– Там, там! – вытаращив глаза-бусины, воскликнул песец, старательно делая вид, что не слышал моих размышлений.

– Крысы? – спросил маркиз, скривившись.

– Гости? – одновременно с ним поинтересовалась я.

– Подарки! – заявил мой вездесущий лис, радостно махнув хвостом… который стал немного длиннее. И правда отрастает! Не лисенок, а пушистая ящерица!

– Еще подарки? – обрадовалась я, вновь идя на поводу у любопытства. – А где?

– В твоей комнате. Идем разбирать?! – предложил Пушистик с явным намерением увести меня от мужа. Интересно почему?

«Потому что русалке полегчало, и она скоро заявится к тебе… с «поздравлениями», – пояснил фамильяр. – Охота вам перед ней голым задом сверкать?»

«Дверь же заперта», – нахмурилась я.

«Пфф! – фыркнул он. – Я вошел, и она войдет, если надо будет. Знаешь, какие ундины скользкие – без мыла в…»

«Достаточно подробностей!» – остановила его.

– Лео, мы пойдем, ладно? – посадив на плечи запрыгнувшего на кровать зверька, спросила я.

Мне вовсе не требовалось разрешение супруга, но… стало как-то неудобно бросать его в первые же часы после свадьбы, променяв на подарки, пусть даже на божественные. Хотя на них ведь не написано – может, это герцог с герцогиней подсуетились. Или еще кто-нибудь. А вдруг там гадость какая-то, ленточкой перевязанная? Прощальный сюрприз от свина-Элегрина и его подлой женушки?

– Конечно, пойдем! – Встав сам, муж галантно подал мне руку, помогая подняться. Я бы и без него прекрасно справилась, но ощутить себя леди оказалось неожиданно приятно. – Все вместе пойдем, а то неизвестно, что там за подарки такие, – проворчал маркиз, словно прочитав мои мысли. – Несколько часов отсутствовал, а дома уже черт-те что творится.

Он уверенно вышел из комнаты, и я послушно поплелась за ним, потому что ладонь мою из плена своих пальцев его сиятельство так и не выпустил.