Глава 21 Мира
Глава 21 Мира
Перед глазами плывёт от выступивших слёз.
А я ведь несколько лет о ночи с ним мечтала!
Дура!
Ещё минуту назад этот мужчина нежно целовал меня и гладил. Теперь же причиняет дикую боль.
Пытаюсь вырваться, кричу, обзываю его последними словами.
Каждый новый толчок ещё глубже, ещё больнее.
Закусываю губу и сжимаюсь в комок, пытаясь подтянуть колени к животу. Но мощные мужские бёдра этому мешают.
Водзинский не останавливается.
- Хватит! – прошу жалобно. – Всё...
Наши взгляды встречаются. И выражение его лица меня шокирует ещё больше.
Виктор явно получает удовольствие от того, что делает. Ему нравится мучить.
Ещё один толчок. И мягкие мужские губы, сминающие мой рот.
Чувствую, как напрягается его тело, как каменеют мышцы живота. Он дышит шумно, прерывисто. Стонет... и целует ещё глубже, будто намереваясь сожрать меня живьём.
В голове бьётся мысль... Стас говорил правду... правду...
Отец подтвердил, потому что Водзинский действительно изувечил ту несчастную девушку...
Теперь он может делать со мной всё, что захочет. Говорил же, что поначалу будет сдерживаться, а потом...
Потом будет только хуже! Мои желания в нашем браке учитываться не будут.
Ему плевать на мои просьбы и крики.
Я же слышала, как Дубравин назвал моего мужа насильником. Хоть тот и не дал ему договорить, отправив в нокаут.
Стас... Нужно было послушать Стаса...
- Что ты сейчас сказала? – зловещим шёпотом спрашивает Виктор, нависая надо мной.
Я уже не слежу за тем, что говорю. Бормочу сквозь слёзы всякое в горячке...
Но что-то, видимо, его очень задело. В глазах загорается недобрый огонёк.
Становится ещё страшнее.
Молчу.
- Мы поженились всего несколько часов назад, Мира, – муж чуть отстраняется и обхватывает ладонью мой подбородок, не позволяя отвести взгляд.
Освобождает меня. Но, едва я вздыхаю с облегчением... врывается снова, впечатывая своим телом в постель.
Вскрикиваю от неожиданности. И упираюсь ладонями в напряжённую грудь.
Внизу уже не так больно, как было поначалу.
- Ты по-настоящему моя в первый раз... Но думаешь сейчас о бывшем.
Короткая передышка позволила собрать мечущиеся мысли в кучу.
Я его Стасом назвала, что ли?
Теперь Виктор считает, что я люблю Дубравина. Так люблю, что даже в этот интимный момент произнесла его имя.
Такой удар по самолюбию он запомнит надолго.
А я не смогу забыть, как он меня насиловал.
Наш брак обречён. В лучшем случае.
В худшем – я останусь его женой и ЭТО будет повторяться.
- Отпусти меня... – требую в очередной раз.
Водзинский тяжело дышит. Он всё ещё возбуждён. Но делает над собой усилие, отстраняется и ложится рядом, вытянувшись в весь свой гигантский рост.
Закидывает подушку повыше и облокачивается на неё. Смотрит пристально.
А я опускаю взгляд и во все глаза таращусь на его пах с жуткими алыми разводами на бёдрах и животе. И на само орудие пытки...
- Я тебе прямо сказал, что будет после свадьбы, – он цедит сквозь зубы. - Ты отдавала себе отчет в том, что делаешь, подписывая акт о заключении брака. Ты знала, что он будет настоящим.
- Я не так представляла себе сегодняшнюю ночь, – отвечаю злобно.
Рывком вытаскиваю простынь и кутаюсь в неё.
- Серьёзно? – ехидно улыбается уголком губ. – А как?
- Не знаю... Но ты не должен был заставлять меня...
- Мира, если бы я делал всё так, как ты просила... Тебя же трясло от страха. Ничего бы не получилось. Только боялась бы меня ещё больше.
Муж хмуро смотрит на меня, ещё что-то объясняя, как дурочке.
Вроде бы всё логично в его словах. Но он это сделал против моей воли!
Вот как нам сейчас быть?
О какой любви между нами или хотя бы доверии может идти речь в будущем?
Я его очень сильно оскорбила. А он меня...
Собираюсь с мыслями.
Виктор поднимается и поступью сильного, грациозного зверя идет в ванную. Но оборачивается на пороге:
- Идём вместе. Тебе нужно...
Перебиваю:
- Не хочу, чтобы ты меня трогал. Никогда больше. Я не чувствую себя в безопасности рядом с тобой.
Снова его взгляд как будто темнеет.
Вижу, как он хмурится, подбирая слова... Но потом переключает внимание на мигающий телефон. Берет трубку и всматривается в экран.
Сразу понимаю, что случилось нечто очень плохое. Потому что Водзинский буквально меняется в лице.
Пока муж читает сообщения и набирает текст, я достаю из сумки пижаму и собираюсь юркнуть мимо него в ванную.
Между бёдер саднит, низ живота болезненно тянет.
Скорее бы под душ. Смыть с себя все следы случившегося... Сейчас запрусь на замок, пока этому варвару не вздумалось продолжить.
Он стоит, совсем голый, в дверях. Перегородил мне путь.
И как его обойти, чтобы не задеть и не вызвать новый взрыв агрессии?
Не знаю, кто его сейчас отвлёк. Но огромное спасибо этому доброму человеку.
Обхожу мужа по широкой дуге и уже перешагиваю порог ванной комнаты.
Но Виктор внезапно перехватывает за живот и прижимает спиной к своей груди. Сильно, грубо.
Чувствую горячее дыхание у виска, которого касаются его губы. И низкий, пугающий, такой незнакомый голос:
- Ты – капризная, избалованная девчонка. Забудь, как жила до сегодняшнего дня, ясно?! Детство кончилось. Выкинь бывшего из головы, иначе... тебе же будет хуже.
Всё тело сковывает страхом. Задерживаю дыхание, боясь пошевелиться.
Большие мужские ладони поднимаются по моему животу.
- И не дай бог меня ещё раз назовёшь его именем. Трахну так, что сегодняшний первый раз покажется лёгким массажем. Поняла меня? И не помышляй даже о разводе...
Водзинский! Ненавижу всей душой!
Если часом ранее ещё сожалела о том, что бросилась вместо законного мужа обнимать своего несостоявшегося жениха, тем самым выставив его публично дураком. То сейчас вспоминаю об этом с чувством удовлетворения.
Более кошмарную первую брачную ночь и представить сложно...
Но кошмары на сегодня ещё не закончились, оказывается...