Глава 14

Все происходящее воспринималось как в тумане.

Последнее, что я помню, — как двое слуг Аданы помогли перенести в спальню на втором этаже бессознательное тело Раэля, позволяя мне рухнуть рядом, и молча лежать, все время трогая его лицо.

Мне казалось, что противоядие не подействовало или сработало, но плохо, и поэтому я все время прижимала холодные пальцы к его горячим щекам, проверяя дыхание.

Видимо, я так и заснула. Открыв глаза, первое, что я увидела, — спокойное лицо мужчины, который крепко спал, так и не сбросив мою ладонь со своего лица.

Вроде дышит… Да, слава Наиши, дышит!

Немного хрипло втягивает воздух в широкую грудь, но сам факт того, что он до сих пор жив, позволил расслабленно прикрыть глаза, чтобы вновь уснуть.

— Нанеки моя, — горячие пальцы погладили линию скулы и исчезли, отнимая и голос Кристиана, который не хотел меня разбудить.

Проспав еще несколько часов, я открыла глаза и резко села, хватаясь за грудь. Страшная предсмертная маска, в которую превратилось лицо Раэля, слишком детально привиделась во сне, пугая свой естественностью, от которой холодный пот обжег спину, а сердце забилось в ушах сумасшедшим набатом.

Оглядевшись и не увидев в кровати великана, испуганно подскочила, судорожно прикусив губу до крови. Неужели что-то случилось? Боги, не может быть…

Без труда пробежавшись по коридорам, безошибочно набрела на гостиную, в которой, судя по целому хору голосов за дверьми, меня уже ждали.

— Ты не должна была втягивать ее в это, Адана.

— Не соглашусь, — голос женщины звучал устало, но она собралась с силами и продолжила. — Иянна как никто другой в этом заинтересована, я лишь слегка предала ей уверенности.

— Едва не убив его?! Наша нанеки не такая. Ты не представляешь, что стало бы с ее сердцем, ошибись ты хоть на секунду.

Кристиан резко замолчал, дав понять, что меня раскрыли. Заглянув в гостиную, я оценила размеры собравшейся компании.

Здесь были все мои мужья, Раэль, который сидел на стуле и вяло хлопал глазами, не спуская их с госпожи Маром. Трое мужчин стояли за ее спиной, языком тела говоря, что свою супругу в обиду не дадут, сколько бы раз она ни ошибалась.

— Ия! Ты проснулась! Садись скорее, без тебя этот разговор ни к чему не приведет.

— А к чему он должен привести? — хмуро буркнула я, на несгибаемых ногах шагая к пустому креслу.

— Хотя бы к тому, чтобы Кристиан прекратил отчитывать меня как малолетнюю девчонку.

Адана беззлобно улыбнулась, словно ворчание моего супруга, куда ниже по рангу, ее совершенно не обижало.

Сейчас она выглядела несколько иначе с нашей последней встречи. Вызывающий наряд, свойственный всем кимтаркам, заменило длинное воздушное платье с голыми плечами. Пшеничные волосы были заплетены в две легкие слегка небрежные косы, что делало Адану… домашней. Какой-то уютной и совсем не напоминающей ту женщину, что отравила моего Раэля.

— Хочу познакомить тебя со своими мужьями, — улыбнувшись, она повернулась через плечо и поочередно представила. — Марк, Данир и Райан. Ты уже встречалась с ними на моем приеме, но, сама понимаешь, тогда я не могла вас познакомить.

Мужчины приветливо улыбнулись, скрывая в своих черных как на подбор глазах переживание и сочувствие, словно им было жаль меня и хотелось утешить.

— Ия, ты не голодна?

Удивительно легко произнес мое имя рыжеволосый великан, волосы которого были затянуты в тугую косу. Так свободно, без паданья на колени и покорных взглядов.

Я, честно признаться, опешила.

Здесь, на Кимтаре, никто из мужчин, кроме моих мужей, еще ни разу не обращался ко мне по имени. Невольно вздрогнув, я коротко и отрицательно мотнула головой, несдержанно выдохнув.

— Спасибо, нет.

— Уже поздно, — тот, кого звали Марком, перевел взгляд в окно. — Может, стоит перенести беседы на завтра? Иянне и ее мужьям нужно отдохнуть и привести мысли в порядок. Все равно сегодня мы ни к чему не придем.

— Ты прав, дорогой, — Адана коснулась кончиками пальцев его руки, лежащей на спинке кресла, и она тут же мягко опустилась на женское плечо, нежно его погладив. — Отложим разговоры до завтра. Кристиан, я понимаю, что сейчас ты страстно жаждешь мести, но, как женщина Кимтара, прошу тебя — озаботься самочувствием своей жены. Сейчас вы все нужны ей больше, чем кто-либо другой, так что не растрачивай на меня гнев понапрасну.

Поднявшись с поддержкой своих мужей и доверчиво прижавшись к плечу одного из них, Адана оставила нас в гостиной.

Вскочивший со своего места Раэль стал неожиданностью для всех, а для меня особенно. За секунду добравшись до кресла, он рухнул на колени и обнял меня с такой силой, что я невольно пискнула, но, сориентировавшись, обхватила могучую шею в ответ, утыкаясь носом в горячее плечо.

— Ты опять меня спасла, маленькая госпожа, — прошептал великан, поглаживая меня широкой ладонью по спине.

Было в этом жесте что-то оберегающее, утишающее, и я вновь почувствовала, как кольнуло в носу, а глаза заполнила влажная поволока. Всхлипнув, сильнее свела руки, прислушиваясь к чужому дыханию и прогоняя страшные мысли о том, что могу его потерять.

Запоздавший испуг на мягких лапах подкрался со спины, и я несдержанно затряслась, позволяя Раэлю поднять меня на руки и зарыться в распустившиеся волосы пальцами.

— Пойдемте в спальню. Нечего здесь сидеть, — тихо скомандовал Крис, и мужья потянулись на выход.

Раэль так и не спустил меня с рук даже в выделенной нам комнате. Он сел на край кровати, легко уместив меня у себя на коленях, и продолжил обнимать и гладить по вздрагивающей спине, самовольно прижимаясь горячими губами к волосам.

— Я должен тебе жизнь, нанеки.

— Не доводи ее, — рыкнул Крис, вытягивая стул из-за обеденного столика напротив кровати. — Ей только стало легче.

— Может, я? — предложил Лиам, но Эвердин отрицательно мотнул головой.

— Не согласится. — Тяжелый вздох, и недолгая пауза заставила мужчину продолжить. — Ия, Раэль рассказал мне как все произошло. Не могу сказать, что не ожидал такого поворота, но Адана решила действовать на опережение.

— Ты не сказал мне.

— Что не сказал?

— Что это из-за нее я здесь.

Крис помрачнел, глядя на то, как я вытираю мокрые и горячие щеки, решаясь вести этот диалог без лишних эмоций.

— Ты меня не спрашивала. Хотела, я слышал, но так и не решилась спросить — ни почему твой отец согласился так просто отдать тебя, ни почему мне позволили привести иномирянку сюда. У тебя много вопросом, моя госпожа, и я отвечу на них, но только если ты спросишь.

— Почему отец?..

— Я предложил ему наши ресурсы в виде минералов, тканей и прочей ерунды, к тому же я поспособствовал в одной сделке, когда ему необходимо было узнать, говорят ли ему правду или лгут.

Как же мало я стоила для своего родителя.

— Что ты пообещал Адане за меня?

— Содействие. Я не думал, что она решится, но не планировал отказываться от шанса стать мужем. Это был бы самый глупый поступок в моей жизни.

— Туман и Лиам знали? — Крис медленно качнул головой, из-за чего мужья виновато потупились. — Понятно. Наверное, так будет всегда. Я всегда буду знать чуть меньше, чем все вокруг.

— Знать больше не благословение, госпожа, — Крис виновато опустил глаза.

— Ладно, неважно. Что было, то прошло. Расскажите мне лучше, что делать со всем этим? — обведя взглядом огромные покои, я приметила парочку дверей в ванные комнаты, чтобы не собирать очередь по утрам, вместительный стол, несколько шкафов, у которых уже стояли сумки с моими вещами.

— Пока ничего. У Аданы есть план, но Марк от меня его скрывает, затягивая ее мысли дымкой.

— Телепат?

— Нет, скорее наоборот. Он подавляет мои способности, укрывая головы своей семьи от вмешательства.

— Понятно. Мы понятия не имеем, чего ждать. Отлично. Просто отлично.

— Ия, — Туман жалобно свел брови к переносице. — Не стоит сейчас об этом думать. Уже глубокая ночь, и ты очень устала, давай ляжем отдыхать?

— При одном условии.

— Все что угодно, — кимтарец согласно кивнул.

— Вы будете спать здесь. Все. Не хочу упускать вас из виду ни на секунду.

Раэль потерся носом о мою макушку. Туман сочувственно приподнял уголки губ. Лиам направился к вместительному дивану, хватая с него излишки подушек и забрасывая их на мою кровать, и только Крис, как единственный одетый, начал устало растягивать мелкие пуговки на своей черной рубашке.

Пересадив меня с колен, великан с трудом разжал пальцы, спеша на помощь Лиаму, который планировал пододвинуть диван впритык к кровати. Увеличив количество спальных мест, мужья принялись устраиваться, на удивление даже не думая спорить о том, кто где ляжет, и мирно вытянули свои мощные ноги.

Кристиан лег рядом со мной, позволив положить голову на крепкое плечо. Туман устроился со спины, грея ее своим горячим боком. А Лиам с Раэлем расположились на диване в наших ногах, укладываясь головами на противоположные друг другу подлокотники и закрывая глаза.

Свечи на столе догорали и обещали вскоре погаснуть, а я лежала и думала о том, что в дальнейшем принесет мне это странный и вынужденный союз с госпожой Маром. Неужели она настроена так решительно, что готова идти по головам, лишь бы добиться успеха своей, надо признать, благородной задумки.

Как мне себя вести? Что говорить, как?

Слабо представляя, что в понимании Аданы значит «дочь», я была полностью растеряна, прикусывая губы от страшных последствий, возможных для моей семьи.

Крис повернул голову в мою сторону и мягко поцеловал между бровей, на секунду замирая чуть дольше, чем мог бы.

— Я сейчас спрошу глупость, но все же, — прошептал он. — Ты уверена, что не хочешь переодеться? Бисер впивается тебе в кожу.

— Я принесу, — не спавший Туман подскочил со своего места и бросился к сумкам, ловко отыскав почти в темноте ночную сорочку. — Давай, мы подержим одеяло.

— Но я могу в ванной…

— Можешь, но не хочешь, — отрезал Крис, поднимаясь вслед за братом. — Переодевайся.

Схватив уголки покрывала, они загородили меня от якобы спящих Лиама и Раэля, и сами отвернулись, позволив снять узкий наряд.

Я выдохнула, как только лиф упал на колени, позволяя дышать полной грудью. Чувствуя жаркий взгляд в спину со стороны Тумана, я намеренно перекинула волосы на грудь, открывая ему вид на тонкие позвонки и обнаженные лопатки, слыша за спиной хриплый вздох.

Хотелось ласки. Сейчас. Сию секунду, я хотела закрыть глаза и провалиться в нежность, забыв о том, что мир в очередной раз сместил мою дорогу, вывернув ее на тропу через мрачный лес. Мне требовалось физическое доказательство того, что есть что-то постоянное, неизменное, неразрывное в моей жизни.

Плеча коснулись горячие губы, и чуть повернув голову, я увидела, что Туман продолжает держать покрывало на вытянутой руке, как и Кристиан, который оказавшись прямо перед лицом, жарко обжег меня своими губами.

— Ты пахнешь так… — выдохнул он, ныряя ниже и целуя в голую шею. — Ия, перестань так думать.

Сорочка так и осталась лежать передо мной смятым комком. Сидя на коленях совершенно голая, я чувствовала, как горит кожа, прожигаясь от двух пар ненасытных глаз. Они видели все. Разглядывали, целовали, стараясь удержать несчастное покрывало на весу, и, тихонечко застонав, я запрокинула голову, закрывая глаза.

В грудь мягко толкнули, вынуждая меня упасть в горячие руки Тумана, сжавшего мои груди в своих широких ладонях так, что тут же захотелось зашипеть от контраста, что я и сделала.

Кристиан целовал-кусал шею, спускаясь все ниже, к ключицам. Оставляя дорожку легких касаний между ладонями Тумана и опускаясь к животу, который с особенной нежностью покрыл россыпью чувственных поцелуев.

Не открывая глаз, потянулась и сама сжала основание косы моего кимтарца, потянув вверх, заставляя его рыкнуть и опустив руки на мои голые бедра, притянуть их ближе, поднимая в воздухе и усаживая на возбужденный пах, который прикрывали до сих пор надетые брюки.

Две руки на бедрах. Две на груди.

Арифметика никогда не была для меня сложностью, и пьяно открыв глаза, я уже понимала, что там увижу.

Отпущенное покрывало лежало, ровной чертой пересекая кровать. Напротив меня, на диване, Лиам и Раэль молча наблюдали за происходящим, не двигаясь с места, не позволяя себе даже мысли сорваться, и лишь жаркими взглядами рассекали мое лицо, говоря о том, что увиденное не оставило их равнодушными.

Впервые они видели меня обнаженной.

Эта мысль обжигала, выворачивала все чувства наружу, делая каждое прикосновение Тумана и Криса наполненными грозовым разрядом.

— Они не приблизятся, пока ты не захочешь, — прошептал Кристиан, намеренно утыкаясь лицом мне в щеку и вынуждая не отводить от них взгляд.

Все решала я.

Что будет дальше, кто будет ближе — зависело только от меня. Да, сомнения вкупе со смущением заставляли сердце трепетать, взволнованно стуча о ребра изнутри. Хотелось втягивать живот, в попытках выровнять дыхание, и ресницы то и дело дрожали.

Сегодня я едва не потеряла одного из них и остро ощутила свою потребность в каждом. Мой маленький мир, сейчас сжавшийся до размеров кровати и приставленного к ней дивана, был единственным островком стабильности во всем происходящем вокруг сумасшествии. Я совершу ошибку, если продолжу делать вид, что они для меня неважны, что я смогу существовать без их присутствия, смогу спокойно переносить тяготы этого мира, не имея опоры под ногами.

Да, для них я их маленькая госпожа, но кем я окажусь, если их не будет рядом?

Протянув ладонь, я смотрела на Лиама, который резко перевернулся с боку на живот и поднялся, приближаясь на четвереньках. В его движениях было все от кошачьей пластичности до резких рваных бросков настоящего воина.

Вспомнив, как он сражался с Раэлем, я судорожно вздохнула, понимая, что Лиам, тот самый Лиам, который до истерики напугал меня в ванной в день нашего знакомства, стал для меня символом юношеской бесшабашности, такой искоркой, яркой и горячей.

Он приближался, и только когда мы оказались нос к носу, посмотрел на мои губы, без раздумий накрывая их своими. В отличие от того же Кристиана зеленоглазый целовал пьяно, быстро, словно боялся, что я отступлю.

Мягко сняв меня с коленей Эвердина, Лиам перенес мой вес на свои, разворачивая к себе спиной и позволяя расслабленно повалиться на крепкую грудь — сердце в ней стучало так же оглушительно громко.

— Ия, — прошептал мне в висок, медленно ведя ладони по талии вверх, к груди. — Ты не пожалеешь, обещаю.

Тихое возбуждение всколыхнулось, заставив меня хрипло рыкнуть. Растерявшись от собственной реакции, оторвалась от мужской груди и, упираясь руками в постель, выгнула спину.

— Я могу делать так, скажи, если захочешь прекратить, — сказал Лиам и сжал мой сосок, вырвав из горла едва ли не крик.

Любое его касание отзывалось страшной волной жадного желания. Вскипала кровь, перед глазами помутилось, но голова, мыслящая ясно, напомнила, что кимтарец способен усиливать чувства, вытаскивать их на поверхность, накручивая на тысячи оборотов.

Это не злило, скорее вызвало еще более сильный спазм, дав понять, что я хочу. Это мои чувства, тихие, сокровенные, но они есть, просто Лиам позволил мне самой взглянуть правде в лицо.

Я хочу их. Они мои. Все.

Мягко надавив ладонью на шею, мой зеленоглазый довольно зарычал, стоило мне привстать и прогнуться, покорно упираясь грудью в смятые простыни.

Сама мысль о том, как я выгляжу сейчас, как это видят мои мужчины, вынудила нетерпеливо свести колени и поерзать от трепета, затопившего грудь.

— Ты совершенство.

Горячие подушечки пальцев прижались к влажным складкам, и я вскрикнула, срываясь на хрип. Внутри все переворачивалось, и теплая тяжесть внизу живота превратилась в раскаленный свинец, прожигая меня изнутри.

Длинные фаланги опустились ниже и намеренно нырнули в горячую глубину, пачкая себя в вязком секрете, смягчая проникновение. Я чувствовала каждую косточку его пальцев, весь их рельеф. Хотелось выть, горло саднило; закатывая глаза, я на ощупь нашла руку Тумана, мертвой хваткой впиваясь ему в ладонь.

Покинувшие меня пальцы заставили жалобно всхлипнуть, но что-то более полное, твердое и горячее сразу прижалось к опустевшему входу, и я вновь засучила бедрами, нетерпеливо постанывая и кусая гудящие губы.

Отрезвляющий толчок взвинтил ощущения на максимум, и я открыла рот в безмолвном крике, рассыпаясь на тысячи осколков, и едва могла удержать себя, чтобы не завалиться набок. Но Лиам не позволил.

Кимтарец крепко сжал мои бедра, сдвинулся себя назад и вновь толкнулся вперед, с резкой амплитудой ударяя по моим ягодицам.

Он не останавливался, склонялся, оставляя на моих лопатках горячие отметины губ, качал бедрами все сильнее, резче, подбрасывая в воздух мои рассыпавшиеся от толчков волосы.

Чувственность то подскакивала на максимум, отнимая весь воздух из легких и заставляя колени предательски вздрагивать, возвращая меня в пучину оргазма, то опускалась, разрешая сделать вдох.

Лиаму не нужно было ничего делать. Моя чувственность, раскачанная им до предела, вновь и вновь расстилала меня по простыням, выкачивая все силы и оставляя только бешеное желание продолжать. Не останавливаться. Пока меня не убьет.

Когда я задрожала в последний раз, Лиам крепко сжал зубы и захрипел, отпуская мои бедра и позволяя упасть. Ягодицы обожгло вязкой жидкостью, а запястье обожгло новой меткой золотистого обруча с орнаментом, похожим на летящую высоко в небе птицу.

Сердце стучало как сумасшедшее. В ушах гудело от бешеного хода крови, которая заполненная колючими пузырьками близости, взрывалась клубящимися вспышками.

Широкие ладони Лиама опустились на спину и бережно прошлись вдоль всех позвонков до самой поясницы. Они мяли, согревали, возвращали к жизни плавно и без резких скачков.

— Теперь ты обязана позволить себя искупать, — устало хмыкнув, Лиам осторожно стер свое семя одним из покрывал.

— Я… сил нет… — выдохнула, окончательно растекаясь по кровати и уже готовая отключиться от бессилия.

Просто невероятно, что такого, как Лиам, признали негодным быть мужем! С его способностями кимтарки должны волосы друг другу выдергивать за одну только ночь с ним!

— Поэтому и негодный, — прочитав мои мысли, ответил Кристиан, заставив Лиама переспросить:

— Что?

— Она не может понять, почему тебя не сделали мужем раньше.

— Из-за этого и не сделали, госпожа моя. Женщины боятся таких, как я, они трусят выпускать свои чувства наружу, да еще и чужими руками, — сказал кимтарец и вновь погладил меня по спине, только теперь снизу вверх, и задержал ладонь на моей шее, мягко ее сжимая.

— Только ты, храбрая моя девочка, — шептал он. — Только ты рискнула проявить смелость.

— И теперь я совершенно без сил, — едва шевеля губами, промямлила я, заставляя мужей тихо рассмеяться.

— Давай все же искупаем тебя.

— Я хочу.

Голос Раэля вернул меня к жизни, заставляя с хлопком открыть глаза и уставиться на великана, который уже стоял рядом с кроватью с совершенно каменным лицом.

Он был напряжен с головы до ног, но держался на месте, словно статуя прилипнув к полу. Его брюки бугрились внушительным возбуждением, которое мне уже посчастливилось увидеть однажды, но, словно не замечая этого, он смотрел мне прямо в глаза, затаив дыхание, и ждал ответа.

— Она согласна, — за меня ответил Эвердин, разрешая великану осторожно собрать мою тушку с кровати и, прижимая к широкой груди, отнести в ванную.

— Раэль, — смущенно прошептала я, не зная, куда смотреть, когда кимтарец опустил меня в теплую воду, намылил пушистую мочалку и принялся молча растирать руки.

— Не нужно слов, моя маленькая госпожа. То, что я увидел, заставило меня переосмыслить свое отношение к вам.

Слова железным кнутом ударили по груди. Вмиг окаменевшие руки больше не висели плетьми, а превратились два стальных несгибаемых штыря, остужая все тело своим пронзительным холодом.

Вздох застрял в горле, сводя все мои потуги втянуть его в легкие к нулю, обхватывая шею железным хомутом.

— Я не просто должен вам жизнь, ненеки, вы и есть моя жизнь, — заметив мой ужас, Раэль отпустил мочалку в воду, зарываясь пальцами во влажные волосы на моем виске. — То, что я увидел, поразило меня. Иянна, — обхватив мое лицо уже двумя ладонями, Раэль приблизился и зашептал мне прямо в губы. — Я знаю, что тебе не нужен раб в моем лице, но позволь остаться стеной за тобой? Укрывать твои плечи, прятать от грозы. Разреши мне быть рядом. Кем угодно.

Он отчаянно прижался поцелуем к уголку моих губ, и краем глаза я заметила, как закатились черные глаза и горячие пальцы на моем лице сжались чуть сильнее, словно пытаясь ухватить то, что может так быстро исчезнуть.

Потянувшись вперед, я одной ладонью собрала его отросшие волосы и потянула, отчего Раэль отпрянул и вытаращил глаза, в которых плескался испуганный вопрос.

— Не сейчас, — успокоила я его. — Просто… ближе.

Поняв меня с полуслова, великан, почти не отодвигая лица, распрямил колени, перешагивая невысокий борт ванной. Прямо в брюках он ступил в воду, чтобы опуститься в нее и, бережно оторвав меня от края, уложить себе на грудь.

Мокрые горячие пальцы гладили по спине, слегка омывая горячей водой. Сердце в широкой груди мужчины билось ровно, но громко, и приложившись к ней ухом, словно к ракушке из берега океана, я слушала. Он был очень горячим, огромным, и я полностью уместилась на крепком теле, чувствуя себя чертовски маленькой и слабой. Но в руках Раэля, в его объятиях это не тревожило, хотя столько всего может ждать за пределами этой комнаты.

— Раэль?

— Да, госпожа моя?

— Я переживаю.

— Все обязательно разрешится. Я много лет знаю госпожу Маром, хоть и лишь молча наблюдал за ней со стороны. Она всегда была сдержанна, крепко держала в руках совет и всегда ставила на место тех, кто зарывался. На самом деле это огромное преимущество, что она решила назвать тебя дочерью. Быть врагом госпожи Маром слишком опасно.

— Я не об этом.

— А о чем? — недоумевающе спросил он, удивившись так, что даже рука на моих лопатках замерла.

— Ты… очень большой. Я видела.

— Ммм… — сдавленно протянул он, не ожидав такого поворота. — Это пугает тебя, маленькая женщина?

— Очень. Я… Я…

— Если ты решишь подарить мне близость — свяжи меня.

— Что?

— Свяжи. Привяжи меня путами. Это поможет отогнать страх перед моим телом. Оно станет твоим, и только ты будешь вольна делать с ним все, что заблагорассудится.

— Розали связывала тебя так, верно?

— Не раз. Но не смей сравнивать себя и Розали. Ее возбуждала лишь власть и страх перед собственной персоной. А ты, Иянна, боишься меня, и позволить связать себя — самое малое, что я могу сделать. Только бы ты меня касалась.

Представив лежащего на кровати и растянутого звездой великана, я сглотнула невольно загустевшую слюну. Помня тело Раэля в мельчайших подробностях, я представила, как бы бугрились его мышцы, как бы сильные ноги напряженно вытягивались, выказывая свое неравнодушие.

— Тебе понравилась эта мысль? — вздрогнув, спросил мужчина с улыбкой.

— Немного. Ты… Ты красивый.

— Я рад, что ты так считаешь. Дрожишь, Иянна.

Поймав меня на месте преступления, великан плавно увел руку с поясницы ниже, на ягодицы и, слегка смяв их, отпустил.

Низ живота вновь потеплел, но сил в измотанном теле не было даже на то, чтобы повести бедрами, дав мужчине разрешение на ласку. Но он, кажется, и сам это понял.

Крупные пальцы оказались слишком близко к возбужденной плоти, и немедля, но мягко проникли внутрь, неожиданно быстро заставляя мое тело прогнуться в спине и срывая с губ стон.

— Достаточно купаний, моя маленькая госпожа. Пора спать, — хрипло сказал Раэль, отнимая горячую ладонь и поднимаясь со мной на руках.