Глава 43

 Моё сердце забилось, как пойманная в силки птица. Самые худшие предположения будоражили душу.

Я вздрагиваю от каждого стука в дверь, особенно когда Вейнарда нет дома. Скрип открываемой двери, заставил меня замереть в кресле, я даже дышать перестала.

 Тихий разговор и шаги, приближающиеся к двери кабинета. Я аж вспотела от страха. Кого Бонни ведёт ко мне? С добром ли?

– Хозяйка, к вам пришла с визитом госпожа Клариса Кенс, она сказала, что вы с ней знакомы, ― сказала Бонни, и у меня отлегло от сердца.

Я не успела ничего ответить, как из-за спины служанки показалась моя знакомая старушка.

– Здравствуй, Алиса, ― любезно произнесла она. ― Вот решила заглянуть по-соседски.

– Очень рада вашему визиту, ― сказала я, поднимаясь с кресла, ― присаживайтесь. Бонни, принеси нам чай и печенье.

Кларисса уселась напротив меня, скосив глаза на тетради.

– Вижу, что ты нашла записи Клодетт.

– Да, нашла, я же ничего не понимаю в торговле, а тетради с выписками из книг помогли мне хотя бы что-то понять.

Старушка улыбнулась и стала удивительно похожа на тётю Ядвигу. Как же я скучаю по её язвительности, под которой скрывается огромная любовь к нам, оставшимся без матери девочкам.

– Если хочешь, то я помогу тебе, ― сказала госпожа Кенс. ― Я часто помогала старой перечнице с делами. Ведь ни у неё, ни у меня семьи не было.

– Это было бы чудесно, ― воскликнула я, и в это время дверь отворилась и вошла Бонни.

Она несла поднос, на котором стоял чайник из тончайшего фарфора с рисунком из роз с горячим чаем, тарелка из того же сервиза с бутербродами с сыром и мясом, хрустальная вазочка с печеньем, розетки с вареньем трёх видов и красивейшие чашки с серебряными ложечками.

Служанка остановилась с недоумевающим видом, не понимая, куда всё поставить. Я показала ей на столик у окна с двумя креслами по бокам.

Бонни застелила стол красивой салфеткой с вышивкой и расставила всё, что принесла с собой.

– Прошу вас, госпожа Кенс, ― сделала я приглашающий жест.

Она с удовольствием пересела за сервированный столик и на правах старшей женщины разлила по чашкам чай. Сделав глоток, одобрительно кивнула.

– Прекрасный купаж чая. Сама делала?

– Нет, ― улыбнулась я, довольная, что ей понравилось. ― Моя служанка Бонни как-то умудряется заваривать такие вкусные чаи.

– Рекомендую сделать небольшое кафе в главном зале, столиков на пять, ― вдруг перешла на деловой тон Кларисса. ― Так раньше было при Клодетт.

Я улыбнулась. Серая волчица хочет вернуть всё как было при её подруге.

– Не знаю, сможете ли вы мне помочь?

Госпожа Кенс даже подалась вперёд с горящими от предвкушения глазами.

– С удовольствием помогу, мне, знаешь ли, важно чувствовать себя значимой. Так, давно я уже ничем не занималась, что я помогу тебе с лавкой.

Я положила на хлеб из лавки старого Пистора ложечку варенья из морошки. Откусила и запила чаем.

Медленно жевала, как будто ела кусок мяса, а не варенье. Но мне нужно было время, чтобы всё обдумать.

С одной стороны, мне нужна помощь, с другой – я почти её не знаю. Всё, что мне известно о ней, только с её слов.

Огромный риск пустить в своё дело чужого человека. Но кто не рискует, тот не выигрывает.

– Буду очень рада, если вы мне подскажете, как лучше организовать работу пекарни и лавки, ― решилась я принять помощь старушки. ― Кафе я тоже планировала сделать, но чуть позже, когда смогу наладить работу лавки.

– Разумно, ― похвалила меня Кларисса.

– Мне хотелось бы узнать, какой хлеб и в каком количестве выпекала в пекарне бывшая хозяйка? Вы сможете мне помочь в этом?

Старушка откусила бутерброд с мясом и сыром и скривилась.

– Всё-таки какой отвратительный хлеб у Квашни. Если ты сможешь печь лучше, чем он, то от покупателей отбоя не будет.

Я скромно улыбнулась. Без ложной скромности мой хлеб вкуснее того, что я покупаю сейчас. И я очень надеюсь, что моя хлебная лавка будет пользоваться успехом у горожан.

– Квашня покупает муку не лучшего качества, да и на начинках экономит. Ты знаешь, что он ещё печёт пироги с мясом, мясом с капустой, мясом и рисом, мясом и яйцами.

Пока она говорила, я бросилась за стол, достала чистую тетрадь и стала записывать.

– Получается, что горожане любят только мясные начинки? ― С разочарованием спросила я.

– Не только, просто Квашня не особо занимается ассортиментом своей лавки. Он же сейчас единственный, кто продаёт хлеб и пироги. А значит, выбора у нас-то и нет.

Я кивнула, сделав пометку, что можно сделать пироги с мясом и грибами, мясом и овощами. И вообще, надо продумать эту линейку, посоветоваться с Бонни.

Раз мясо так популярно, но и у нас львиная доля ассортимента должна быть с мясом.

– Как вы считаете, мясные начинки стоит повторять, как у господина Пистора или лучше свои придумать?

– Ой, много ли вообще начинок можно придумать, делай как он, и голову не ломай. Клодетт и Квашня особо не мудрствовали.

Выпечка, это то, что я любила всей душой, и, конечно, я знала гораздо больше начинок, чем представлено в лавке Квашни.

– Как же вы не правы, ― улыбнулась я, чтобы сгладить неприятные для Клариссы слова. ― Мясные начинки можно для начала разделить по самому мясу: свиные, говяжьи, ливер, птица ― куриная, индюшиная.

У старой Кенс глаза на лоб полезли. Она проглотила кусочек бутерброда и запила его чаем. Я заметила, что к печенью и варенью она так и не притронулась.

– Вот это да, я даже не думала, что так всё сложно-то, ― прошелестела она.

– Несложно совсем, а очень интересно, ― доброжелательно улыбнулась я.

Но я не собиралась выдавать все свои секреты. Ни к чему это. Пусть у меня останется козырь в рукаве.

Но в свою тетрадь записала ещё несколько начинок: ливер с луком, мясо и тыква, мясо с базиликом и помидорами, мясо с зеленью, печень с зеленью. Вот чем я буду удивлять горожан.

– С пирогами разобрались, ― сказала я. ― Давайте вспомним, какой хлеб продаёт Пистор и раньше пекла Клодетт?