Глава 57

 ― Как? ― В один голос спросили все четверо.

– А разве вы не знаете? ― Пришла очередь мне удивляться. ― Разве вам Вейнард всё не рассказал?

– Он приехал, спросил об Аманде, ― сказала тётка.

– Но мы о ней ничего не знали, как и он, ― ответил Итон. ― Он сказал, что она отправила его спасать Алисию, а сама взяла заказ.

– Вот тогда-то мы и узнали, что сбежала от мужа, ― произнесла тётка без тени осуждения. ― Он нам сказал причину.

Я кивнула, не зная, что сказать.

– Вейнард сказал, где тебя искать, и заставил поклясться, что мы никому не разболтаем, ― добавил Итон.

– Мы сразу же собрались и отправились на твои поиски, ― счастливая Амелия не сводила глаз со своего мужа.

– А где Вейнард? ― Спросила я.

Итон подошёл ко мне и успокаивающим голосом произнёс:

– Не волнуйтесь, дорогая сестра. Вейнард отправился на поиски Аманды. Я хотел с ним поговорить, но он уж слишком спешил.

Я замерла. Непривычно слышать от чужого человека обращение “дорогая сестра” и всё-таки мне…Приятно. Да, именно приятно, что в семье есть теперь мужчина.

– Тётя, а его светлость знает о нашей семье чуть больше моего мужа? ― Осторожно поинтересовалась я.

– Конечно, и он почти помог нам избавиться от родового проклятия, ― радостно сообщила тётка.

– Что значит почти? ― Продолжала интересоваться я.

– Это значит, что Итон и Амелия раскрыли тайну нашего родового проклятия и узнали, как его снять, ― в голосе тётки звучала гордость, будто не они, а она сама всё сделала. ― Понимаешь, что это значит? Мы теперь свободны и можем сами выбирать, за кого выходить замуж.

Моё сердце нервно колотилось. Хранитель говорил, что мы сами сможем снять проклятие, получается, что так оно и вышло.

– Не в том мы положении, чтобы сами выбирали, ― буркнула я. ― Сама выбирать сможет только та, у кого есть приданое. А у нас что? Вошь на аркане.

Меня и правда раздражало, что они не понимают, что за то время, пока мы были изгоями, много воды утекло.

– Не злись, Алисия, ― весело попросила сестра. ― Не тебе говорить о бедности. Дом хороший и заметь свой, ещё и хлебная лавка есть. Ты не стоишь с протянутой рукой. Не гневи бога.

Я лишь упрямо поджала губы.

– Не всё так просто, ― сказала я. ― Тётушка думает, что если твой Итон не побоялся взять тебя замуж, то с остальными тоже так будет.

Я поймала себя на мысли, что всё моё бунтарство ― это просто зависть к младшей сестре за то, что её муж так любит, что не побоялся жениться. А мой муж женился на мне, чтобы обрести свою звериную сущность, и обрёл, только не такую, к какой стремился. Стало так стыдно за свои неподобающие мысли, что краска залила лицо и шею. Я чувствовала, как они горят.

– Всё не так уж и сложно, ― отозвалась тётка. ― Строго говоря, проклятие уже не снять, но его действие можно прервать.

– И каким образом? ― Скептически спросила я.

– Проклятие не действует на магов, драконов и ….

– Оборотней, ― добавила я.

– Откуда ты знаешь? ― удивлённо спросила Амелия.

– Эдуард оборотень, ― ответила я. ― Поэтому-то на него проклятие не подействовало.

В комнату вошла Бонни с подносом в руках. Она ловко стала расставлять на столе чайные чашки, чайник, горшочек с мёдом, розетки с вареньем разных видов, вазу с печеньем и блюдо с ароматным хлебом моей собственной выпечки.

– Я не знала, что он оборотень, ― расстроенно произнесла тётка. ― Сможешь ли ты меня простить когда-нибудь?

Что я могла ей ответить? Благими намерениями выстлана дорога в ад. Она так хотела избавить нас от нищеты, что мало беспокоилась о том, за кого выдаёт замуж. Главное, чтобы богатый был. Не думаю, что вернись мы в тот самый момент, когда Эдуард просил моей руки, тётя бы ответила “нет”. Может быть, я слишком жестока к ней. Но жизнь с Эдуардом так просто не забудется.

– Уже простила, ― солгала я.

Она, конечно же, не виновата, но всё-таки горький осадок от её поступков остался.

– В той книге, которую я нашла, сказано, что женщина, наложившая проклятие на наш род, произнесла: «Да не будет вам счастья в любви, да не познаете вы радости супружества, пока не будет искуплена ваша вина!», ― вернулась к проклятию Амелия.

Тётушка принялась разливать чай на правах старшей женщины. Бонни подошла к Оливии и что-то зашептала ей на ушко. Девочка кивнула.

– Я бы хотела взять Оливию и сходить с ней в лавку, ― попросила Бонни. ― Ей скучно сидеть с вами и слушать о проклятиях.

Девочка и служанка посмотрели на герцога, который кивнул. Оливия радостно понеслась из комнаты.

– Такая непоседа, ― с любовью сказала Амелия. ― Не может усидеть на месте. Всё ей нужно увидеть, узнать. Очень любознательная девочка.

У неё даже уже ребёнок есть. Горечь подступила к сердцу. Я тяжело вздохнула. Уж больно счастливый вид сестры терзал мою душу.

Вейнард так и не вернулся, а я так его жду. Вдруг Хранитель ошибся и он останется с Амандой? Вдруг я ему не нужна?

Приезд тётки и сестры вскрыл зажившую уже было рану. Тяжёлые воспоминания и страх разоблачения снова подняли голову и с упоением жалят сердце.

Эдуард бы сказал, что я пахну отчаянием, кошмаром и парализующим страхом. Он любил такой коктейль.

– Алисия, что с тобой? ― Участливо спросил герцог. ― В тебе словно выключили свет. Ты не рада нашему приезду?

Я тяжело вздохнула. Который раз за наш короткий разговор. Признаваться в том, что я хочу, чтобы они уехали, не буду. Мне гораздо легче было бы встретиться с сестрой, если бы я тоже была замужем. Пусть даже за Эдуардом. Я сейчас чувствую себя неполноценной. Лишней.

– Рада, конечно же, рада, ― солгала я. ― Только нахлынули неприятные воспоминания, связанные с Эдуардом.

Даже сейчас я не могла назвать его мужем.

– Ты живёшь одна? ― приветливо улыбаясь спросил герцог.

Его улыбка способна растопить даже лёд. Понятно, почему он так понравился Амелии. Очень приятный мужчина. Но не в моём вкусе, к счастью.

– С Бонни, ― ответила я. ― Мы готовимся к открытию хлебной лавки. А как только она начнёт давать прибыль, найму преподавателя по бытовой магии для Бонни.

– Благое дело, ― похвалил меня герцог. ― Вот только потенциал у Бонни довольно высок. Ей местные учителя ничего не дадут. Если позволишь, я бы забрал её с собой и помог раскрыть в ней магический дар, а потом отправил бы в академию.

– Это слишком щедро, ― только и смогла произнести я. ― я не смогу оплатить всё.

– Оплата не нужна, ― ответил герцог. ― Я понимаю,что ты останешься одна. Но может, после того, как станешь на ноги, Бонни сможет учиться?

– А вам в этом какая выгода, ваша светлость?

– Я хочу открыть свою магическую школу, и Бонни была бы там первой ученицей, ― ошарашил меня герцог. ― Обещай, что подумаешь.

Решение далось мне нелегко. Одной страшно оставаться, но и ломать будущее Бонни из-за своих страхов я не вправе.

– Я обязательно отправлю её с вами, ― ответила я.

Как я одна открою лавку, просто не представляю.