Глава 41 — Ревнивая собственница

С букетом в руках, вся вибрируя в эмоциях, выбегаю к Северу на улицу. Он ждет меня у фонтанчика в театральном сквере.

— Мне подарили на поклоне! Представляешь?! Мне!! — машу букетом.

Смеясь, ловит за талию, целует в нос.

— Потому что ты была великолепна!

— Я великолепно уронила горшок, — смеюсь вместе с ним.

— Талант не спрячешь даже в эпизодической роли.

— А наша прима сказала — что мне из жалости. И так махала веером, что я подумала, вызовет сейчас меня на веерную дуэль!

— Потому что она стареющая завистница, а ты талантливая прелесть, — сжимая мои щеки, чмокает в губы.

Да!

Уровень поддержки — боженька.

Отстраняясь, разглядывает меня с восторгом в глазах.

Смутившись его взгляда, замолкаю, отвожу свой.

— Всё... перестань меня... хвалить.

— Почему?

— Когда слишком много говорят "сладкого", значит, что-то надо. Лучше сразу скажи что.

— А уже всё моё... — улыбается, скользя взглядом по небу. — Моё же? А то ходят тут всякие, "ирочкают"... м?

Вставая на цыпочки, целую его вместо ответа в уголок губ.

Мы идем гулять по набережной.

Внутри все порхает. Я молчу, не желая ничего портить своими глупыми разговорами. Потому что мысли в голове у меня точно не умные.

Север покупает светящуюся гибкую палочку. Делает из нее венец, сгибая в круг, водружает мне на голову.

Тянет к себе, ловя мои губы.

— Тут люди... — бормочу я.

И даже знакомых полно.

— На свидании положено целоваться, ИрАлексевна. Так что не мешайте отрываться, — стебется надо мной, кусая мои губы.

Закрываю от эйфории глаза и куда-то внутренне плыву. Куда-то в очень хорошее место.

Можно подумать, я способна на сопротивление.

— А где Алиса?

— Гостит у Саяновых. Мне кажется, мы очень быстро перешли к родительской действительности. А хочется еще побеспределить по-взрослому. Да? — касаются наши губы. — Я тебя не натрогался...

— Это в смысле?... М-м-м...

— Это в смысле, да, об этом, — откровенно сжимает меня.

— Добрый вечер, Ирочка, — строго, сбоку.

Подпрыгнув в руках Севера, чуть отстраняюсь.

Мама Александра.

Заливаюсь краской, чувствуя, как вспыхивает лицо.

— Добрый вечер, — неровно выдаю я.

Бросив недовольный взгляд на Севера, проходит дальше.

Не дыша, поправляю волосы.

— Кто это?

— Это мама того... Саши, помнишь?

— Потенциального жениха? — с ироничным сарказмом.

— Угу...

— А чего смущаемся? — ревниво.

Пожимаю плечами.

— Ты же ничего ее Сашеньке не должна. У тебя своя личная жизнь. М?

Машу рукой.

— Честно говоря, у меня всегда ощущение, что я должна всем. За каждое доброе слово. Впрочем, и без доброго слова всем должна. А иногда на меня находит просветление, что нет. И тогда я веду себя как неадекватная дура, могу даже нахамить, что никому ничего не должна, вот... — опускаю взгляд.

И снова поднимаю.

— Неудачная тема для свидания, да? О чем говорят на свиданиях с прекрасными мужчинами?

— Тебе зачем? — ухмыляется. — С кем собралась?

— Так вот же... — развожу руками.

— Со мной — о чем угодно. Вот о чем ты сейчас думаешь?

— Честно надо?

— Да! Очень надо честно.

— Например, о том, сколько раз в день занимаются сексом мужчины, — озадаченно хмурюсь я. — В смысле — желают заниматься.

— Та-а-ак... — дергает задумчиво бровью. — А контекст? Нам много или мало, или что?

— М-м-м... Без контекста. Просто думаю.

Контекст, конечно, есть. Покоя не дает эта его "работа"!

— По разному. Сейчас, конечно, можно отрываться, пока на основной работе я в вынужденном отпуске...

— Из-за меня?! — выпаливаю и тут же прикусываю язык.

Эта тема у нас табу. Я не могу на нее говорить. Не могу, и все. Потому что наш роман начался в этой данности. И надо было тогда сразу заявлять о том, что мне это не подходит. А сейчас истерить — странно, да?

— Почему — из-за тебя? — с недоумением.

Ну... потому что гугл говорит, что в вашем возрасте, мистер Эскорт, три раза в сутки это физиологическая граница, за которой уже идет переутомление и... потеря интереса к сексу.

И эти три я нахально желаю присвоить! Чтобы никаких других "интересов".

Я наглая, да?

Но... я потихоньку осваиваю все пунктики соблазнения. И мы почти что стерлись друг об друга вчера. Потому что утром он вломился ко мне в душ. А вечером я к нему под каким-то дурацким предлогом. Потому что мне показалось, что он куда-то собирается. Погладил рубашку, весь такой выбритый и вкусно пахнущий... Ну и понятно куда, да?!

И я придумала, что Андрюша куда-то утащил мою заколку. Поиски в его ванной закончились... В общем, ночью я снова проснулась от того, что он пришел в мою кровать. И мы едва ли снова поспали...

Моя "кавалеристская" походка теперь сигнализирует о том, что надо быть как-то сдержаннее. Но как, если я, оказывается, ревнивая собственница?!

Меняйте работу, мистер Эскорт! Ну, пожалуйста... Мне не выжить в таком режиме.

Ах, Ирина Алексеевна, что ж вы тогда так стонете и в обмороки от оргазмов падаете?

А это другое! Вот. В моменте, конечно, душу продашь за это сладкое и яркое переплетение своих эмоций с его эмоциями. Ах, какие бывают головокружительные эмоции у мужчин, оказывается... Никакие романы рядом не стояли!

— Та-а-ак... а о чем сейчас так красиво задумалась? — улыбается.

Смущаясь, прячу взгляд.

— Го-во-ри...

— Ах... о вашей восхитительности, сударь, когда вы в процессе... теряете голову.

— Аха-ха... взаимно, детка.

Мы проходим мимо танцующих под фонарями медленный танец пар.

С завистью поглядываю. Север ловит мои молчаливые желания, притягивая к себе.

Кладу голову ему на плечо, совершенно не понимая, что этот мужчина во мне нашел. Совершенно. От этого, честно говоря, страшно.

— Домой на такси поедем или прогуляемся? Устала?

— Нет! Я хочу гулять.

Вот так идти с ним за руку. Чувствовать свою ладонь в его большой и надежной.

Он покупает нам по маленькой бутылке шампанского и клубнику. И мы придумываем по дороге разные тосты, болтая друг с другом.

Это всё так вкусно...

— "За это можно все отдать... и до того я в это верю... что трудно мне тебя не ждать..."...

— Что?

— А?

— Ты что-то говорила.

— Мысли вслух, — отмахиваюсь.

Мы идем по улочкам. Навстречу какие-то нетрезвые парни, шумные, борзые. И вообще-то такие встречи всегда вызывают панику у меня. Но с Севером мне спокойно. Потому что он их даже не замечает. И мне передаётся его спокойствие.

Мы говорим о всякой всячине. Обсуждаем фильмы.

Становится прохладно. Его пиджак переезжает на мои плечи. Замираю.

— Ты чего? — касается носом моего.

— Это просто сказка какая-то... идеальное свидание.

За плечи прижимает к себе. Хмурится.

— Я что-то не так сказала?

— Все так. Но иногда страшно, что тебе так мало надо.

— Мало? Меня сейчас разорвёт от того, как всего много.

И мы снова целуемся под фонарями.

Уже на нашей улице, споткнувшись, останавливаюсь.

Сердце тревожно стукнув, начинает колотится. Потому что это его машина. И стоит она не рядом с нашим домом. А с самым роскошным на нашей улице.

— Это... — взмахиваю пальцами.

— Моя, да, — поджимает губы.

Ну, спроси, Идионина! Задай вопрос.

Нет.

— И ее нужно забрать, — его лицо, морщась, вздрагивает.

— Забери.

— Ключи внутри остались, — кивает на дом.

Смотрит вперед на пустую улицу. Тут совсем близко. И у нас спокойно вообще-то. Центр...

— Дойдёшь? Я догоню.

— Да, конечно... — опускаются мои плечи.

Делаю пару шагов, чувствуя нарастающий звон возмущение внутри. Словно споткнувшись, замираю.

Нет!

— Север! — разворачиваюсь.

Он не успевает нажать на звонок.

— Я... боюсь одна. Этого...

Кусаю губы, придумывая.

— Заботкина. Он иногда ловит меня так... — заламываю пальцы, пытаясь объяснить.

Да, сейчас я придумала эту причину. Но он и правда так делает.

— В смысле — ловит?!

Растерянно пожимаю плечами.

Бросая идею идти за ключами, возвращается ко мне.

"Идиотина ты", — ругаю себя. Ну что это меняет?

А вот меняет!

Заводит меня домой.

Ну нет, я не готова его отпускать к какой-то тётке! Это моё... моё счастье.

Специально щелкаю не ту клавишу выключателя. Одна на входе у меня рабочая, а вторая нет.

— Ой... кажется света нет... — шепчу, скользя по нему руками. — Сейчас включу фонарик...

Ныряю в сумочку, пытаясь достать телефон. Чувствую его пальцы, скользящие по моей спине. Слышу неровное дыхание. "Нечаянно" роняю к чертям сумочку.

— Ой...

Подхватывает меня под бедра. Его губы вдавливаются мне в грудь.

Вцепляюсь со стоном в него пальцами.

Не отпущу ко всяким хищным теткам!

Я оказываюсь на столе, встречаемся губами. Решительно сжимаю пряжку на его ремне, тая в мурашках от того, как он впивается в мою шею.

Моя одежда летит в сторону. Дрожащими пальцами пытаюсь справиться с его ремнем, теряясь в страстных поцелуях.

В итоге, пальцы сами решают, что нужно просто расстегнуть ширинку и...

Сжимаю его в руке. Он пульсирующий и очень твёрдый.

И мое тело уже точно знает весь спектр ощущений, что мне грозит. Немножко больно в самом начале... и много сладко потом... и оглушающие, едва переносимые взрывы в конце... оно хочет их все!

Врезается в меня, грубовато и нетерпеливо растягивая, рывком тянет за бедра ближе.

Наши стоны, дыхание смешиваются... замерев, мы медленно целуемся.

— М-м... вкусная моя... хочу... вот так... — ласкает меня своим хриплым глубоким голосом.

Ах, делайте все, что пожелаете, сударь, я уже только от вашего голоса в бессознательном...

Заваливает, сплетая наши пальцы, закидывает мои руки вверх.

Меня больше не шокируют расчетливые, мощные рывки его бедер. Мне кажется это... вау!

И не смущает то, что стол тоже, кажется, трахнут, вместе с полом и всеми стенами этого дома. Они тоже стонут… И от этих рывков стол едет с места и втыкается наконец в стену. И теперь все вокруг стучит вместе с нашими сердцами.

И я даже больше не сдерживаю своих стонов! Нисколько. Хотя все еще пылаю от них. Сдергиваю с его плеч рубашку, ту самую, белую, жадно ощупывая, как двигаются его роскошные мышцы на каждый рывок. И кожу его соленую на вкус пробую...

Я, кажется, люблю секс. Я, кажется, его обожаю...

И когда я уже все, и не контролирую себя, он начинает пытать... медленно... тяжело дыша мне в ушко.

— М-м... — хныкаю я, чувствуя, как пальцы на ногах поджимаются от легких судорог.

— Да... скажи... хочу... — хрипит он.

— Хочу...

— Чего?

— Еще... тебя... да... — лепечу невменяемо.

— Жёстче?..

— М-м... да!...

— Затрахать тебя, да?

— Аа... ааа!...

— Говори!

— Да!

Подхватывая под колено, загибает бедро вверх. И...

— О, боже... — выдыхаю от обострения ощущений.

Как-то примерно так я представляла себе раньше изнасилования, распята, раздавленна, грубо затрахана...

Кто бы знал... кто бы знал... что в исполнении некоторых это космос!

И только проморгавшись от своих фейерверков, я с не меньшим удовольствием варюсь в его кипяточных стонах и судорожных рывках тела.

Чувствую, как неконтролируемо дрожат бедра.

Во-о-от...

Теперь можно отпускать за ключами, сглатываю я, облизывая пересохшие губы.

— Ты хотел забрать ключи... — шепчу, рисуя пальцами у него на затылке.

Отрицательно мычит.

— Да-да... — заставляю его подняться с меня.

Это утром опять готовь его к этому опасном событию?! Ну уж нет! Утром я планирую сладко спать, сопя ему куда-нибудь в шею. И не думать о похотливых тетках!

Застегиваю его ширинку.

— Иди за ключами.

— Завтра... — лениво.

— Сейчас! — откуда-то извлекаю из себя властные интонации.

— Детка...

— Сейчас!

Выпихиваю его за дверь.

Сама падаю звездой на кровать. Ноги не держат.

Вот так-то... а то еще чего... — невнятно думаю я. — Как бы не так! Да.