Глава 4
Веста
Вот и пригодился полученный на прошлом месте учёбы навык обрабатывать информацию и делать верные выводы.
Да – я так себе военный. Понимаю, почему у кураторов такой скепсис, но в гражданской академии я была на отличном счету. Правда отнюдь не за «боевую подготовку»!
Давай, Веста, включайся в работу! Слишком многое для тебя на кону!!!
И я включилась… Села на свою безупречно заправленную казённую постель с включённым учебным планшетом в руках.
Под предлогом ознакомления (я же новенькая) – загрузила себе развёрнутый внутренний распорядок. Все шесть томов! Вступила во все учебные чаты в мессенджерах. Восстановила архивированные сообщения за прошлые несколько лет... Изучение методом скорочтения и глубокий анализ с вовлечением всех моих "особых" генов подсказал то, что прямым текстом в уставе и переписках не значилось: досматривают личные вещи учащихся непосредственные главы подразделений.
Ещё куча всего было написано на военном канцелярите.
Но суть я выцепила: хвостик прав. Надо идти в личные апартаменты кураторов.
Подозрительные вещи должны храниться у них (буду верить, что в личных комнатах, потому что если есть какой-то спецхран – то моё дело дрянь – я туда просто не попаду!)
Дальше я изучила графики дежурств – по этажу, в медпункте, на полигоне… Студентов, преподавательского состава… Но интересовало меня, конечно – когда моих кураторов нет в своих комнатах. Мозг псионика с мозаичными генами метаморфа – тут же подсказал: график неточный. Есть ротация – и она шифруется особым образом. Так что нельзя угадать, кто где дежурит. А раз в три недели шифровка меняется.
Пффф. Зачем городить такой огород?
Понятно, в серьёзных госучреждениях такое делают, чтобы “исключить коррупционную составляющую”, а тут-то что? Просто дежурство – хождение с бластерами из угла в угол вдоль пустой столовки или полигона! Тоже мне тайные агенты… Ну а хотя – я усмехнулась: репетируют взрослую жизнь.
Или типа того.
И даже сами студенты-преподаватели, возможно, считают, что их график тасуют в случайном порядке… но я вижу систему. Я ушла в себя – в недолгую медитацию минуты на две.
Упорядочила новые сведения в своём разуме – расставила по полочкам. Мой разум был очень пластичен – у метаморфов так пластичен весь организм: и разум, и тело. У меня… только разум. И немного – хвост. И псионические линии… Но тело стабильное – и тем обиднее быть для всех мишенью, ведь я такая же, как они, и при этом… всегда чужая.
Больно!
Но сейчас некогда себя жалеть.
Я закончила аналитику прыжков истинного графика дежурств, а не того, что висит на сайте Академии для внутреннего пользования. И получилось так себе: кураторы Ларс и Дрейк убывают на вахту до завтрашнего утра именно сегодня ночью! А потом – их дежурства только через пятнадцать дней и то – до обидного близко – могут попасть к себе в комнаты в любой момент!
А оно мне надо?
Нет. Не надо.
Что ж, решено.
После отбоя… сегодня ночью иду в спальни кураторов – и без нашего протокола связи мы с хвостиком не вернёмся!
***
Но моя вылазка накрылась. Деканы-кураторы поймали меня на месте преступления как в дешёвом детективном сериале. Был бы анекдот! Если бы не фатальные для меня последствия…
Я сама виновата.
Это было самонадеянно.
Я ошиблась в расчётах? Нет. Исключено.
Ларс и Дрейк вручную обновили систему – это единственный вариант.
Поэтому сейчас – глубокой ночью – я стою в темноте в их личных комнатах и дрожу как осиновый лист.
В руках рубашка одного из шиарийцев, в которую я зачем-то вцепилась – должно быть, руки спастически сжались от ужаса. А хвостик-золотыш задрожал.
Как сцена из ночного кошмара – Ларс и Дрейк меня поймали!!!!
И я – как рыба– глупо ловлю ртом воздух, не в силах нормально объясниться.
А кураторы всё ближе… и ближе…
– Что ты здесь забыла, Веста? – цедит Ларс, пока они в полутьме комнаты хищно приближаются ко мне. Миг — и хвосты кураторов уже на моём теле. Наворачивают кольца... Одно моё неверное слово и — хрясь — в моём теле будет больше раздробленных костей, чем целых!!!
А ещё я… уже представляю – почти чувствую, как меня расстреливают "за военные преступления расы метаморфов" из боевого бластера. Мой мозг панически выискивает варианты в которые можно поверить. Я ведь сегодня перерыла тысячи сообщений в чатах и разное там видела. Надо просто применить к себе один из случаев! Почему девушка может забраться ночью в комнату к двум альфа-шиарийцам?! Почему она может держать в руках мужскую рубашку?!
А в следующий миг нелепые слова, которые мой мозг в этот миг посчитал оптимальными, сами в панике срываются с моего языка:
– Вианы-кураторы, я в вас влюбилась!
“Я в вас влюбилась!”
Эхо собственных слов продолжало звучать в мыслях.
Кураторы замерли. Я не знала какое выражение сейчас на лице у Дрейка, ведь он стоял позади. Но хорошо видела Ларса. Удивлённо вскинув брови, он внимательно изучал моё лицо… как будто хотел найти доказательства моим словам.
Мои щёки очень вовремя опалили стыд и смущение. Я знала — сейчас кожа порозовела от стыда за собственную ложь. За слова, которые не были правдой. И одновременно страх прожигал изнутри…
Они же сейчас поймут, что я лгу!
Какую же дурь я сморозила! Нет-нет! Теперь надо делать вид, что всё правда. И как-то подкрепить слова.
Поскольку я и сама частично шиарийка – то я чуть ослабила внутренний контроль, позволив шиарийской самке явить себя. Глубже вдохнула запах этих мужчин, сконцентрировавшись на мятно-дымных нотах. Вгляделась в мужественные черты. И вдруг очень хорошо почувствовала, что хвосты кураторов, сжимающие мою талию и бёдра — горячие и сильные. А аура кураторов будоражит, заставляя внутренне трепетать. Ведь эти мужчины — одни из лучших представителей своей расы.
И сейчас они зажали меня в двух сторон.
И мы тут совсем одни.
Самка во мне довольно заурчала, и тело окатила дрожь сладкого предвкушения. За лоном стянулась горячая пружина желания. Мой золотой хвостик заинтересованно выгнулся дугой.
— И как давно вы воспылали чувствами, адептка? — спросил Ларс с нейтральным выражением. Но я увидела в его золотых глазах, что и его внутренний самец откликнулся на зов моей самки. Поэтому я позволила себе глубже нырнуть в разгорающийся инстинкт.
Страх и возбуждение ходят рядом. Сейчас мне нужно, чтобы мужчины учуяли — я их хочу.
— Когда вы везли меня в академию, — я облизнула губы, взмахнула ресницами. — Но я осознала всё только сейчас. А рубашка… я просто хотела… ощутить ваш запах.
КОСМОС, ЧТО Я НЕСУ?!
Нет-нет. Всё верно! Но всё ради того, чтобы они посмеялись и выставили вон! Потому что к ним адептки пачками клеются. Я сегодня читала об этом в чатах, и там точно было сказано, что кураторы на такое не падки. Выставляют за дверь с назначением штрафных тренировок.
А мне это и надо!
Но в этот момент я ощутила, как Дрейк наклонился к моей шее, втянул воздух. Его хвост расплёлся, и на талию легли горячие мужские ладони. Не успела я удивиться, как Ларс забрал у меня рубашку, откинул в сторону, а его руки сжали мои плечи.
– Веста… – мурлыкнул он. Да, голос у него стал именно таким! Мурлыкающим! – Девочка… не дрожи… мы не обидим… Если хочешь понюхать нас, то мы не против.
Что?!
ЧТО?!
Ох, а взгляд у Ларса-то совсем изменился. Сделался голодным. Теперь он словно и правда оценивал меня как сексуальный объект. Он что, это всерьёз?! Или деканы просто хотят так наказать обнаглевшую адептку?!
Космос Великий, дай мне сил!
Надо сдать назад. Ретироваться в свою комнату. А мою вещь найду позже… или не найду! Главное выбраться отсюда!
– Вианы… – дёргаюсь в объятиях кураторов, – я... я… наверно мой порыв неуместен. Простите… Есть устав Акаде…
Не успеваю договорить.
Дрейк приподнимает меня от пола, по-свойски заключает в объятия, а Ларс – впивается в мои губы стихийным поцелуем. От шока я слегка приоткрываю рот, и шиариец мигом этим пользуется – его язык принимается хозяйничать у меня во рту.
А Дрейк впивается жарким поцелуем мне в шею.
Я пытаюсь сказать, что мол, хватит, вианы, ошибочка вышла – но уж очень мой протест похож на стон страсти. Который Ларс воспринимает как поощрение и призыв действовать более активно!
Покусывает мои губы, прикасается своим языком к моему. Куда это вообще катится?!
Ну а я-то?.. Я -то зачем сейчас начала отвечать?
Почему возбудилась?
Веста, блин!!!
Чёртов шиарийский рефлекс – от этих мужчин так маняще пахнет настоящими альфа-самцами, а я вся дрожу и ничего не желаю так сильно, как покориться их губам, рукам, хвостам…
Ларс слегка отстраняется от моих губ, и я не успеваю даже сделать глубокий вдох – его сменяет Дрейк, и теперь меня целует уже второй мой куратор с не меньшей порабощающей страстью. Его поцелуй даже резче, агрессивнее. И я таю. Очень стыдно, очень…
Руки кураторов исследуют моё тело.
И краешком помутившегося сознания я понимаю: меня начали раздевать!!!
Вскоре форма на мне оказывается распахнута – я лежу на разложенном диване, пытаясь обнимать – сколько хватает рук – сразу двух полуголых мужчин, что склонились надо мной. Отдаю поцелуй то одному, то второму…
И руки Дрейка уже поглаживают меня между ног… я начинаю бесстыдно стонать.
Отрезвляет звук собственного голоса.
И как-то само собой фокусируется зрение.
Я начинаю видеть в кромешной тьме – как обычно, видят шиарийцы! Наконец-то, блин – заработал функционал моей шиарийской части, подстёгнутый возбуждением!!!
А ещё – одновременно – включились обратно человечески мозги! Ура!
Я вскочила с дивана, вывернувшись из рук кураторов, отскочила в сторону… Точнее попыталась... и чуть не упала — потому что оказалось, что наши хвосты сплелись в плотную косицу.
А вот это уже было плохо. Точнее — ОЧЕНЬ ПЛОХО!!! Я руками испуганно дёрнула свой золотой хвостик. И он блаженно выскользнул наружу. И уже держа свой хвост за кончик я соскочила с дивана.
Кураторы не препятствовали.
Только удивлённо и голодно уставились на меня.
Две пары золотых шиарийских глаз сияли в сумраке.
– Что случилось, Веста? — низкий голос Дрейка пробрал до мурашек.
– Простите меня, вианы! – затараторила я, прикрывая руками обнажённую грудь, пытаясь на ощупь запахнуться. – Я виновата! Нарушила распорядок! Поддалась инстинкту! Больше не повторится!!!
И развернулась на сто восемьдесят и просто побежала назад в общую гостиную, а оттуда в свою комнату.
Захлопнула за собой дверь.
Обессиленно стекла по ней на пол.
Пойдут за мной?
Будут колотить в дверь? Требовать объяснений или продолжения банкета?
Нет-нет, не должны!
Благородные гордые шиарийцы – могут носиться как пара щеночков только за своей мианессой – единственной избранной подходящей для двоих женой. А пока они такую не встретили – отношение к добрачным связям довольно лёгкое… Видимо и я им для разовой ночи как раз подошла. Вот они и не стали выставлять… решили развлечься. Ох, когда поцеловали — думала сознания лишусь.
Но пару минут я всё же жду — вдруг придут? И когда этого не происходит внутренняя самка недовольно ворчит. Мой шиарийский золотистый хвостик возмущённо щёлкает у меня перед лицом!
А потом щёлканье двоится. Троится. И возникает целая щёлкающая симфония! – как будто щёлкает не один хвост, а десяток! Я вижу — мой собственный хвост раскрывается как цветок, помножая щёлкающие концы-лезвия…
Их ровно десять. И один “лепесток” ярко алый…
Меня прошибает ледяной пот!
Пока я там стонала в отключке, мой хвост… запечатлелся!!! Проклятье!!! Что хорошо — алый только один лепесточек. Но плохо — что даже один алый!
Пока эти мысли мечутся, я хватаю свой хвост, начинаю укачивать его как малыша.
– Тихо-тихо… хвостик… так не делай... соберись, пожалуйста, обратно… в классическую шиарийскую форму. ОДИН… у нас должен быть один раздвоенный кончик… ну, пожалуйста…
Я паническим шёпотом уговариваю хвост не выдавать меня. И он минут через пять делает, как я прошу.
В комнате тихо. В гостиной тоже. Ларс и Дрейк мной не заинтересовались. Пока что. Хотели поразвлечься, но легко отпустили. Повезло… Ох… в человеческой не-военной академии всё было куда как проще!
Я уткнулась носом в колени. Обняла себя… Здесь мне очень одиноко. И очень страшно… Что мне делать?!
Если правда о моём настоящем происхождении вскроется… мужчины, которые сейчас меня так страстно желали – первые же сломают мне шею!