Глава 10

Веста

Тишина. Густая, давящая.

Осознание произошедшего ударило наотмашь.

Я лежала между Дрейком и Ларсом, как в центре пылающего вихря, где каждый вдох пропитан их запахом — горячим, мужским.

Моё тело пылало… — везде! И не только снаружи, но и внутри. Моя шиарийская часть умоляла прижаться к мужчинам, ещё глубже вдохнуть их запах, нежно обвить руками… Но в разуме билась куда более обжигающая мысль — бежать! Скорее бежать!!!

Я бы давно вскочила! Но мой хвостик всё ещё был зажат в косице с мощными хвостами шиарийцев. И невозможно было выдернуть его так просто.

Осторожно приподнявшись, я потянула своего золотыша. Ну же… отпустите!

В голове отщёлкивал таймер. Ректоры скоро придут в себя!!!

По чуть-чуть, по чуть-чуть… и вот, наконец, мой хвостик был освобождён!

Сердце моё так колотилось, что стук отдавался в ушах. Я скорее выскользнула с кровати. Встала… и едва не осела на пол, так дрожали мои ноги. Мышцы не слушались, будто налились металлической тяжестью.

Каждое движение отзывалось слабостью в коленях, в позвоночнике, в пальцах. Голова кружилась от смеси запахов — моих самцов, особенно манящего и сладкого от альфа-феромонов. А между ног было мокро… в моих женских соках, в семени моих шиарийцев… Космос Великий…

Я метнулась в смежную ванную, бегом намочила первое попавшееся полотенце и наскоро обтёрлась им.

Не помня себя вылетела из ванной обратно в комнату. Кажется и десяти секунд не прошло.

Не хватало мне ещё залететь! Но при запечатлении — это очень даже возможно. Скорее чудо, если этого не случится.

Нет… Не об этом сейчас надо думать!

Нужно одеться. Забрать флешку. Уйти.

Лучше всего — как можно дальше. За пределы академии! За пределы этого космического сектора! Но только — как?! Меня никто не выпустит! И космо-такси здесь не ходит, чтобы можно было свободно улететь.

Мысли путались, сталкивались, как стая испуганных птиц. Разум отказывался нормально работать — в памяти то и дело вспыхивали смущающие стыдные воспоминания — как пронзительно я кричала, как моё тело выгибалось под Ларсом, как Дрейк целовал мою шею, будто отмечая своей территорией.

“Что я наделала!!!” — стучало в голове. Но ответа не было. Только пульсирующая пустота, которую не заполнить ни стыдом, ни страхом.

Пока мысли метались, тело действовало. Я уже нашарила рубашку, кое-как натянула её. Дрожащие пальцы застёгивая пуговицы криво, не глядя. Моя алая юбка… порезана хвостами деканов. Но все не так плохо как я думала. Выглядит как пара порезов, а не горстка красных лоскутов – по крайней мере можно надеть!

Мой золотой хвостик дёргался, пытаясь вернуться к хвостам деканов.

Этого я позволить не могла.

Кое-как одевшись, сунула флешку в потайной карман на поясе чудом уцелевшей юбки, затем буквально вывалилась из комнат деканов. И замерла.

В гостиной было темно. Всё же ночь. Академия погрузилась в сон.

Куда теперь?!

Таймер в голове продолжал щёлкать… Мужчины скоро очнутся! И тогда... — но тут мысль обрывалась, как нить, обрезанная кончиками хвоста.

Ясно было одно — в комнату возвращаться нельзя. Туда Ларс и Дрейк зайдут в первую очередь. Они уж точно попытаются меня найти. И выяснить, кто я такая. Но как мне быть?!… попытаться выйти наружу?! Где-то спрятаться! Затаиться?

Мысли были нелогичные. Дёрганные. Я с трудом соображала — остаточное действие запечатления. Вдобавок мне приходилось сопротивляться навязчивому желанию вернуться к моим мужчинам…

Моим?!

Нет! — я откинула эту неправильную мысль.

Да — физически — мне всё понравилось. Даже очень. Но душой я желала совсем иного первого раза. С теми, кто меня любит. А не так — под силой запечатления…

В горле встал ком, но я проглотила его, выскользнув из гостиной в общий коридор. Я просто хотела оказаться подальше. Чтобы перестать ощущать этот навязчивый зов внутри. И наконец, начать нормально соображать.

Мои шаги эхом отдавались в пустом коридоре. В душе бушевали эмоции.

Коридоры казались бесконечными. Связь не ослабевала. В голове постоянно мелькали отвлекающие образы: Ларс, целующий мои губы. Дрейк вбивающийся в меня…

И вдруг позади раздался щелчок.

Резкий, как треск льда.

Я замерла. Затылок покрылся мурашками.

— Веста?!

Голос Ариты прозвучал для меня как выстрел.

Я обернулась.

Она стояла в полумраке, её чёрный хвост изогнулся, как змея перед броском. Золотые глаза девушки горели яростью. По опознавательному голографическому бейджу я поняла — она сегодня дежурная, поэтому не спит. Проверяет коридоры.

— Ты что тут делаешь?! — голос шиарийки сорвался на злое шипение. — Для тебя правила ничего не значат?! Студентам запрещено ночью разгуливать без уважительной причины! Но ты наплевала на режим, да?! Эта академия не для тебя, раз даже элементарного не можешь запомнить! И выполнить!

У меня не было сейчас сил с ней сражаться. Ни физических. Ни моральных.

Поэтому я сжалась под её яростным напором. Горло перехватило.

Арита замолкла. Нахмурилась, оглядев меня снизу вверх. И я вдруг поняла, что ведь выгляжу ужасно. Волосы растрёпаны, да и рубашку, я застегнула криво.

Зрачки шиарийки сузились до точек.

— Ты… — начала она, но замолчала на полуслове. Обернулась… Из соседнего коридора донёсся глухой отзвук шагов. Кто-то сюда шёл. Судя по шагам, кто-то из преподавателей. Один.

Это точно был не Ларс и не Дрейк. Их бы я ощутила. Впрочем — это всё равно было плохо.

Я окончательно эмоционально сдулась. Мои плечи поникли.

Если меня поймает любой преподаватель — отведёт обратно в мою комнату. А там уже по-любому будут поджидать деканы. Я боюсь даже взглянуть в их лица!

Но тут Арита схватила меня за руку и потянула в углубление у стены, которое располагалось так, что было незаметно глазу. Я ощутила, как она накинула на меня псионический щит, словно хотела скрыть моё присутствие от других.

— Не двигайся! — шёпотом приказала она и вернулась в коридор.

Я и правда замерла, не понимая, почему она так поступила.

Шаги тем временем приближались. Тяжёлые, уверенные. А потом я увидела его… Ректора Вейлара. Его чёрный хвост, лоснящийся, как смоль, раскачивался за спиной. На висках серебрилась седина.

— Арита, тебя-то я и искал, — сказал ректор.

Я прижимаюсь спиной к холодной стене ниши, затаив дыхание. Псионический щит Ариты обволакивает меня, как вторая кожа. Он на удивление плотный, с интересной вязью псионических линий. Такое разве умеют делать студенты? Похоже, у Ариты талант к щитам.

Странно, что её стиль на практике атакующий.

Через вязь энергий я вижу коридор, где Арита стоит напротив Ректора Вейлара. Лицо девушки мне почти не видно, её хвост вытянулся в военную ровную линию — она не подаёт виду, но наверняка нервничает…

Зачем она вообще меня спрятала?

Чтобы подставить позже? …не понимаю…

Благодаря щиту, Вейлар меня не замечает. Да и он занят другим. Его золотые глаза рассматривают Ариту, и мне мерещится в них неправильный блеск. Чёрный хвост ректора заинтересованно покачивается.

— Как проходит дежурство, Арита? — голос у Вейлара низкий, шелковый, как будто заботливый.

Арита выпрямляется, вытягивается как струна, хотя, казалось, стать ещё прямее уже невозможно. Я слышу, как она глубоко вдыхает, прежде чем ответить:

— Всё в порядке, виан ректор. Заканчиваю обход. Затем сдам смену, как предписывает график.

– А потом? – чуть не мурлыкнул ректор.

– Потом… – Арита точно споткнулась на полуслове, – буду повторять материалы по ряду дисциплин. Много заданий...

— Хм… — Вейлар делает к ней полшага. Улыбается, но как-то уж очень двусмысленно. — Ты очень старательная, Арита. Я бы хотел это поощрить. Если тебе что-то неясно по материалам… Я могу объяснить… такой прилежной адептке.

“Он же не просто предлагает помощь”, — мелькает в моей голове. В голосе ректора проскальзывает что-то тягучее, липкое. Арита дёргает плечом, будто стряхивая паутину.

Её голос звучит резче, чем до этого:

— Спасибо за предложение. Но я справляюсь сама.

— Тогда… — Вейлар наклоняет голову, и его зрачки сужаются до точек. — Просто помни, что мои двери всегда открыты для тебя, виана Арита. Или, если тебе неудобно заниматься у меня, то можно найти другие варианты. Ведь даже самому талантливому студенту нужна помощь… чтобы сохранить свои позиции.

Даже мне очевидно, что тут вообще не про учёбу речь!

А Арите уж и явно понятно. Её хвост вздрагивает, как будто его ударили током. Девушка чуть поворачивает голову, и я вижу, что её щёки уже стали багрового оттенка. Но она не кажется удивлённой. Похоже, такие предложения уже не впервые.

Голос девушки лишён эмоций, высушен:

— Я буду иметь в виду, виан-ректор.

Молчание натягивается как тетива.

Потом ректор кивает, и его хвост щёлкает по воздуху, будто ставит точку.

— Тогда спокойной ночи, адептка, — произносит Вейлар, но в его интонации нет доброты. Это больше похоже на угрозу, замаскированную под благожелательность.

Он уходит.

Когда его шаги затихают, Арита резко поворачивается ко мне. Её лицо пылает, и она не смотрит мне в глаза. Просто вцепляется в мою руку.

— Идём! — шипит она и тянет меня по коридору. Пока иду за ней, я чувствую, как тело девушки дрожит от едва сдерживаемого напряжения. Её чёрный хвост раздражённо рассекает воздух.

— Куда мы? — шёпотом спрашиваю я.

— Переночуешь у меня.

— У тебя?!

— Да. До твоей комнаты слишком далеко. Тебя поймают. Есть ещё дежурные кроме меня. Или ты хочешь вылететь из Академии?

— Нет…нет… Спасибо за помощь.

Она раздражённо фыркает. Будто оказывать это самую “помощь” ей не в радость.

Но я не смею отказаться. На самом деле предложение для меня хорошее. Сбежать я сейчас всё равно не смогу. Выходы из академии ночью охраняются. А так деканы хотя бы не найдут меня до утра. А там уже я смогу добраться до терминала и включить флешку.

Вопросы вихрем крутятся в моей голове.

Мне хочется спросить — зачем Арита мне помогает, если, очевидно, ненавидит? И что это была за сцена с Ректором? Неужели он к ней пристаёт?

Но я решаю не терзать эту рану.

Потому что, очевидно, Арита на грани взрыва из-за того, что я стала свидетелем их разговора. Она сейчас как оголённый провод, одно неверное слово — и ударит током не хуже сломанной эф-дуги. И раздражённо щёлкающий хвост Ариты только подтверждает мои опасения.

Наконец, мы добираемся до зоны общежития. И Арита толкает дверь в свою комнату. Под потолком мягко разгорается свет.

Шиарийка заходит внутрь, а я поражённо застываю на пороге.

Вместо ожидаемой стерильности бокса я обнаруживаю довольно девчачью комнату. Белые стены в нежно-розовых тканевых панелях с вышитыми узорами. На подвесных полках в окружении лавовых ламп и статуэток-сердечек замерли две стопки бумажных книг! Таких редких и дорогих в наше время. Кажется, это в основном любовные романы. Голо-картины с зелёными пейзажами неизвестных планет заполняют почти все пространство над скучным казённым письменным столом.

А уставную кровать укрывает покрывало с принтом крылатого серебристого котоида, якобы задремавшего на книжной стопке. Но котоид с покрывала хитро подглядывает одним прищуренным жёлтым глазом.

Мда…

Даже аромат здесь — не дезинфицирующие средства “озон-0-0-3-дождевая свежесть”, а что-то цветочное, с ноткой карамели. Запах домашнего уюта, которого я не встречала в академии.

Вот уж неожиданно. Я думала она воин до мозга костей. Потому что такую агрессивную шиарийку ещё поискать… А оказывается за всем этим она очень даже романтичная девушка.

Пока я оглядываюсь по сторонам, Арита достаёт из встроенного шкафа полотенце и запакованный комплект одежды из тех, что при первой примерке подстраиваются под размер. Суёт мне в руки.

— Душ там, — она показывает хвостом на дверную панель.

— Почему ты мне помогаешь? — всё же спрашиваю я.

— Думаешь, я хочу?! — резко отвечает она, дёргая подбородком. — Нет! Ни капли! Но… ты мне тоже помогла. Прикрыла от деканов, хотя могла нажаловаться. И у меня были бы проблемы. А шиарийцы платят долги. К тому же… — её голос немного смягчается, — посмотри на себя. Что с твоей одеждой, а что с выражением лица… Тебе явно нужна помощь. И по коридору ты улепётывала, будто тебя котоиды за пятки кусали. Даже если ты мне не нравишься, я забочусь о… репутации академии! Какие-то слухи ещё поползут о том, что тут творится. Кому это надо?

Она говорила так горячо, будто убеждала саму себя. Но мне вдруг становится очевидно, что на она просто хорошая девушка, даже если придумывает себе образ “вояки”. Да — у нас не сложилось… и характеры уж очень разные. Но на самом деле у неё свои сложности, о которых она никому не говорит. Как этот Ректор…

— Спасибо, — я робко, но искренне улыбаюсь шиарийке, — Правда, спасибо, Арита. Ты мне очень помогла.

Она вдруг смущается, да так, что у неё загораются алым кончики ушей. Она скрещивает руки на груди, будто защищаясь.

— Что у тебя случилось, Веста? Если кто-то тебя обидел, то скажи. Здесь с этим строго. Надо обратиться в деканат. И обидчики пожалеют, что на свет родились!

— Нет-нет! — слишком быстро отвечаю. — Это не то… Просто вышло недопонимание.

Она хмурится и чуть наклоняет голову, словно принюхивается. Я настороженно замираю. Вообще-то у шиарийцев очень хороший нюх, особенно у чистокровных. Мой золотой хвостик прячется за ногу. На миг я пугаюсь, что сейчас Арита распознает на мне мужской запах… и определит даже чей!

И она правда что-то унюхивает! Только говорит нечто странное:

— Хорошо, Веста. Я не буду допытываться. Но только скажи мне честно одно…

— Да?

— Это ведь не Шинру?! Не Арес? Скажи, что была не с ними!

— Нет. Конечно, не с ними! — возможно я ответила чуть громче чем стоило. Ведь уровень странности вопроса зашкаливал!

— Но они ведь тебе нравятся. Вон как ты бросилась лечить Шинру на тренировке.

— Мы просто были в одной команде, вот и всё. Они мне в этом смысле совсем не интересны. Вот ни капли!

Арита фыркнула, скрестила руки на груди, но в её взгляде мелькнуло что-то похожее на облегчение. Её чёрный хвост расслабленно опустился, касаясь пола. Девушка отвела взгляд, пытаясь скрыть смущение. Но получалось у неё плохо — на щеках выступил румянец.

— Ладно… я без претензии спросила. Мне то что, кто там тебе нравится… Просто, лишь бы всё было по согласию. Тебе точно не нужна помощь? Я могла бы…

— Нет, правда. Всё в порядке!

— Тогда иди умывайся! А потом ложись спать. Я разложу тебе дополнительное спальное место. А завтра уже со всем разберёмся. Так… вот, возьми ещё это полотенце. И что найдёшь, всем пользуйся.

Я кивнула.

Прижав к груди выданную одежду и полотенце, поскорее прошла в ванную комнату. Под потолком вспыхнул свет. Прикрыв дверь, я огляделась по сторонам.

По обстановке здесь всё было, как и в моих комнатах — обычная будка душевой, раковина, небольшой шкафчик с зеркалом. Для студентов не делали различий, но всё же улавливалась личность проживающей тут Ариты.

На крючке в душе висит мочалка в форме свернувшегося в клубок котоида с розовым бантиком на шее. Махровое нежно-сиреневое полотенце аккуратно развешено на фиксаторе для просушки. Шампунь перелит в голубые баночки с декоративными лапками.

Очень мило…

И совсем непонятно, почему Арита прячет эту женственную часть себя.

И что у неё за ситуация с Шинру и Аресом…

Почему Арита спросила про них? Я была уверена, что она скорее ненавидит эту шиарийскую двойку. Ведь на тренировке она рычала на красноволосого Шинру так, будто хотела вырвать ему хвост. Да и он отвечал ядовитыми насмешками.

Но вопрос Ариты явно исходил ревностью.

Я это весьма остро ощутила.

…или это просто мои нервы?

Уф, впрочем… мне бы не про Ариту думать, а про себя.

Проблем столько, что в них можно и утонуть.

Вздохнув, я сняла одежду, сложила стопочкой на полке и заглянула в зеркало…

И замерла. Нда уж… Я провела ладонью по шее.

Там на коже проступали алые пятна — следы страстных поцелуев Дрейка и Ларса. Вспомнилось, как их губы ласкали моё тело, оставляя метки, будто деканы хотели заявить на меня права. И кажется, в тот момент я совсем не была против…

Сердце заколотилось, мой хвостик изогнулся и внезапно раскрыл “цветком” кончики — теперь они были вновь нормального цвета.

Запечатление… Оно уже произошло. Теперь рядом с Ларсом и Дрейком моё тело будет “таять” — по крайней мере так генетическая память обозначила мне этот процесс… А что это на самом деле значит — я на себе прочувствовать не хочу. Уже подозреваю, что ничего приятного!

Закусив губу, я поскорее включила воду и шагнула под горячие струи.

Нанесла на тело пенящийся гель из флакона “с лапками”… вдохнула аромат лавандовой пены. Пока я смывала с себя ощущения от близости с деканами, в мыслях проносились воспоминания.

Как каждая моя клетка пела … Их запах, окутывающий меня. И о том, как они наполняли меня, снова и снова. Я прижала ладони к животу. А что если там уже зарождалась новая жизнь? Космос, как же это не вовремя.

Как же это страшно!

Но ещё страшнее — мысль о том, что Ларс и Дрейк найдут меня.

Что они уже ищут. Что в их сердцах сейчас бушует гнев!

Я не уверена, как всё ощущалось для них. Но уж точно они не позабыли, как я пыталась их опоить. А потом забрать флешку. И уж наверное у них есть вопросы к тому, почему они вдруг, забыв о цели, накинулись на меня, как голодные звери.

Вода смывала их следы с моей кожи. Но не из памяти.

Сдаётся мне, такой первый опыт я никогда не забуду. Слишком приятный для тела, и пугающий для разума.

Когда я вышла из душа и высушилась, свет в комнате уже был приглушён. Арита спала.

И для меня была накрыта отдельная кровать — выдвинутая из стены горизонтальная панель с небольшим бортиком. Арита ей заправила, так что я просто нырнула под одеяла, чувствуя прилив благодарности.

Завтра мне надо будет обязательно ещё раз сказать Арите огромное спасибо… Не знаю, чтобы я делала без неё.

Едва моя голова коснулась подушки, как усталость навалилась гравитационным прессом. Всё на что хватило сил — это завести будильник на ручном коммуникаторе.

Мне нужно проснуться за два часа до общего подъёма.

К этому моменту откроются внешние ворота академии. Так что я смогу улизнуть.

А уж потом найду как связаться с родителями. Главное — больше никогда не встречаться с деканами…

Никогда…

…

…

…

Толчок в плечо вырвал меня из сна.

— Вставай, — сказала Арита.

Я распахнула глаза и увидела, что она стоит надо мной в идеально выглаженной форме академии. Юбка без единой складки, рубашка с эмблемой академии, застёгнутая до самого воротника. Чёрный хвост Ариты бодро поприветствовал меня щелчком.

Я медленно моргнула, соображая… А потом подскочила, как ужаленная.

— Сколько времени?! — выпалила я.

— Через пятнадцать минут занятия.

— Мой будильник…

— От долго трезвонил, я его выключила. Ты выглядела… слишком уставшей. Но не переживай, позавтракать успеешь, — шиарийка кивнула на стол. Там стоял поднос с едой. — Взяла из столовой. Поешь и надо выдвигаться.

Но я не чувствовала голода.

Только ужас.

— Кстати, деканы тебя искали, — добавила Арита, щёлкнув хвостом. — Я ничего им не сказала, но…

Искали?!

У меня закружилась голова.

Я стала поспешно натягивать одолженный шиарийкой комплект формы, руки тряслись.

— Что они сказали?!

— Они…

И тут в дверь комнаты постучали.