Глава 23

Меня затрясло. И не хотелось даже представлять, не то что вслух предполагать, что он может сделать со мной. А уверена, может он многое… Очень многое. И под неподъёмным чувством вины я не нашла в себе сил сейчас противостоять ему, как делала обычно. О чём-о спорить. Что-то выяснять. Не смогла найти нужных слов, чтобы оправдаться или хотя бы объясниться с ним… Хотя и сама себя оправдать не могла пока. А потому просто опустила голову и прошептала: - Делай, что считаешь нужным… Что ещё я могла ему ответить? Просить о снисхождении? Бесполезно. Они все делают то, что хотят. От моего слова ничего тут не зависит… Но в комнате повисла тишина. Тяжёлая. Густая. Давящая. - Хочешь сказать, ты на самом деле так сильно переживаешь? – через время послышался его недоверчивый, но всё ещё такой же ледяной и злой голос. Почему-то я от него вздрогнула. А от обвинения, которое в нём послышалось, стало тошно. - Тот парень… Он выживет? – спросила вместо того, чтобы доказывать ему что-то. Император помолчал. Будто бы специально ждал, когда мои нервы натянутся до предела. А потом… - Возможно. Ему просто повезло, - отрезал он сухо. – Особенно повезло, что я не собирался убивать своего брата. Так что ничего больше в том космолёте не было. А того, что заложил «спасённый» тобой братец оказалось недостаточно, чтобы прикончить его на месте. Точнее он бы всё равно погиб, конечно. Если бы его отец не озаботился раньше и не приставил к нему командора, который заподозрив неладное, и полетел выяснять сам, а нашёл почти бездыханное тело. И да, Диана. Это тоже мой брат. Тоже не родной. Но ещё один претендент на трон. Вот Рах-Кхарр и решил избавиться от нас двоих разом. Его убрать, меня обвинить в этом. Не учёл, что его отец не поверит в эту ересь и откажется присутствовать на совете, что без него вообще не имеет смысла… - всё это звучало зло, холодно, презрительно. Но я кивнула, осознавая, что такую схему мне было раскусить точно не под силу. Радовало тут только то, что у невиновного есть хотя бы шанс выжить… Но сильно легче мне от этого не становилось с учётом новых вводных. Ведь выходило, что император совсем не такой плохой, как я считала, и никому не собирался вредить. А вот я сообщила обо всём серокожему, позволив ему разработать и осуществить этот план… От этого стало даже горче… Как же я попалась на эту удочку? Как позволила собой манипулировать? Император же скалой нависал надо мной сбоку и молчал. Многозначительно так молчал. Наверное, наслаждался моим падением… - Я не хотела… шпионить… И рассказала не чтобы навредить тебе, а чтобы… Мне просто не хотелось, чтобы кто-то… пострадал… - Отличное оправдание. Тебе не хотелось? – низко рыкнул он. – А что в итоге? - Я не оправдываюсь… Я правда это сделала… Я виновата… - признала, как есть. Он же снова замолчал. Только дышал теперь довольно шумно. А затем вдруг резко встал. Получилось это настолько быстро, что я как-то рефлекторно отпрянула, как от источника опасности. И даже сжалась, обнимая себя руками, словно в ожидании его жестокости… Нет, я не успела подумать. Так вышло само. Но почему-то императора это разозлило. Потому что с его губ сорвался низкий рык. А потом, взмахнув хвостом, он молча ушёл в душевую, оставив меня продолжать плакать. И я бы хотела остановиться. Хотела бы убедить себя, что тот парень выживет. Но не могла… До меня, наверное, только теперь в полной мере и дошло, что со мной произошло за это время. Кто я теперь. Что не могу верить тут вообще никому. И даже рассказать, как мне больно, сейчас некому. Никто и не поймёт… Когда император вернулся, я всё ещё всхлипывала, зажав рот руками и глотала собственные слёзы, чтобы не бесить его ещё и своими рыданиями. Он и так в бешенстве. Зачем провоцировать ещё больше? Почему-то мне казалось, что в наказание он придумает мне нечто ужасное. Самое унизительное и жуткое… Правда, всё ещё не могла своим уставшим мозгом представить, что именно это может быть… Спустя ещё какое-то время послышались недовольные его вздохи из каюты со стороны кровати. Кажется, он собирался спать, а я ему мешала. И тогда я усилием воли заставила себя дышать медленнее и ровнее, чтобы не шмыгать носом и продолжила плакать почти беззвучно. Успокоиться было выше моих сил. И уже не только из-за произошедшего сегодня. Просто навалилось всё разом. И я совершенно этого не вывозила… Так что и уснуть бы не смогла. Поэтому пребывала в таком странном коматозном состоянии, когда тихо дышала ртом, почти не шевелилась, не могла полностью отдавать себе отчёта. И лежала неподвижно, свернувшись в тугой клубочек на подушках с полуприкрытыми глазами, когда в приглушённом свете из окна увидела над собой огромную чёрную тень… Глухо вскрикнув, я попыталась отползти, но тень оказалась быстрее, наклонившись надо мной. И сразу же сильные руки подняли меня над полом. Я попыталась оттолкнуться, вывернуться, но ничего не получалось. Почему-то подумалось, что императору надоели лишние звуки и он решил вовсе от меня избавиться, пригласив кого-то, чтобы увели отсюда. В какую-нибудь темницу для предателей… - Тшшш, это я, - прозвучало твёрдо хорошо знакомым голосом. Император? Он сам собирается меня вышвырнуть отсюда? - Куда ты меня несёшь? – спросила хрипло, паникуя и снова шмыгая отёкшим носом. Да и вообще после нескольких часов рыданий на моё лицо, наверное, никому лучше не смотреть… - В кровать, - сообщил он, и я напряглась сильнее в его руках. - Не надо… Пожалуйста… Не надо, - зашептала горячо, вспомнив, что предлагал мне выбрать покорность вместо казни. Неужели решил, что сейчас самое время? У меня совершенно сил сопротивляться. Но если он сделает это сейчас, я уже точно не вывезу. Не справлюсь… Только кто бы меня послушал. Император всё равно принёс меня и положил на постель. Я сразу же отползла от него к самому изголовью в желании оказаться подальше. Он возвышался надо мной полураздетый с распущенными по плечам тёмными волосами. Его хвост сейчас не мотался из стороны в сторону как несколько десятков минут назад, но всё же очевидно не был спокоен… Поэтому когда он зачем-то снова вышел в комнату с фонтаном, я бросила заполошный взгляд на душевую. И хоть убей не могла вспомнить, есть ли там замок? Куда мне ещё бежать от него? Открыть каюту я не могу. А бегать по ней бесполезно – он же всё равно догонит. И сделает, что хочет… Но я и так разбита. Неужели он хочет сломать меня окончательно? Так что когда император очень скоро вернулся, я сжалась сильнее. Перед глазами же настолько мутилось, что не могла распознать, что именно он держит в руках, когда наклонился ко мне. Я ожидала… Не знаю. Что может он ударит или схватит и больно сожмёт, но вместо этого услышала: - Пей. И осмелилась посмотреть ему в лицо. Оно было почти бесстрастным. Спокойным. - Выпей. Это просто вода, - повторил он, и тогда я перевела взгляд на его руку, которая уже поднесла стакан к моим губам. Недоверчиво я потянулась к нему и сделала первый глоток. Действительно, вода. Просто вода… Обхватив стакан обеими ладонями поверх его, я жадно пила до тех пор, пока не осталось и капли. Только тогда немного пришла в себя, ощущая, как сильно болит голова. И меня всё ещё подташнивало после всех переживаний. Император же отставил стакан на тумбочку и… лёг на кровать. Но так странно лёг… Распахнув руки словно для объятий… Я глупо смотрела на него, вжавшись в изголовье кровати, продолжая шмыгать носом и сидеть, поджав к себе ноги, так прячась от него за собственными коленями. - Иди сюда, Диана… - позвал он. – Тебе надо поспать. Всё остальное завтра. Я порывисто выдохнула. Он хочет, чтобы я… спала с ним в обнимку? Или чего-то ещё большего хочет? - Просто спать, - пояснил император, будто читая мои мысли. И у меня сердце защемило… Даже не от того, что он принёс меня сюда, а потом подал воды. Не потому что предлагает спать с ним вместе. А просто от осознания, что хоть ненадолго я могу побыть со всем этим не одна… Что он предлагает мне поддержку вместо того, чтобы доломать окончательно. И даже только тот факт, что мне можно будет кого-то обнять, чтобы физически разделить тот ужас, что творился внутри меня (пусть даже это был виновник этого самого ужаса), уже заставлял испытать облегчение. Не особо думая, разбитая после нескольких часов слёз, я нырнула в его руки, слегка только прижимаясь щекой к широкой груди. Но он уложил меня удобнее, заставив лечь к себе поближе полностью. Одна его рука покоилась на моей талии сверху. Бицепс другой он подложил мне под голову, согнув руку так, что его ладонь оказалась на моих волосах… И вдруг погладил их. - Он выживет. И даже ран не останется. Выглядело жутко, но его вовремя привёз командор. Уже через пару часов, когда тебя увели, стало понятно, что регенерация сработает и скоро всё будет хорошо, - прозвучал уверенно его тихий, словно успокаивающий голос. - Это… точно? – спросила, всхлипнув. - Да. Не сомневайся. Поспи, - и… он снова погладил меня по голове. Мне захотелось разрыдаться от облегчения. Он не умрёт! И я бессознательно прижалась к нему сильнее. - Спасибо, - прошептала императору, ощущая, как тело наливается свинцом, а голова тяжелеет. - Я мог сказать тебе сразу. Но не сразу поверил в твои слёзы… - он вздохнул и слегка прижал меня к себе. – Думал, ты специально это делаешь, чтобы вызвать жалость. Что это манипуляция такая. Вообще я тоже виноват. Мне и в голову не пришло, что эту информацию можно использовать вот так. Поэтому позволил тебе ему рассказать. Хотел увидеть, как далеко ты зайдёшь. Но за этим не подумал, как далеко может зайти мой брат. А следовало бы, так что моя вина тут неоспорима… - он вздохнул снова. Я кивнула понимающе и случайно задела его кожу губами. Замерла. - Спи, - повторил он, сжимая пальцы на моём платье в районе талии. И тут погладил уже её одним большим, пока вся остальная ладонь оставалась неподвижной. – И не плачь больше… Это прозвучало на самом деле успокаивающе. И от накатившего облегчения, я выдохнула и почти сразу и правда провалилась в сон. Беспокойный, заставляющий периодически просыпаться. Но каждый раз я ощущала рядом его и его неспешные поглаживания, вспоминала его слова, что всё будет хорошо, и он не винит только меня – и засыпала снова… Да, он сам – причина всех моих бед. Но прямо сейчас он вытащил меня из болота собственного чувства вины. И да, он тот ещё говнюк, раз не рассказал мне сразу, что жизни того парня уже ничего не угрожает, но в общем-то он мог и продолжать молчать, упиваясь моим бессилием и самоедством. Не сказать, что это делало его добряком, но очень мне помогло сейчас. Действительно. Так что на решение этих ребусов о его мотивах у меня не было сил. И когда в очередной раз я проснулась, поняла, что сама обнимаю его за шею. Не знаю, спал ли император в тот момент, но его ладони продолжали крепко держать меня. Руки мои он от себя не убирал. А его хвост, обвив мою голень, ласково поглаживал её. Почему-то меня успокаивали эти движения… И я снова заснула, не разжимая рук. На этот раз до самого утра. И уже не всхлипывая во сне. Не вздрагивая. Я просто спала в его объятиях. И почему-то сейчас чувствовала себя довольно спокойно…