Глава 21

Кровь на серой земле

Мистер Эльман — владелец таверны — появился лишь на мою четвёртую смену. Это был мужчина лет пятидесяти с пивным брюшком и засаленными, начинающими седеть рыжими волосами.

Надо признать, что он тут же выплатил мне деньги, которые был должен, но это было омрачено тем, что он начал придирчиво разглядывать меня, как кобылу, выставленную на продажу.

— Повар сказал, что личико у тебя с дефектом. А я же смотрел — было хорошеньким, — нахмурился он, вглядываясь в меня.

— Просто были прыщи, — оправдалась я.

— Должна же у нас быть хоть одна хорошенькая официантка, — криво ухмыльнулся Эльман. — А не только вот эти вот…

Он бросил короткий взгляд в сторону тощей Синтии и квадратной Бруньки. Я промолчала и опустила взгляд на столешницу, делая вид, что она очень меня интересует.

Мистер Эльман был немного зазнавшимся. Но я встречала вырожденцев и похуже. Эльману удалось выбить себе разрешение на открытие таверны в достаточно приличном районе. Хоть и большую часть прибыли он отдавал в качестве налога в городскую казну, всё равно его можно было назвать зажиточным по меркам вырожденцев.

Я дорожила работой, всё-таки больше меня никуда не брали, поэтому перечить ему не стала. В конце концов это лишь его мнение. Мне же казалось, что девчонки довольно приятные. Особенно Брунька. Кто-то мог назвать её внешность простоватой, но мне казалось, что когда она улыбается, стразу становится очень-очень милой.

— Давай, иди, — поторопил меня хозяин таверны, кивнув на поднос, уже ожидающий меня на раздаче.

Не дождавшись ответа, мистер Эльман пошёл прочь.

Я послушно взяла заказ, чтобы отнести его клиенту. Время было ещё не слишком позднее, около девяти вечера. Но я ужасно хотелось спать. Подумала, что нужно будет в перерыве попросить у повара кофе.

В зале сегодня было тихо. Торопиться некуда.

Я вынесла заказ, аккуратно поставила перед двумя очень занятыми беседой мужчинами блюдо с запеченой бараньей ногой, тарелку с овощами и печёную картошку. Они едва обратили на меня внимание.

Помимо этого столика, у меня было ещё два. Следующие полчаса пролетели незаметно. Как только я освободилась, тут же попросила сделать мне кофе и присела на стульчик, медленно потягивая обжигающий горький напиток и лениво глядя в зал.

С одной стороны, хотелось, чтобы так спокойно было всегда. С другой — чем меньше клиентов, тем меньше чаевых. А я копила деньги на одну книгу, в которой были редкие атакующие заклинания.

Вдруг увидела, что в зал входит снова компания, с которой обычно ходил тот козёл-некромант, который тогда измывался над Альфредом, а потом угрожал мне. К моему облегчению, врага среди них не было, но я всё равно насторожилась.

Поставила чашку и аккуратно двинулась в сторону подсобных помещений в поисках Бруньки. Было неудобно просить её снова обслужить их столик, но я была уверена, что она поймёт. А вот Синтия вряд ли. Чего доброго начнёт ворчать, что я отлыниваю, позовёт хозяина…

Я вошла в комнату, где обычно мы переодевались и хранили вещи, и вдруг услышала, как хлопнула входная дверь в коридорном помещении.

— Брунька? — позвала я, идя к источнику звука.

Выглянула на улицу, но никого не увидела. Странно, я ведь пришла последняя и закрывалась на ключ, всё-таки у нас тут вещи.

Собралась идти обратно, как натолкнулась на Бруньку, спешащую куда-то.

— Ты не выходила на улицу? — спросила я. Может разминулись?

— Нет, зачем мне? Дел невпроворот! Люди повалили, давай-давай. Нужна помощь!

— Бегу, — всполошилась я, поправляя форму. — А Синтия где?

— В зале, Эви. И там опять этот урод, который тебя доставал. Я сама их обслужу. Столики в правом углу твои. Не показывайся парням на глаза и все.

— Спасибо, — я благодарно коснулась плеча подруги. Она и сама поняла, чего я опасалась и вызвалась помочь.

Прошло пара дней с тех пор, как Кристиан попытался сделать «это».

Я даже про себя не хотела произносить то, что было между нами. Старалась гнать из своей головы опасные мысли, но произошедшее то и дело всплывало в памяти. Особенно этому способствовал тот факт, что теперь о том, что старший Сальваторе сначала послал королеву академии у всех на глазах, а потом обжимался с бледной молью, говорили все.

А говорили разное: что мы целовались прямо в коридоре, что потом ушли в комнату к Кристиану, что я собираюсь жить с ним в комнате прямо в академии, что я уже там живу, что я делаю какие-то постельные чудеса, поэтому дракон и выбрал меня. Даже что я тайная дочь какая-то советника при императоре, поэтому и пользуюсь особыми привилегиями в академии.

С учётом того, что нас с Кристианом видели вместе и раньше, поверили в эти слухи, ну… примерно все. Просто каждый выбирал то, во что ему больше нравилось верить.

Я ожидала травли со стороны Миранды, но она на удивление отнеслась спокойно. Может соседка по комнате была из тех, кто верил, что я тайная дочь одного из советников? Выяснять я не стала. Радуюсь, что одной проблемой меньше.

Единственное, что меня смущало — Велма. Я написала ей записку, но она ничего не ответила. Я надеялась, что мы встретимся в пятницу и поговорим. Я сама виновата, что так долго молчала. Нужно было сразу рассказать подруге обо всём.

Я вышла в зал и бросила короткий взгляд на парней из академии. К сожалению, тот некромант объявился и уже сидел в окружении своих друзей. Чего и следовало ожидать.

Я не тешила себя надеждой, что он испугается моей связи с Кристианом. Этот придурок доставал даже его брата и не слишком-то опасался расплаты.

Всё шло довольно неплохо, мы обслуживали клиентов, на меня никто особо не смотрел, пока я не услышала какой-то шум за столиком, где сидели адепты. Брунька жестикулировала и что-то пыталась им объяснить, но двое парней что-то очень жёстко ей высказывали. Было видно, что начинается скандал. Я пошла к ним ближе, решив, что должна помочь. Всё-таки Брунька вызвалась помогать мне, хоть и не обязана была.

Но внезапно тот самый гад-некромант встал, вперил в меня полный злобы взгляд и громогласно провозгласил на всю таверну, тыкнув в меня пальцем:

— Эта нищенка украла у моего друга часы.

— Какой бред, она даже не подходила к вам, — тоже громко возмутилась Брунька, наплевав на то, что мы должны быть вежливыми с клиентами.

— Нет, она шла мимо него и украла! Кроме неё никто не мог так поступить! — продолжал настаивать он, привлекая к нам всё больше внимания.

Сердце взволнованно забилось. Я знала, что ни в чём не виновата, но от чего-то было не по себе. Этот некромант явно что-то затеял.

На шум вышел мистер Эльман. Он подошёл к возмущающимся парням и принялся выяснять в чём дело.

Бруньку отослали прочь, она встала рядом со мной и тихонько пробормотала:

— Вот же твари, а. Сразу видно, драконы. Кто ещё будет так издеваться над людьми?

— Этот некромант точно хочет моего позора. Мистер Эльман теперь уволит меня! — с отчаянием прошептала я. — Даже если выяснится, что это всё ошибка, ты глянь — постоянные клиенты уже смотрят на меня с неприязнью. Урод просто решил очернить меня!

— Эй, не раскисай, — Брунька ободряюще мне улыбнулась. — Эльман не так уж плох. Зазря не станет тебя гнать прочь. Ну на крайний случай… я раньше работала в таверне неподалёку, но у нас случился конфликт с женой хозяина. Но сам он на меня не в обиде. Попрошу за тебя, думаю, возьмёт. Платят там поменьше, и народу тоже не так много, с чаевыми не разгуляешься. Но хоть что-то.

— Спасибо, — искренне улыбнулась я, на душе стало чуть легче.

Денег я немного подкопила, работа была денежная, но я прекрасно знала, как быстро они заканчиваются. А у тёти просить не смогла бы, она недавно была у лекаря, и он выписал ей новые лекарства. Она писала, что всё в порядке и денег хватает, но я уже разрывалась между тем чтобы купить новую книгу, которая была мне так необходима, чтобы постоять за себя, или послать накопленные средства тёте Энни.

Так что запасной план Бруньки был как нельзя кстати. Иначе я бы совсем уж извелась.

Вдруг мы увидели, что мистер Эльман и два адепта идут к нам. Я поджала губы и смотрела на лгунов с нескрываемой неприязнью.

— Мистер Киран Лейбли утверждает, что ты украла у его друга мистера Кросмана часы, — хозяин таверны вперил в меня подозрительный взгляд. — Нужно, чтобы ты вывернула карманы.

— Но ведь Брунька видела — я даже не подходила к ним! — возмутилась я.

— Просто сделай, ладно? — было видно, что ситуация хозяину не нравится. Тем более, что она привлекала внимание гостей.

Я его понимала, так можно и клиентов потерять.

— Хорошо, — буркнула я.

А затем сняла передник и показала, что в небольших карманах юбки пустота. Лишь застиранный носовой платок.

Я с торжеством посмотрела на блондина некроманта Кирана. Он ответил колким презрительным взглядом.

— Она могла спрятать где-то… под платьем, — на лице некроманта появилась ехидная улыбочка.

Я едва не позеленела:

— Но как? Я всё время на виду! Либо в зале, либо на кухне, пока беру поднос с заказом!

— Проклятье… придётся обыскать. Пошли в подсобку, — нехотя сказал мистер Эльман.

— Я хочу видеть, вдруг вы заодно, — нагло заявил некромант.

— А почему это ты всё время говоришь и настаиваешь на воровстве, если часы украли у твоего друга? — задала вполне резонный вопрос я.

Второй парень увёл взгляд и поджал губы.

— Он скромный, — ухмыльнулся Киран. — Так что, пойдём посмотрим? Наверняка спрятала там, где думала никто и искать не будет…

Как же несправедливо! Мелькнула мысль настаивать на том, чтобы позвать стражников, но я понимала, что тогда точно вылечу с работы. Шансов не будет. Хозяин мне не простит, если придётся закрыть таверну на вечер. Ещё и скорее всего меня загребут в камеру до выяснения ситуации. С вырожденцами никто особо не церемонился. Может гад именно этого и добивался? Чтобы я сама позвала стражников, а потом меня упрятали на пару дней за решётку?

— Нет, — внезапно вступился за меня мистер Эльман. — Не нужно унижать девчонку. Пусть Брунька её осмотрит. А я рядом постою. Негоже, чтоб мужики у неё под юбкой лазили.

— Да как вы смеете? Она воровка! — выплюнул Киран. — Руку бы ей отрубить, как раньше делали!

— Я сказал — нет, — не сдался хозяин, нахмурив брови. — И хватит указывать. Сам разберусь.

Киран явно был недоволен тем, что его отбрили, но возразить ничего не смог. Лишь злобно поглядывал, то на меня, то на мистера Эльмана.

Мы прошли втроём в подсобку.

Мистер Эльман, к счастью, отвернулся. А я, преодолев стыд, стянула юбку, а затем расстегнула блузку.

Брунька для вида ощупала меня, оттянула полосатые форменные гетры.

— Ничего нет, мистер Эльман, — громко сказала она.

— Точно? — спросил он, стоя спиной. — Твою ж мать…

Повернулся, окинул меня быстрым взглядом — дрожащую от холода и стыда в одном нижнем белье — и тут же отвернулся.

— Нет, я девчонку трогать не буду. Это уже перебор…

Под сочувствующим взглядом Бруньки, глотая обиду и уже начинающую зарождаться в груди злость, я быстро застегнула чёрную блузку, затем одела юбку и передник. Как же унизительно! Как подло!

Мы вышли в зал, где всё ещё ждали двое клеветников.

— Ничего у неё нет, никаких часов, вы их явно потеряли, — уведомил их мистер Эльман. — Хватит уже доставать девчонку.

— Хм, — Киран переглянулся со своим другом. — Мы тут подумали, что не хотели бы для вас проблем. Таверна нам нравится, и всё такое…

— Часов никто не брал, — продолжал настаивать хозяин таверны. — Так что и проблем у нас быть не может.

— Вот что, давайте, если всё-таки выяснится, что это она, то не будем портить жизнь девке и репутацию вашей таверне. По закону, если ворованное будет отдано добровольно, мой друг может не вызывать стражу, а просто… ну… накажем её. Скажем пятьдесят ударов плетью прилюдно. Сойдёт в качестве наказания. Вы сами накажете девчонку, как и полагается по закону. И мы в расчёте. Хозяин тут вы, преступление в вашем заведении случилось. Значит, выбирать вам — стражники, или плеть?

Я однажды видела, как в булочник стегал плетью мальчишку, который работал у него уборщиком и украл буханку хлеба. Мне было лет десять, но я до сих пор помнила кровавые полосы на худой бледной спине голодного мальчонки.

— Я ничего не брала! А значит и отдать ничего не могу! — всплыла я. — Хватит мстить мне!

— По доброте душевной мы засчитаем, что ты отдала добровольно, даже если найдём сами. Пожалеем тебя, дурочку, — елейно улыбнулся Киран, а затем толкнул локтем в бок своего товарища: — Так ведь?

— Да, — поддакнул тот.

Мистер Эльман побагровел от гнева, что-то пробормотал под нос про щенков, но перечить драконам было не в его интересах.

— Ладно, — согласился он сквозь зубы. — Но ведь мы уже выяснили, что она ничего не брала.

— Но мы не проверили её вещи… — поднял брови Киран.

— Хватит уже! А потом что? Пойдёте в мою комнату в академии? Домой к моей тёте? Там будете искать? — не сдержалась я.

— Не переживай, пусть хоть землю роют, гады. Всё равно ничего не найдут, — утешила меня Брунька, с ненавистью глядя на некромантов.

— Вам же нечего скрывать, — Киран бросил мне противную улыбочку. — Так что?

— Пошли уже, — бросил хозяин. — Посмотрим вместе.

Когда трое ушли в подсобку рыться в моих вещах, мы с Брунькой остались вдвоём. Я чувствовала себя так, словно меня в нечистотах измазали с головы до ног. Определённо нужно что-то с этим делать! Я больше не была намерена терпеть подлянки от этих драконов. Только как от них избавиться? Пожаловаться ректору, декану? Я не знала, как поступить. Голова плохо соображала, от нервов едва не потряхивало.

— Идут, твари, — шепнула мне Брунька.

Я повернула голову и увидела мистера Эльмана. Он смотрел на нас и взгляд у него был очень недобрый.

Как только все трое подошли ближе, я увидела, что в руке у мистера Эльмана болтаются часы на золотой цепочке.

— И как ты мне это объяснишь? — разъярённо прогремел он.

— Я не брала часы! — выпалила я, с негодованием глядя на некроманта Кирана.

Тот скривил лицо. А мистер Эльман уперев руки в боки, зло зыркнул на нас с Брунькой и ответил:

— А я и не про тебя! Она взяла!

Я повернула голову и увидела ошарашенное лицо Бруньки. Конечно, подруга была не при чём!

Потом перевела взгляд на Кирана. Он смотрел на меня с раздражением и некоторой досадой.

— Я не брала, — взвилась Брунька, раздражённо поглядывая на своих обвинителей.

И тут я поняла…

— Он заходил в подсобку с задней двери! Я слышала, как хлопнула дверь. И хотел подкинуть мне, но Брунька перекладывала вещи и кинула мой плащ с нашивкой академии в свою тумбу, потому что у меня дверца заедала. Я не могла открыть! А этот урод открыл её ящик, и решил, что это мой!

Проклятый плащ!

— Какая наглая ложь… — закатил глаза Киран.

Я с мольбой посмотрела на мистера Эльмана, но он ответил мне скептическим взглядом:

— То есть ты видела мистера Лейбли в подсобке и мне ничего не сказала?

— Нет, не видела, но…

— Тогда не нужно наговаривать! — грубо прервал меня он, очевидно, находясь уже на грани. — Брунька, есть что сказать в своё оправдание?

Официантка стояла слегка сгорбившись, у неё на глазах выступили слёзы. И я понимала почему. У бедняжки беременная мать и четверо братьев и сестёр. А отец ушёл в очередной двухмесячный загул. Она была единственная в семье, кто зарабатывал. А теперь её точно уволят… и даже неизвестно, что хуже: кнут или остаться без работы.

— Нужно вызвать стражу! — я схватилась за рукав мистера Эльмана, привлекая его внимание. — Пусть они разбираются!

— А кто оплатит убыток, когда посетители уйдут? Сегодняшний и последующие? Что за слухи поползут о таверне? К нам никто не придёт, если узнают, что это не недоразумение, а настоящее преступление! — процедил сквозь зубы хозяин таверны.

— Мистер Эльман, — продолжала теребить его рукав я, чувствуя вину и дикий стыд. — Не нужно бить Бруньку кнутом, пожалуйста! Мы что-нибудь придумаем! Дайте только немного времени…

Может сбегать в академию? Попросить Кристиана помочь? Умолять его, если придётся?

— Хватит! — Эльман стряхнул меня, как надоедливую собачонку. Я отлетела на пару шагов и больно ударилась боком о стойку с напитками, оступилась и упала на пол под хмыканье двух некромантов.

Подняла голову, зло глядя на торжествующего Кирана. Сначала он был расстроен, что просчитался и досталось не мне, но теперь кажется начал наслаждаться происходящим.

Брунька вдруг отмерла, подошла ко мне и протянула руку помогая подняться:

— Всё нормально, Эви. Пусть будет кнут.

— Нет, ты не можешь согласиться, — принялась горячо возражать я, хватая её за плечи и встряхивая. — Ты не виновата, мы позовём стражу, они разберутся. Все знают — ты не такая!

— Эви… — подруга грустно улыбнулась. — Сама знаешь, чем всё закончится. Кто мы, а кто драконы.

Мистер Эльман потащил Бруньку на задний двор. Киран и его гад-дружок направились следом. Синтия, которая до этого момента молча наблюдала в сторонке, посеменила за мной.

Когда я вышла, успела увидеть, как Киран складывает пальцы вырисовывая руну, как чёрный кнут появляется в его руке, и он передаёт его мистеру Эльману.

На улице уже было достаточно прохладно. Брунька слегка поколебавшись расстегнула форменную блузку и сбросила её, оставшись лишь в лёгком стареньком топе. Я закусила губу, глядя как она ложится грудью вперёд на подставленную Эльманом старую деревянную лавку.

— Спина, как у мужика, что ей будет? — подал наконец голос второй некромант, насмешливо ухмыльнувшись.

— Заткнись, — бросила ему я разъярённо. — Вы за всё ответите!

Тот лишь закатил глаза. Я посмотрела на Синтию, ища поддержки, но она откровенно строила глазки двум некромантам. Вот же идиотка! Не понимает, что каждый из нас — вырожденцев — может оказаться на месте Бруньки.

— Я виновата! Я это сделала! — выпалила я, обращаясь к мистеру Эльману в отчаянии.

Из-за меня Брунька сейчас получит кнута! Всё потому что я однажды решила защитить Альфреда!

— Замолчи! Иначе получите обе! — прорычал Эльман. — Решу, что вы в сговоре!

Брунька повернулась и едва заметно качнула головой, призывая меня успокоиться. Я закусила губу, чтобы снова не закричать и не начать требовать справедливости.

Мистер Эльман взял кнут и как-то не слишком бодро стеганул Бруньку по спине. Она громко выдохнула. На коже появился белый след, который уже через несколько секунд начал розоветь.

— Сильнее! — закричал Киран, топая ногой, как избалованный ребёнок. — Иначе я сам за неё возьмусь.

Мистер Эльман помедлил, но размахнулся и ударил чуть сильнее. Брунька вздрогнула, новая полоса на спине быстро стала красной.

— Ещё сильнее!!! — завопил Киран, явно входя во вкус.

Мистер Эльман скривился, но размахнулся и ударил со всей силы. Послышался хлёсткий звук удара плети о кожу. Брунька тихонько застонала.

Он снова размахнулся и продолжил охаживать подругу, не останавливаясь.

Я вздрагивала от каждого удара, будто он полосовал мою спину.

Брунька сначала глухо стонала, а потом прикусила руку. Пот тёк по её лицу, а слёзы капали на серую дворовую землю.

Я смотрела, как кнут оставляет на белой коже красные полосы. Как спустя двадцать ударов они начинают кровоточить. Как после сорокового на спине не остаётся живого места, и Брунька, уже не выдержав, кричит истошно и надрывно. Как на пятидесятом Брунька падает на траву, лишившись чувств. Кровь с её спины стекает на землю, а в воздухе начинает витать стойкий запах железа.

Я смотрела и думала, что будь она драконицей, с ней бы никогда такого не сделали. Но, увы, мы другие.