Глава 38

Глава 38

Малика

Затаив дыхание, вглядываюсь в лица прибывающих в столовую офицеров и машинально раскладываю ужин по тарелкам. Интересно, узнает ли меня Тимур? Столько лет прошло… В моей душе теперь немного спокойнее от того, что дядя здоров. От того, что каким бы брат не был иногда… хм, заменим это слово на «засранцем», он все равно сделал для меня и Сергея максимум. Тимур теперь работает в ФСБ. Кто бы мог подумать? Мне кажется, что Арслана всегда мучала совесть за то, что он помешал тогда нашему союзу. Хотя я ни о чем не жалею. Сейчас уже понимаю, что в семнадцать была совсем не готова к замужеству. А уж о шансе состояться, как личность, вообще можно не говорить. Зато сейчас старое знакомство должно помочь.

Дядя предупредил меня, что Тимур будет беспристрастен. Это его правило, даже если где-то придется задеть интересы Сергея. Пусть так будет. Мне кажется, муж к этому готов.

А ещё я уверена, что фотографии на моем телефоне дорогого стоят. Они обязательно помогут расставить все по местам.

Постепенно из коротких диалогов с коллегами у меня складывается настоящая картинка, происходящего в части. От нее шевелятся волосы на голове! Столько несчастных случаев, которые стали публичными только сейчас! Ох как сложно людям снимать маски идеальности… Попроси они помощи друг у друга, дела были бы сильно проще. Я знаю только четыре истории: у генерала в аварии разбился сын, у начальника склада ГСМ крупная растрата по-пьяни. У человека, который никогда не пил! У пары водителей то теща шейку бедра сломала, то дочь попалась на наркотиках в клубе. И всем им помог Иванчук, попросив взамен о небольшой услуге… А дальше дела грязные покатились снежным комом! Сложно выпрыгнуть с подводной лодки, когда все связаны и боятся.

Руки трясутся. Горячий чай обжигает руку. Начинаю метаться. Кухонная мойка до самого верха завалена посудой. Я спешу в солдатский коридорчик, чтобы залить ожог холодной водой и неожиданно нос к носу сталкиваюсь с тем, кого так сильно жду.

Поднимаю глаза и машинально лепечу извинения.

-Малика… - обмирает старый знакомый. - Господи, я понятия не имел, что ты здесь! - Его приветливая улыбка уже через мгновение сменяется хмурой задумчивостью. - Так значит, это за твоего мужа Алихан просил? Он не из ваших. Почему?

Едва я успеваю открыть рот, как в коридорчик с умывальниками входят Генерал и Иванчук. Из сопровождает несколько офицеров. Завидев меня, они ускоряют шаг.

-Летний банный домик, - быстро говорит мне Тимур. - Приходи после отбоя.

Я киваю и быстро сбегаю под защиту шумной кухни.

Но генерал все равно успевает перехватить меня на раздаче.

-Не вздумайте вмешиваться, - рычит он, грозно глядя мне в глаза. - Твой Сергей нас всех только подставил своей выходкой. Я не хочу, чтобы у меня половина офицерского пошла под трибунал.

Мне хочется сказать ему много резких, обличающих слов, но я нахожу в себе годами отточенную показную кроткость и прикусываю язык.

-Я все понимаю.

-Вот и умница, - сразу добреет генерал. - Вот и правильно. Успокоится, забудется… - забирает тарелку с салатом и уходит.

Я грустно смотрю ему в след. В голову неожиданно приходит осознание простой истины: даже у самого достойного мужчины может быть момент бессилия и попустительства. Не важно, что к нему привело. Важно, как он будет из этой ситуации выходить. Как скоро взбунтуется, поднимет голову и станет честным с собой. И чтобы женщине не стать в моменте падения лишним балластом или того хуже, козлом отпущения, она должна вовремя сказать: «со мной так нельзя».

Вот и со мной так нельзя! И с моей семьей тоже! Странно, выходит, я вовсе не бракованная, а просто честная?

Дорабатываю смену, принимаю душ, потому что дома совсем не хочется, и выдвигаюсь в сторону бань.

Часть готовится к отбою. Солдаты шумят в казармах, офицеры разошлись по домам. Сворачиваю с центральной аллеи, чтобы не попадать под камеры, и дальше уже иду между деревьев.

Я уже практически достигаю цели, осталось только через кусты сирени пройти, как вдруг слышу звуки женской истерики.

Пытаюсь их игнорировать - у меня здесь свои дела, но по итогу все равно выглядываю на аллею. Иначе совесть замучает.

На лавочке я вижу девушку в белом халате и с сигаретой в руке. Кажется, мы уже с ней встречались в медпункте, когда относили с Машей медицинские книжки.

-У вас что-то случилось? - Спрашиваю тихо. - Я могу чем-нибудь помочь.

Она оборачивается и, увидев меня, злобно ухмыляется.

-Спасибо, помогла уже.

Достаёт из кармана небольшой микстурный бутылек и, зажмуриваюсь, делает из него глоток.

-Будешь? - Протягивает его мне.

-Нет, - мотаю растеряно головой.

-Ну как знаешь, - закручивает она крышку.

Переминаюсь с ноги на ногу. Странная она.

-Точно помощь не нужна?

-А садись, - бьет она три раза по лавке рядом с собой. - Хоть душу облегчу. Про мужа тебе расскажу твоего.

Она глубоко затягивается сигаретой. Я отмечаю, что несмотря на достаточно вульгарный внешний вид, девушка все равно очень красивая. Ревность не дает сделать шага в сторону.

И я, конечно, сажусь на лавочку.

-Что там про моего мужа?

-А ничего… - разводит она наманикюренными руками. - Сука он у тебя принципиальная. Вот ты мне скажи, почему он на тебя повелся, а на меня нет? Я же лучше!

Пожимаю плечами, не понимая, к чему вообще девушка ведет.

-Хотя ладно, - пьяно отмахивается она, - дело то не в нем и не в тебе. А в том, что я такая жалкая, никчемная дура.

-Почему же дура? - Прокашливаюсь, чувствуя от ее хамства легкий шок.

-А ты знаешь, - вдруг болезненно начинает она улыбаться, - я вам всем просто завидую. Потому что у меня тоже когда-то был муж. Погиб. А мама и сын остались. Денег не было совсем, понимаешь? И тут скот этот подвалил…

-Сергей? - Уточняю на всякий случай.

-Дв ну какой Сергей, Иванчук! Говорил люблю-куплю, все дела. А потом просто начал мне всякие бумажки на подпись носить. Трахать, давать бабло и бумажки носить. Думала твой под защиту возьмет. Отказался. Хотя всю слюнями забрызгал. И тут вот надо было ему. Иванчук появился. Сразу все понял. Не простил… Точнее видишь, - кивает она на банный домик, - отправил меня к фсбэшнику этому. Пообщаться. А я не могу! Больше не могу! Тошно мне!

В ее кармане звонит телефон.

-Вот, - достаёт девушка его. - Смотри, - поворачивает ко мне экран. На нем светится фото милого мальчугана лет четырех с пижаме. - Сын спать ложится. А я здесь. Сижу…

-А чего вы хотите? - Спрашиваю осторожно.

-Чтобы сдох он хочу! - Говорит она в сердцах. Затягивается сигаретой и тушит ее. - Ну или хотя бы отстал от меня и перестал пугать ментами.

-Я думаю, что вам совершенно не нужно так унижаться, - говорю осторожно. - Тимур хороший, честный человек. Он вам обязательно поможет.

-Тимур? Это ты про особиста? - Удивляется искренне.

-Да, мы знакомы, - подтверждаю. - Он очень постарается докопаться до правды. Пока он здесь по делу о дедовщине, но если вы хотите, чтобы Иванчук сел, и вся часть вздохнула спокойно, помогите ему. Мне. Себе. Сергею.

-Побои этому утырку тоже я писала, - вздыхает и закрывает она лицо руками. - Посадит меня твой фсбшник! А сына отдадут в интернат!

-Скажи, а лучше вот так жить разве? Постоянно боясь?

Я так жила. Нет ничего хуже.

-Не лучше… - мотает головой. - Как быть?

Слезы текут по ее лицу. Кажется, она их не замечает.

Пересилив лёгкое чувство неприязни и ревности, я все-таки придвигаюсь к девушке ближе и приобнимаю ее.

-Мы попросим сделать так, чтобы наказание было максимально мягким. Если это возможно. Пойдём…

Девушка вытирает слезы и поднимается с лавки.

-Да, ты, наверное, права. Хуже точно не будет. Пойдём…