Глава 31. Аделия

Глава 31. Аделия

Просыпаюсь резко, словно кто-то толкнул меня. Несколько секунд лежу неподвижно, прижимая к груди подушку Джихангира, и пытаюсь понять, что изменилось. В комнате тепло, одеяло укрывает до плеч, вокруг все еще витает его терпкий запах. Но что-то не так.

Слишком тихо.

Не обычная ночная тишина, наполненная шорохами большого дома, приглушенными голосами и шагами охраны. Сейчас вокруг ничего. Ни скрипа половиц, ни звука открывающейся двери, ни движения за стеной.

Пустота.

Она давит на уши и заставляет сердце биться быстрее.

— Джин? — зову тихо, хотя знаю, что он уехал.

Никто не отвечает.

Провожу ладонью по второй половине кровати. Простыня холодная. Конечно, его нет. Я помню, как он принес меня в комнату, уложил и сказал, что должен решить какое-то дело.

Значит, Светлана должна быть где-то внизу.

Отбрасываю одеяло и осторожно сажусь. Голова немного кружится после сна. Опускаю ноги на пол, нащупываю носками мягкий ковер и прислушиваюсь.

— Света?

Тишина. Тревога поднимается внутри медленно, как холодная вода. Сначала касается ступней, потом ползет выше, сковывает колени и добирается до груди.

Может, она просто не слышит?

Встаю. Четыре шага до края кровати, еще три до двери. Этот путь я знаю. Провожу пальцами по стене и дохожу до ручки.

Дверь не заперта. Это должно успокоить, но почему-то становится только страшнее. Приоткрываю ее и высовываюсь в коридор.

— Светлана?

Мой голос разлетается по дому и возвращается слабым эхом. Никого. Делаю шаг за порог. Потом еще один. Пол под ногами прохладный, гладкий. Справа стена, впереди лестница. Нужно спуститься и найти ее. Наверное, Света на кухне или в другой комнате.

Я почти дохожу до лестницы, когда снизу раздается звук. Осторожный скрип. Замираю и цепляюсь пальцами за стену.

— Света?

Тяжелые шаги поднимаются по лестнице. Не ее. Сердце сжимается раньше, чем я узнаю человека. Раньше, чем его запах доносится до меня.

— Аделия, — говорит Фарах. — Ты уже проснулась.

По спине ползет ледяной холод.

— Где Светлана?

Он поднимается на последнюю ступеньку и останавливается совсем близко. Слишком близко. Я чувствую на себе тот самый взгляд. Липкий, тяжелый, от которого хочется спрятаться.

— Внизу, — отвечает Фарах. — Собирайся. Нужно ехать.

— Куда?

— Джин приказал вывезти тебя из дома.

Несколько мгновений я просто стою и слушаю его дыхание. Оно спокойное, ровное. Ни волнения, ни спешки. Только в голосе появляется что-то новое. Жесткое.

— Зачем?

— Возникли проблемы. Здесь небезопасно.

Он тянется ко мне, но я отступаю раньше, чем его рука касается моего плеча.

— Не трогайте меня.

Фарах шумно выдыхает.

— Опять начинается. Нам некогда, Аделия. Одевайся и пойдем.

— Я хочу поговорить с Джином.

— Он занят.

— Тогда позовите Светлану.

Короткая пауза.

Совсем маленькая, почти незаметная. Но я слышу ее. Чувствую, как в воздухе что-то меняется.

— Она ждет внизу, — повторяет Фарах. — Не заставляй всех тебя уговаривать.

Лжет. Если Светлана внизу, почему не отзывается? Почему в доме так тихо? Почему Джихангир отправил ко мне человека, которому запретил даже приближаться?

Нет. Он не сделал бы этого.

Джин мог бы приказать вывезти меня. Мог решить все за меня, не спросить, даже не объяснить. Он постоянно так делает. Но никогда не отдал бы Фараху. Он обещал.

— Джин не посылал вас, — шепчу я.

Фарах не отвечает.

Тишина растягивается между нами, становится густой и опасной. Я медленно отступаю, нащупывая ладонью стену. Один шаг. Еще один.

— Не усложняй, — говорит он уже без притворства.

Резко разворачиваюсь и бросаюсь обратно в комнату. Успеваю сделать всего два шага, когда пальцы впиваются в мой локоть.

— Отпустите!

Дергаюсь, но хватка становится сильнее. Фарах тянет меня к себе, я ударяюсь спиной о его грудь и начинаю отбиваться свободной рукой.

— Тихо, твою мать!

— Светлана! — кричу изо всех сил. — Света!

Фарах зажимает мне рот ладонью. Его кожа пахнет табаком, потом и чем-то металлическим. Меня выворачивает от отвращения.

— Замолчи, — шипит на ухо. — Никто не придет.

Кусаю его ладонь. Он вскрикивает и отдергивает руку. Я бью его локтем, куда попадаю, вырываюсь и бегу. Не вижу, куда, но знаю этот коридор. Семь шагов до лестницы.

Один.

Два.

Три.

Позади раздается ругань и тяжелые удары подошв о пол.

Четыре.

Пять.

Пальцы находят перила. Обхватываю их обеими руками и почти падаю на первую ступеньку. Спускаюсь слишком быстро, сбиваюсь со счета. Нога соскальзывает, колено ударяется о край, боль пронзает до бедра.

Не останавливаюсь.

Поднимаюсь и бегу дальше, держась за перила. Последние ступеньки преодолеваю почти прыжком. Пол внизу встречает твердостью, я теряю равновесие и едва не падаю.

— Аделия! — рычит Фарах сверху.

Куда? Главный вход прямо через холл. Я помню. Но там должна быть охрана. Почему никто не реагирует на мой крик?

— Помогите! — зову снова. — Кто-нибудь!

Ответа нет. Только шаги Фараха. Все ближе. Бросаюсь вперед, вытянув руки. Ладонь скользит по стене, затем натыкается на край какой-то мебели. Обхожу ее, ударяюсь бедром об угол, но продолжаю двигаться. Впереди что-то падает. Глухой удар. Затем еще один.

Замираю и поворачиваю голову на звук. Он доносится слева, из коридора, который ведет к кухне.

— Света? — кричу я.

Сначала ничего. Потом слышу слабый стон.

— Аде… лия…

Это она. Я бросаюсь на голос, забывая обо всем. Пальцы скользят по стене, находят дверь, затем ручку. Дергаю. Заперто.

— Света! Что случилось?

За дверью раздается тяжелое дыхание.

— Не… иди с ним…

Сердце падает куда-то вниз.

— Я сейчас открою. Подожди.

Ощупываю дверь, ищу замок, щеколду, хоть что-нибудь. Ручка не поддается. Дергаю сильнее, толкаю плечом.

— Отойди от двери, Аделия, — голос Фараха звучит за спиной.

Я резко оборачиваюсь. Он рядом. Всего в нескольких шагах. Я слышу, как тяжело дышит после погони.

— Что вы с ней сделали?

— Ничего страшного. Очнется.

— Откройте дверь.

Собственный голос удивляет меня. Я боюсь. Меня трясет так, что зубы стучат. Но все равно заслоняю собой дверь, будто могу защитить Светлану.

Фарах усмехается.

— Ты еще приказывать мне будешь?

— Джин вас убьет.

Слова вырываются сами. Я цепляюсь за них, как за оружие. Фарах его боится. Всегда боялся. Я чувствовала это с первой встречи. Только сейчас он почему-то не отступает.

— Сначала пусть найдет, — произносит он спокойно.

Шаг. Еще один. Я отрываюсь от двери и пячусь. Ладонь нащупывает узкую тумбу, пальцы натыкаются на что-то тяжелое и холодное. Наверное, ваза или статуэтка. Хватаю обеими руками.

— Не подходите.

— Поставь.

— Нет.

Фарах делает резкое движение. Я замахиваюсь и бью. Раздается глухой удар, мужской крик и звон разбившегося стекла. Осколки рассыпаются по полу. Не знаю, куда попала, но Фарах отшатывается.

Этого хватает. Разворачиваюсь и бегу в сторону кухни. Под ногами сначала дерево, затем холодная плитка. Значит, я на верном пути. Здесь есть еще один выход. Я слышала, как Светлана открывала эту дверь днем, когда выносила что-то во двор.

Воздух пахнет кофе, чистящим средством и холодом, который проникает с улицы. Дверь уже открыта. В лицо ударяет ночной ветер. Я делаю шаг наружу и кричу:

— Помогите!

Где-то впереди заводится двигатель. Не охрана. Меня обманывают собственные надежды. Пытаюсь отступить обратно в дом, но сзади на талию обрушиваются сильные руки. Фарах дергает меня на себя.

— Отпустите! — кричу и бью его по рукам. — Не трогайте меня!

— Заткнись!

Он тащит меня к машине. Я упираюсь ногами в землю, цепляюсь за дверной косяк. Пальцы скользят по холодному металлу, ногти ломаются, боль обжигает, но я не отпускаю.

— Фарах, пожалуйста! — голос срывается. — Не делайте этого!

— Поздно просить.

Он отрывает мои руки от двери. Я снова кричу, бьюсь, пытаюсь вырваться. Подол платья за что-то цепляется и натягивается, мешая двигаться.

Фарах дергает сильнее. Ткань трещит. Небольшой кусок остается на металлическом краю. Я чувствую это по тому, как платье освобождается. Не говорю ни слова. Пусть остается. Пусть Джин найдет.

— Держи ее! — бросает Фарах кому-то.

Меня перехватывают другие руки. От человека пахнет дешевым одеколоном и потом. Он заламывает мне запястья, связывает их чем-то жестким и пластиковым. Ремешок впивается в кожу.

— Отпустите! Джин вас найдет! Всех найдет!

Мужчина смеется. Меня поднимают и заталкивают в машину. Я ударяюсь плечом о жесткий край сиденья, падаю на бок. Дверь захлопывается, отрезая свежий воздух. Внутри душно. Пахнет кожей, бензином и чужими людьми.

С другой стороны открывается дверь. Фарах садится рядом. Машина сразу трогается, бросая меня на спинку сиденья. Я пытаюсь выровнять дыхание, но не получается. Перед глазами все та же тьма, только раньше в ней был Джин. Его голос, руки, запах. Сейчас нет ничего.

Только страх. И ощущение предательства, от которого больнее, чем от стянутых запястий.

— Зачем? — выдыхаю я.

Фарах долго молчит. Я чувствую на лице его взгляд.

— Джин решил, что может забрать себе все, — наконец произносит он. — Семью. Власть. Тебя.

— Я не вещь.

— Ему это скажи.

Машина набирает скорость. Шины шуршат по дороге, дом остается все дальше. Я закрываю глаза и думаю о куске ткани на двери.

Найди меня, Джин. Пожалуйста. Ты сможешь, я в тебя верю.

Фарах наклоняется ближе. Его дыхание касается моего виска.

— Теперь Джин узнает, каково это — лишиться того, что считаешь своим.