Глава 32

Воздух в комнате будто густеет, становится тяжело дышать. – Я могу взглянуть? – тихо спрашиваю я. Клаудия протягивает мне газету. Крупный заголовок бьет по глазам: "ЛЕДИ ГЕЙМ СОВЕРШИЛА ПРЕСТУПЛЕНИЕ! РАЗЫСКИВАЕТСЯ ОПАСНАЯ УБИЙЦА!" Пробегаю глазами по тексту, и каждое слово отдается болью в висках: "…молодая супруга графа Кристиана Гейма, Марианна Гейм, вероломно совершила поджог сарая со всеми зимними припасами графства, обрекая жителей на голод. Конюх Митрос Уэлш, пытавшийся остановить преступницу, был жестоко убит. Леди Гейм скрылась с места преступления. За информацию о местонахождении убийцы назначена награда в тысячу золотых. Граф Гейм потрясен предательством супруги и требует справедливости…" Буквы плывут перед глазами. Вот же сволочи! Жадные упыри. Что им вообще от меня надо? – Я не делала этого, – твердо заявляю я Клаудии, хотя сама не помню, что происходило на самом деле. Я почему-то уверена, что настоящая Марианна не могла так поступить. Ее подставили! Но зачем? – Знаю, – фыркает Клаудия. Садясь рядом, она забирает газету и с отвращением отбрасывает ее в сторону. – Эта старая карга, моя сестричка, перешла все границы! – Я не понимаю зачем. – Кто ты? Сиротка с баснословным наследством. Твои денежки прибрали к рукам, но вот беда. Кажется, тратить их они не могут. Есть что-то такое, что им мешает, – задумчиво произносит Клаудия. Как же неудобно, что память Марианны мне недоступна. – Ты вообще знаешь что произошло той ночью? – внимательно всматривается в моё лицо Клаудия. – Всё туманно… – произношу я. – Только обрывки… и те неточные. – Понятно, – говорит она. И почему мне кажется, что мне не верят? – Не волнуйся, я разберусь с этим. А ты пока занимайся своим даром. Теперь, когда он пробудился, тебе нужно научиться им управлять. – Но как я могу спокойно заниматься магией, если меня обвиняют в убийстве? – выпаливаю я. – Что, если за мной придут? От улыбки Клаудии мороз идет по коже. – Пусть только попробуют. Клаудия уходят, а в моей голове созревает план. Ведь о том, что я попаданка, знает только скуобраз? – Арчи, а есть ли способ восстановить память Марианны? – Ты что задумала? – щурится он. – Это очень больно. Тебя наизнанку вывернет. Подожди немного, и память сама восстановится. Или хотя бы ее часть. – Не могу я ждать, – выдыхаю я. – Так что надо делать? – Подождать полной луны, – бурчит он. – Игры с разумом опасны. Не опаснее, чем быть казненной за лживые обвинения. – Знаешь, какой есть выход? Попросить помощи у генерала. Разведешься с идиотом мужем и выйдешь за господина Дарквуда. Вот! – Арчибальд? Ты мазохист? – невзначай интересуюсь я. – Хочешь, чтобы снова потрепала твою величественную шкурку? – Что??? Да ты… Да я… Стук в дверь заставляет Ари замолчать. – Леди Марианна, – это голос Кирана. – Можно войти? – Да, конечно, – отвечаю я. Дверь открывается, и в комнату заходит Киран. За ним, держась за руки, следуют близнецы. Виновато опустив головы. – Оливер и Оливия хотели вам кое-что сказать, – говорит Киран, подталкивая детей вперед. – Спасибо вам, леди Марианна, – неуверенно говорит Оливия. – Вы нас спасли. – Мы не понимаем, почему пошли в лес, – добавляет Оливер – Как будто что-то звало нас туда. Я бросаю полный ярости взгляд на Арчи, который демонстративно отворачивается и начинает вылизывать лапу. Хвостатый гад! Хорошо, что не лижет яй… Ладно, в бездну его! – Не думайте об этом, – говорю я близнецам. – Главное, что все закончилось хорошо. Но впредь будьте осторожнее, договорились? Дети кивают. Оливер неожиданно подходит и обнимает меня. Через секунду к нему присоединяется Оливия. А я застыла. Просто не знаю, что сказать. – Ну все, не будем мешать леди Марианне отдыхать, – говорит Киран и уводит близнецов. Следующий день проходит в суматохе. С детьми мы пробуем приготовить торт. – Леди Марианна, а можно я сам разобью яйца? – Оливер смотрит на меня с таким энтузиазмом, что отказать невозможно. – Конечно, только аккуратно, – улыбаюсь я, передавая ему корзинку с яйцами. Кажется, расположение близнецов я уже завоевала. Нелли благородно выделила нам угол стола и строго наблюдала за происходящим. Не дай Бог, муку просыплем или яйца разобьем. С одной стороны, я понимаю ее. К продуктам нужно относиться бережно. Но с другой… Как детям отказать, если они смотрят такими глазами и просятся в помощники? Дети окружили меня плотным кольцом. Кроме близнецов, к нам присоединились еще четверо ребят разного возраста. – Леди Марианна, а правда, что у вас теперь есть магия? – шепотом спрашивает Люси, подступая ближе. Все дети мгновенно замолкают и смотрят на меня. – Я… еще не совсем понимаю, что это такое, – честно признаюсь я. – Но, кажется, да. – Покажете? – выпаливает Тимми, его глаза горят от возбуждения. – Я пока плохо понимаю как ею управлять, – качаю головой. – Господин Дарквуд обещал меня научить. – Ой, – протягивает Оливер, – с ним лучше не шутить. Он строгий. – Но справедливый, – добавляет Оливия. – Когда я упала с дерева и сломала руку, он сам меня лечил. – И когда у Грега была лихорадка, тоже он помогал, – кивает Тимми. – И когда… – Так, тихо-тихо, – поднимаю руки, останавливая поток информации. – Давайте сначала закончим с тортом, а потом будем обсуждать господина Дарквуда. Оливер, что с яйцами? – Уже почти все разбил! – гордо отвечает мальчик, показывая миску с желтоватой массой, в которой плавают кусочки скорлупы. – Прекрасно! – говорю я, стараясь не рассмеяться. – Теперь нужно… эм… вынуть скорлупу. – Я помогу! – вызывается Розали и засучив рукава приступает к делу. Следующие полчаса превращаются в настоящий кулинарный хаос. Мука и сахар покрывают не только стол, но и всех участников процесса. Тесто почему-то получается слишком жидким, и мы добавляем еще муки. – А теперь самое важное, – объявляю я торжественно. – Каждый должен загадать желание и бросить в тесто щепотку сахара. Это придумала моя бабушка. Она говорила, что так торт получается волшебным. Дети выстраиваются в очередь, зажмуривают глаза, что-то шепчут и бросают сахар в тесто. Когда доходит очередь до Оливии, она долго не открывает глаза, долго что-то шепчет. – Что ты загадала? – спрашивает Оливер, когда она заканчивает. – Нельзя говорить, – серьезно отвечает она. – Иначе не сбудется. Я смотрю на детские перепачканные мукой лица, на блеск в глазах, и понимаю, что я на верном пути. Тесто отправляется в печь, а мы с детьми сидим за столом и пьем чай с вареньем. Скоро испечется бисквит. – Леди Марианна, – наклонившись ко мне, едва слышно говорит Оливия. – Не бойтесь. Я сохраню ваш секрет. – Какой? – в недоумении уточняю я. – То, что вы иная…