Глава 14. Шпионские игры призрака, или Спасти и Обезвредить. Часть 2

Наводила красоту Первая ведьма столицы долго, а я, наблюдая за бесконечной сменой нарядов и украшений к ним, тренировала силу воли. И беспрестанно напоминала себе о "зеркальных чарах", потому как желание проклясть эту женщину, не дожидаясь осуществления задуманного плана, росло буквально с каждой минутой, просиженной этой особой перед зеркалом.

Но вот, наконец, она поднялась с пуфа, на котором сидела у туалетного столика, поправила и без того идеально сидевшее на великолепной фигуре кремовое платье с глубоким декольте, коснулась пальцами массивных золотых серёг с рубинами, кольца, выполненного в том же стиле, и направилась к кровати. За амулетами.

Я, сидя в своём углу, затаила дыхание: заметит Иллина прорехи в собственной защите, или нет?.. Не заметила. И даже проверять ту не стала. Надев амулеты, она спрятала их в вырезе своего наряда и поплыла на выход.

"Ура!" — мысленно возликовала я и спешно ретировалась из комнаты, в душе искренне надеясь, что это последнее моё посещение данного места.

До ожидающих моих вестей ведьмочек вновь неслась на всех парусах, хотя в такой спешке нужды на самом деле не было. Вряд ли сестра Мирассы бегом побежит к демону, а значит оказаться у того в клетке я всяко успею раньше. Но нетерпение буквально гнало меня вперёд, и перемещаться медленнее оказалось просто невозможно.

— Ну, что? — тут же потребовала новостей брюнетка, едва я пробкой вылетела из стены спальни, заставив тем самым её подругу, Алию, испуганно пискнуть. — Все идёт как должно?

— Да. Иллина оставила свои покои, так что будьте готовы действовать в самое ближайшее время!

— Хорошо, — кивнула мне оправившаяся от нервного потрясения блондинка. — И не волнуйся, мы все сделаем, как договаривались!

— С проникновением в кабинет наставницы, конечно, придётся повозиться, — добавила задумчиво Риза, — поэтому хочу предупредить сразу, чтобы ты не беспокоилась, если со взломом портала выйдет небольшая заминка.

— Не страшно! — быстро возразила я, желая поскорее закончить этот разговор и отправиться к Ириону. — Главное, чтобы вы вообще смогли это сделать!

— Как сказала Алия: сделаем! А ты лети. Мы же видим, что тебе не терпится отправиться к своему тёмному.

— Спасибо, девушки! И до скорой встречи!

— Удачи, Ясмин! — пожелала, разом став очень серьёзной, темноволосая ведьмочка.

— Да помогут нам всем Боги! — добавила на прощанье её подруга.

На том и расстались. Я поспешила к пленённому инкубу и Малике, что находились взаперти вдвоём, а мои сообщницы остались готовиться. Им предстояло вступить в игру несколько позднее.

А стоило появиться в клетке-комнате демона, как у меня возникло подозрение, что я куда-то не туда прилетела. Помещение изменилось. И разительно: став выглядеть так, как могли бы выглядеть покои какого-нибудь падишаха. На полу появились ковры в восточном стиле, ложе стало ниже, шире и обзавелось замысловатым балдахином, крепившимся на резных столбиках, а ещё вокруг было разбросано десятка два подушек и подушечек.

— A-а…э-э… это как вообще понимать? — с трудом выдавила я, озираясь. — И где Малика?

— Там! — небрежно махнул рукой Ирион на один из дальних углов. — На ней чары сокрытия. И, предвосхищая твой следующий вопрос, я этой девчонке ничего не сделал. Усыпил только, чтобы не тряслась так явно от страха. Отвлекает, знаешь ли.

— Ясно, — не стала я развивать дальше тему находящейся здесь молодой ведьмы, что должна была стать его "едой". — А с комнатой что случилось?

— Иллюзия, — прозвучал насмешливый и, как мне показалось, многозначительный ответ.

— Иллюзия? — спросила, не скрывая едкого сарказма в голосе. — Такая же, как и зачарованная пуговица, которую ты мне дал?

— Не совсем, — широко улыбнулся демон. — Эта, куда более качественная и долговечная, нежели та мелочевка. И не язви, Ишу, это тебе не к лицу.

— Да неужели?

— Конечно! И потом, разве я не помог с амулетами Иллины? У тебя же получилось провернуть задуманное, не так ли?

— Получилось, — пришлось признать мне, хоть делать этого и не хотелось.

— Во-от! Так, чего тогда ты злишься, Ишу?

Я уже открыла было рот, чтобы ответить, но тут портальный круг мигнул, возвещая о скором приходе гостьи, и стало не до разговоров.

— Прячься, живо! — рыкнул высший тёмный и я поспешно метнулась к балдахину над кроватью, в складках которого легко мог затеряться добрый десяток призраков, а не только лишь одна моя скромная персона.

А едва успела затаиться, как в комнате прозвучал бархатный мужской голос, к которому даже я, уже не являющаяся живой девушкой, не смогла остаться равнодушной:

— Тёмной ночи, Иллина! Рад, что ты пришла!

— Ирион! — прозвучало в ответ томное контральто, от которого меня всю передёрнуло. — Вижу, ты расстарался и потратил свою магию, дабы сделать это аскетичное место уютным! Ценю! Но у меня есть предложение получше, чем проводить время здесь.

— Какое? — поинтересовался побратим Тейнара, не меняя интонации в голосе, а я потихоньку высунула свой нос, дабы иметь возможность не только слышать, но и видеть.

И то, что увидела, заставило скривиться. Хотя по идее должна была обрадоваться тому, что составленный план начал воплощаться в жизнь. Первая ведьма столицы покинула круг перехода, тем самым лишившись его защиты, и теперь стояла к светловолосому демону едва ли не вплотную, скользя пальчиками, с острыми ноготками, по его обнажённой груди. Она явно чувствовала себя хозяйкой положения и не подозревала, что стоит лишь её пленнику нанести свой удар, как песенка этой женщины будет, фактически, спета. Но тот пока медлил, и я понимала, почему. Сестра Мирассы стояла слишком близко к порталу, и если что-то пойдёт не так, имела все шансы сбежать отсюда и тем самым спасти свою шкуру от той участи, которая её ожидала.

— Мы с тобой отправимся на прогулку, — продолжила тем временем свои заигрывания Иллина. — Поужинаем в живописном месте, а потом…

На последнем слове она многозначительно замолчала, давая возможность мужчине, чьи руки лежали на её тонкой талии, додумать дальнейшую программу этой ночи самому.

— И в чем подвох? — притянув к себе ведьму ближе, шепнул той на ухо Ирион. — Все, что ты сейчас описала, звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— О, совершенно никакого подвоха, дорогой!

— Неужели? — от проникновенного шёпота демон перешёл к действиям, отведя волосы женщины в сторону и склоняясь к её шее для поцелуя

— Ну, разве что самую малость, — призналась та, довольно выдохнув, когда его губы коснулись обнажённой кожи.

— А подробнее? — прозвучал вопрос между поцелуями.

— Дело в месте. Оно…особенное. Ведьминское.

— Что ты задумала, Иллина? — оторвавшись от шеи женщины, прямо спросил Ирион.

Пауза, и, вскинув голову, та дерзко заявила:

— Мне нужна наследница, демон! А ночь, проведённая с выбранным мужчиной, в том самом особом месте, значительно повысит мои шансы получить желаемое. Выбирай: идти со мной, или остаться здесь. Одному!

Такого финта ушами от Первой ведьмы столицы я не ожидала. Да и не только я. Инкуб, что продолжал держать ту в объятиях, также задумался. После чего, словно что-то решив для себя, кивнул:

— Веди, куда нужно! На месте разберёмся.

Сестра Мирассы довольно улыбнулась и, коснувшись пальцами своего кольца, провернула его. А я, догадавшись, что произойдёт дальше, и не заботясь о том, что она может меня заметить, рванула вперёд.

Успела буквально в последний момент и оказалась втянутой в воронку открывшегося перехода, что забрал с собой Иллину и Ириона.

Выкинуло меня почему-то в стороне от них и с некоторым опозданием, если судить по тому, что когда я приблизилась к переместившейся ранее паре, застала настораживающую картину.

От прежнего показного благодушия между ними не осталось и следа. Ирион, по совершенно непонятной мне пока причине, стоял в коленопреклонённой позе: упираясь руками в землю, словно пытался не дать некой силе, что давила на него, окончательно сломить себя. А Первая ведьма столицы возвышалась над ним со вскинутой вверх рукой, кончики пальцев которой сияли белым светом. Неужели, за то краткое время, что меня не было, тут успело что-то произойти?

— Ты зря решил проявить свой норов, демон! — прокатился над поляной, где все мы находились, ледяной женский голос (подтвердив тем самым возникшие подозрения). — На мне такая защита, что тебе, с твоими нынешними возможностями, и пытаться не следовало одолеть меня магией!

— Может быть, — прохрипел инкуб, которому будто что-то мешало говорить нормально. — Но я лучше сдохну, чем позволю надеть на себя рабский ошейник!

— Позволишь, милый мой, позволишь! — ласково проворковала Иллина, а сияние на кончиках её пальцев усилилось. — Я же говорила, что место, куда хочу тебя пригласить, особенное. Ведьминское. Оно питает Силой именно ведьм, а вот из других магически одарённых, наоборот — её тянет. Ещё совсем немного, и твоя воля будет сломлена. Ты подчинишься мне, тёмный! Будешь исполнять все, что я прикажу!

И эта упивающаяся сейчас собственной властью особа ещё долго говорила бы, вот только позволять ей этого я не собиралась. Высший демон сделал то, что от него требовалось, и защита у Иллины пропала. А значит пришла моя очередь действовать.

Подлетев к той поближе, но так, чтобы в случае стремительной атаки не словить какую-нибудь гадость, я кашлянула, дабы привлечь внимание, и произнесла исключительно деловым тоном:

— Госпожа Садгрив, прошу прощения, что прерываю момент вашего триумфа, но не уделите ли вы мне несколько минут своего драгоценного времени?

Стоящая ко мне спиной женщина вздрогнула, а затем последовал стремительный разворот и та самая ожидаемая атака, от которой я легко увернулась.

— Ну-ну, госпожа Первая ведьма столицы, что же вы так агрессивно реагируете? — деловой тон в моем голосе сменился на ироничный. — Я с вами вежливо общаюсь, а вы сразу заклинаниями кидаетесь, не выяснив что к чему!

— Что тебе от нужно, дух? — в руке Иллины начало формироваться очередное заклинание. — Отвечай, пока я тебя не развеяла!

— Да, собственно, ничего особенного. Всего лишь хотела передать вам привет от сестры и выполнить данную ей клятву.

— У меня нет сестры, дух! Ты ошиблась!

— Мёртвые никогда не ошибаются, Иллина Садгрив! — чуть понизив голос, словно делилась с той величайшей тайной, — сообщила я. — Мёртвые, все знают!

— Говори, зачем пришла, и убирайся! — прозвучавшая угроза, подкреплённая магией, должна была меня напугать… наверное, но не напугала.

А вот женщина, бросившая мне ту самую угрозу в лицо, боялась. Хоть и пыталась это скрыть. Интересно, что вызвало такую её реакцию?

Мысли эти одна за одной возникали в голове, а с губ одновременно с этим принялись слетать слова, которые шли от самого моего сердца.

— Ты слишком заигралась в Великую и Могучую ведьму, Иллина Садгрив. Разбрасываешься чужими жизнями, точно безделушками; Паразитируешь на доверившихся тебе юных ведьмах, отнимая у них Силу; Вершишь чужие судьбы, не имея на то никакого права. Но всему однажды приходит конец. И твой уже совсем близок.

— Исчезни! — зло, по-звериному зарычала сестра Мирассы, для которой мои слова про "конец всему" похоже стали спусковым крючком.

С её дрогнувших пальцев сорвалось заклинание, но цели своей оно не достигло. Я, увернувшись от брошенной в меня гадости, перешла от озвучивания поступков Иллины, к сути дела.

— Желаю тебе, Первая ведьма Ильмарии, узнать на личном опыте, что значит жизнь самой обычной смертной женщины из низов. Той, у которой нет ни магии, ни красивого тела и лица. Той, которой приходится пахать от рассвета и до заката на покладая рук, чтобы было где жить, и что есть. В конце концов сделал же труд из обезьяны человека! Так, почему бы ему же не научить уму-разуму одну зарвавшуюся ведьму?

— Сгинь! Пропади! Убирайся! — сорвалась на полуистеричный крик Иллина и принялась хаотично швырять в меня одно за другим заклинания. — Я не дам тебе свести себя с ума! Не дам себя убить! Я уничтожу тебя! Уничтожу всех, кто встанет на моем пути!

— Убить? Вот ещё! Это не по моей части! — фыркнула я, уходя от летящих навстречу магических зарядов и чувствуя себя при этом участницей детской игры в "вышибалы".

Вот только если в той игре участникам грозило простое выбывание, при попадании в них меча, то я рисковала самим своим призрачным существованием. Слетевшая с катушек ведьма не пыталась меня напугать и тем самым заставить уйти, а стремилась именно уничтожить.

Но ей не суждено было сделать это. Избрав объектом своей ненависти меня, сестра Мирассы забыла о демоне, чью волю она недавно пыталась сломить своей Силой. А вот он о ней не забыл, и как только удалось сбросить с себя чужую магию, что не давала подняться, двинулся в нашу сторону.

— Довольно, Иллина! — металл и лёд, слившиеся воедино в голосе подошедшего Ириона, заставили испуганно замереть не только Первую ведьму столицы, с занесённой для следующего магического удара рукой, но и меня. Настолько жутко прозвучали эти два слова.

Первой пришла в себя от испуга сестра Мирассы. Резко развернувшись, попыталась атаковать инкуба, но он не дал ей такой возможности. Рука высшего тёмного сомкнулась на горле ведьмы, приподняла ту над землёй, чтобы лицо последней оказалось на его уровне, и заглянул женщине в глаза.

Что удивительно, она совсем не сопротивлялась такому своему положению, а точно зачарованная уставилась на демона в ответ. Но смотреть ей пришлось недолго. Раздался короткий хруст, следом за ним рваный вздох и к ногам разжавшего пальцы блондина упало тело уже мёртвой ведьмы.

Я беззвучно ахнула, зажав ладонью рот, а нелюдь, не обращая на меня внимания, извлёк из кармана штанов знакомый кристалл (который, судя по отсутствию мерцания был пуст) и принялся чего-то ждать.

Чего, стало ясно, когда из приоткрытого рта Иллины потянулась вверх серебристо-белая струйка не то дыма, не то тумана, и принялась формироваться в человеческий силуэт.

— Это что… душа? — спросила я, и сама не узнала собственного голоса, настолько чужим тот мне показался. Потрясение от того, чему я только что стала свидетелем, было слишком велико.

— Она самая, — спокойно кивнул Ирион и протянул руку к зависшей над телом призрачной женской фигуре, словно собирался ту схватить.

Но сделать ему не удалось, потому что та вдруг резко ушла в сторону, а потом и вовсе рванула куда-то со скоростью пробки, выпущенной из бутылки с шампанским.

— Хм-м, — протянул светловолосый демон, проводив полупрозрачную сущность взглядом. — И вот куда, хотел бы я знать, ты, Ишу, отправила душу Иллины?

— Я отправила? — переспросила, чувствуя, что ещё немного, и удивить в этой жизни меня уже будет просто нечем.

— А кто же ещё? Я хотел забрать душу ведьмы себе, до того как она уйдёт на перерождение, но ты меня опередила. Твоё пожелание вступило в силу. Если честно, то не думал, что оно сработает.

— Ну, до сих пор сбоев не было, — пожала я плечами. — Да и место тут ведьминское, а значит моё пожелание просто не могло не сработать. Интересно, куда отбыла душа Иллины?

— Как это, куда? — ухмыльнулся Ирион, убирая более ненужный кристалл обратно в карман штанов. — Туда, где бывшую Первую ведьму столицы ждёт новое тело без магического дара и необходимость пахать от рассвета и до заката за еду и жильё. Ведь этого ты ей пожелала. Я ничего не забыл?

— Да, вроде нет.

— Так я и думал. Не понял только момента про обезьян. Это вообще кто?

Посмотрев на ожидающего моего ответа светловолосого красавца-инкуба, которого похоже на самом деле заинтересовал данный вопрос, рассмеялась.

Но смех мой оборвался вместе с приходом странного ощущения. Странного, и не самого приятного, ибо что может быть приятного в том, если чувствуешь себя костью, которую тянут в разные стороны два голодных пса.

— Ишу? — встревожился демон, в несколько стремительных шагов преодолевая разделяющее нас расстояние и становясь напротив, а в его руке вновь оказался зажат магический сосуд, в который тот собирался поместить душу Иллины. — Что не так?

— Ничего, просто… Просто мне, кажется, пора уходить, Ирион, — пробормотала я, в растерянности посмотрев на него. — Вот только…

— Что?

— Зов я ощущаю с разных сторон, и один из них кажется мне знакомым. В том смысле, что зовёт меня кто-то, кого я хорошо знаю. А вот второй — совсем другой. От него идёт свет, тепло и… покой.

— Ишу, Ясмин, послушай меня! — быстро заговорил высший инкуб, стиснув в руке кристалл, который начал слабо светиться. — Ты можешь пойти на один из этих двух зовов, а можешь остаться со мной. Я заберу твою душу и найду ей новое тело. Ты будешь жить, девочка!

— Новое тело? — грустно усмехнулась я. — Я не хочу новое, Ирион! Мне нравилось моё прежнее. Да и с тем, что эта моя жизнь закончилась, а впереди ждёт другая, я уже практически смирилась. Вот только прежде, чем уйти окончательно, пожалуй проверю, кто тот знакомый, который меня столь настойчиво зовёт. Так, что давай прощаться, демон.

Нет! — отрезал тот, а кристалл в его кулаке вспыхнул.

Я испугано шарахнулась в сторону — ту самую, откуда шёл зов кого-то мне знакомого. А в следующее мгновение перед глазами все закружилось, будто я стала перекати-полем, которое сорвало с места сильным порывом ветра и понесло в неизвестность.

Небо.

Земля.

Небо.

Земля.

Вспышка боли… и я окунулась в океан синих, до боли знакомых глаз.

— Деллион?..

— Я, маленькая, — прозвучали тёплые, полные нескрываемой нежности слова, а затем меня сгребли сильные руки и прижали к твёрдой мужской груди. — Ты жива, Ясми! Слышишь, жива! Теперь все будет в порядке!

Этого моя психика, измученная событиями последних суток, уже не выдержала. Уткнувшись в шею дроу… своего такого родного и близкого дроу, я совершенно по-детски разревелась: выплёскивая в слезах те эмоции, что в этот момент разрывали мою душу.

Иллина Садгрив

Бывшая Первая ведьма Ильмарии, столицы человеческого государства.

Боль… Иллина, за все свои семьдесят пять лет, ни разу не ощущала такой сильной боли, как сейчас. Именно она привела её в чувство, а ещё какой-то шум на заднем плане.

"Это невозможно, но я каким-то образом осталась жива!" — потрясённо прошептала женщина и медленно, со стоном села.

А едва это произошло, ей захотелось протереть глаза, взору которых предстала крошечная комнатка, из убранства в которой имелись лишь узкая койка, видавший виды сундук, да колченогий стул, на котором примостился таз с водой.

— Что за убожество? Где я? — скривившись от отвращения подумала Иллина и коснулась собственной шеи, чтобы проверить наличие амулетов.

Но тех на ней не обнаружилось, а руки, вместо шелка платья, что женщина надела для свидания с демоном, нащупали какую-то грубую ткань.

— Да что происходит-то? — мысленно запаниковала она, вскакивая на ноги, и словно в ответ на заданный вопрос в дверь комнатки кто-то забарабанил.

— Вставай, Илька-лентяйка! Вставай, или я расскажу обо всем господину и тот отдаст приказ выпороть тебя на конюшне! — заорал незнакомый мужской голос по другую сторону сотрясающейся от ударов деревянной преграды.

— Что-о! — в душе Первой ведьмы столицы человеческого государства огненной волной прокатился гнев.

Она подняла руку, дабы призвать магию, но та почему-то не откликнулась. А непослушные пальцы отказались складываться в жест, который был для женщины столь же привычным, как дыхание.

Продолжая не понимать, что происходит, она уставилась на собственные руки и обмерла. Те были широкими, точно у мужчины, с огрубевшими ладонями и короткими, похожими на обрубки, мозолистыми пальцами.

— Это не мои руки! — воскликнула ведьма, голос которой, также совершенно не похожий на её собственный, предательски сорвался на фальцет. — Я брежу! Это тело и все, что меня окружает, не настоящее! Это все дурной сон!

Желая убедиться в собственном предположении, брюнетка шагнула к стулу с тазом, чтобы коснуться воды, и та, словно надсмехаясь, отразила черты совершенно незнакомого лица, которое принадлежало совсем ещё молодой особе. Почти девчонке. Вот только назвать её хоть сколько-нибудь симпатичной, язык не поворачивался.

— Нет, нет! Это не я! Не может такого быть! — схватив ни в чем не повинный таз Иллина, что есть силы, швырнула его о дверь, на которую продолжали сыпаться удары пребывающего за ней горластого мужика.

А некоторое время спустя, охаживаемая плетьми местного конюха во дворе совершенно незнакомого дома, она с ужасом осознала: Может!

Пожелание странного духа, озвученное ей на "ведьминой поляне", сбылось. Иллины Садгрив, Первой ведьмы Ильмарии, больше не существовало. Была Илька-чернавка, которую подобрал ещё ребёнком средней руки купец, живший в городке, что находился довольно далеко от столицы.

И теперь ей — ведьме, кто прежде ни в чем не знала отказа, а на прислугу смотрела, как на грязь под своими ногами, предстояло научиться жить по-новому. Или выживать: тут уж как придётся. Магии и былой красоты больше нет, а значит рассчитывать придется лишь на собственный ум и хитрость. Они должны помочь выбиться в люди, а уж там и о мести родной сестрице можно подумать, что натравила на неё, Иллину, дух ведьмы-проклятийницы.