Глава 6. Допрос, "знакомство с родителями" и прочие неприятности. Часть 3

Деллион До'ррет

Первой мыслью темного эльфа было: "Опоздал", когда он перешагнул, наконец, порог дома, в который так стремился, и увидел его хозяина.

А тот словно его, Деллиона, прихода и дожидался: расхаживая между холлом и гостиной, что были соединены арочным проемом.

— Ее забрали, Делл! — произнес мрачный донельзя гном, вместо приветствия.

Волна слепящей ярости взметнулась в душе мужчины после этих слов, грозя выплеснуться наружу и смести все на своем пути. И лишь неимоверным усилием воли ее удалось подавить.

— Когда? — позвучало коротко и хрипло.

— Сегодня. Рано утром. У стражи был приказ об аресте Ясмин.

— Причина?

— Применение магии к представителю закона высшего ранга, — буркнул мастер-оружейник третьей ветви гномьего рода. — Тебе будет трудновато вытащить сестру из застенков Дома Правопорядка.

— Посмотрим, — сузил глаза Деллион. — То, что этого законника прокляла моя сестра, еще доказать надо, а без доказательств…

— Это будет лишь клевета, — кивнул Телхар, — вот только эш Харун — Судья, а у них свои методы получения правды. Тем более у него по отношению к Ясмин какая-то патологическая неприязнь, так что…

Что там еще говорил гном, дроу слушать не стал — вылетев за дверь. Страх за молодую ведьму — его, демоны все побери, ведьму, сковал сердце ледяными тисками. В голове же, пока Перворожденный быстрым шагом преодолевал улицу за улицей, билась лишь одна мысль: "Если этот столичный гад хоть пальцем тронул девушку, то ему не жить! И плевать на последствия!".

А улицы города, разделяющие его, второго наследника темноэльфийского дома До'ррет, и Дом Правопорядка, как-то быстро закончились. Мельком отметив странное оживление возле нужного ему здания, Перворожденный едва ли не с пинка вошел в дверь, чем похоже до полусмерти напугал человеческого юнца, сидевшего за небольшим столом и перебиравшего какие-то бумажки. Несколько хлестких слов, требование видеть главу сей богадельни, и тот, срываясь с места, уносится куда-то по одному из коридоров. Деллион, не задумываясь последовал за мальчишкой, ибо ждать, пока последний позовет свое начальство, был не намерен.

А идти далеко и не пришлось. Несущийся впереди парень ворвался в одну из каких-то комнат и, не удосужившись прикрыть за собой дверь, принялся быстро-быстро говорить. Что именно, дроу особо не слушал — не было желания. Куда больше его интересовало совсем другое, что лорд До'ррет и озвучил вслух, оказавшись на пороге помещения с распахнутой настежь дверью:

— Где моя сестра?

Ответом ему были несколько мгновений тишины. И за это недолгое время цепкий взгляд темного эльфа успел пробежаться по троим мужчинам, присутствующим в комнате: остановившись на том из них, который, в отличие от оборотня (доставившего в свое время немало неприятных минут Ясмин) и смертного мальчишки, был Деллу не знаком.

Неторопливо поднявшийся из-за стола смазливый тип с двухцветной шевелюрой был опасен, хотя таковым и не выглядел. Но Делл, проведя достаточно времени в мире демонов, хорошо усвоил истину, что внешность порой бывает весьма обманчива.

— А кем вы, собственно, будете, коли позволяете себе проявлять столь вопиющую бесцеремонность и ходите по Дому Правопорядка, как у себя дома? — слегка растягивая слова произнес выпрямившийся мужчина, недобро при этом сощурив глаза с узким вертикальным зрачком.

— Полагаю, вы знаете, кто я такой, ибо иных представителей моей расы в Лире нет, — холодно произнес в ответ дроу, — но если угодно, могу и представиться. Я Деллион До'ррет, второй наследник темноэльфийского дома До'ррет и кровный брат Ясмин До'ррет. А кем будете вы?

— Рияд сур Харун, седьмой Судья из Круга шестнадцати.

— Не стану лгать, говоря, что знакомство с вами мне приятно, — слова Перворожденного падали точно камни, — а потому сразу перейду к цели своего прихода. Я хочу знать, на каком основании была задержана моя сестра, и где она в данный момент находится?

— Ваша кровная родственница, лорд До'ррет — ведьма, которая наслала проклятье на представителя закона высшего ранга. На меня, если быть точным. В связи с чем ныне пребывает в камере предварительного заключения в ожидании вынесения приговора.

— Приговора? — от того тона, каким был произнесен этот вопрос, температура воздуха в помещении, где шел разговор, разом и весьма ощутимо понизилась. — Вы, господин Судья, столь уверенно утверждаете, что имеющееся на вас проклятье — дело рук Ясмин, а доказательства ее вины имеются? Если да, то я хотел бы их увидеть. Как и свою сестру. И немедленно!

— Доказательств пока нет, — произнес Рияд сур Харун, лицо которого превратилось в равнодушную маску, — но это…

— Нет доказательств? — голосом Деллиона можно было резать без ножа, отчего человеческий мальчишка, наблюдавший за происходящим, побледнел настолько сильно, что казалось вот-вот хлопнется в обморок.

Проникся даже глава отделения правопорядка города, до этого спокойно прислушивающийся к разговору, но пока не вмешивающийся в него. А вот на василиска гнев темного эльфа словно и не произвел никакого впечатления. Однако его внешняя невозмутимость была лишь видимостью. Темный эльф заметил, как напряглась худощавая фигура Судьи. Тот уже было собрался дать достойный ответ, но мужчина не дал ему такой возможности. Он, переключив свое внимание на хмурящегося двуликого, отчеканил:

— Господин Свер, я требую немедленно отпустить мою сестру, а также выдвигаю встречные обвинения вам и находящемуся здесь седьмому Судье из Круга шестнадцати. Вы произвели арест подданной другого государства, не имея на то достаточных оснований. Более того, наверняка уже осуществили ее допрос, на что не имели права, так как моя сестра является несовершеннолетней согласно законам моего народа. Следовательно, тот самый допрос мог быть проведен только в присутствии старшего кровного родственника этой девушки. Меня. Далее: незаконное лишение свободы. Допрос был проведен, а доказательств вины Ясмин так и не появилось. И, наконец, последнее: мне неизвестно в какой форме тот проводился. Если моя сестра пострадала в его процессе, или к ней применялась запрещенная магия, дабы вынудить говорить, то могу вас уверить, что одним лишь лишением своих мест, как и безвозвратно-испорченной репутацией, вы не отделаетесь.

Говоря все это, Деллион откровенно и грубо блефовал, потому как не было у него возможности осуществить сказанное. Да и темноэльфийского дома До'ррет, вторым наследником которого он являлся, в государстве дроу этого мира тоже не существовало. Однако мужчина должен был вытащить Ясмин из местных застенков, и готов был пойти ради этого на все — не то, что на обман. Даже на убийство, хотя это было уже совсем крайним случаем.

— Господин глава отделения правопорядка города, будьте так любезны сопроводить юную леди сюда, к нам, дабы лорд До'ррет смог убедиться лично, что ей здесь никто не причинял вреда, — после довольно продолжительной паузы, во время которой пытался испепелить взглядом Деллиона, обратился к двуликому василиск.

В его негромком голосе были едва различимы шипящие нотки, что выдавало ту степень бешенства, в которую впал Судья после прозвучавших слов. Перворожденный даже испытал некоторое удовлетворение, наблюдая за тем, как тот пытается совладать с душащей его злостью.

А Ирст Свер тем временем молча кивнул и, поманив за собой продолжающего трястись от ужаса человеческого мальчишку, покинул помещение. И едва за ними закрылась дверь, как с Рияда сур Харуна окончательно слетела давешняя маска невозмутимости. Отбросив всю показательную вежливость он процедил уже не скрывая собственного гнева:

— Ну, а теперь предлагаю поговорить начистоту…

Ясмин До'ррет

Сколько вот так пришлось просидеть в камере, слушая нестройные рулады заключенных, затрудняюсь сказать. Но в какой-то момент пение вдруг оборвалось — как отрезало. Раздались уверенные шаги по коридору, а затем возле решетки моей камеры остановился глава отделения правопорядка города. Вид он имел угрюмый, а голос оборотня, невежливо ткнувшего в меня пальцем и произнесшего: " Ты, на выход!" — был похож на рык.

Не понимая, что происходит, я, тем не менее, подошла к решетке, которую передо мной тут же открыли. Вышла, вопросительно посмотрев мужчину, но тот не обратил на меня внимания. Открытая ранее камера оказалась вновь заперта, после чего прозвучал очередной приказ:

— Иди за мной!

Пришлось кивнуть и делать, как велено, потому что задавать вопросы, когда вокруг столько любопытных ушей, было никак нельзя.

Проследовав за двуликим мимо всех камер и выйдя за дверь, за которой находилась лестница ведущая на первый этаж, я не удержалась и тихо спросила:

— Свер, что происходит?

— Скоро узнаем, если эти двое друг друга там не поубивают, — буркнул в ответ тот, сбегая по ступенькам вниз.

— Двое? — переспросила удивленно, спускаясь следом. — Ты о ком? И вообще, когда с меня уже снимут эти кандалы?

Ответить спутник мне не успел. В противоположном конце коридора появилась светловолосая фигура какой-то девушки, которая, завидев нас, радостно замахала рукой и рванула навстречу с воплем:

— Ирстен, ну сколько можно тебя ждать?

— Румина, — из уст мужчины произнесенное имя незнакомки прозвучало как ругательство.

— Ирстен? — тихо переспросила я и улыбнулась.

— Мое родовое имя Ирстен Ан'Свер, но я его не использовал с тех пор, как покинул общину оборотней.

— Красиво звучит. А почему…

Закончить свою мысль мне не удалось, потому как подбежавшая к нам девушка, оказавшаяся очень молоденькой и красивой, попыталась броситься на шею двуликому, но тот успел среагировать и придержал блондинку за плечи.

— Румина, я сейчас занят, — довольно резко произнес глава отделения правопорядка Лира. — Тебе и моим родичам не следовало приходить сюда.

— Занят? — пухлые губы девушки задрожали, словно та собралась заплакать.

Впрочем, этого не произошло, потому что знакомая Ирста Свера наконец-то заметила меня и спросила, гневно сверкнув голубыми глазами:

— А это еще кто?

— Девушка, которая оказала мне честь и согласилась стать моей женой — леди Ясмин До'ррет.

— Женой? — воскликнула блондинка, на ресницах которой тут же заблестели слезы.

— Женой? — эхом откликнулись еще два голоса — мужской и женский.

Повернув голову в ту сторону, откуда они прозвучали, я увидела немолодую пару, которая двигалась по тому же самому коридору, откуда прибежала уже принявшаяся всхлипывать юная красавица. А присмотревшись к глазам подходящих мужчины и женщины поняла, что они оба оборотни. Похоже это и были те самые родичи Ирста Свера, а юная особа, стало быть, предполагаемая невеста?

Осознав в полной мере кошмарность ситуации, в которой я оказалась, захотелось провалиться сквозь землю. А еще стукнуть как следует одного желтоглазого гада, за то что ляпнул про "жену". Ну, вот как теперь выкручиваться? Да еще и эти жуткие наручники на моих запястьях… Кошмар!

— Ирстен Ан’Свер, так это правда? У тебя действительно есть невеста? — требовательно рыкнул старший двуликий, как только оказался достаточно близко.

— И, что это у нее на руках такое надето? — подала голос его спутница, указав на браслеты, красующиеся на моих запястья. — Твоя невеста — преступница?

Рука-лицо. Ну почему я вечно попадаю в дурацкие ситуации? Как же хочется исчезнуть отсюда хоть куда-нибудь!

— Да, дядя Ирсан, у меня действительно есть невеста, — произнес тем временем мужчина, втравивший меня в очередную историю. — И нет, она не преступница.

— Неужели? И как же зовут эту девушку? — окинув меня пренебрежительным взглядом осведомилась оборотница и притянула к себе расстроенную Румину. — Ты не хочешь нас представить друг другу?

— Конечно. Дядя Ирсан, тетя Альма, знакомьтесь, леди Ясмин До'ррет. Ясмин, — а это двуликий обратился уже ко мне, — позволь представить тебе моих ближайших кровных родичей. Главу общины оборотней — Ирсана Ан'Свера, его супругу Альму, и внучатую племянницу моей тети — Румину

— Здравствуйте! — я старательно натянула на лицо вежливую улыбку и изобразила легкий поклон.

— А она немногословна, — заметила та самая тетя, обращаясь к Ирсту Сверу и игнорируя при этом мое приветствие. — Прекрасное качество. Вот только почему твоя избранница одета по-мужски? Это неприемлемо для приличной девушки!

— А я не просто девушка, уважаемая, — мне надоело терпеть столь пренебрежительное отношение по отношению к себе и я решила подключиться к диалогу оборотней. — Я — ведьма. Очень, очень обидчивая ведьма, которой не нравится, когда о ней говорят словно о домашнем питомце.

— Ведьма?! — ахнула оборотница.

— Ведьма? — повторил ее супруг, нахмурившись.

— Ведьма? — а это испугано пискнула уже Румина и теснее прижалась к своей родственнице.

— Так, хватит! — рявкнул стоящий рядом со мной мужчина, которому похоже все это уже надоело. — Вы, мои дорогие родичи, сейчас вернетесь в дом и будете ждать моего возвращения там. Ну, или просто погуляйте по Лиру, потому что сейчас я не могу уделить вам время. У нас с Ясмин еще есть одно важное дело, которое требует решения.

— Но, Ирстен, ты не можешь… — тут же принялась возмущаться его тетка, но ее, легким прикосновением к руке, остановил супруг.

— Альма, Румина, идемте! — произнес старший двуликий. — И ты, Ирстен, должен будешь все нам объяснить. Надеюсь, после этого не сбежишь трусливо из дома, как это было в прошлый раз?

Глава отделения правопорядка города промолчал, скрипнув зубами, а его родственники развернулись и не спеша направились прочь.

Посмотрев на желваки, что ходили по лицу брюнета, я не отважилась напомнить ему о том, что мы до встречи с ними куда-то шли. Но тот вспомнил об это сам и, бросив мне краткое: "Идем!" — продолжил вынужденно прерванный путь.

Пройдя почти весь коридор до конца, Ирст Свер распахнул передо мной какую-то дверь. И едва это произошло, мои глаза удивленно распахнулись, потому что я увидела стоящего ко мне спиной Деллиона, которого ну никак не ожидала тут встретить. Видимо он, по возвращении в Лир, узнал о случившемся от Телхара и сразу же пошел за мной.

Вот только вся радость, которая в первый момент вспыхнула в моей душе при виде кровного брата, схлынула, когда я увидела василиска, стоявшего с ним лицом к лицу. Оба мужчины были настолько злы, что, казалось, еще немного и случится беда.

Однако ничего произойти не успело, потому как Рияд сур Харун заметил меня и оборотня. На его губах появилась крайне неприятная улыбка, после чего тот произнес:

— Вы ошибаетесь, лорд До'ррет, считая, что у меня предвзятое отношение именно к вашей кровной родственнице. Моя неприязнь одинаково распространяется на всех ведьм, ибо нет более лживых и распутных созданий нежели они. Впрочем, думаю, вам это и без меня известно, коли вы перед отъездом из города не побоялись нарушить закон и применили к своей сестре заклинание магического поводка, на применение которого вообще-то требуется специальное разрешение. Ведь наверняка она уже не один раз опозорила вас и весь ваш род… Не так ли, леди До'ррет?

Я вздрогнула, как от удара, и дернулась в сторону уставившегося на меня ненавистного василиска, но наделать глупостей мне не дали сильные руки оборотня, которые удержали на месте. А вот Деллиона остановить было некому. Последовал молниеносный удар, за которым раздался неприятный хруст ломаемых костей, и столичный законник, отшатнувшись назад, прижал ладони к лицу. Между его пальцев заструилась алая кровь, на что темный эльф не обратил ровным счетом никакого внимания. Развернувшись, он впился напряженным взглядом сначала в мое лицо, а затем скользнул им ниже. Скользнул, и остановился на моих запястьях, на которых по-прежнему находились оковы Гата.

Знакомые синие глаза, что были сейчас практически черными, казалось потемнели еще больше; лицо, и до этого не отличающееся яркими красками, побледнело сильнее; а губы сжались в тонкую линию, свидетельствуя о том, что прежняя злость Перворожденного — ничто, по сравнению с теперешним его состоянием. Словом, одного взгляда на этого нелюдя было достаточно чтобы понять, что он готов убивать. И я даже знала, кто именно станет кандидатом в смертники.

А тот самый кандидат не видел страшного лица дроу. Вытерев кровь с лица платком, тот растянул губы в улыбке и произнес:

— Нападение на представителя закона высшего ранга…

— Хватит, Судья! — неожиданно рыкнул за моей спиной Ирст Свер, отчего я едва не подпрыгнула на месте. — Вы сегодня уже достаточно натворили дел, из-за которых я лично не собираюсь идти под трибунал. Что же до только что произошедшего, то не было никакого нападения. Имело место оскорбление, за которое вы и получили. Именно так я и укажу в своем отчете, который отправлю в судебную канцелярию. Не усугубляйте ситуацию еще больше, снимите с данной леди оковы Гата и отпустите домой.

Я невольно поежилась, потому как не было никакого желания подпускать к себе василиска настолько близко, поэтому посмотрела на оборотня и спросила:

— А вы, господин Свер, не можете снять с меня эту гадость?

— Нет, леди До'ррет, — хмуро покачал тот головой. — Надеть эти браслеты может кто угодно, а вот снять лишь тот, кто их активировал.

— Итак, мы ждем! — отчеканил Деллион, подходя ко мне и становясь рядом.

— Хорош-шо, — перешел на труднопонимаемое шипение выведенный из себя змей и, отшвырнув окровавленный платок на пол, направился ко мне. — Но не думайте, что так легко отделалис-сь. Это еш-ще не конетс-с!

Последние слова тот прошипел мне едва ли не в лицо, а затем руки Рияда сур Харуна сомкнулись поверх моих запястий, протянутых ему навстречу. Стало вдруг дико страшно, что он может сейчас что-нибудь эдакое вытворить, но, к счастью, обошлось. Мои оковы открылись, с двумя синхронными щелчками, и упали в ладони стоящего напротив меня мужчины. На миг наши с ним взгляды встретились, отчего мое сердце панически ухнуло куда-то в район пяток, но продлилось это состояние недолго. Темный эльф мягко приобнял меня за плечи, разворачивая к столичному законнику спиной и лицом к главе отделения правопорядка города. Посмотрев на последнего одними губами произнесла: "Спасибо!", после чего позволила Деллиону себя увести.

На этот день все плохое вроде бы закончилось, а впереди меня ждало возвращение в дом гнома, отдых с купанием и разговор с братом. Тот, правда, вряд ли будет легким, но по сравнению с событиями, что произошли в Доме Правопорядка, это казалось сущей мелочью. Хотя, я могу и ошибаться. Этот остроухий уже сумел меня один раз неприятно удивить, а значит ожидать от него теперь можно было всего.

Путь до дома Телхара мы с Деллом проделали в молчании. Не знаю, о чем все это время думал он, а вот мои мысли крутились вокруг того, что произошло в Доме Правопорядка и собственного ближайшего будущего.

Маленькая победа над столичным законником, которому пришлось отпустить меня, потому как тот не смог доказать, что его нынешнее плачевное состояние — результат моей волшбы, искренне радовала. А то, что противный василиск вдобавок ко всему получил по лицу, от моего кровного брата, стало отличным завершением того театра абсурда, который творился в ведомстве Ирста Свера с самого утра.

Признаться, я сама об этом мечтала с того самого момента, как познакомилась с Риядом сур Харуном. Но на то, чтобы воплотить свою мечту в жизнь и от души врезать ему, у меня не хватило бы ни сил, ни возможностей. Зато они нашлись у темного эльфа.

Но, как бы ни было все это здорово, у каждого поступка всегда есть последствия. Будут они и у этого. Вот только какие — неизвестно. Вряд ли Судья оставит все, как есть, и не попытается отыграться. И теперь под удар попаду уже не я одна.

В сложившейся ситуации, мне и дроу было бы разумнее покинуть Лир, но куда нам в этом случае податься? Мы находились на континенте, со всех сторон окруженном водой, а значит отыскать нас, коли у него появится такое желание, змей наверняка сможет. Более того, если он решит вызвать сюда кого-то из своих, предоставив для этого достаточно оснований, то нас станут гонять как крыс. И будут делать это до тех пор, пока не поймают.

Тихонько шикнув на себя, дабы прогнать эти пугающие мысли, я проскользнула в дверь, предусмотрительно распахнутую пере до мной Деллионом, и повернула к лестнице, ведущей наверх. Но дойти до нее не успела, меня остановили два голоса, которые прозвучали практически одновременно.

— Ясми, постой! — окликнул брат.

— Ведьмочка, неужели это ты? — а это послышалось уже от хозяина дома, вышедшего в холл. — Рад, что Деллион смог отвоевать тебя у василиска!

— Здравствуйте, господин Телхар! — повернулась я к своему работодателю. — Меня это радует не меньше. Как и то обстоятельство, что столичный Судья надолго запомнит эту их встречу.

— Что произошло? — тут же нахмурил свои кустистые брови гном и перевел взгляд на блондина за моей спиной.

— Ничего особенного, — прозвучал спокойный, граничащий с безразличием ответ. — Просто кое-кто с первого раза не понял моих слов касательно оскорблений в адрес Ясмин, вот и пришлось объяснить подоходчивей.

— Деллион сломал эш Харуну нос, — сообщила я, когда Телхар, не дождавшись пояснений от моего брата, вновь посмотрел на меня.

— Покалечил Судью, и после этого остался на свободе?

— Как видишь, — пожал плечами Перворожденный.

— Вижу, — продолжил хмуриться хозяин дома. — Вот только, боюсь, что эта твоя свобода — ненадолго. Василиски не прощают такого рода оскорблений. Жди теперь ответного хода.

— Я с этим разберусь! Главное, чтобы он отстал от Ясмин!

— Отстал? Деллион, ты всерьез веришь в то, что этот тип теперь оставит ее в покое?

— Нет. Но хотя бы на какое-то время моя сестра будет избавлена от внимания этого ненормального, — по скулам дроу заходили желваки. — А прибывший в Лир законник — именно ненормальный. Ты бы только слышал, что он мне про нее говорил!

— И что же, коли это вывело тебя из себя настолько, что ты решил подправить ему физиономию? — полюбопытствовал представитель подгорного народа, принявшись оглаживать рукой свою роскошную бороду.

— Кхм-кхм, а ничего, что я еще здесь? — скрестив на груди руки и посмотрев по очереди на каждого из собеседников, осведомилась я весьма прохладно. После чего, не став дожидаться ответа хоть от одного из них, добавила:

— Впрочем, можете продолжать свой разговор, господа, я уже ухожу.

Высказавшись, развернулась на каблуках и направилась было в выбранном ранее направлении, как в спину полетело:

— Ясми, нам с тобой нужно поговорить!

— Ведьмочка, ты что — обиделась?

— Мы поговорим, Деллион, но позднее, — чуть замедлив шаг, бросила я через плечо. — И нет, господин Телхар, я не обиделась. У вас двоих есть о чем поговорить, а у меня есть чем заняться, кроме необходимости стоять рядом и изображать из себя предмет меблировки.

Останавливать меня в третий раз никто не стал, и я беспрепятственно прошла в мансарду, где, взяв халат и полотенце, ушла в купальню. Мне нестерпимо хотелось окунуться в воду, дабы смыть с себя усталость прошедшего дня и весь тот негатив, что пришлось испытать на себе за время пребывания в Доме Правопорядка. Ну, а помимо всего этого нужно было подумать, каким образом вести себя с вернувшимся братом. На его выходку с магическим "поводком" я уже не злилась, однако осадок на душе остался. И именно по этой причине меня теперь мучил вопрос: как с ним общаться? Ровно и нейтрально, или все-таки попытаться переступить через свою обиду?

Вздохнув, я завязала пояс халата, и, бросив взгляд на собственное хмурое отражение, покинула купальню. Оттягививать и дальне непростой разговор не имело смысла.

Дверь в мансарду я открыла решительно и, как мне казалось, будучи готовой ко всему. Но стоило лишь увидеть стоявшего лицом к окну темного эльфа, во всей фигуре которого ощущалось сильнейшее напряжение, как моя былая уверенность куда-то испарилась. Пришлось приложить некоторые усилия, для того чтобы заставить себя пройти в комнату.

Отведя взгляд от светловолосого мужчины, я стянула с вымытых волос полотенце и направилась к старому шкафу, в котором находились все мои вещи, дабы взять оттуда расческу и заняться своей гривой. Если ту не расчесать, пока она мокрая, и дать просто высохнуть, то воронье гнездо мне на голове будет обеспеченно.

Нужная вещь нашлась быстро, и я, вооружившись ею, прошла к своей кровати. Сев на нее, спокойно занялась делом — не глядя более на кровного брата, продолжающего стоять на том же месте. И игнорируя возрастающее с каждой минутой напряжение, которое подобно волнам распространялось вокруг него. Я ждала, когда тот приступит к разговору, на котором так настаивал, и гадала, о чем пойдет речь. Вариантов было много, но вот того, что дроу начнет наше общение с извинений, ожидала в самую последнюю очередь. А форма, в которую он их обратил, вообще стала полной неожиданностью.

Когда вот только что стоявший возле окна Деллион вдруг оказался прямо напротив меня, совершенно растерялась. Он так быстро преодолел те несколько метров, которые нас разделяли, что я даже не поняла, как это произошло. А когда шагнул еще ближе и присел на корточки, положив ладони в опасной близости от моих колен, испытала легкий испуг. Я не понимала, что Перворожденный творит и зачем.

— Прости меня, Ясми! — хрипло произнес он, глядя мне в глаза. — Я не должен был поступать с тобой так жестоко и накладывать магический "поводок". Хотел сделать, как лучше, уберечь от неприятностей, а добился лишь того, что разрушил те теплые отношения, что были между нами. С момента нашей встречи ты держишь дистанцию, во взгляде я вижу одну лишь настороженность, а теперь к ней добавился еще и страх, стоило мне к тебе приблизиться. А ведь раньше ты меня не боялась!

— Я и сейчас не боюсь тебя, Делл, — ответить спокойно, находясь под прицелом испытывающего взгляда темного эльфа, удалось с трудом. — Меня напугали твои действия. Раньше ты себе подобного, — я указала глазами на его руки, — не позволял.

— Не позволял, — раздался тяжелый вздох. — А еще я был слепым дураком.

— Чего? — совершенно обалдела я от такого признания. — Деллион, что с тобой происходит? Тебя, пока ездил с обозом Кирея, случаем по голове не били? Ты ведешь себя странно!

— Били, было дело, — хмыкнул он, а затем с неохотой отстранился и повернулся спиной. Усевшись прямо на пол, блондин прислонился к моим ногам и замолчал.

— Били? — мне откровенно поплохело от его слов.

— Да. Но ты не волнуйся, сейчас я уже в порядке. А случившееся совершенно не имеет отношение к тому, что я осознал, — мужчина откинул голову назад, положив ту мне на колени, и посмотрел долгим взглядом.

Я промолчала, рассматривая его красивое лицо, и попыталась понять, о чем именно брат говорит. Что такого он осознал?

— Простишь меня? — прозвучал его тихий вопрос, нарушив тем самым повисшую паузу.

— А оно тебе нужно, мое прощение? — ответила вопросом на вопрос и отвела глаза в сторону.

Стремительный разворот, и вот уже темный эльф сидит ко мне лицом, схватив за руки.

— Нужно, Ясмин! — прозвучало очень серьезно. — Я действительно сожалею о своем поступке, и не знаю, как исправить то, что натворил. Как вернуть твое доверие, и возможно ли это вообще? Скажи мне!

— Сказать… — вздохнула я, вновь посмотрев на блондина, потемневшие глаза которого выдавали волнение. Тот переживал совершенно искренне и я не смогла остаться равнодушной, видя это. Обида? Переживу, как-нибудь! Этот мужчина, что сейчас нервно сжимал мои руки, был мне дорог. По-настоящему дорог, и я не хотела его терять.

— Ясмин, почему ты молчишь? Ты…

— Простила, Деллион. Я тебя простила. А еще я благодарна тебе, за то, что спас меня сегодня. Неизвестно, какую еще гадость придумал бы Судья, если б не твое вмешательство.

— Я больше не дам ему обидеть тебя! — обещание, данное братом, прозвучало жестко и уверено. — И не оставлю одну. А сейчас позволишь помочь тебе с волосами?

— От столь резкой смены разговора и, собственно, самого поступившего предложения, я вновь растерялась. Прежде, дроу не изъявлял желания возиться с моей гривой, а теперь ему отчего-то вдруг взбрело это в голову. В чем причина подобных перемен?

Пока ломала голову над данным вопросом, не решаясь озвучить тот вслух, Делл принял мое молчание за согласие. Отобрав расческу, он принялся аккуратно разбирать влажные пряди.

Ощутив, как чужие пальцы скользнули по моим волосам, невольно замерла: боясь пошевелиться. Происходящее, совершенно не укладывалось у меня в голове, а помимо это здорово смущало. Легкие, нежные прикосновения, близость сильного мужского тела, жар которого я ощущала даже через ткань халата… Не будь я уверена в том, что не интересую одного конкретного остроухого, как женщина, то решила бы, что тот пытается за мной таким образом ухаживать.

От пришедшей на ум мысли захотелось потрясти головой — дабы прогнать ее, но пока блондин занимался моими волосами сделать это было проблематично. Пришлось сидеть неподвижно и пытаться ни о чем не думать. Получалось плохо.

Расчесывал меня Деллион казалось целую вечность, пропуская пряди между своих пальцев и одновременно с этим подсушивая их магией, а когда, наконец, закончил, то я с трудом смогла сдержать облегченный вздох.

Поблагодарив того за помощь, и даже сумев улыбнуться, я попыталась аккуратно увеличить расстояние между нами, когда мужчина протянул расческу и попросил:

— Поможешь теперь мне?

Удивленно моргнув, я перевела взгляд с лица брата на его шевелюру, которая оказалась заплетена в какую-то жутко сложную косу, и кивнула. Почему, собственно, и нет, коли уж день сегодня такой… богатый на события.

— Поворачивайся, — скомандовала, улыбнувшись. — А пока мы тут сидим, может расскажешь, как прошла твоя поездка? И кто напал на тебя?

— Расскажу, куда ж я денусь! — насмешливо фыркнул Делл и вдруг совершенно по-мальчишески дернул меня за локон. — А то, боюсь, одна обидчивая ведьмочка и меня чем-нибудь "прекрасным" одарит.

— Не говори глупостей! — обиженно буркнула я, откидывая на спину волосы, чтобы кое-кто наглый не вздумал вновь повторить свой фокус. — Не собираюсь я тебя ничем одаривать. А что касается господина Судьи, то он сам виноват. Нечего было меня доводить!

— Верю-верю. И просто жажду услышать о том, что же между вами произошло. Причем с самого начала. А я в свою очередь расскажу тебе о своей дороге в Серту и обратно. Идет?

— Хорошо, — кивнула, соглашаясь. — А теперь, может, все-таки повернешься? С твоей головой возни будет куда побольше, чем с моей. Что это за плетение такое архисложное?

— Одно из тех, которые делают мужчины-дроу, принадлежащие к роду, приближенному к правящему, — пояснил брат, выполняя мое требование.

— Вот как? А почему ты раньше не заплетал свои волосы подобным образом?

— Потому, что повода не было. Я спешил в город, будучи готовым ко всему. Убивать, в случае, если бы не было иного способа вытащить тебя из лап столичного законника. Или мстить всем виновным, если бы случилось непоправимое.

— Ясно, — с трудом выдавила я из себя, сглотнув комок, появившийся в горле после прозвучавших слов. А затем чуть подрагивающими пальцами принялась разбирать хитрую прическу темного эльфа.

Я не ошиблась, и на то, чтобы расплести его волосы ушло более получаса. Еще столько же потребовалось на их расчесывание, хотя на самом деле эту процедуру можно было закончить и быстрее. Вот только мне, успевшей к тому времени практически полностью успокоиться, этого не хотелось. Да и расслабленно откинувшемуся на руки мужчине, тоже. А в конце он вообще вытянулся на кровати и, как совсем недавно, устроил голову у меня на коленях.

Полуприкрыв глаза, Деллион поведал мне о своем путешествии в Серту в качестве охранника обоза; со всем вниманием выслушал мой рассказ о знакомстве с василиском и нашем последующим "общении"; а потом мы просто говорили. Говорили обо всем и ни о чем, наслаждаясь обществом друг друга.

Неизвестно, сколько еще времени продлилась бы воцарившаяся между нами идиллия, если бы ту не нарушил стук в дверь.

— Можно! — откликнулся на этот самый стук дроу, даже и не подумав при этом подняться с кровати и моих колен в частности.

Я заерзала на месте, потому как стало неловко оттого что хозяин дома увидит нас такими. Подумает еще что-нибудь не то.

И, видимо, гном действительно о чем-то эдаком подумал, потому, как войдя, и оценив нашу диспозицию, тихо хмыкнул себе в бороду.

— Что-то случилось, господин Телхар? — вежливо осведомилась я, желая чтобы тот поскорее сообщил, зачем пришел, и удалился.

— Кхм, да. К тебе, ведьмочка, гость пожаловал.

— Гость? — переспросила, удивленно распахнув глаза, потому как никаких гостей на сегодня, да и завтра тоже, совершенно не ждала.

— Кто? — мгновенно перетек в сидячее положение Делл, с которого разом слетела вся расслабленность.

— Глава отделения правопорядка города, — был нам обоим ответ.

И вот тогда я все вспомнила. И о встрече с юной оборотницей, которую прочили Ирсту Сверу в пару, и о его родне, и об объяснениях, которые потребовал с двуликого его старший родич. Скорее всего именно в этом была причина явки мужчины в дом гнома этим вечером. Ему была нужна помощь, а получить ее он надеялся у той, кого при свидетелях назвал своей невестой. У меня.

— Ясми, я чего-то еще не знаю? — привлек мое внимание кровный брат, заставив тем самым отвлечься от собственных мыслей.

— Да, как сказать, — вздохнула я в ответ, а потом под давлением одного требовательного, и одного любопытного взгляда, принялась за объяснения.

Рассказ получился недолгим, и едва закончился, как темный эльф поднялся на ноги, произнеся ничего не выражающим тоном:

— Собирайся и спускайся вниз, Ясмин, а я пока побеседую с главой отделения правопорядка города. Пора заканчивать весь этот фарс с жениховством.

Не зная, что ему на это ответить, промолчала, а блондин тем временем развернулся и направился на выход, пропустив вперед себя гнома. Так, что не прошло и минуты, как я осталась сидеть на постели в совершенном одиночестве.

Сидела и хлопала глазами я, впрочем, недолго. К активным действиям меня подстегнуло опасение, чем может закончиться беседа моего брата и двуликого. Вот уж чего-чего, а драки между этими двоими мне не хотелось. Ирст Свер, может, и не самая приятная личность в этом городе, но все же не настолько плох, чтобы была необходимость его калечить.

С мыслями обо всем этом я выбрала и надела одно из самых своих красивых платьев, закрутила и уложила на затылке волосы, выпустив несколько локонов, после чего поспешила покинуть мансарду. Но, как ни торопилось, все равно опоздала. Спустившись вниз, я не обнаружила там никого.

Задаваться вопросом "Где все?" мне не пришлось, ибо с того места, где в данный момент находилась, был отлично слышен звон стали, доносящийся из глубины дома. Похоже, оборотень и дроу решили не утруждать себя беседой, а сразу перешли к действию, дав возможность оружию говорить за себя.

Подхватив длинные юбки своего платья, я поспешила на звук, и вскоре уже стояла рядом с гномом: глядя, как по пространству заднего двора перемещаются двое нелюдей.

Оба смотрелись в бою потрясающе и на первый взгляд были равны друг другу по силе и мастерству. Но лишь на первый. После нескольких минут наблюдений стало ясно, что оборотень, несмотря на грамотное построение атак и защиты, до уровня темного эльфа пока недотягивал. А последний в свою очередь сражался не в полную силу. Он не то просто развлекался, не то проверял предел возможностей своего противника. А быть может преследовал еще какую-то цель. Мне это было неведомо.

Наблюдая за действиями Перворожденного, я искренне им восхищалась. Гибкий, изящный — он двигался так, словно танцевал. А эти его длинные распущенные пепельные волосы, мягкость и шелковистость которых еще помнили мои руки… Ну, чем не герой любовного романа? Жаль только, что не моего — брат ведь, хоть и не родной, а кровный. Вот если бы он им ни был… Так, стоп! Куда-то меня не туда занесло. И, главное, с чего бы? Прежде, мне и в голову не приходило рассматривать Делла в романтическом ключе. Да и от него никогда никаких авансов в мою сторону не было. Мы же еще пока жили в домике ведьмы все для себя выяснили. Что успело измениться и когда? Неужели на меня так сильно повлиял сегодняшний вечер наедине с этим мужчиной, который получился почти интимным?

Думать об этом не хотелось — слишком уж тревожно и волнительно сразу становилось на душе. Поэтому я постаралась сосредоточиться на продолжающемся сражении: тем более что посмотреть там действительно было на что. У главы отделения правопорядка города оказалась совершенно иная техника ведения боя, нежели у темного эльфа, и некоторые приемы этой самой техники меня заинтересовали. Может попробовать их запомнить и потом потренироваться в использовании?

Данная идея пришлась по вкусу, и я принялась со всем вниманием следить за двуликим, который к этому времени ушел в глухую оборону. Вот только, чую, поступил он подобным образом отнюдь не потому, что выдохся или отчаялся победить своего более опытного противника. Ирст Свер не выглядел уставшим, да и выражение его лица отражало вовсе не досаду. Янтарные глаза светились азартом, и прекращать свою дуэль с дроу, даже понимая, что тот сильнее, мужчина не собирался.

Это же подтвердили и его дальнейшие действия. В какой-то момент двуликий вдруг раскрылся, подпустив Деллиона ближе, а затем, проведя хитрый отвлекающий маневр, атаковал уже сам.

Будь на месте моего брата кто-то менее умелый, то сражение закончилось бы в пользу главы отделения правопорядка города, а так… А так по носу получил сам нападающий. Делл скользящим движением ушел от его удара, а затем совершил краткий ответный выпад, в результате которого господин Свер лишился левого рукава своей куртки.

Проследив за полетом в сторону куска кожи, еще недавно бывшего тем самым рукавом, я улыбнулась и посмотрела на дроу. Он же, сохраняя полную невозмутимость, нарисовал острием своего меча какую-то фигуру в воздухе, вызвав у меня там самым ассоциацию с Зорро, и мотнул головой, дабы откинуть назад мешающиеся волосы.

Я вновь засмотрелась на красавца-брата, а перед мысленным взором вдруг возник четкий образ другого блондина. Того, с кем так нехорошо рассталась недавно. Ириона.

"Какого черта?!" — мысленно возмутившись такому произволу собственного сознания, и попыталась было отогнать видение, но у меня ничего вышло.

Более того, на плечи вдруг обрушилась такая тяжесть, словно я превратилась в Атланта, подпирающего собой небесный свод. А следом за этим в голове раскатом грома прокатился голос знакомого демона:

— Ишу, ты меня слышишь?.. Ишу?

— Слышу, — мысленно простонала я в ответ, прижав пальцы к вискам. Ощущение было таким, будто моя голова сейчас лопнет, как перезрелый арбуз.

— Приходи сегодня. Я буду ждать.

Наверное, если бы мне в этот момент не было так больно, я бы не удержалась от язвительного и развернутого комментария относительно прозвучавшего требования "приходи сегодня". Этот инкуб, похоже, совсем обнаглел. Напугал, облапал, и ждет, что после всего этого я радостно побегу к нему на встречу?..А где извинения за свое прошлое отвратительное поведение? Хотя, какие к чертовой матери, извинения? Ирион — демон. Он, поди, и слова то такого не знает, а я тут придумала себе… Вот же глупая!

— Ишу!… Ясмин! — продолжил греметь в моей голове глас того самого демона, в то время как у меня от все усиливающегося давления на разум уже слезы из глаз текли.

— Уйди! Оставь меня в покое! — выговорила с трудом, где-то не периферии слыша еще какие-то голоса, и смутно ощущая чьи-то руки на своем теле.

— Ты нужна мне, Ишу! Очень нужна!

— Ага, нужна. Как собаке палка! — со злой иронией подумала я, нисколько не сомневаясь, что буду услышана своим невидимым собеседником.

— Я обещаю, что не трону тебя, Ишу, — голос Ириона, в измученной болью голове, зазвучал тише — словно мужчина постепенно удалялся от меня. Ну, или, что было куда вернее, у него просто заканчивались силы вести этот мысленный диалог.

Однако, несмотря на данное обстоятельство, я все же спросила, хоть и не слишком надеялась услышать ответ:

— Почему я должна тебе верить? Чего стоит твое слово, демон?

— Вот придешь и выяснишь это сама, мой маленький, пугливый зверек, — тихий смешок, приправленный изрядной долей инкубьей силы, вызвал совершенно определенную ответную реакцию в моем теле, даже несмотря на собственное преотвратное самочувствие.

Это разозлило не на шутку, и та нить связи, которая образовалась между мной и высшим темным (с подачи последнего, как я понимаю), натянулась до предела. Ирион это ощутил, мгновенно прекратив веселиться, а когда заговорил вновь, его голос стал похож на шелест, а тон стал совершенно иным: серьезным и уставшим.

— Ты действительно нужна мне, Ясмин. Без тебя я не справлюсь. Приходи.

Я промолчала, не зная, что ответить, а нить тем временем совсем истончилась. Казалось, еще чуть-чуть и порвется.

Так, собственно, и произошло, стоило лишь об этом подумать. Однако я все же успела услышать далекое: "Прошу!" — прежде чем инкуб окончательно исчез из моего сознания. А вместе с ним исчезла и боль, оставив после себя звенящую пустоту. Которую, впрочем, тут же заполнил совсем другой баритон, в котором слышалась нешуточная тревога.

— Ясмин, ну очнись же, прошу тебя!

— Какой сегодня странный день, — пробормотала я, не спеша открывать глаза, и невольно поморщилась от звука собственного голоса. Тот прозвучал, словно у курильщицы со стажем. Бр-р…

— Странный? — в вопросе, заданном братом, который находился где-то совсем близко, сквозило плохо скрываемое облегчение.

— Ага. Всем от меня что-то надо, все о чем-то просят, — отозвалась я со вздохом и открыла глаза.

А сделав это обнаружила, что лежу на диване в гостиной дома Телхара. Моя голова, вместо подушки, покоилась на коленях Деллиона, в то время как гном и недавний соперник моего брата — Ирст Свер, стояли рядом. Один хмурил свои кустистые брови, а в янтарных глазах второго застыло беспокойство.

— Ты, как я понимаю, тоже пришел меня о чем-то попросить? — обратилась я к брюнету.

— Хотел, — кивнул тот, поджав губы. — Но теперь вижу, что не получится. Что вообще произошло? Почему ты упала в обморок?

— Какой еще обморок? — удивившись совершенно искренне, перевела я вопросительный взгляд на своего кровного родственника.

— Совершенно ненормальный, — буркнул тот, погладив меня по волосам. — Ты, чтобы мы не делали, не приходила в себя. — Есть предположения, что могло спровоцировать потерю сознания?

— Да, но об этом я тебе потом расскажу, — кивнула, взглядом давая Деллу понять, что эти сведения не для лишних ушей. — А сейчас помоги мне сесть, пожалуйста.

— Уверена, что стоит? Может, еще полежишь?

— Нет, — качнув головой, улыбнулась. — Я в порядке.

Дроу явно считал иначе, если судить по тому, как на меня посмотрел, однако спорить все же стал и выполнил просьбу.

Как только удалось сесть, я расправила юбку своего платья, быстрым движением проверила в каком состоянии моя прическа, и только после этого кивнула двуликому:

— Можешь высказывать свою просьбу. Я слушаю.

— А стоит? — на меня с сомнением взглянули совершенно нечеловеческие глаза.

— Посмотрим. Ты озвучь, что требуется, а там видно будет!

— Ясмин, я не думаю, что это хорошая идея! — возразил Делл, глянув на оборотня так, словно предупреждал о чем-то.

— Неужели? А как же то, что сказал ты сам, прежде чем ушел общаться с господином Свером? — насмешливо поинтересовалась я у брата, задрав одну бровь. — Так вот мне кажется, что сегодня есть все шансы осуществить это.

— Это? — тут же потребовал пояснений оборотень, подозрительно сощурившись. — Что "это", ведьмочка? О чем речь?

— О нашем, о родственном, — отмахнулась я, спокойно выдержав его взгляд. — Лучше скажи, что у тебя случилось? Какая помощь нужна?

— Семейный ужин случился! — раздался тяжелый вздох. — На котором нужно твое присутствие, как моей невесты. Если же тебя не будет, то это вызовет сомнения у моих родичей, относительно серьезности наших отношений, и те вновь примутся сватать мне…

— Ту милую девочку?

— Милую? — Ирста Свера аж перекосило от моих слов. — Ты шутишь, надеюсь?

— Шучу, конечно, — не сдержавшись, я хихикнула. — Сколько, кстати, этой прелестной особе лет?

— Семнадцать, — последовал крайне недовольный ответ. — Она капризна, плаксива и безнадежно глупа. Такую девицу я бы с радостью отдал своему недругу, но жениться самому… увольте!

— И что, неужто в этой двуликой совсем ничего хорошего нет? Не поверю! Почему тогда ее выбрали тебе в пару?

— Потому, что ее зверь — белая волчица. А в нашей общине издревле альфы брали в жены либо белых, либо черных самок. Мне прочат место главы, ну а в жены соответственно эту вот непутевую девицу.

— Мда-а, вам остается только посочувствовать, господин Свер, — покачал головой хозяин дома. — У подгорного народа в этом смысле все обстоит намного лучше. Браки по расчету и у нас случаются, но происходит это лишь с обоюдного согласия. И если хотя бы один их участников предполагаемого союза против оного, то принуждать двоих быть вместе никто не станет. К чему, если в таком браке ничего хорошего не будет? А вот у дроу подобное в порядке вещей. Я прав, лорд До'ррет?

— Да, — коротко кивнул мой брат. — У нас не спрашивают: хочешь ты жениться на выбранной для тебя кандидатке или нет. На первом месте всегда стоит благополучие рода. А заимев пару законных наследников, с женой можно и вовсе не пересекаться. Так, разве что на официальных мероприятиях, которые проходят не особо часто. Никого волновать не будет, сколько у тебя там любовниц. Запрет существует лишь на наличие побочных детей, которые могут стать угрозой для тех, кто был рожден в браке.

— А как же тогда Ясмин? — спросил любопытный двуликий, покосившись на меня. — На нее эти правила тоже распространяются, раз она состоит с вами, лорд До'ррет, в кровном родстве? Ей придется выйти замуж за выбранного главой вашего рода мужчину, когда придет время?

— А вот это вас не должно касаться, господин глава отделения правопорядка города! — холодно отрезал Деллион. После чего повернулся ко мне и уже намного мягче спросил: "Ясми, ты уверена, что нам следует влезать во все это?"

— Нам? — с удивлением посмотрела я на дроу. — Ты же не собираешься…

— Нам, Ясми! — твердо произнес тот, встречая мой взгляд. — И да — собираюсь. Неужели ты думала, что я отпущу тебя с ним, — небрежный кивок в сторону мгновенно напрягшегося оборотня, — одну?.. Коли уж господин Свер назвал тебя своей невестой перед родней, то я просто обязан быть с тобой рядом, как сопровождающее лицо и единственный старший кровный родственник.

Телхар, на последние слова темного эльфа, как-то уж очень многозначительно хмыкнул, словно намекая на что-то; Ирст Свер недовольно скривился, но спорить не стал, признавая правоту Деллиона; А вот я была совершенно счастлива. Ужинать в обществе нелюдей, которые станут смотреть на меня, оценивать (подхожу ли я на роль супруги гипотетического главы общины двуликих) и задавать каверзные вопросы — удовольствие прямо скажем ниже среднего. И присутствие рядом поддержки в лице брата, при котором те наверняка поостерегутся сильно меня прессовать, вселяло надежду, что все закончится хорошо. Глава отделения правопорядка Лира получит свободу от навязанной родней невесты, а я от него самого — все будут счастливы! Надо лишь максимально достоверно отыграть свою роль, что не должно быть уж слишком сложно. Пара-тройка часов — это ведь совсем немного, правда?

В своих предположениях насчет предстоящего семейного ужина с оборотнями, я серьезно ошиблась. И если бы знала заранее, что предстоит пережить, то не стала бы соглашаться на эту авантюру так легко. Наверняка стребовала бы у Ирста Свера компенсацию, за свои потрепанные нервы. А ведь как вначале все хорошо начиналось…

Прогулка до дома Ирста Свера вышла вполне мирной. Шли не торопясь, чем я и воспользовалась дабы изложить мужчинам свой план действий. И если двуликий, слушая меня, кивал головой (давая тем самым понять, что ему все нравится), то Деллион как-либо комментировать не спешил.

После состоявшегося в гостиной дома Телхара разговора, тот отправился приводить себя в порядок, так что теперь выглядел как самый настоящий аристократ: далекий, как звезды, и такой же холодный.

— Мне не слишком нравится твоя затея, Ясмин, — нарушил наконец молчание кровный брат, когда глава отделения правопорядка города указал на высокие ворота одного из домов района для богатых и сообщил, что нам надо именно туда.

— Понимаю, — кивнула я несколько рассеянно, пока еще издали рассматривая логово оборотня. — Но все должно быть максимально достоверно. Сородичи господина Свера должны быть уверены в том, что у нас ним все серьезно.

— Тогда тем более не вижу причины тому, чтобы разыгрывать "великую любовь", — упрямо гнул свою линию дроу. — Ты ведьма, Ясмин. Достаточно будет сказать, что твой выбор пал на данного мужчину, как на более подходящую кандидатуру для рождения детей. Ведь именно дети являются величайшей ценностью для женщин имеющих способности к ведовству.

— Что? — я даже споткнулась, услышав подобное заявление. — Деллион, ты с ума сошел? Ну, какие еще дети? Чтобы их заводить, нужно для начала крепко встать на ноги и самой что-то из себя представлять. Мне же еще учиться и учиться. Думаю, что именно в версию со вспыхнувшими чувствами прибывшие из общины оборотни поверят быстрее. Молодость, ветер в голове, и все такое…

— Одобряю оба варианта, — вставил свои пять копеек двуликий и многозначительно сверкнул на меня янтарными глазами. — Выбирай любой из них, и я тебе с удовольствием подыграю.

— Ты, главное, не вздумай переигрывать, — с нескрываемой угрозой в голосе произнес дроу, с которым я шла под руку. — Потому, что если позволишь себе лишнее…

— Да, да, знаю. Ты оставишь меня без чего-нибудь очень важного и крайне нужного.

Я не смогла сдержать улыбки, переводя взгляд с одного мужчины на другого. Перед тем, как покинуть дом мастера-оружейника третьей ветви гномьего рода, эти двое все-таки поговорили. И результатом случившегося разговора стал шаткий, но мир, а еще эти два нелюдя решили перейти на менее формальный стиль общения, когда то будет происходить не на людях. И вот теперь, пока мы неотвратимо приближались к дому двуликого, они и общались. Если конечно взаимный обмен колкостями можно было охарактеризовать этим словом.

Я в их разговор вмешиваться не стала, принявшись прокручивать в голове возможные варианты развития вечера, и морально к нему готовясь. Однако, несмотря на все это, к нападкам буквально с самого порога дома главы отделения правопорядка города, оказалась не готова.

У меня лично создалось впечатление, что двуликие дожидались прихода Ирста Свера с невестой, прямо у самого входа. Иначе, как объяснить то, что стоило мне сделать шаг через порог, как раздался недовольный голос старшей оборотницы. Она, словно и не обратив внимания на то, что хозяин дома пришел не один, обратилась к тому со словами:

— Ирстен, мальчик мой, ты вовремя! Я и Румина буквально вот только что закончили готовить ужин. Мы весь день прогуляли по городу, как ты и советовал, а когда вернулись, то сразу взялись за готовку. Признаться, я думала, что об этом позаботится твоя невеста… Ну, да ничего. Мы уже все сделали сами!

Этот камень был в мой огород, в чем сомневаться не приходилось несмотря на то, что говорились данные слова довольно беззаботным тоном.

— Альма, ну что же ты держишь нашего племянника и его гостей на пороге! — вступил в игру старший родич моего "жениха". -Дай им войти!

— Ах, да! — всплеснула руками женщина и отступила в сторону. — Простите меня, я так волнуюсь! Проходите, пожалуйста. Ирстен, ты ведь не против, что я взяла на себя роль хозяйки в твоем доме? Просто выбранная тобой невеста еще так молода… И к тому же ведьма… А потому может просто не знать, как ведут домашние дела обычные женщины.

Второй выпад в свою сторону я уже не смогла проигнорировать. Поняла, что если буду молчать и дальше, то к концу вечера рискую быть погребенной под теми самыми камнями, которыми сходу принялась забрасывать меня родственница двуликого.

— Вы ошибаетесь, госпожа Ан'Свер, — я изобразила самую вежливую из своих улыбок, на которую в данный момент была способна. — Ведение домашних дел для меня не проблема. Просто я уважаю личное пространство своего жениха и не считаю, что в праве хозяйничать в доме, который пока не является моим.

Присутствующие рядом мужчины мой ответ оценили (в особенности ту его часть, где говорилось о личном пространстве), а вот старшей оборотнице сказанное мной пришлось не по душе, если судить по тому, как чуть сузились ее газа и затрепетали крылья носа. Стоящая же несколько в стороне Румина, облаченная по случаю ужина в великолепное платье яблочного цвета, изо всех сил изображала примерную девочку. Ручки сложены, глазки долу, в разговоры старших не вмешивается — сама кротость и невинность! Однако я все же заметила несколько быстрых взглядов, что та бросила на Деллиона, с которым я так и стояла под руку.

Тот, впрочем, тоже их заметил, о чем мне сообщили едва заметно искривившиеся в намеке на усмешку губы. Более того, вся складывающая ситуация эльфа похоже забавляла. Или же его так смешила тетка Ирстена, что сама того не зная играла с огнем: пытаясь меня задеть.

— Тетя Альма, я уже понял, что вы не в восторге от моей невесты. Но это был мой осознанный выбор, и потому прошу его уважать, — спокойно произнес хозяин дома и, повернувшись, подал мне руку.

Пришлось отцепляться от брата и вкладывать пальцы в раскрытую ладонь мужчины. А тот, притянув меня к себе поближе, продолжил:

— Чем пытаться затеять ссору, давайте лучше представим, что с моей невестой вы, дорогие сородичи, встретились впервые. А потому я сейчас заново представлю вам мою ведьму, а также ее брата.

— Брата? — приподнял брови старший из присутствующих комнате двуликих и уставился на темного эльфа так, как будто только что его заметил.

— Кровного брата, — поправил моего "жениха" Перворожденный, смерив присутствующих холодным и высокомерным взглядом. — Мое имя Деллион До'ррет. Я являюсь вторым наследником темноэльфийского дома До'ррет и единственным кровным родственником девушки, к которой посватался господин Свер.

— Рад знакомству с вами, лорд До'ррет, — поклонившись, произнес сородич главы отделения правопорядка города. — Я — Ирсан Ан'Свер. Возглавляю единственную общину оборотней, что находится на данном континенте, и являюсь родным дядей избранника вашей сестры. — Это, — мужчина перевел взгляд на брюнетку в темно-синем платье, которая незамедлительно изобразила реверанс, — моя супруга, Альма Ан'Свер. А юная дева, которую мы привезли, в надежде, что сердце племянника свободно и тот сможет составить ей пару — Румина Ан'Лаар.

Названная юная дева последовала примеру своей родственницы, приветствуя лорда темноэльфийских кровей, и весьма мило при этом покраснела.

"Ну прямо девочка-колокольчик!" — с неприязнью подумала я, окинув блондинку оценивающим взглядом. И сама же удивилась возникшему чувству. Данная особа мне пока ничего плохого не сделала, так чего ради, спрашивается, у меня по отношению к ней возникли подобные эмоции.

Пока я пыталась понять это, тетка моего "жениха", рассыпавшись в любезностях, пригласила всех в столовую. Не прекращая говорить, женщина принялась ненавязчиво рассаживать гостей, в результате чего во главе оказался сидящим хозяин дома, по правую руку от него разместилось старшее поколение родственников, а по левую мы с Руминой и Деллион. Причем я, как невеста, села ближе к Ирсту Сверу, а вот девочка-колокольчик стала соседкой брата, из-за чего на меня вновь накатила волна антипатии к ней. И это было странно. Юная волчица вела себя прилично, глазки ему не строила, и вообще изображала из себя благочестивую воспитанницу какого-нибудь монастыря. Нет, я догадывалась, что на самом деле эта Румина может быть совсем не такой, какой желает казаться. И даже наверняка это было именно так, однако данное обстоятельство не являлось причиной записывать эту девчонку в свои недоброжелатели. Задумалась, откуда могли расти ноги у моей неприязни, и сделанный в итоге вывод ой как не понравился. По всему выходило, что я ревновала брата к сидящей рядом со мной двуликой. Уму непостижимо! Я! Ревновала! Мне самой хотелось сидеть рядом с ним, а села она, оказавшись между нами!

Пришлось даже прикусить внутреннюю сторону щеки, дабы усмирить ту самую ревность, что так неожиданно подняла голову. Потом об этом подумаю, когда останусь наедине с собой, а сейчас надо сосредоточиться на разговоре.

Решила я это вовремя, потому что неугомонная оборотница, являющаяся теткой Ирста Свера, обратилась ко мне с одним из самых тривиальных вопросов, как то: каким образом мы с ним познакомились. Так, что пришлось спешно цеплять на лицо очаровательную улыбку и делиться этой во всех смыслах интереснейшей историей. Сам мужчина взялся мне активно помогать, накрыв при этом своей ладонью мою и переплетя наши пальцы. Выглядело это очень трогательно, и по лицам старшего поколения стало ясно, что те начали склоняться в сторону того, чтобы поверить в те чувства, что якобы были между нами.

И поверили, судя по всему, ни одни они. Хорошенькая волчица, не сказавшая за всю трапезу и десятка слов, видимо тоже осознала, что с хозяином этого дома ей ничего не светит, потому что вдруг прекратила изображать из себя скромницу и принялась атаковать сидящего рядом с ней Деллиона мелкими просьбами. То ей надо было подлить в бокал ягодного морса; то пододвинуть одно из блюд, до которого сама не могла дотянуться; то передать соль. Казалось бы, ничего не значащие фразы, но вот голос, которым они были произнесены… Он звучал по-прежнему тихо и робко, но в то же время появилось в нем что-то такое, такое… Словом сразу стало ясно, что эта девочка отнюдь не невинный цветочек, каким кажется, и ей явно было не впервой очаровывать мужчин. Сейчас же целью блондинки стал мой брат, а сидящие от нее через стол сородичи словно и не были против, что она решила заменить одного мужчину другим. Хотя, с чего бы им возражать, если Деллион был вторым наследником темноэльфйского рода? Партия с ним по всем параметрам выходила куда более выгодной, чем с оборотнем. Тот хоть и занимал достаточно высокую должность в городе, оказался связан с ведьмой и наотрез отказался рассматривать возможность брака с Руминой.

— Лорд До'ррет, не сочтите мой вопрос за дерзость, но вы сами уже определились с избранницей? — обратилась с вопросом к Деллиону супруга Ирсана Ан'Свера.

— Определился, — ответ темного эльфа прозвучал уверенно и холодно, а улыбка, коснувшаяся при этом его губ, заставила любопытную оборотницу побледнеть и, по всей видимости, пожалеть о том, что вообще открыла рот.

Я, бросив взгляд на вредную тетку, поспешила спрятать торжествующую улыбку за бокалом с вином. Мой брат не проникся очарованием юной волчицы, а его слова о том, что он определился с выбором избранницы, просто не стала воспринимать всерьез. Из опасений, что тебе навяжут совершенно ненужную девицу, можно не только несуществующую избранницу придумать, но и жену с выводком прелестных остроухих эльфят.

Дальше ужин протекал вполне спокойно. Вернее, как спокойно?.. Альма Ан'Свер продолжила свои попытки меня поддеть, вот только все это было в пустую. Не обошла женщина вопросом и своего племянника, поинтересовавшись у него тем, а готов ли он отказаться получить наследника и растить одних девочек. Ведь всем прекрасно известно, что процент рождения мальчиков у ведьм весьма и весьма невелик.

Ирст Свер на ее слова только усмехнулся и заявил, что пол детей, которые у него родятся в браке со мной, совершенно не важен. Главным для него являлось то, что эти дети будут от любимой женщины.

Неугомонная мадам кивнула, а затем наконец-то сосредоточилась на содержимом своей тарелки, дав и остальным оценить ужин, который, к слову сказать, получился весьма и весьма неплох. Но у меня не было иллюзий относительно того, что двуликая успокоилась. Вот придумает еще несколько каверзных вопросов и снова пустится в словесную атаку.

Наверное, так бы вскоре и произошло, но все планы своей родственнице спутала юная волчица. В тот момент, когда основной ужин подошел к концу и все решили перебраться в малую гостиную, дабы продолжить беседу там, красавица, вставая со стула, вдруг жалобно вскрикнула и начала падать. А упасть эта особа вознамерилась прямиком в объятия уже поднявшегося со своего места Деллиона. Тому пришлось подхватить ее и вновь усадить на стул, а потом с совершенно нечитаемым лицом взяться за осмотр той самой ноги, что девушка якобы повернула. Я же только глаза закатила, наблюдая за переполохом, что устроила вскочившая из-за стола тетка Ирста Свера. Она бросилась к Румине и принялась кудахтать над ней точно курица над цыпленком: спрашивая, не нужно ли той чего и как ее милая девочка себя чувствует.

— Обыкновенный вывих, — вынес вердикт мой брат, после краткого осмотра. — Могу вправить, но это будет больно. Либо вам придется перекинуться, и тогда, полагаю, данная травма исчезнет сама собой. Что выберет юная госпожа?

— Я перекинусь, лорд До'ррет! — тут же торопливо воскликнула последняя, словно дроу уже тянул руки к ее ноге дабы осуществит первый из вариантов решения проблемы.

— Прекрасно, — кивнул тот и поднялся с корточек, на которых сидел, пока занимался ногой Румины.

— Вот только, лорд До'ррет, могу я попросить вас об одолжении? — на Перворожденного уставились самые разнесчастные глаза молоденькой обольстительницы.

— О каком? — прозвучал вопрос, в котором, впрочем, не было совершенно никакой заинтересованности.

— Я сама не смогу дойти до своей комнаты. Не могли бы вы мне помочь?

Деллион отказываться не стал и вскоре покинул столовую со светловолосой волчицей на руках. Не знаю, показалось мне или нет, но перед тем, как они ушли, я успела заметить торжество, что сверкнуло в ее глазах.

— Ну, и зачем нужно было все это представление? — очень тихо осведомилась я у своего "жениха", пока его тетка громко сетовала о том, что столь прекрасный вечер омрачило такое несчастье.

— Есть у меня кое-какие мысли на этот счет, — так же тихо отозвался Ирст Свер, глядя сузившимся глазами на свою беспокойную родственницу.

Спросить, что он имеет ввиду, я не успела, потому как со второго этажа дома, куда мой брат только что унес молоденькую оборотницу, вдруг раздался какой-то грохот. Все, не сговариваясь, тут же ринулись на звук. И застыли, глядя на открывшуюся глазам совершенно дикую картину.

В полумраке просторной спальни Деллион удерживал за запястья безуспешно пытающуюся вырваться из его захвата абсолютно голую и шипящую точно дикая кошка Румину.

— Лорд До'ррет, что вы делаете! — гневно закричала Альма Ан'Свер и бросилась было вперед, готовая атаковать темного эльфа, но ее удержал супруг, неожиданно жестко произнеся:

— Дорогая моя супруга, а ты ничего не хочешь нам всем объяснить?

— Я объясню! — продолжила бушевать женщина. — Но сначала, пусть он объяснит, почему моя племянница в таком виде и что именно вознамерился с ней делать?!

Мой брат на ее вопли не обратил ровным счетом никакого внимания, как впрочем и Ирст Свер. Он шагнул в комнату и подойдя к обнаженной девушке зачем-то склонился над ее руками. Втянул носом воздух, после чего в воцарившейся тишине комнаты (потому как блондинка, едва мужчина приблизился, резко прекратила вырываться и рассерженно шипеть) неожиданно громко прозвучал голос уже не просто двуликого и хозяина дома, а главы отделения правопорядка города: — Сайх! У нее на ногтях сок плодов сайха!

Я нахмурилась, не понимая, что это значит, а вот стоящие рядом со мной нелюди похоже отлично знали о чем идет речь. Более того, если судить по выражению, что промелькнуло на лице Альмы Ан'Свер, прежде чем та отвернулась, стало очевидно, что та была в курсе о наличии этой дряни на ногтях Румины. А вот супруг двуликой явно ничего не знал. Об этом весьма красноречиво свидетельствовали желваки, что проступили у него на лице.

— Кто-нибудь объяснит мне, что эта за гадость такая — сайх? — потребовала я ответа, с тревогой посмотрев на напряженную фигуру дроу, который за все это время не проронил ни слова. А затем, растолкав Альму и Ирсана, направилась к нему.

— Стой! — вдруг рявкнул мой "жених", резко выбрасывая руку вперед и не давая тем самым мне приблизиться к Перворожденному.

— Ирстен, какого черта? — всерьез разозлилась я на брюнета, а затем обратилась уже к эльфу: "Деллион, да отпусти ты уже эту идиотку, никуда она не сбежит!"

Тот подчинился и разжал руки, чем Румина тут же воспользовалась. Она отскочила к кровати, где тут же принялась закутываться в простыню, и глядя на зрителей, ставших свидетелями данной сцены, совершенно дикими глазами.

Мне, впрочем, было не до переживаний этой девицы. Я смотрела только на напряженную фигуру брата, который отчего-то не спешил поворачиваться ко мне лицом.

— Деллион? — тихо позвала я, чувствуя как все внутри холодеет от дурного предчувствия.

Повернулся тот настолько медленно, словно ему требовались для этого невероятные усилия. Впрочем, все мысли о странном поведении брата тут же вылетели из головы, стоило лишь встретиться с ним взглядом. Тот был темным, голодным и неожиданно тяжелым, которым дроу буквально пригвоздил меня к месту. Я не видела ничего, кроме таких родных и таких пугающих сейчас глаз, а слова Ирста Свера, который принялся объяснять мне, что же это за сайх такой, доходили с большим трудом.

Стало ясно, что сок плодов этого кустарника, который произрастает в северной части данного континента, является мощнейшим природным афродизиаком. При попадании в организм даже крошечной дозы, способен вызвать сильное сексуальное желание, а также снять все внутренние блоки и запреты. Давным-давно данное средство применялось оборотнями, когда возникала острая необходимость соединить мужчину и женщину, что не испытывали друг к другу приязни. Но после того, как стали известны побочные эффекты сока плодов сайха, приведшие в результате к гибели нескольких самок двуликих, был наложен жесточайший запрет на его использование.

— Какие побочные эффекты? — спросила я еле выговаривая слова, не в силах разорвать зрительный контакт с темным эльфом, что стоял, не двигаясь, и пожирал меня глазами.

— Сок сайха, помимо вышеназванных свойств, способен вытащить наружу все самое темное, что есть практически в каждом живом разумном и существе, — ответил мне уже не глава отделения правопорядка города, а его дядя. — У вашего же брата, леди До'ррет, похоже железная выдержка. Он не только не тронул дуру-волчицу, что сумела оцарапать его и, перекинувшись, предстала перед ним в чем мать родила, но и сейчас продолжает держать себя в руках.

— Дядя, откуда вы… — пискнула от кровати замотанная в простыню Румина, но двуликий не дал ей договорить, рыкнув:

— Я не вчера родился, девчонка. Того, чему я здесь стал свидетелем, стало достаточно, чтобы понять, каким образом ты собиралась заполучить в мужья Ирстена. Не подвернись этот дроу, на которого ты переключилась, отказавшись от будущего альфы общины, все закончилось бы совсем по-другому. Мой племянник вряд ли устоял бы против воздействия сока сайха, а значит…

Что там еще говорил Ирсан Ан'Свер я уже слушать не стала, принявшись искать следы царапин, о которых тот говорил. И нашла их. На шее, возле самого ворота рубашки, четыре тонкие алые полоски рассекали бледную кожу темного эльфа. Похоже, поганка Румина оцарапала его, когда тот принес ее в комнату. А затем, перекинувшись в волчицу, вновь вернула себе человеческий облик и попыталась кинуться Деллиону на шею, дабы спровоцировать на соответствующие действия. У оборотней ведь вся одежда пропадает при перевоплощении в зверя. Расчет видимо был на то, что мой брат, под действием природного возбудителя, не устоит перед юной, хорошенькой и обнаженной девушкой. Вот только он устоял, и вдобавок не на шутку разозлился, разгадав ее замысел. Так, что попытка Румины, оказаться в объятиях дроу, закончилась тем, что, собственно, и застали мы, прибыв на шум.

Продолжая смотреть на Деллиона, который по-преднему не сводил глаз с меня, я мысленно возблагодарила наше кровное родство и то, что через мою кровь ему передалась толика крови иммунного ко всякой ядовитой гадости Тейнара. Ведь именно это скорее всего и позволило Перворожденному сохранить контроль над своими действиями. В противном случае затея юной волчцы, которая по первоначальному плану собиралась таким образом заполучить себе в мужья главу отделения правопорядка этого города, вполне могла осуществиться.

От одной этой мысли мне поплохело, и я зябко передернула плечами, что не укрылось от внимательного взгляда дроу. Тот шагнул было в мою сторону, не то собираясь сказать что-то, не то обнять, но на пути у Делла тут же вырос двуликий и я услышала его тихий голос:

— Будет лучше, если вы, лорд, не будете приближаться к своей сестре, пока не спадет действие сока сайха. Я сам провожу ее домой, а вам советую посетить "Поющую ундину". Это заведение находится недалеко от порта.

— Да… наверное, — хрипло и словно через силу выдавил из себя дроу. После чего метнул быстрый взгляд на меня и добавил: "За Ясмин головой отвечаете, господин Свер!".

У меня от услышанного брови удивленно поползли вверх. Неужели двуликий вот только что отправил Деллиона в местный бордель?

Впрочем, не возмутиться, ни просто высказаться на эту тему, я не успела. Разговор мужчин закончился и Перворожденный, не взглянув более ни на кого, стремительно покинул комнату.

— Ясмин, не смотри на меня так убийственно, — поднял руки в примиряющем жесте Ирст Свер, едва обернулся и увидел выражение моего лица. — Твоему брату нужна помощь женщины, чтобы решить проблему с собственным э-э… состоянием. Другой женщины, понимаешь? Не твоя, поскольку ты ему сестра. Демоны! Как же трудно объяснить-то!

— Не трудись, дор-рогой, я все поняла, — процедила я, с трудом сдерживая поднявшийся в душе гнев, который грозил в любую секунду вплеснуться не только на самого брюнета, но и на его родственничков.

А, собственно, почему это мне нужно сдерживаться, если рядом находится та, на кого я имела все права его обрушить. Натворила эта гадина делов, вот пусть теперь и получает за свою глупость.

Улыбнувшись так, что даже большой и сильный оборотень отшатнулся от меня в сторону, я обратила свой пылающий гневом взор на мгновенно вжавшуюся в стену возле кровати юную волчицу и произнесла:

— Ты, как я понимаю, весьма сильно жаждешь обзавестись супругом, Румина Ан'Лаар. Так вот тебе мое ведьминское пожелание. Ты выйдешь замуж и сможешь родить детей лишь в случае взаимной любви. Полюбишь сама, и получишь в ответ столь же искреннее чувство — будешь счастлива. А ежели нет, то жить тебе одинокой, белая волчица, до конца своих дней!"

Выпалив все это поскуливающей от ужаса девице, я развернулась на каблуках, отчего юбки платья встали колоколом, и вылетела из спальни. На душе было так гадко, что хотелось немедленно покинуть этот дом и более никогда к нему не приближаться.

Оклик главы отделения правопорядка города настиг меня уже на улице.

— Ясмин, подожди!

Я даже не обернулась на голос. Ждать, как и говорить с ним, у меня не было никакого желания.

Мужчина, видимо, это понял, потому что не стал предпринимать попыток завести разговор и молча пошел рядом. И молчал он больше половины пути, решившись открыть рот лишь тогда, когда до дома оружейника третьей ветви гномьего рода осталась пара улиц.

— С Деллионом все будет в порядке, ведьмочка. Вот увидишь! Он вернется к утру и…

— Не надо, Свер! — оборвала я своего спутника, не дав тому договорить. — Я не хочу обсуждать случившееся в твоем доме. Лучше расскажи мне о что-нибудь.

— Хорошо. Как скажешь. А что именно тебе хотелось бы узнать?

— Трудно сказать, — у меня с губ сорвался вздох. — К примеру, как там поживает господин Судья? Залечил ли он свой поломанный нос и не готовит ли ответной мести?

— Когда я покидал Дом Правопорядка, нос у Рияда сур Харуна был уже в полном порядке, — фыркнул в ответ Ирст Свер. — А что до ответной мести вам, то, может, и готовит — я не в курсе. Но даже если это и так, то свершится она не скоро, потому что тот отбыл в предместья Лира дабы выяснить все насчет пришлых вампиров. Никак они не дают василиску покоя, несмотря на то, что уже довольно продолжительно время кормят червей в земле.

— Хорошие новости, — соврала я, кивнув. — Значит на какое-то время я и Деллион, а также весь город, будем избавлены от внимания столичного законника. Жаль только, что он потом вернется.

Шагающий рядом двуликий хмыкнул, однако никак мои слова комментировать не стал. Я же подумала о том, что новости, которые он мне сообщил, не такие уж и хорошие. Да, вероятность того, что Судья сможет докопаться до истины, касающейся кровососов, и недоброй памяти Орая в частности, была равна практически нулю. Но уже сам факт того, что он принялся во всем этом копаться, не мог не тревожить. И пока я мысленно прикидывала, будет ли поездка змея в предместья Лира иметь для меня и кровного брата какие-то нехорошие последствия, мы с моим спутником дошли до дома Телхара и остановились у входных дверей.

— Спасибо, что проводил, — поблагодарила я двуликого и даже нашла в себе силы улыбнуться.

— Не нужно, Ясмин, — очень серьезно произнес тот, качая головой. — Это не тебе благодарить надо, а мне извиняться. И вечер испортил, и брата твоего подставил!

— Ну, ты же знал, что все именно так обернется, — у меня повторно вырвался из груди тяжелый вздох. — И вообще, давай уже оставим этот бессмысленный разговор. Я устала и настроение ниже некуда.

— Прости. Я больше не стану тебя задерживать. И… мне действительно жаль, что все так получилось.

— Мне тоже, Свер. Мне тоже. Спокойно ночи!

Развернувшись, открыла дверь и шагнула в дом. Но прежде, чем успела закрыть ту за собой, поймала необычайно-грустный взгляд, брошенный на меня оборотнем.

Щелкнул закрывшийся замок и я, постаравшись забыть о том самом взгляде, направилась к лестнице наверх. Однако у самой ее первой ступеньки замерла, потому как из темного коридора выступил хозяин дома, держа в руках зажженную свечу.

— Господин Телхар, — безэмоционально поздоровалась я с мужчиной, хотя виделись мы совсем недавно.

И уже собралась было продолжить свой пусть, когда услышала вопрос, на который не было никакого желания отвечать.

— Ведьмочка, а где ты брата своего потеряла?

— У него дела. Будет к утру… наверное.

Гном промолчал, к счастью не став спрашивать какие такие могут быть дела у темного эльфа на ночь глядя. И я за это молчание была ему благодарна. Быстро пожелав своему работодателю спокойного отдыха, поспешила наверх и практически ворвалась в мансарду.

Захлопнув за собой дверь прошла к окну, на котором стоял пятирожковый подсвечник, и принялась одну за другой зажигать свечи. Закончив возиться я повернулась, чтобы пройти к одежному шкафу, да так и застыла на месте, уставившись на собственную кровать. А ней, свернув толстенные кольца, как у какой-нибудь анаконды, лежала змея. Нет, не так… Мне показалось, что лежащее поверх одеяла существо — змея, потому как на первый взгляд видимое тело принадлежало именно пресмыкающемуся. Но вот когда я внимательнее присмотрелась к непонятно как взявшейся в мансарде дома гнома твари, то поняла, что ошиблась, приняв ту за представительницу этого ползучего отряда. У обычных змей не бывает костяных наростов, больше всего похожих на длинные иглы, что располагались по бокам узкой морды. А конец хвоста не напоминает собой изогнутое лезвие кинжала. И конечно же у змей не бывает серебристой гривы, как у какого-нибудь китайского дракона, что тянулась вдоль всего гибкого тела змееподобного существа, чешуя которого имела глубокий нефритовый цвет. Стоп! Змееподобного?.. Нефритовый?.. Это же… Это… Василиск?!

Изумление, страх, граничащий с ужасом, и непонимание — все слилось воедино, мешая нормально соображать. Однако несмотря на испытываемые сильные чувства, мой голос прозвучал требовательно и холодно, когда я, встретившись с жуткими змеиными глазами, спросила:

— Что вы здесь делаете, Рияд сур Харун?..

Деллион До'ррет

Найти заведение, о котором говорил оборотень, не составило для второго наследника дома До'ррет труда. Алые фонарики, подвешенные у входа в "Поющую ундину", были видны издалека.

Толкнув дверь, над которой красовалась вывеска с названием и изображением грудастой русалки, мужчина уверенно шагнул внутрь. Антураж, местной обители порока и разврата, его интересовал мало. Как не интересовало дроу и то, кто из присутствующих в общем зале полуголых девиц, будет его обслуживать. Все, чего Деллу сейчас хотелось, так это поскорее избавиться от дикого, сводящего с ума желания, буквально заставляющего вскипать кровь. И если в доме Ирста Свера он еще как-то сдерживался, дабы не наброситься на ту единственную девушку, что в последнее время занимала его мысли, то пока шел сюда, стало совсем плохо.

Не глядя, темный эльф сунул несколько монет подплывшей к нему с призывной улыбкой на губах хозяйке борделя, кивнул ближайшей девице и скомандовал:

— Веди!

Та оказалась понятливой и, заметив, что клиент не настроен на игры, беспрекословно направилась к широкой лестнице на второй этаж. Взгляд Деллиона упал на призывно покачивающиеся бедра идущей впереди особы, лица которой он не запомнил совершенно, и разум словно отключился.

К счастью ненадолго. Возможность соображать вернулась к мужчине уже в комнате и на кровати под пурпурным балдахином. Он лежал на спине, а снятая на ночь девица, на которой остались одни лишь кружевные панталоны, нетерпеливо ерзала у Делла на бедрах. Ее ладони гуляли по его обнаженной груди, спускаясь все ниже, пока не замерли у пояса штанов. Смертная вскинула взгляд, безмолвно спрашивая разрешение действовать дальше, и в тот момент, когда это произошло, темный эльф вдруг увидел перед собой глаза совсем другой девушки. Той, что, уйдя, оставил в дома главы отделения правопорядка города. Той, собственные чувства к которой стали для него самого открытием. Это было как удар под дых, отчего даже возбуждение отчасти схлынуло. Деллион вдруг отчетливо осознал, что если сейчас совершит то, ради чего пришел сюда — это станет точкой не возврата, после которой Ясмин будет для него потеряна. Она, конечно, ему ничего не скажет и не упрекнет, но в душе не простит. Мужчина представил, как вернувшись, увидит в глазах молодой ведьмы разочарование, и его накрыло волной отвращения к самому себе.

Дроу резко сел, не слишком нежно ссадил с себя девицу, лицо которой разочарованно вытянулось, когда она поняла, что ничего между ними не будет, и принялся быстро одеваться. В голове прочно засела мысль, что ему нужно домой, а проблемы собственного тела, что продолжало требовать разрядки, отошли на второй план.

— Господин, я сделала что-то не так? — подала голос сидящая на кровати работница борделя, и не подумав прикрыться.

— Нет. Просто желание пропало, — равнодушно бросил Делл, заканчивая приводить в порядок одежду.

Девица скользнула по нему взглядом, задержавшись на том самом месте, которое весьма красноречиво свидетельствовало об обратном, но эльфу было плевать, что о нем подумала эта смертная. Убедившись, что выглядит безупречно, мужчина просто развернулся и покинул комнату.

Сбежав вниз по лестнице он пересек зал, отмахнувшись от поспешившей навстречу Мадам, и открыл входную дверь. Однако прежде, чем успел шагнуть за порог, в темных небесах громыхнул гром, а мгновением позже на землю обрушился сильнейший ливень.

"Прекрасное завершение вечера!" — саркастически подумал Деллион и уверенно шагнул под водную завесу. Он мог бы поставить от нее защиту, но не стал этого делать. Дроу была нужна ясная голова, по возвращении домой, и холодный природный душ должен ему в этом помочь.

Ясмин До'ррет

Лежащий на кровати змей пошевелился, поднял голову, и замер в таком положении на несколько секунд, а потом начал разворачивать свои кольца. Я судорожно сглотнула и попятилась к окну, не понимая, что тот удумал. А этот… это… существо плавно соскользнуло на пол и поползло по направлению ко мне.

Мысли панически заметались в голове: "Что делать? Что мне делать? Сбежать вряд ли удастся — догонит. Да и в платье я сейчас, в котором не больно-то побегаешь. Что же тогда? Выставить щит? Попытаться заморозить василиска? Закричать, чтобы Телхар услышал? Ведь не станет же Судья при нем пытаться мне вредить, верно?"

Принять какое-либо решение не успела — произошли сразу несколько событий. За окном (возвещая о начавшейся грозе) вдруг оглушительно громко бабахнул гром, заставив меня испугано шарахнуться и больно впечататься спиной в подоконник. А ползущий навстречу змей совершил молниеносный бросок, атакуя. Однако укуса, которого я ожидала, не последовало. Вместо змея передо мной оказался Рияд сур Харун в своем человеческом обличе. Он навис, уперев руки в подоконник по обеим сторонам от меня, и тем самым окончательно отрезал путь к бегству.

— Так ты хочешь знать, зачем я здесь? — тихо и вкрадчиво произнес василиск, и я снова, как в день нашей первой встречи, ощутила губительное влияние его ауры на себе. Она давила на меня столь сильно, требуя починиться этому мужчине, что в какой-то момент я начала задыхаться от потребности прикоснуться к нему.

Заметив это, нелюдь тонко усмехнулся и, склонившись так, словно собирался поцеловать, выдохнул:

— Я хочу чтобы ты, ведьма, сняла свое проклятье, а также стала моей любовницей на весь тот срок, что мне по долгу службы придется провести в этом городе. Взамен, могу пообещать, что ни у тебя, ни у твоего брата неприятностей с законом не будет. Ну и щедрое вознаграждение, ты разумеется тоже…

Звонкая пощечина оборвала самодовольную речь продолжающего нависать надо мной змея, и на несколько секунд на его лице застыло выражение крайнего изумления. Лишь на несколько, потому что потом оно принялось стремительно меняться. Черты заострились еще сильнее, а в жутких змеиных глазах вспыхнула такая обжигающая ярость, что стало ясно: мне конец.

Однако тот не наступил. Вместе с повторным ударом грома, от которого вздрогнул весь дом Телхара, распахнулась дверь в мансарду и на пороге возник мокрый до нитки Деллион. Его взгляд впился в нашу с василиском скульптурную композицию, мгновенно оценивая ситуацию, а затем мой брат поднял руку и Рияда сур Харуна, приподняв воздухе, швырнуло в окно. Раздался звон бьющегося стекла, и тело столичного законника упало куда-то во тьму.

На этом, однако, ничего не закончилось, потому что мой кровный демон возмездия метнулся следом и вскоре его тоже поглотил кромешный мрак.

Несколько ударов сердца я смотрела на разбитое окно, через которое в комнату проникал холодный ночной воздух и брызги льющего снаружи дождя, а затем, подхватив юбки, бросилась вон с мансарды. Мне надо было увидеть, что происходит сейчас на улице.

По лестнице вниз буквально слетела, едва при этом не снеся появившегося возле нее гнома, который, услышав шум, видимо собирался подняться чтобы выяснить, что случилось. Проигнорировала вопрос, брошенный мне в спину, и выскочила под ливень.

Вымокла мгновенно, но меня это не остановило. Я побежала туда, куда выводил узкий проулок между домами, на который в свою очередь выходило окно мансарды. А когда достигла нужного места, бой между моим братом и василиском уже шел вовсю.

Потоки воды с небес и тьма, которую разрезали бьющие в землю молнии, позволяли мало что рассмотреть, а звон раз за разом скрещивающихся мечей, заглушали раскаты грома. Сжав пальцы в кулаки и закусив от волнения губу, я смотрела на сражающихся мужчин, бой которых был совсем не таким, который произошел недавно между Деллионом и двуликим. Теперь все было по-настоящему, и ни один из противников не собирался щадить другого.

В какой-то момент одна из молний сверкнула в опасной близости от меня, заставив испуганно вскрикнуть и дернуться в сторону. С трудом удержав равновесие я принялась яростно тереть глаза, потому что меня вдобавок еще и ослепило, а когда, наконец, перед глазами перестали мельтешить яркие пятна, то обнаружилось, что мужчины исчезли. Я стояла под проливным дождем совершенно одна.

"Что за…?" — начала было формироваться в моей голове тревожная мысль, но тут из темноты, немало при этом напугав, мне навстречу вынырнула знакомая светловолосая фигура.

Чуть не умерев на месте от облегчения и радости, что вижу Делла целым и невредимым, кинулась тому в объятия.

— Испугалась? — подхватив меня и прижав к себе спросил брат, в голосе которого я расслышала улыбку.

— Да. За тебя, — призналась я, уткнувшись тому носом в грудь. — А куда делся этот., который василиск?

— Ушел. Не стал продолжать наше сражение.

— О, как! — удивившись, вскинула голову, чтобы посмотреть в лицо обнимающему меня мужчине. — И почему же?

— Ну, наверное потому, что делать это весьма проблематично, когда против тебя выступает не только враг, но и твое же собственное тело. Хорошо ты прокляла Судью. Качественно!

— Сам виноват, — пожала я в ответ плечами.

— Так, я разве спорю, — улыбнулся Деллион. — А сейчас идем домой. Нам обоим не помешает переодеться, после чего я готов побыть твоим подопытным кроликом.

— В смысле?

— В прямом, Ясми. Та гадость, которой одарила меня волчица, продолжает действовать. Уже не столь сильно, но все равно мало приятного. Поэтому я очень рассчитываю, что ты приготовишь мне зелье, которое сможет помочь. Ну, или хотя бы усыпит на то время, которого будет достаточно, чтобы отрава перестала оказывать на меня свое действие.

— Что, работницы борделя не смогли решить эту проблему, раз ты обратиться с ней ко мне? — поинтересовалась я, отстраняясь от дроу.

И сама же себя мысленно обругала за ту язвительную интонацию, что прозвучала в словах. Вот что мне, спрашивается, стоило промолчать и просто кивнуть? Сейчас Деллион посмеется и скажет, что я опять его ревную. И будет, кстати, абсолютно прав. Эх!..

Однако тот смеяться надо мной не стал. Вместо этого блондин вновь сократил расстояние между нами и взял за плечи, вынуждая посмотреть на него А когда наши глаза встретились, четко произнес:

— Ничего не было, Ясмин! Ни с девицами из борделя, ни с кем-то другим. Веришь?

Я, оценив напряженное выражение лица брата, медленно кивнула. Было любопытно, почему он не решил существующую проблему самым простым из возможных путей, но спрашивать об этом не стала. Не была уверена, что готова услышать ответ.

Эльф же, после моего кивка, сразу расслабился, а затем взял и подхватил на руки. Чем безмерно удивил.

— Деллион, зачем? Я вообще-то пока еще не разучилась ходить сама.

— Затем, что мне этого хочется! — припечатал тот, прижав к себе покрепче, после чего зашагал обратным маршрутом к дому Телхара.

Расслабившись в надежных руках темного эльфа я не стала задумываться над тем, что же между нами двумя такое происходит. К чему накручивать себя заранее и теряться в догадках? Время все расставит по свои местам.