Глава 9. У судьбы свои правила, или Страшная сказка для ведьмы. Часть. 2

Я стояла в ванной перед зеркалом, изучала в отражении свою зареванную мордашку и вспоминала известную фразу авторства Фридриха Ницше, звучавшую как: "То, что нас не убивает, делает нас сильнее". И, наверное, этот немецкий философ был прав, утверждая подобное, вот только в данный момент мне было сложно согласиться с ним. После вынужденного ухода Деллиона, который дался мне морально очень тяжело, и истерики, что опустошила меня, я не почувствовала, что стала сильнее. Наоборот. Сейчас я ощущала себя маленькой, слабой и одинокой, как никогда в своей жизни. Сил, как и желания заняться хоть чем-то, не было совершенно. И где их взять, просто не представляла.

Тяжело вздохнув, окинула еще раз апатичным взглядом свой далеко не привлекательный вид и, открыв воду, принялась умываться. Собственная внешность, если честно, в данный конкретный момент волновала мало, но вот пугать окружающих, к которым относился хозяин дома, все же не стоило. Ему повезло, что не стал свидетелем той некрасивой сцены со мной в роли плаксы, так вот пусть и дальше Телхар остается в счастливом неведении, как у меня паршиво на душе. Нет, понятно, что тот не слепой и, едва увидев мой унылый вид сразу поймет, что что-то случилось. И я расскажу ему, что именно, но этим и ограничусь. Не к чему гному знать все подробности. Если мой кровный брат все-таки вернется, пусть сам и рассказывает, если возникнет такое желание. А для меня настал новый этап жизни, который ознаменовывается полной самостоятельностью. Отныне придется рассчитывать только на себя и свои силы.

Кивнув двойнику в зеркале, у которого были пустота во взгляде и упрямо поджатые губы, закрутила кран с водой и покинула ванную комнату. Надо идти спать, что в моем теперешнем состоянии будет самым верным решением. Завтра наступит новый день, который наверняка принесет с собой новые трудности, для преодоления которых потребуется ясная голова. Да и случившееся этим вечером уже не будет восприниматься столь остро и болезненно.

Но моим планам лечь спать было не суждено сбыться, потому что стоило только открыть дверь в мансарду, как я увидела расхаживающего по ней крылатого демона. А распахнутое окно не оставляло сомнений, каким образом тот сюда проник.

Спросить, впрочем, что он тут делает, не успела. Тейнар обратился ко мне первым и с вопросом, которого я никак не ожидала услышать.

— Где твой брат, цветок жасмина?

Упоминание синеглазого дроу заставило сердце болезненно сжаться, а в носу опять предательски защипало, но я больше не собиралась плакать. Сердясь на саму себя за слабость, вздернула голову и уверено направилась к шкафу с одеждой, бросив не глядя на позднего гостя:

— Деллион вернулся в свой мир.

— Что? — резанул по ушам холодный голос.

А затем меня, на полдороге, хватили сильные руки и я оказалась стоящей перед крылатым полукровкой.

— То есть как, ушел?

— Молча, — отрезала, посмотрев мужчине в лицо. — За ним пришел брат, и они ушли.

Пауза. А следом за ней прозвучало задумчивое, вкупе с внимательным взглядом на мое лицо:

— Ушли, значит. И поэтому ты…

— Хватит, Тейнар! — я дернула плечами, в попытке сбросить с них чужие руки. — Эльфа, которого ты искал, здесь нет, а мне хотелось бы лечь спать. Будь любезен, воздержись от комментариев относительно моей персоны и просто уйти!

Но демон не был бы демоном, если б послушался и просто сделал, как его просили. Этот нелюдь вцепился в меня, точно репей в собачий хвост, и потребовал:

— Рассказывай, Ясмин! Что у тебя происходит?

Делать этого, жуть как не хотелось, но было ясно, что придется. В противном случае кое-кто продолжит выносить мне мозг и трепать нервы, которые были и так ни к черту.

— Хорошо. Но только, если ты меня отпустишь, — с большой неохотой проворчала я и отвела взгляд от лица собеседника. — Мне, знаешь ли, неудобно вот так стоять и задирать голову. Шея затекает.

— Мелочь! — беззлобно прокомментировал Тейнар, но таки отпустил.

Чем я и не преминула воспользоваться, тут же отойдя к шкафу. Взяв там щетку для волос, отошла к окну и, глядя в темноту за ним, принялась за изложение событий, что произошли совсем недавно. А пока говорила, разобрала прическу и принялась методично расчесывать свою густую гриву. Эти последовательные и монотонные действия меня успокаивали, помогали держать эмоции под контролем. По этой причине и рассказ, который я сократила (убрав момент с танцем), получился на редкость безэмоциональным.

— Вот оно что, — протянул побратим Ириона, когда я замолчала: не прекращая, впрочем, своего занятия, хотя моя шевелюра к тому времени уже лежала волосок к волоску.

— Тот, кто должен был тебя оберегать — ушел. Защитил от одной напасти, но оставил тебя совершенно беззащитной перед другой. И ты, думаю, понимаешь о чем я говорю.

— Справлюсь, как-нибудь! — дернув плечом, недовольно зыркнула я не брюнета. — Ты узнал, что хотел? А теперь, пожалуйста, оставь меня уже одну!

— Одну? — одна из темных бровей демона иронично приподнялась. — Чтобы не мешать тебе страдать и жалеть себя?

— Нет! Я собираюсь спать. А ты мне мешаешь!

— Ну-ну. Будем считать, что я тебе поверил. Скажи, цветок жасмина, а как ты собираешься объяснять особо любопытствующим, которые наверняка появятся, куда делся твой кровный брат? Он ведь кроме тебя самой и гнома, наверняка еще с кем-то общался в этом городе.

— Да, несколько мне известно. С теми людьми, которым помогал чинить корабль. Но не думаю, что они могут стать для меня проблемой. Если кто заявится, просто объясню, что Деллион в отъезде. Мало ли какие у него могут быть дела, которые кроме него самого никого не касаются!

— Угу, уехал, — издевательски ухмыльнулся крылатый полукровка. — А свою сестру оставил здесь совершенно одну. Думаешь, тебе поверят?

— Ну, уезжал же Делл в Серту вместе с обозом Кирея в качестве охраны. И вообще, мне до чужого мнения дела нет, Тейнар! — разозлившись, я вскинула подбородок и холодно посмотрела на мужчину. — Пусть думают что хотят!

— В целом я разделяю твою точку зрения, — кивнул тот, не впечатлившись ни моим тоном, ни словами. — Но вот в частности… В частности из-за отсутствия этого остроухого рядом, у тебя может существенно осложниться жизнь. И дабы несколько ее упростить, хочу кое-что предложить. Небольшую помощь, так сказать.

— С чего бы это? — спросила, не став скрывать собственной подозрительности. — Демоны и благотворительность… Извини, но эти две вещи совершенно не вяжутся друг с другом.

— А ни о какой благотворительности речь и не идет! — пожал плечами высший темный и, подойдя, встал рядом. — Я рассчитываю на твою помощь в будущем, когда мы доберемся до столицы. Перед тем, как вытаскивать Ириона, потребуется многое разведать — не привлекая по возможности внимания. Вот тут-то ты мне и поможешь. На любопытство какой-то человеческой девчонки и внимания никто не обратит, а вот если примусь разнюхивать я… Словом, ты меня поняла.

— Допустим, — медленно кивнула я, соглашаясь. — Но, чем ты можешь мне сейчас помочь?

— Тем, цветок жасмина, что займу место известного тебе эльфа, — меня одарили заговорщической улыбкой. — И, поверь, разницы, между ним и мной, никто не заметит. Как-никак Деллион долгие годы был моим рабом, и я успел весьма хорошо его изучить.

— Охотно верю. Но разве это будет вот так просто сделать?

— Сотворить саму личину — да. А вот удерживать ее длительное время весьма затратно для магического резерва. Поэтому появление твоего брата здесь я могу гарантировать лишь вечерами, дабы гном, что дал вам приют, ничего не заподозрил. Ну и в городе придется время от времени мелькать. Это создаст нужную нам видимость присутствия остроухого и, следовательно, никаких неудобных вопросов к тебе ни у кого не возникнет. Ну, как? Одобряешь такой расклад?

— Пожалуй, — поразмыслив минуту-другую, высказалась я осторожно.

— Значит, договорились, — удовлетворенно кивнул Тейнар и легко вспрыгнул на подоконник. — Я прикрою отсутствие Деллиона рядом с тобой. И, так уж и быть, со змеем тоже помогу, если будет шибко нарываться. Но, повторюсь, вмешаюсь только в том случае, если с его стороны для тебя будет реальная угроза. В остальном же справляйся с проблемами сама. Я все-таки демон, и в няньки одной человечке не нанимался. Пусть даже та самая человечка и вызывает во мне некоторые совершенно несвойственные представителям моей расы теплые чувства.

Закончив свой монолог на данном удивительном признании, и не прощаясь, Тейнар исчез во мраке ночи, что уже успела опуститься на Лир. А вот я осталась стоять там, где была, анализируя все сказанное крылатым темным. Похоже в ближайшем будущем скучать мне точно не придется.

Утро следующего дня не принесло, к счастью, ничего нового: ни хорошего, ни плохого. Мне даже удалось избежать встречи с Телхаром, оставив для него завтрак в печи. Не встретила я и крылатого демона в облике кровного брата (чему, признаюсь, была только рада). Боюсь вид фальшифого Деллиона стал бы тем еще испытанием. Моей же целью на сегодня была Мирасса, у которой я намеревалась выяснить, почему не выходит заданное ею к исполнению зелье. Ну и просто хотелось сменить обстановку. Оставаться на целый день в доме, где мои мысли постоянно возвращались к синеглазому темному эльфу, я пока была не готова.

А отправляясь поутру к Первой ведьме Лира, конечно никак не могла знать, что совсем скоро произойдет в Доме Правопорядка. Но если бы предвидела грядущие события, получила бы глубокое, моральное удовлетворение, а настроение сразу бы поднялось на пару-другую пунктов. Ведь моя мстя все же получилась, хоть и не тем образом, как я планировала.

Лир. Город-порт.

Дом Правопорядка.

Неон

Этот день начался как обычно и, казалось, ничего не предвещало беды. Неон сидел за своей конторкой и разбирал бумаги, которые скопились за вчерашний день. Словом, привычная и знакомая работа — никаких странностей. И вошедшая в районе обеда красиво одетая молодая женщина не вызвала у юноши никаких дурных предчувствий. Она либо была одной из поклонниц его начальника — Ирста Свера, которые хоть и нечасто, но все же заглядывали к двуликому. Либо у этой особы что-то случилось и ей действительно требовалась помощь. Хотя последнее было маловероятно, судя оп тому, как незнакомка вырядилась.

Поднявшись со своего места, Неон поприветствовал красавицу, как того требовали его обязанности, и уже собрался было поинтересоваться у нее целью визита, как женщина опередила его и, высокомерно вскинув подбородок, завила:

— Я по объявлению! Будьте так любезны проводить меня на встречу с Судьей эш Харуном!

— По объявлению? — совершенно опешил юноша, потому как его никто не предупреждал ни о чем подобном. Может, эта дама что-то напутала? Или она одна из тех охотниц за состоятельными мужчинами, что имеют высокий достаток и положение в обществе? В начале работы Рияда сур Харуна в Доме Правопорядка, пара таких особ рискнули сунуться сюда, но им быстро дали понять, что ловить тут нечего.

— Молодой человек! — дама напротив, кажется, начала терять терпение, но закончить свою возмущенную речь не успела.

Снова открылась входная дверь, и в нее вошли уже три разодетые, точно на бал, девушки. И, судя по тому, какими взглядами те обменялись с ранее прибывшей, пришли они по тому же самому загадочному объявлению.

Совершенно не понимая, что происходит, но почуяв неприятности тем самым местом, на котором обычно сидят, парень поспешил покинуть приемную и отправился к своему начальству. Не к эш Харуну, к которому пришли дамы — нет, ибо этого василиска Неон боялся сильнее огня. А к Ирсту Сверу. Кому, как не ему, лучше знать, что происходит на вверенной, как представителю закона, территории?

Постучав в знакомую дверь и услышав дозволение войти, молодой служащий шагнул через порог.

— Что случилось, Неон? — спокойно осведомился сидящий за столом темноволосый мужчина, оторвавшись от изучения каких-то разложенных на столе документов.

— Господин Свер, я, конечно, могу ошибаться, но, кажется, у нас неприятности! — собравшись с духом отрапортовал парень, посмотрев в янтарные глаза напротив.

Ирст Свер

Глава отделения правопорядка города сидел в своем кабинете и пытался писать очередной полугодовой отчет, который предстояло отправить в столицу с доверенным лицом. А пытался, потому как его уже который день подряд все время что-то отвлекало. То это были вызова от стажей порядка, которые устраивали облаву на очередную горстку мошенников, якобы продающих билеты на отплывающий в скором времени корабль. То вернувшийся из предместий Судья, что принялся за составление своего отчета и время от времени обращался к нему, Ирсту Сверу, со всяким мелкими уточняющими вопросами. Этим, василиск здорово мешал работе, но когда подобные мелочи волновали последнего? Вот то-то и оно! А вдобавок ко всему в Лир неожиданно вернулись родственники, отбытию которых, более декады назад, двуликий был несказанно рад. Оказалось, что юная волчица Румина умудрилась сбежать. Повидав, как живут в городе, она не пожелала оставаться в общине оборотней с ее строгими правилами и кучей обязанностей, а отправилась обратно, к смертным, в поисках лучшей жизни. И, конечно же, тетя и дядя не нашли ничего лучшего, как обратиться к сородичу, что являлся представителем закона в далеком городе людей. Словом, пришлось потратить еще несколько дней на беготню сначала по Лиру, а потом по близлежащим лесам, дабы найти глупую девицу. И таки нашел, повстречав в тех самых лесах кошмарных созданий, являющихся злой пародией на собак. Явно разумные, они были порождением чьего-то больного разума, а никак не матушки-природы. И Ирст Свер даже знал, чьего. Барон Аскор не просто так получил свое прозвище — Черный. Он был единственным сильным магом на данном континенте, и слухи о его экспериментах доходили даже до Лира. Но поскольку никто напрямую не жаловался на этого аристократа, то и причин для вмешательства в его дела не было. Только личная встреча с результатами опытов этого безумца (а человек, создавший столь жутких тварей просто не мог быть нормальным), дала двуликому понять, что не стоило пускать все на самотек. Следовало найти причину, по которой можно было бы наведаться в баронство Аскора, и тогда, глядишь, его опытные образцы не разбежались бы по окружающим лесам.

Сам Ирст Свер счел невероятной удачей, что стая порождений мрака не заинтересовалась одиноким волком. Они, столкнувшись с ним фактически нос к носу, просто ушли дальше, а сам оборотень еще долго приходил в себя от этой встречи, унося лапы в противоположном направлении со всей возможной скоростью.

И вот теперь мужчине снова не дали поработать. По виду спешно вошедшего в кабинет Неона сразу стало ясно, что случилось нечто из ряда вон выходящее. Что и подтвердили прозвучавшие следом слова. Парень кратко изложил суть проблемы, отчего брови главы отделения правопорядка города удивленно поползли вверх.

— Мне ничего не известно ни о каком объявлении! — обдумав полученную информацию, нахмурился тот. — Быть может это просто чья-то шутка?

— Я вначале тоже так подумал, господин Свер! — часто-часто закивал головой младший из работников Дома Правопорядка. — Но потом вспомнил о том, как сплетничали моя мать и тетка, приезжавшая к нам год назад из столицы. Они не знали, что я подслушиваю, поэтому говорили откровенно. Так вот тетка рассказывала, что у них, в Ильмарии, нравы куда более свободные. Что девушки даже из приличных семей могут пойти содержанками к кому-то из нелюдей, а потом вполне удачно выйти замуж. Еще старшая родственница поведала моей матери об одном громком событии, что случилось в столице. Там кто-то из послов, принадлежащий к расе василисков, устроил целый отбор среди человеческих женщин, дабы выбрать для себя нескольких наложниц. Дескать одной женщины представителям этой расы мало, ввиду их страстной натуры.

— И ты, когда в Дом Правопорядка заявились разодетые девицы, ищущие Судью эш Харуна по какому-то объявлению, подумал, что и он мог устроить здесь нечто подобное? По примеру его сородича из главного города человеческого государства?

— Да, — снова кивнул Неон. — Но поскольку уверенности, что дело именно в этом у меня не было, то я пошел к вам. Подскажите, как поступить с дамами? Позволить им пройти к эш Харуну, или все-таки попросить уйти?

Ирст Свер побарабанил пальцами по столу, размышляя над словами мальчишки, а потом уверенно поднялся.

— Прежде, чем что-то решать, я хочу сам посмотреть на красавиц, пожаловавших к столичному законнику. Идем!

К тому времени, когда глава отделения правопорядка Лира вышел в приемную, там обнаружились уже не четыре красавицы, о которых упомянул его младший работник, а шесть. Разойдясь на максимально возможное расстояние, они окидывали друг друга оценивающими и неприязненными взглядами, но, к счастью, делали это молча.

Впрочем, двуликий не питал иллюзий насчет того, что соискательницы по неизвестному пока объявлению и дальше будут вести себя столь же сдержанно. Для этого он слишком хорошо знал женскую натуру. Порой даже лучшие подруги были готовы поубивать друг дружку, если их внимание падало на одного и того же мужчину.

Находящиеся же в приемной особы подругами явно не были, а значит то, как скоро между ними разразится конфликт, лишь вопрос времени. Причем весьма недолго. Так, что надо либо выпроваживать их отсюда, либо переключать внимание дамочек с друг друга на что-то другое. Или кого-то другого. И он, Ирст Свер, даже знает, на кого. Но вначале надо все же прояснить ситуацию с объявлением.

Приняв такого рода решение, мужчина глубоко вздохнул и вышел из тени коридора навстречу представительницам прекрасной половины человечества. Вышел, и внутренне содрогнулся, поймав на себе сразу шесть алчных, оценивающих взглядов. Впрочем, таковыми эти взгляды были лишь в самый первый миг, а потом, словно по волшебству, все шесть хищниц разом превратились в кроткий овечек.

Искренне порадовавшись, что все они явились сюда не по его душу, двуликий широко, обаятельно улыбнулся и, галантно поклонившись, произнес:

— Приветствую вас, прекрасные леди, в этом оплоте Закона и Правопорядка! Могу я, как его глава, узнать, что за дело привело сюда сразу стольких красавиц?

— Можете, господин Свер! — взяла слово старшая из присутствующих дам. — Мы пришли по объявлению, с которым сегодня могли ознакомиться все желающие, посетившие Торговые ряды. Скажите, а эш Харун уже на месте? Мы можем с ним познакомиться и пообщаться?

— Гм, — только и смог произнести Ирст Свер, понимая всю абсурдность ситуации в которой оказался. — Понял он и то, что никакого объявления Судья не писал, а сделал это кто-то другой. Влезать же в скандал, который наверняка вскоре разразиться, не хотелось, а вот посмотреть со стороны, как Рияд сур Харун будет выкручиваться из чужой подставы, очень даже. И он это сделает, но сначала наведается в Торговые ряды и снимет то самое злополучное объявление. Во избежание появления здесь дам, желающих познакомиться со столичным законником, завтра и в последующие дни. Шутка перестает быть смешной, если затягивается, а массовое смертоубийство тут, в Доме Правопорядка, совершенно ни к чему. Василиск — не человек, и терпение у подобных ему — продукт скоропортящийся.

Но перед тем, как уйти, надо внести и свою лепту в чужой розыгрыш.

— Дамы! — вновь обаятельно улыбнувшись, обратился оборотень к ожидающим его ответа охотницам за лучшей долей. — Эш Харун у себя, и вы, несомненно, сможете с ним повидаться, но для начала примите от меня маленький совет. Как от представителя сильного пола.

Взгляды красавиц вновь стали хищными, вызвав тем у самым мужчины желание поежиться, но он сдержался и закончил свою мысль.

— Проявите фантазию и женскую хитрость! Вы все, несомненно, красивы, но этого мало, чтобы заинтересовать искушенного дамской красотой столичного жителя и к тому же не человека. Покажите ему свои сильные стороны и имеющиеся таланты, если есть возможность. На этом у меня все. Удачи!

Повторно склонившись в поклоне и старательно не замечая того, каким растерянными и непонимающими стали лица соискательниц внимания Рияда сур Харуна, глава отделения правопорядка города жестом поманил за собой Неона и вышел на улицу.

— Я слушаю, господин Свер! — произнес тот, появившись следом. — Что нужно делать?

"Сообразительный мальчишка!" — усмехнулся про себя двуликий, а вслух сказал совсем другое, понизив голос практически до шепота.

— Запиши порядок очередности, согласно которому эти дамы буду наведываться к Судье. И выдай им реквизит.

— Реквизит, господин Свер? — широко распахнул глаза младший сотрудник Дома Правопорядка.

— Ага. Его, — хохотнул мужчина. — Пусть одна из этих, что за дверями, отнесет эш Харуну обед. Другая — какие-нибудь документы. Ну и так далее… Придумай, с чем можно будет отправлять девиц к Судье.

— Понял! А как быть, если он спросит, что у нас такое происходит и откуда там, где прежде не было ни одной, взялось сразу столько женщин?

— Тебе — ничего! — весело фыркнул Ирст Свер и похлопал нервно кусающего губы парня по плечу. — Пусть дамы сами с василиском объясняются. Это ведь они пришли искать его внимания.

— Угу, — прозвучало в ответ совсем уж несчастное. — А вы…

— А я скоро вернусь. Раздобуду только то самое объявление и сразу вернусь. Думаю, как раз к разгару самого веселья.

— Веселья?.. Господин Свер, да Судья же от меня мокрого места не оставит! — проблеял Неон, еще загодя начиная трястись от страха.

— Тебя? Да с чего бы это? Ты, что ли, написал то самое объявление, из-за которого у нас теперь толкутся все эти хищницы?

— Нет, конечно! — молодой человек даже отшатнулся, настолько был шокирован услышанным.

— Ну, нет так нет! Чего тогда трясешься? Иди лучше, развлекайся. Когда еще такое представление удастся увидеть? А я пошел.

На этом разговор Ирст Свер счет оконченным и, отмахнувшись от мальчишки, который еще что-то собирался спросить, отправился туда, куда и собирался.

Рияд сур Харун

Седьмой Судья из Круга шестнадцати

Возле окна одного из самых просторных кабинетов Дома Правопорядка, заложив руки за спину, стоял высокий мужчина, в котором даже тот, кто ни разу не встречал представителей иных рас, не признал бы человека. Стоящий смотрел на улицу, на которую выходило то самое окно, и, не скрываясь, брезгливо кривил свои тонкие бледные губы.

Люди. Как же Рияд презирал представителей этой слабой, но такой многочисленной расы. Они точно шухры* заполонили этот мир, сея вокруг себя один сплошной хаос. Мешая спокойно жить иным народам.

Пятнадцать лет, проведенных среди этих жалких, вечно алчущих власти и богатств созданий, стали для змея непростым испытанием, которое ожесточило его и без того нелегкий характер. Мужчина за эти годы не стал лучше понимать смертных, потому как совершенно не стремился к этому, но научился жить среди них. По их, порой, совершенно глупым законам.

Он, седьмой Судья из Круга шестнадцати, являлся одним из самых богатых и уважаемых нелюдей, живущих в человеческой столице. Его возвращения в Ильмарию дожидались три смертные наложницы — красивейшие из представительниц своего рода, и готовые ради господина, которому принадлежали, на все. Даже на смерть. Последние несколько лет эти женщины исправно услаждали его плоть, терпели буйный нрав, и вообще являли сбой саму кротость и послушание. Рияд же в ответ обеспечивал всем троим такую жизнь, какой они никогда бы не познали, даже став женами состоятельнейших мужчин своего королевства. И теперь он собирался пополнить свой цветник еще одной смертной. Да не простой смертной, а ведьмой! Не такой красивой, как уже имеющиеся любовницы, строптивой и не испытывающей совершенно никакого пиетета перед представителем расы, что по праву считается опаснейшей в этом мире, но именно этим и интересной. Хотя понял василиск, что испытывает к девчонке именно интерес, далеко не сразу.

В момент их первого знакомства, Ясмин До'ррет повела себя совершенно не так, как другие людские женщины. Своей непокорностью и своенравностью она вызвала в нем гнев и потребность немедленно прибить нахалку. А уж когда та его прокляла, удержаться, чтобы действительно не дать волю инстинктам хищника, которые требовали уничтожить ее, оказалось невероятно сложно. Позднее, жажда крови сменилась другим желанием — сломать смертную и сделать абсолютно покорной своей воле. И то самое желание покорить, никуда не делось по сей день, но вот ломать… Ломать ведьму расхотелось. А случилось это в тот момент, когда мужчина предлагал ей место своей любовницы. Он почуял запах этой девушки. Свежий, даже морозный, а не приторно-сладкий или цветочный, как от большинства представительниц ее расы. От запаха Ясмин у змея начало приятно покалывать и холодить кожу, но все удовольствие испортила проявившаяся в нем нотка страха. Девчонку, как бы та не хорохорилась, испугало его желание сблизиться с ней, и от этого ее естественный аромат едва уловимо, но изменился: став менее привлекательным и приятным. Произошедшее неприятно удивило Рияда, из-за чего тот пропустил момент появления братца смертной в комнате. За что и поплатился: оказавшись банально выкинутым в окно.

Но окончательное решение присвоить себе кровную сестру темного эльфа, увезти в столицу человеческого государства и поселить в своем доме (вместо того, чтобы просто попользоваться, как планировал ранее), пришло к мужчине после того, что произошло в примерочной одной из мелких одежных лавочек Лира. Слежка за младшей леди До'ррет принесла неожиданные и приятные результаты, в виде возможности полюбоваться на ладную девичью фигурку. Рияд не смог удержаться и не позлить смертную, а потому выбрал подходящий момент и появился у нее за спиной. О, какое же он испытал удовольствие, увидев как сначала Ясмин разозлилась, а потом, взяв себя в руки, принялась заигрывать с ним. С тем, кого в душе на самом деле боялась.

Запах девушки, испытывающей в этот момент яркие и противоречивые эмоции, приобрел настолько неповторимый оттенок, что мужчина замер, оказавшись совершенно дезориентированным. Чем и воспользовалась маленькая поганка, заколдовав его. Сделала свою пакость, и была такова, а он даже разозлиться на нее по-настоящему не смог.

Рияд криво усмехнулся, вспомнив, как ему пришлось помучиться, чтобы оторвать ладони от зеркала, а ноги от пола. Но когда это все же удалось сделать, змей не пошел разбираться с хулиганкой. Вместо этого он дал себе слово, что покорит ее. Вряд ли это будет так уж сложно! Если не воевать с этой упрямицей, а выбрать другую тактику (дарить подарки и оказывать знаки внимания, как это принято в обществе людей), то она не устоит. Да, Ясмин — ведьма, но ведь и женщина тоже! Хоть и совсем еще юная. И слабости у нее точно такие же, как и у остальных представительниц ее пола. Эш Харун отлично помнил, как загорались глаза у его наложниц при виде дорогих нарядов и драгоценностей, которые он им дарил. Почему заинтересовавшая его человечка в этом должна отличаться от них? А помимо подарков, как было известно василиску, женщины человеческой расы были падки на красивые слова и лесть. Да много чем еще можно было расположить их к себе, дабы добиться желаемого без применения врожденных способностей. С Ясмин последние, правда, почему-то давали сбой, но представитель рода нефритовых василисков был уверен, что и без них прекрасно справится. Более того, он уже знал, с чего начет и каким будет следующий шаг.

Мысли, со способов завоевания одной конкретной ведьмы, сменились на более приятные и имеющие вполне определенную направленность. Судья даже глаза прикрыл, чтобы ничего не мешало ему думать об объекте своего интереса, но, когда добрался в своих фантазиях до самого интересного, раздался стук в дверь. Принесли обед, судя по всему.

И вовремя, надо заметить, а то он слишком увлекся своими мечтами, реализовать которые в самом ближайшем будущем ему точно не светит. Но, так даже лучше! Тем интересней будет процесс охоты и приручения строптивой кареглазой ведьмы!

На брошенное кратко: "Войдите!", дверь распахнулась и в кабинет вплыло прелестное видение в бледно-голубом платье, которое держало в руках поднос с едой.

Левая бровь змея слегка приподнялась, в намеке на удивление. Неужели, глава отделения правопорядка города решил разнообразить их серые трудовые будни и нанял новую работницу в Дом Правопорядка? А что — мысль, если подумать, здравая! Не дело это, когда у мужчин в обслуге состоят другие мужчины. Куда как приятнее, если за обедом рядом находится симпатичная услужливая девушка.

— Эш Харун, вы позволите? — робким и нежным голоском поинтересовалась незнакомка, бросив мимолетный взгляд из-под длинных ресниц.

— Да, заходи! — благосклонно кивнул Рияд, мысленно поставив еще один плюс в пользу Ирста Свера, который нанял столь воспитанную смертную, которая не врывается в кабинет без спроса, а смиренно ждет разрешения войти и приблизиться.

Грациозно присев, несмотря на тяжесть, что держала в руках, девушка двинулась к столу и замерла напротив оного, не поднимая глаз. Ну, да. Там ведь были разложены различные бумаги и она не могла просто взять и поставить свою ношу на них.

Василиск вновь одобрительно повел подбородком и направился к своему рабочему месту, чтобы освободить его для тарелок с обедом. Ну, как освободить?.. Он просто сдвинул всю кипу документов в сторону и сел, что должно было послужить служанке сигналом к тому, чтобы приниматься за дело. Чем та, собственно, и занялась: начав немного неловко выставлять на деревянную полированную поверхность принесенные блюда. А вот Рияд сур Харун пожалел, что не дождался в стороне, пока девица накроет на стол, потому как стоило лишь той приблизиться, и на него накатил до отвращения удушливый запах человечки, многократно усиленный приторно-сладкими духами.

Резко и брезгливо откинувшись на спинку своего стула, лишь бы увеличить расстояние между собой и ей, стоявшей сбоку, Судья видимо напугал служанку. А, быть может, у последней просто дрогнула рука, потому что плошка с белым острым и горячим соусом, который ему всегда подавали к мясу, накренилась и ее содержимое вылилось мужчине на штаны аккурат в районе паха.

— Дура криворукая! — зашипел тот от ярости и боли, вскакивая на ноги. — Ты что наделала?!

— Простите! — испуганно и виновато пискнула девица, отшатываясь в сторону. Но потом, словно опомнившись, выхватила из кармашка у пояса кружевной платочек и со словами: "Я все сейчас исправлю!" — бросилась вперед. Устранять последствия того, что натворила, надо полагать.

— Стоять! — рявкнул василиск так, что дернувшаяся в его сторону смертная замерла в довольно нелепой позе, глупо при этом вытаращившись.

А мужчина, сузив глаза, уставился на выглядывающий кусочек белоснежной дорогой ткани, что был зажат у нее в кулаке. Такой платок совершенно точно не могла бы позволить себе обычная прислуга. Да и руки незнакомки… Тонкие, белые и холеные пальчики, как у нее, могли бы принадлежать какой-нибудь аристократке, которая сама привыкла к тому, что ей прислуживают. Отсюда и неловкие движения во время сервировки стола к обеду. Эта милашка, с отвратительным личным запахом, не привыкла к подобной работе, потому как за нее это всегда делал кто-то другой. А значит, никакая она не служанка! И в Дом Правопорядка пришла совсем не работать!

— Я сейчас задам тебе вопрос, смертная, — начал обманчиво мягким тоном Рияд сур Харун, отчего та немедленно задрожала. — И хочу услышать на него правдивый ответ. Поверь, это в твоих же интересах!

— Я… я все скажу, — заикаясь, тихо пролепетала девушка. — Не…не надо меня п-пугать.

— Пугать? Милая моя, я еще даже не начинал этого делать! А пока не начал, отвечай: кто ты такая? Что здесь делаешь? Кто тебя подослал ко мне?

— М-меня зовут Р-рут Раймар, — последовало прежнее не слишком понятное бормотание. — Я с-сама пришла. П-по объявлению. М-меня никто не подсылал к вам, г-господин Судья.

— Повтори! Что ты сказала! — потребовал тот, не поверив услышанному, отчего девица вздрогнула всем телом, словно от удара.

— Я., я… - начала она заливаясь слезами, но договорить не успела.

За окном, в которое василиск недавно смотрел, вдруг раздалось пение. Очень высокий, громкий и звонкий женский голос принялся выводить какую-то любовную балладу, вот только усилия незваной певицы пошли прахом. Рияд потряс головой, потому как у него от этого кошмарного звука мгновенно зазвенело в ушах, а затем торопливо щелкнул пальцами. Пение тут же оборвалось, сменившись жутким кашлем, как у сильно простывшего человека.

— Вот, так-то лучше, — жестко произнес мужчина, после чего подошел к окну и добавил, посмотрев на худенькую девушку в красивом зеленом платье: "Пошла вон отсюда! Живо!"

Повторять дважды не потребовалось. Та, подхватив юбки своего наряда, бросилась наутек. Как, впрочем, и особа, что находилась сейчас с ним в одном кабинете. Она весьма оперативно вымелась за дверь.

— Куда?! — рявкнул змей, бросаясь следом, и в коридоре буквально налетел на еще одну нарядно одетую смертную.

Она, улыбаясь, несла какие-то бумаги, которые, при столкновении с ним, взмыли вверх и разлетелись во все стороны. Но Судья не обратил на это никакого внимания. Его правая рука сомкнулась на тонкой и нежной шее, обладательница которой мгновенно оказалась прижата к стене.

— Ушш ты-то от меня не ссбежишшь! — коверкая слова, прошипел в лицо своей жертве взбешенный василиск. — Я хочу сснать, чшшто вы весе здессь делаете? Чшшто за представление устроили? О каком объявлении речшшь?

Схваченная девица закатила глаза, готовясь упасть в обморок, но прежде, чем Рияд успел ее встряхнуть, дабы привести в чувство, со стороны прозвучал спокойный голос главы отделения правопорядка города.

— Эш Харун, будьте так любезны, отпустите свою пленницу! У меня есть ответы на ваши вопросы, а она тут совершенно не при чем.

Судья помедлил, зло скрипнув зубами, но пальцы разжал и дал смертной свободу, позволив по стеночке отползти прочь. После чего обратил ледяной взгляд на оборотня, в янтарных глазах которого, пока тот в ответ рассматривал его, то и дело вспыхивали алые искорки смеха.

— Тебе вессело, Ссверр? — сдержаться, чтобы не кинуться немедля на того, кому вздумалось надсмехаться над ним, Рияду удалось с большим трудом. — Ушш не твоих ли рук дело, явление сюда всех этих разряженных девиц?

— Нет. Боюсь, у меня для подобного рода шутки просто не хватило бы фантазии.

— Шшутки?!

— Именно, — подтвердил глава отделения правопорядка города. — Однако прежде, чем мы продолжим, давай перейдем из коридора в кабинет, где разговаривать будет куда удобнее. Да и привести себя в прядок, — на этом моменте говоривший сделал многозначительную паузу, широко ухмыльнувшись, — тебе не помешает. Стесняюсь спросить, но что случилось с твоими штанами?

— Ты забываешшшься, зверь! — на скулах злющего представителя одной из самых опасных рас этого мира начали проступать сверкающие темной зеленью чешуйки.

— Точно такой же, как и ты, Рияд! — невозмутимо парировал Ирст Свер, складывая руки на гуди. — Так, что случилось?

— Ничего особенного. Просто одна неуклюжая человечка пролила на меня соус, когда накрывала на стол.

— Соус? — не сдержавшись, расхохотался двуликий. — А выглядит пятно, между тем, как нечто совсем другое. Ну, ты понял о чем я…

— Сссверр!!

— Да, ладно, ладно! Я тебе верю! Пошли уже, если хочешь узнать, что там за история с объявлением. — вскинутые в примеряющем жесте руки никак не вязались с улыбающейся рожей его собеседника, но несмотря на это Судья не стал тому ее бить, как хотелось, а просто развернулся и направился обратно в свой кабинет.

Спиной мужчина естественно не мог видеть идущего за ним оборотня, но был уверен, что тот продолжает издевательски скалиться.

Вернувшись в свой кабинет, Рияд сур Харун первым делом направился к стоявшему на краю стола кувшину с водой. Вытащив из кармана платок и намочив его, он принялся резкими движениями оттирать со штанов белое пятно от соуса.

— А почему ты даешь это вручную? — прозвучал со стороны окна голос главы отделения правопорядка города, в котором слышалось легкое недоумение. — Разве магией не проще? Да и следа на останется!

— Может и проще, — сквозь зубы отозвался Судья, бросив сердитый взгляд через плечо: туда, где на краю подоконника устроился любопытный двуликий. — Вот только хозяйственная магия — это прерогатива низших и обслуги.

— Проще говоря — чистить одежду ты не умеешь.

— Свер, помнится, когда ты просил меня отпустить ту человечку в коридоре, уверял, что у тебя есть ответы на мои вопросы. И где они?

— Здесь! — мужчина сунул руку за пазуху своего камзола и вынул оттуда какую-то бумагу, по виду больше похожую на обыкновенный мусор.

— Это еще что? — брезгливо сморщил нос василиск и подумал о том, что прикасаться к "этому" не стал бы ни за какие деньги.

— Объявление, из-за которого ты и стал объектом внимания некоторых местных дам. Не желаешь ознакомиться?

— Желаю! Но руки об эту гадость, в отличие от тебя, марать не собираюсь. Положи куда-нибудь.

— Чистоплюй чешуйчатый! — фыркнул презрительно в ответ Ирст Свер и, поднявшись с подоконника, швырнул бумагу на край стола.

Рияд с шумом втянул носом воздух, потому как заляпанное неизвестно чем объявление оказалось слишком близко к его так и оставшемуся нетронутым обеду. Но от комментариев, несмотря на желание высказать оборотню все, что он о нем думает, все же воздержался. Вместо этого змей окинул внимательным взглядом свои штаны, которые после проведенных манипуляций с целью привести те в порядок стали выглядеть еще хуже, отложил платок в сторону и обошел стол.

Опершись о него руками, по обеим сторонам от отвратительного вида бумажки, Судья вчитался в краткий текст. А когда дошел до последней строчки, где находились его инициалы, едва удержался от того, чтобы не испепелить сею гадость немедля.

Боясь того, что не удержится и осуществит свое желание, он быстро отошел от стола и заходил туда-сюда по кабинету, пытаясь тем самым хоть немного успокоить клокочущую внутри ярость.

— Кто автор данной мерзости, Свер, тебе удалось выяснить? Где вообще "это", — последовал краткий и небрежный кивок на прочтенный ранее листок, — находилось?

— Кто автор, я тебе сказать не могу, — пожал плечами глава отделения правопорядка города, который вновь умастил свой зад на подоконнике. — Могу предположить лишь, что это был мужчина. Чересчур размашистый, уверенный почерк, как и отсутствие всяческих украшательств, говорят в пользу этого. Женщины пишут совершенно иначе. А что касается того, где находилась бумага… Ты уверен, что действительно хочешь это знать?

На последнем предложении мужчина не удержался от широкой и ехидной ухмылки.

— Ссверр, я задал тебе вопросе! — процедил, вновь срываясь на злобное шипение, василиск. — И хочу получить на него ответ.

— Не шипи, ползучий, не испугаешь! А висела эта записка на доске объявлений.

— Где? — помрачнел Рияд сур Харун, останавливаясь, и впиваясь взглядом в собеседника. — Что еще за доска объявлений?

— Да есть одна такая в Торговых рядах. Там простой городской люд вешает свои листовки. Эта вот, к примеру, висела между "требуется чистоплотная служанка в богатый дом" и "продам коня-трехлетку гнедой масти".

— Чшшто?! Ты издеваешшься, волк?

— Нисколько! И, чем злиться на меня, лучше подумай, кому из местных успел так досадить? Может, чьей женой успел попользоваться, или дочерью, а разозленный отец или муж решил тебе так отомстить! Хотя эта бумага, судя по количеству имеющихся на ней пятен, после написания была по всей видимости выброшена. Видать не решился автор сделать ее достоянием общественности. А повесил сей шедевр на доску объявлений кто-то другой. Кто-то, кто его нашел среди мусора. Так, что сам понимаешь, концов теперь не найти.

— Нет! — отчеканил Судья, вновь принявшись нервно метаться по пространству кабинета. — Никого из местных женщин я и пальцем не трогал. Еще чего не хватало! Среди них же нет ни одной…

На этом моменте мужчина сам же себя и оборвал, застыв на месте так внезапно, словно на стену налетел.

— Нет ни одной кого? — непонимающе переспросил двуликий, следивший за его перемещениями туда-сюда с большим интересом.

Но эш Харун ему не ответил, настигнутый пришедшей в голову догадкой. В этом городе был только один человек, кто мог бы утроить ему подобную подлянку. Вернее — одна. Ведьма, у которой хватило бы и фантазии составить столь возмутительное объявление от чужого имени, и наглости повесить эту бумагу в людном месте. Но она этого не сделала. Выбросила. Почему?.. Не известно. Надо будет выяснить. А потом… потом эта самая ведьма ответит ему, седьмому Судье из Круга шестнадцати, за свой позор.

— Рияд, ты чего застыл? — ворвался в мысли мужчины настороженный голос главы отделения правопорядка этого захолустного портового городишки. — Неужто догадался, кто тебе так подсуропил?

— Догадался, — отозвался василиск, губы которого искривились в предвкушающей ухмылке, а перед глазами начали возникать картины мести: одна любопытнее другой.

— И?

— И я немедля отправлюсь, чтобы оказать ответную любезность той особе, что так разнообразила мой сегодняшний день. Эта маленькая ведьма доставляет слишком много проблем. Настала пора их решить. И на сей раз брат-дроу ей не поможет!

— Что?! — вскричал Ирст Свер и дернулся, чтобы вскочить, но эш Харун предвидел подобную реакцию на свои слова. Один короткий жест, и вокруг двуликого, точно клетка, возникают светящиеся силовые линии.

— Ты что творишь, змей! — сотряс комнату полузвериный рык.

— Всего лишь ограждаю тебя от неприятностей, которые ты можешь нажить себе, если попытаешься вмешаться. А так просто посидишь тут, пока все не закончится, — холодно улыбнулся Рияд, наслаждаясь гневом своего оппонента, что недавно позволил себе столь откровенно над ним надсмехаться.

— Не трогай ее! — очень тихо, с нескрываемой угрозой в голосе произнес тот, подступая близко-близко к "прутьям" энергетической клетки, но не касаясь их.

— Трогать! — еще шире улыбнулся василиск, также подходя к светящейся преграде и оказываясь со своим пленником практически нос к носу. — И не думал даже. Мы лишь… поговорим. Обстоятельно так. Я выясню степень вины этой юной леди, и если она ни при чем, то и наказания никакого не будет. Ну, а если это объявление ее рук дело… То тут уж как получится.

Глава отделения правопорядка города открыл рот, собираясь не то что-то сказать, не то возразить, но Судья только отмахнулся от него. Развернувшись, мужчина быстро покинул сначала свой кабинет, а затем и Дом Правопорядка. Настроение было просто замечательным, ибо впереди его ждала встреча с той, кого он так жаждал заполучить.

Мир Дашхар'Аэр

Резиденция дома До'ррет.

По просторным покоям, состоящим из восьми комнат, вот уже вторые сутки подряд метался, точно запертый в клетке хищный зверь, светловолосый дроу.

Дикий камень и кожа в отделке, массивная мебель и приглушенное освещение — все осталось как было до того самого злополучного дня, что разделил его жизнь на "до" и "после".

Когда-то, мужчина чувствовал себя здесь в безопасности. Это место было целиком и полностью ЕГО! Более того — создано лично им! А теперь темный эльф буквально задыхался в любом из помещений, куда ступала его нога. Все было неправильно! Не так! Не здесь он, Деллион, должен быть! Его место — рядом с молодой ведьмой, что стала близкой и родной. Стала семьей!

Появившийся старший брат, возвращение в Род, и мир, что некогда был домом — часть совсем другой жизни. Той, что следовало оставаться в прошлом. Той, к которой Делл не хотел и не планировал возвращаться. Но пришлось. В противном случае под ударом оказалась бы Ясмин. А этого он не мог допустить.

Усилием воли заставив себя прекратить мерить шагами личные покои, мужчина отправился приводить себя в долженствующий второму наследнику Дома До'ррет вид. Впереди предстоял разговор с матерью, а идти на него неподготовленным не следовало. Дисарр уже наверняка рассказал Первой леди Дома о своем походе в другой мир за младшим братом. Как и о том, что род До'ррет пополнился на одну живую душу. Надо продумать свой рассказ, ибо правду говорить было никак нельзя. Ясмин должна остаться вдали от интриг высокородных темных эльфов. В безопасности, потому как ее не оставят в покое. Не раздумывая отдадут игрушкой какому-нибудь из Перворожденных, принадлежащему к другому Роду, если это каким-то образом поможет Дому До'ррет поиметь свою выгоду. Женой, человеческую девушку, не возьмет ни один темный эльф, а вот как временную игрушку… Весьма охотно. Смертная из другого мира станет диковинкой, на которую многие мужчины-дроу обратят внимание.

Стук в дверь раздался как раз в тот момент, когда Деллион стоял перед зеркалом в гардеробной и разглядывал на себе парадный мундир, который не имел возможности надеть уже очень много лет. Огорчало ли его это? Нет. Ведь того дроу, каким некогда был второй наследник Дома До'ррет, больше не существовало. Он изменился. А от прежнего темного эльфа, каким его тут знали, осталось немногим больше имени.

Когда прозвучал повторный стук во входную дверь покоев, мужчина вздохнул, на миг прикрыл глаза, придавая своему лицу холодно-высокомерное выражение, и только после этого пошел открывать.

На пороге обнаружился один из воинов внутренней стражи, что несли караул возле покоев его матери, а позади Перворожденного, затянутого в форменную одежду, жалась хорошенькая и совсем юная человеческая девушка.

— Второй наследник, — склонил голову в приветственном кивке воин. — Мое имя Дерр Трин. Я пришел передать, что Первая леди Дома желает немедля побеседовать с вами. А еще она шлет вам подарок и надеется, что тот придется по вкусу.

— Подойди и поклонись своему новому господину! — а эти слова, уже сказанные совсем другим, откровенно презрительным тоном, предназначались уже смертной, что продолжала стоять не смея поднять от пола глаз.

Лорд До'ррет едва не поморщился от отвращения, ибо ситуация с подарком, что ему сейчас пытались всучить, до противного напоминала ту — другую, в которой роль даренной вещи отводилась ему самому.

— Жди моего возвращения в первой из комнат покоев, девушка! — обратился Деллион к смертной, что по приказу сопроводившего ее сюда темного эльфа поспешно выбежала вперед и склонилась в глубоком поклоне. — И упаси тебя Темная Проматерь сунуть свой любопытный нос куда не следует! Сядь где-нибудь и сиди, а когда вернусь, мы решим, что с тобой делать.

— Слушаюсь, господин! — вновь поклонилась девица и юркнула мимо, когда он чуть посторонился, дабы впустить ту на свою личную территорию.

— А вы, Дерр Трин, ведите! — последовал следующий приказ. На этот раз уже к стоявшему навытяжку дроу. — Где именно меня дожидается Первая леди Дома?

— В одном из своих рабочих кабинетов, второй наследник! Прошу вас следовать за мной!

Деллион не стал отвечать. Он просто шагнул за порог и закрыл за собой дверь в покои, активируя тем самым замыкание защиты, что была на них наложена. Теперь туда не только никому кроме него будет не зайти, но и не выйти. Даже если запертая в комнатах смертная попытается выбраться оттуда, у нее ничего не выйдет. 152e1bc

Впрочем о последней мужчина тут же забыл. Ему стало просто не до нее, ибо на встречу начали попадаться знакомые лица. Приходилось кивать, отвечая на приветствия, и всем видом демонстрировать окружающим свое высокомерие. Положение второго наследника просто обязывало так себя вести. Хотя теперь, пообщавшись с Ясмин и узнав, что жизнь может быть совсем другой, чем та, которую он вел с рождения, нынешнее поведение казалось ужасно глупым. Но иного выбора не было. Никто не должен заподозрить, что тот Деллион До'ррет, для которого именно Род и его благополучие всегда стояли на первом месте, стал другим. Пусть остальные высокородные члены того самого Рода продолжают оставаться в счастливом неведении. Пусть верят, будто он по-прежнему тень своего старшего брата и будущего главы Дома До'ррет. Что второй наследник готов выполнить любой приказ матери, являющейся Первой леди и Хранительницей того самого Дома. Пусть. До тех пор, пока он не разберется в происходящем вокруг и не найдет способ, как покинуть бывший дом. Уйти, не подвергая при этом Ясмин опасности.

Обо всем этом думал мужчина, петляя по коридорам за своим провожатым. Пока тот не остановился перед знакомыми второму наследнику дверями. Малый западный кабинет. Ему несколько раз приходилось тут бывать.

Деллион едва заметно повел бровью, посмотрев на Дерр Трина, и тот, склонив голову в учтивом кивке, откланялся. Намек был понят без слов. В противном случае этот дроу не принадлежал бы к числу элитных воинов.

Мимолетно мазнув взглядом по его спине, лорд До'ррет поднял руку и коротко постучал, возвещая о своем приходе. После чего, не дожидаясь ответа, повернул ручку двери и, переступив порог кабинета Первой леди Дома, почтительно склонил голову.

— Ну, проходи же, мой дорогой сын! — в красивом, ласкающем слух женском голосе, что прозвучал из полумрака помещения, не было и капли теплоты. — Проходи, и расскажи мне, как ты дошел до жизни такой, что дал благородное имя нашей семьи какой-то человечке? И, надеюсь, что ты окажешься убедителен, пока мы ждем ее прибытия вместе с одним из моих воинов. От твоих слов будет зависеть: останется она жива или умрет.

— Повинуюсь вам, Первая леди и Хранительница Дома До'ррет! — склонив голову чуть ниже, словно признавая совершенную оплошность, ответил Деллион.

Голос же его, как впрочем и лицо, не при этом отразили ровным счетом никаких эмоций. Далось это мужчине с большим трудом, ибо страх за молодую ведьму сжал сердце ледяными тисками. Только бы с Ясмин ничего не случилось! Если тот самый воин, которого мать послала за девушкой, обидит ее, то это станет последним, что он сделает в своей никчемной жизни. Ну, а сейчас Деллу придется сильно постараться, чтобы разгневанная родительница не отдала немедленного приказа об уничтожении той, кто была ему столь дорога.

шухры* — разновидность жуков. Всеядны. Аналог земных тараканов.