Глава 18

Гриша старался игнорировать порозовевшую распаренную девушку с влажными после душа волосами. Однако получалось у Смоленского плохо. Он скользнул взглядом по босым ногам Элины, машинально отметив, что у неё красивые тонкие щиколотки.

Утонув в его футболке, ундина казалась ещё более маленькой и хрупкой, чем обычно. Но Григорий знал, что под просторной тканью скрывается приятного размера грудь с тёмно-розовыми сосками, хорошо очерченная талия и попка сердечком. Смоленский почувствовал возбуждение. Мысленно осадил себя, потому что рассчитывать на секс после падения гостьи с высоты четвёртого этажа не приходилось.

Элина устроилась на разложенном диване. Пока девушка принимала душ, Гриша превратил его в уютное гнёздышко с многочисленными подушками и пледом.

– Отвернись, – сказала она хозяину дома.

– Серьёзно? – брови Смоленского поползли вверх от удивления. Он не ожидал такой скромности от Эли после того, как видел её полностью голой.

Она недовольно насупилась. Гриша непонимающе покачал головой, но всё же отвернулся. Элина сняла футболку и прикрылась пледом, оставив обнажённой спину до поясницы.

– Какие фильмы ты любишь? – спросил Григорий, нанося мазь в том месте, где виднелось покраснение от удара. Мужчине надо было говорить о чём-нибудь нейтральном, чтобы отвлечься от эротических образов.

– Триллеры. Романтические комедии. Про приключения ещё люблю, – пробубнила она в подушку.

– Поскольку ты гостья, уступаю тебе право выбора кино на вечер, – Гриша выдавил из тюбика мазь и перешёл к пояснице. Кожа девушки покрылась мелкими мурашками.

Напряжение в паху Смоленского нарастало. Член упорно напоминал о своём существовании. Ситуацию немного разрядил Боцман. Он запрыгнул на диван и стал внимательно наблюдать за тем, что делают неразумные людишки.

– «Пираты Карибского моря», – огласила Элина, сглотнув слюну.

– Отлично! Сейчас найду его и поставлю, – пытка растиранием была окончена. – Начинай смотреть, а я пока тоже схожу в душ, – Смоленский положил рядом с девушкой пульт от здоровенной плазменной панели.

Эля снова надела футболку. За те пять минут, что Гриша прикасался к девушке, у неё стало влажно между ног. Она не помнила, чтобы кто-либо из бывших так быстро возбуждал её.

Элина проверила телефон. Там было несколько пропущенных вызовов от Екатерины и Марианны. Последняя прислала также сообщение в мессенджере: «Как дела? Как ты себя чувствуешь? Что сказали в больнице?»

Девушке стало приятно, что коллеги не забыли про неё и проявили интерес к здоровью.

«Всё-таки у Смоленского чуйка на людей. Не зря на него работает такая хорошая команда», – подумала Эля.

За месяц её работы в компании не произошло ни одной склоки среди сотрудников. Никто не сплетничал за спиной, не язвил и не злобствовал. Все всегда улыбались, пребывали в хорошем настроении и готовы были помочь друг другу. В коллективе царила на редкость здоровая психологическая атмосфера.

Элина с Гришей смотрели кино, полулёжа на диване, откинувшись спиной на подушки. Смоленский сделал коктейль с ромом для гостьи, а себе налил чистый виски. Когда привезли ужин, они с аппетитом умяли салаты, запечённую в сливочном соусе форель с картофелем и лимонное суфле на десерт.

Этот вечер можно было бы назвать идеальным, если бы не одно «но»: в комнате осязаемым облаком висело сексуальное напряжение. Даже Боцман предпочёл уйти из гостиной прямо посередине фильма. Деликатный кот как бы дал возможность нерадивой парочке начать делать кое-что более интересное, чем следить за приключениями Джека Воробья.

Однако Смоленский специально не прикасался к Эле. Он боялся, что не сможет остановиться вовремя. Чтобы не поддаться соблазну, Гриша часто выходил на лоджию покурить. А Элина сжимала пальцами ног плед и готова была захныкать от ноющей тяжести внизу живота. Девушка нуждалась в ласке, как в воздухе. Но переступить через гордость и полезть к хозяину дома первой не могла.

В какой-то момент Эля устала мучиться неудовлетворённым желанием. Она задремала.

– Пойдём, я провожу тебя в спальню, – тихо сказал Смоленский, когда гостья скатилась с подушки к нему на плечо.

Элина протестующе замычала и продолжила спать.

– Эль, я не железный, – прошептал Гриша. Ощущать рядом женское тело и не прикасаться к нему было совсем невмоготу.

Она приоткрыла глаза и сонным взглядом уставилась на мужчину, а потом положила руку ему на грудь и прижалась плотнее. Смоленскому ничего не оставалось, кроме как обнять девушку в ответ.

Он прислушивался к ровному дыханию Эли, рассматривал её нежно-розовые губы, вдыхал аромат волос, смешанный с запахом его собственного шампуня. Это походило на изощрённый мазохизм: лежать в обнимку с желанной женщиной и не позволять себе ничего больше.

Гриша, осторожно убрал прядь волос с лица Элины. Наклонился и коснулся губами её рта.

«Один поцелуй. Только один небольшой поцелуй», – мысленно обманывался Смоленский. Едва он почувствовал вкус губ девушки, возбуждение накрыло его с головой.

Эля завозилась во сне и распахнула ресницы. Она увидела Григория, склонившегося над ней. Его глаза из цвета горького шоколада превратились в чёрные, а сам он напоминал хищника, готового наброситься на свою добычу.

В данный момент Элина ничуть не возражала против того, чтобы стать добычей Смоленского. Она положила руки ему на плечи и потянулась к губам. Не успела девушка прижаться ко рту Гриши, по его телу тут же пробежал разряд электричества. Коротнуло где-то глубоко в груди. Жар расползся по позвоночнику.

Поцелуй получился чувственным, наполненным сладостной истомой. Слишком эротичным, чтобы прерваться прямо сейчас. Смоленский раздвинул губы девушки языком и проник вглубь рта. Эля заёрзала под мужчиной и ответила на ласку. Их языки сплелись в исступлённом танце любви.

Гриша провёл руками по телу Элины, повторяя его изгибы. Она трепетно отзывалась на каждое прикосновение. Гладила широкую спину Смоленского. Зарывалась пальцами в его короткие волосы на затылке.

Чем дольше они целовались, тем сильнее лихорадило обоих от вожделения. Эля хрипло застонала, когда почувствовала влажные мужские губы на своей шее. Голова у девушки приятно закружилась, а между ног стало горячо-горячо.

Григорий накрыл ладонью женскую грудь, но тут же остановился. Продолжать дальше было опасно.

– Что-то не так? – спросила Элина, после того, как Смоленский отстранился от неё.

– Всё хорошо, – соврал он. На самом деле от «хорошо» его отделяло несколько слоёв одежды и понимание, что Эле нужен покой, а не физические нагрузки.

Девушка села на диване и обняла Гришу со спины. Скользнула рукой под его футболку. Огладила твёрдую грудь, специально задев соски. Уткнулась лицом в шею, нежно прихватила зубами кожу на ней. Смоленский закрыл глаза от удовольствия и боли одновременно. Его член затвердел настолько, что каждое движение было сродни пытке.

– Я хочу тебя, – жарко прошептала Эля на ухо мужчине.

– Я тоже очень хочу тебя, – шумно выдохнул он. – Но сегодня нельзя.

– Почему? – недоумённо моргнула Элина и моментально прекратила ласкать Смоленского.

– Доктор сказал, что тебе нужно ограничить физические нагрузки в ближайшую неделю.

– Ммм, понятно, – Эля не знала, что происходит в голове у Гриши, но совершенно не поверила отговорке про врача. Она ощутила обиду и разочарование от того, что Смоленский отверг её.

«Наверное, ему не понравилось со мной в прошлый раз, – с горечью подумала девушка. – Поэтому в последнее время он вёл себя по-дружески. Теперь всё ясно».

Элина почувствовала себя неимоверно глупой. Шеф проявил заботу, пригласил к себе, чтобы поддержать по-человечески, а она возомнила, что он настроен на романтический лад. Тотчас же Эле очень захотелось уехать домой. Но в таком случае Смоленский поймёт, что она обиделась. Да и плевать. Притворяться девушка больше ни перед кем не собиралась. История с бывшим женихом научила, что подавление эмоций и желаний ничем хорошим не заканчивается.

Она резко встала с дивана и направилась к выходу из гостиной, чтобы переодеться в свои вещи, а затем вызвать такси.

– Ты куда? – Гриша тут же вскочил за гостьей.

– Домой, – честно ответила Элина.

– Почему? Что случилось? – Смоленский видел, что девушка расстроилась, но искренне не понимал причину.

Эля молча прошла в ванную, где оставила одежду.

– Эль, подожди! Ты можешь объяснить нормально, что произошло? – не отставал от гостьи Григорий.

– Ничего. Всё было очень мило. Спасибо за заботу. И за ужин, и за кино. А теперь мне пора, – сухо произнесла она.

– Малышка, я не понимаю… – пробормотал Смоленский, нервно проведя рукой по волосам.

– Я тебе не «малышка», – огрызнулась Эля.

Гриша хотел обнять её, но девушка вырвалась.

– Не трогай меня, – зашипела она.

Григорий увидел слёзы в глазах гостьи.

– Эль… Ты чего? – он совсем растерялся. – Ты обиделась, что я не стал заниматься с тобой сексом?

Элина дёрнулась, как от удара. И без того нелепая ситуация превращалась в позорную.

– Не бери в голову. Всё окей, – девушка изо всех сил старалась бодриться.

– Эль, я, правда, очень тебя хочу. Ты даже не представляешь насколько…

– Гриш, не надо, – перебила его Элина. – Не надо так со мной. Ставь свои дружеские эксперименты на ком-нибудь ещё.

– Глупышка, – ласково улыбнулся Смоленский. – Не хочу я с тобой дружить. Я трахать тебя хочу до седьмого пота. Как тогда в баре. Долго, бурно, в разных позах. Но я переживаю за твоё здоровье. Боюсь навредить тебе, понимаешь?

– Я тебе не верю. Это всё красивые слова. Если мужчина хочет женщину, он берёт её. Точка.

– Да, чёрт возьми! Да! Но не после того, как эта женщина на*бн… Упала, в общем, с высоты четвёртого этажа!

– Гриш, давай начистоту: я ничего не сломала. Серьёзных повреждений нет. Ты это прекрасно знаешь. Если бы у меня что-то сильно болело, я бы тебе сказала. Поэтому оставь свои благородные отмазки для другой подчинённой.

– Для другой, значит… – протянул Смоленский, сверкнув глазами. Он схватил Элю за плечи и рывком притянул к себе. – А если я хочу эту подчинённую? Ммм? – Григорий впился в приоткрытые губы девушки грубым поцелуем.

– Как жаль, что я тебя больше не хочу, – с наигранным безразличием ответила Эля после того, как Гриша прекратил терзать её рот.