Глава 30

Гриша держался на почтительном расстоянии от Элины. Он хотел, чтобы она прониклась эмоциями от созерцания затонувшего корабля. В какой-то момент Смоленский заметил, что девушка скрылась из поля зрения, но поначалу не придал этому значения, решив, что она просто с другой стороны судна, оплетённого водорослями.

Время шло, а Эля всё не появлялась. Гриша отправился искать её. Когда он понял, что девушки нет около корабля, занервничал. Вообще, Смоленский не относился к когорте паникёров и в любой ситуации до последнего момента сохранял хладнокровие. Однако сейчас привычка изменила Григорию. Он чувствовал ответственность за Элину, которая в дайвинге была совсем неопытной.

Смоленский повторно исследовал пространство вокруг рэка. Гришу осенила неприятная догадка: Эля пренебрегла его напутствием и залезла внутрь судна. Иного объяснения, куда она могла исчезнуть, мужчина не находил.

Воздуха в баллоне оставалось не так много, чтобы долго пребывать под водой. Григорий старался никогда не нарушать правило третей во время погружения. У Смоленского не было с собой нужного снаряжения для проникновения на рэк, ведь изначально он не собирался этого делать. А без специальной экипировки лезть в затонувшую посудину попахивало чистым самоубийством. Кроме всего прочего, Гриша попросту не знал, где искать Элину внутри корабля. Но бросить её на произвол судьбы, не мог. Мысленно ругаясь трёхэтажным матом, Смоленский направился к зияющему чернотой проёму, через который намеривался проникнуть на судно.

Добрую половину большого корабля окутывала кромешная темень. Гриша осторожно двигался среди мелких рыбёшек, разбегающихся от него. Он запоминал маршрут, чтобы потом найти выход назад, и проклинал себя за то, что потащил Элю на рэк-дайвинг. Но Смоленскому даже в страшном сне не могло присниться, что девушка отколет такой номер.

Григорий осмотрел ту часть судна, куда проникал свет, справедливо полагая, что вряд ли Элина заплыла бы дальше. Однако поиски не увенчались успехом. Запас воздуха приближался к критической отметке. То, что переживал Смоленский в данную минуту, не подлежало никакому описанию. Гремучая смесь ужасных эмоций, состоящая из отчаяния, беспомощности, безысходности от осознания, что Элю не удастся спасти. Ведь пока он будет подниматься на поверхность, а потом за девушкой нырнёт спасатель, у неё закончится воздух.

Элина сидела на катере и приходила в себя от потрясения. Из западни, в которую она угодила, её спас один из тех дайверов, что сразу отправились внутрь корабля.

Первые несколько минут всё шло хорошо. Девушка с любопытством осматривала диковинный интерьер затонувшего судна. Ей казалось, что она находится в сказке про Русалочку. Однако вскоре из-за поднявшейся мути и ила Эля стала плохо видеть, а потом совсем потерялась в пространстве. Прямо из темноты на неё вылетела рыбина со зловещим оскалом. Элина шарахнулась в сторону и ударилась о выступ корабля кислородным баллоном. Девушка попыталась двигаться на ощупь, но поняла, что при ударе зацепилась шлангами за какую-то железяку.

В панике Эля начала дёргаться, однако вырваться из плена ей не удалось. Она с ужасом осознала, что воздух слишком быстро уменьшается. Девушка принялась стучать по покрытой наростами и полипами трубе. К счастью, мужчины, с которыми Элина и Смоленский приехали на дайвинг, услышали её. Один из них пришёл на выручку. У Эли был повреждён шлаг подачи воздуха. Из него травило так, что на поверхность девушка поднималась, попеременно дыша через регулятор с дайвером, нашедшим её.

Когда Элина увидела Гришу, она в слезах кинулась к нему на шею. Смоленский холодно посмотрел на девушку и убрал её руки от себя.

Григорий долго о чём-то разговаривал с дайверами, извинялся, а Эля стояла в сторонке. Никто из мужчин больше не обращал внимания на провинившуюся исследовательницу морских глубин.

До самой гостиницы Смоленский так и не сказал Элине ни слова. Она не знала, как к нему подступиться, как оправдаться. В бунгало девушка подошла к Грише и тихо произнесла:

– Прости меня.

Мужчина молча вышел на террасу.

– Гриш, давай поговорим. Пожалуйста! – просила Эля. – Я знаю, что поступила неправильно, но я…

– Ты – безответственная, инфантильная эгоистка. Твой поступок говорит красноречивее любых слов. Но я рад, что ты осталась жива.

– Гриш, ну зачем ты так? – глаза девушки увлажнились от слёз. – Если бы я знала, что всё так обернётся, я бы никогда…

– Эль, оставь этот детский лепет. Ты хоть понимаешь, что из-за прихоти подвергла себя и других людей смертельной опасности? Догадываешься, что я пережил, когда не нашёл тебя сначала около, а потом внутри корабля? Ты думаешь, меры безопасности и мои предостережения – это всё сме*уёчки? Если я сказал: «Не лезем внутрь рэка», значит, не лезем! – Гриша перешёл на повышенный тон.

– Хорошо. Впредь я всегда буду тебя слушаться,– смиренно прошептала Элина.

– Впредь, Эля, ты не будешь больше со мной заниматься дайвингом. Никогда. Мне трупы не нужны.

Смоленский ушёл из бунгало, а Эля, рыдая, понеслась на берег океана. Она долго сидела на песке, наблюдая, как оранжевое солнце утопает в похожей на расплавленное золото воде, оставляя на небе малиновые всполохи. Слезы катились по щекам девушки. Последний вечер на Занзибаре должен был стать волшебным и романтичным. А превратился в горькое одиночество. Элина понимала, что совершила ошибку, но жёсткость Гриши до глубины души задела девушку.

Когда совсем стемнело, она вернулась в бунгало. Смоленский лежал в кровати. Эля разделась и юркнула под простыню. Уловила тонкий запах виски от Гриши. Решив, что он снял стресс алкоголем и больше не сердится на неё, Элина обняла любимого мужчину. Он не отстранился, но и не обнял в ответ. Просто смотрел в потолок.

– Гриш, а ты сам никогда не ошибался? – спросила Эля.

– Я никогда из-за глупости не подвергал опасности других людей, – спокойно ответил он.

– И ты не простишь меня? – девушка уткнулась лицом в плечо Смоленского.

– Помнишь, мы разговаривали с тобой о доверии? Я просил доверять мне, будучи уверенным, что могу доверять тебе. Я считал тебя взрослой, сознательной женщиной. А получается, ты – ребёнок. И я понимаю, тебе снесло крышу от новых впечатлений, эмоций. Но взрослые люди тем и отличаются от детей, что умеют контролировать себя. Умеют вовремя остановиться. Но ты этому не научилась. Так вот после сегодняшней выходки, я больше не могу тебе доверять. К сожалению.

Элина отвернулась от Гриши и тихонько заплакала. Это была первая ночь, когда они не занимались любовью.