Глава 22. Девятый вал дел

– Все они такие! – превентивно убеждал себя Свечников, когда у него выдавалась хоть какая-то свободная минутка. Почему-то, как только мозг переставал обрабатывать массу информации по работе, моментально вспоминалась Ирина Вяземская. Вспоминалась и вызывала… смешанные чувства. С одной стороны – радостное предвкушение встречи, желание блеснуть, поразить, обаять, в конце-то концов, а с другой – подозрительный прищур обожжённой осторожности и вызванную этим присказку про «всеонитакие». Помогала эта присказка слабовато – Ирина точно была какая-то иная – с подобными он не встречался. Она реагировала на него исключительно ровно, доброжелательно, но очень спокойно. Не кокетничала, не пыталась как-то понравиться, даже неосознанно. При всём этом не создавалось ощущения, что он неприятен или что его общество противно. Он приходил в какую-то очень уравновешенную систему координат, где и без него было хорошо, но и он не мешал. Николай Миронов попросил предварительно показывать наброски непосредственно Ирине, а уж если ей понравится, то тогда уже ему. Это было странно – серьёзный, собранный и явно небезразличный к делу Николай никак не походил на человека, которому не очень интересен такой важный вопрос, как внешний вид продаваемого продукта. Ну откуда было знать Александру Александровичу, что на это решение повлияли два человека – Хантеров, к которому Николай обратился с вопросом, проверял ли он Свечникова, и Евгений Миронов. Хак честно ответил, что проверял, на его взгляд, работать можно, а от себя добавил, что они и так со Свечниковым знакомы «через рукопожатие»: – Хотя в вашем случае, скорее, через «чур меня, чур»! – усмехнулся Кирилл Харитонович. – И что это значит? – удивился Николай. – Он есть в том самом досье, которое я собирал для вашей матушки, когда она узнала, что на вас точит когти некая охотница за эмоциями… Обозначен он там в виде жертвы. – Калязинова? – изумился Николай. – Да. Он ей попался и сильно обжёгся. Насколько я знаю, покуражилась над ним Софья на славу. – Грхммм… – сложносочинённый звук содержал одновременно и сочувствие к собрату, и выражение эмоций по отношению к проклятой бабе, о которой Николай и вспоминать не хотел! Надо же было удумать – украсть его собаку, чтобы заманить к себе домой, вроде как его пса нашла. А потом заявиться как ни в чём ни бывало в его офис и угрожать тем, что порвёт одежду и обвинит в непотребстве, так что лучше сдавайся быстро и принимай её условия! В первом случае его спасло предупреждение матери и то самое досье с фотографиями «хищницы» – Николай узнал в очаровательной хозяйке дома охотницу на мужчин с характером – таких, по словам самой Калязиновой, ломать было интереснее. А во втором случае его выручили камеры и охрана, которую приставил всё тот же Хантеров. Правда, приставил по другому поводу, но в ситуации с Софьей охранники пришлись очень кстати. Короче, отношение Николая к Свечникову разом изменилось – из подозрительно-осторожного, как и положено в начале деловых контактов, оно сразу перешло в категорию: «Хороший мужик, а так попался!» На фоне этого намёк младшего брата на то, что Свечников забавно среагировал на Ирину Вяземскую, как раз и вызвал непонятное, но приятное для Александра решение о первоначальном показе упаковок непосредственно создателю ароматических смесей. Именно из-за затейливых хитросплетений выражения «мир тесен» Свечников теперь заезжал к Ирине довольно регулярно. Нет, само собой, можно было и по электронной почте скинуть эскизы, да и в любом мессенджере отправить, но так-то нагляднее – сразу видно, нравится ей или нет. Оправдание было таким себе, шитым белыми нитками, но вот то, что среди дикой загруженности про Ирину не только вспоминалось, но и доезжалось до неё, Свечникова изумляло. – Куда меня несёт? У меня дел выше крыши, Кеша, бедняга, уже машину воспринимает как свою собственную будку, в багажнике – мешок корма, канистра с водой, миски, подстилки… Я сам в квартире появляюсь как сомнамбула с заданным маршрутом: входная дверь – душ – спать – душ – входная дверь. А всё туда же! К Вяземской! Я что? Дурак совсем? И главное-то… ну, что в ней такого? Объяснить, что именно, он не мог даже самому себе – вроде не красавица – глаз не отвести. А смотреть хотелось не отрываясь. Вроде она сама никаких шагов навстречу не делает абсолютно – ровно встречает его, с тем же провожает. А его неизменно тянет обратно. – Да, очень породистое лицо, если всмотреться – глаз не оторвать. Такие женщины с возрастом только краше становятся, очень спокойное и ровное поведение, умница редчайшая, – перечислял сам себе Свечников. Только вот всё вышеперечисленное никак не объясняло его тягу в небольшую, безукоризненно чистую лабораторию, где его встречали ровной вежливой улыбкой, гораздо сердечнее приветствуя Кешу. Хорошо ещё, что у Александра было очень мало свободного времени, кто знает, до чего он бы додумался, если бы у него была такая возможность. А так – ездил и ездил, отложив анализ ситуации на потом. Дела, даже когда их девятый вал, бесконечными не бывают. Заказы по отливке крупномерных конструкций были выполнены со значительным опережением графика, цеха спешно, но очень аккуратно демонтировали, причём трудовой порыв работников Свечникова и восхищал, и заставлял веселиться: – Ну конечно… всем же охота добыть халяву для хозяйства, а потом успеть свою долю законно демонтированного и отколупанного пристроить на дачах и в деревнях до холодов. Вот они и спешат. Опять же я честно предупредил, что тот, кто хапнет что-то из нужных на производстве вещей, лишится премии и возможности присутствовать на дальнейшем демонтаже с увозом честно добытого! Тот, кто халатно отнесётся к демонтажу нужного оборудования, получит то же самое, плюс «благодарность» коллег, которые будут простаивать, пока мы станем ремонтировать повреждённое. Вот что значит правильная мотивация сотрудников! Правильная мотивация сработала на совесть. А дальше пришла пора перевозки демонтированного. – У Орлова свои методы, – развлекался Александр Александрович. Ввиду большого заказа, сделанного крупным и надёжным клиентом, владелец логистической компании сам прибыл на погрузку и поразил всех очевидцев. – Во мужик даёт, а! – восхищённо протянул рядом со Свечниковым его главный инженер. – Он же сейчас в запале по стенке промчится! Орёт так, что аж машины назад подают. – Орёл в полёте! – Технология работы, однако! – флегматично отозвался Свечников, успевший привыкнуть к специфике логиста. – Зато они везде доезжают вовремя и в целости и сохранности, несмотря на очень габаритные грузы. У них кто-то гениально разрабатывает маршруты, чтобы фуры везде прошли по размерам и могли развернуться. *** Когда «начинка» цехов прибыла в Питер на новое место жительства, Свечников вообще на какое-то время выпал из жизни – практически жил в цехах. Он был бесконечно благодарен сестре за то, что она его прикрывала в Москве, контролируя повседневные заказы и работу офиса, а ещё за то, что она заставила его купить вторую машину. – Саш, если у тебя проблема с деньгами, давай я свои акции продам! – серьёзно предложила Аня, наглаживая Кенгу одной рукой, а второй отодвигая от неё всё дальше и дальше тарелку с мясом. – Да о чём ты? Всё у меня в порядке с деньгами! – возмутился Свечников. – Тогда бери вторую машину. Или мою возьми! Ты же мечешься между двумя городами, сам за рулём, и вечно привязан к автомобилю. А так – в Питере находишься – у тебя там будет машина, надо тебе в Москву – сел на «Сапсан» и через четыре часа доехал, вышел – сел в московскую машину. Можно же не супер-пупер, а просто надёжную! Саш, ну пожалуйста! А то я с ума схожу от беспокойства! Александр и сам об этом думал, но так… лениво – очень уж было много всего, чтобы ещё о тачке задуматься. А вот после слов Ани вспомнил двух борзых перед машиной и поёжился. Да, ему повезло тогда, да, теперь у него в машине постоянно находится ароматизатор Миронова, но и усталость бывает разная, и ситуации на дорогах всякие… Именно новая «питерская» машина решила проблему с размещением Кеши, пока хозяин метался по территории цехов среди горных хребтов из выгруженного оборудования. – Сан Саныч, пёс такой умник – посмотрел, кто к машине подошёл, хвостом повилял и дальше свернулся на сидении – спать устроился, – то и дело докладывали ему работники. – Прости, дружище! Опять я тебя почти на целый день оставил, – извинялся вечером Свечников, выгуливая пса. – Ничего, уже немного осталось! Хорошо ещё с питанием вопрос решился – эти самые Купчиновы просто редкие молодцы – не только в ресторане всё потрясающе вкусно, так ещё и доставку организовали. Сейчас мы с тобой курьера примем, поужинаем и спать! А то когда мне сейчас готовить или куда-то ходить? В Москву в тот период он и не ездил – не до того было, а вот сестра развлекалась по полной схеме! – Саш, я тебе видео скинула. Оно в ускоренном режиме. Посмотри, не пожалеешь! – брякнуло сообщение в один из темноватых вечеров, которыми славится Питер. Он посмотрел… А потом не смог сдержать смеха – ускоренное видео напоминало слаженную работу обитателей муравейника. – Ошалеть можно! Вот народ у нас дивный! Дорвались и всё подчистую сносят! Сказано, оставляем только стены – они до стен и разобрали! Кто знает, зачем им сдался утеплитель, но они и его от стен оторвали вместе с сеткой… На следующий день охрана прислала ему отчёты о проделанной работе. Для сравнения были приложены исходные фото: – Всё как там было, так мы и оставили! Я даже попросил мужиков разобрать водосточные люки, которые мы семь лет назад делали – их не было, когда вы получили цеха! – обстоятельно поведал Свечникову его начальник охраны. – Замечательно! Вызывайте оценщика для заключения по состоянию помещений и сравнению с первоначальным уровнем! – скомандовал Свечников. – А я приеду и сдам всё арендодателю. Пока сдачи не было, пост охраны не снимать. Александр приехал в Москву на «Сапсане», Аня встретила его на его же машине, повисла на шее, потом перешла к Кеше, начёсывая ему за ушами и наглаживая бока, которые пёс активно подставлял. – Там на меня жалоб скопилось приличное количество, – серьёзно доложила она. – Очень любопытное чтение, иногда прямо жемчужины эпистолярного жанра попадаются! – Народ ещё не просёк, что техслужба алгоритма – это моя сестра? – усмехнулся Александр, который специально не стал пока оформлять Аню через отдел кадров, просто сказал, что появился специалист-айтишник, который разработал для компании алгоритм по обмену и анализу деловой информации и документооборота. – Нет пока… но жалуются активно. Что меня удивляет, что те, кто работает на совесть, могут написать корректнейшее письмо о каком-то сбое, который я тут же правлю, а те, кто больше по курилкам слоняется и работает спустя рукава – те прямо не письма, а «Войну и мир» глобалят! – Так правильно – запал есть, а на работу его тратить неохота. А тут какой-то алгоритм, который их носом тычет в то, что ими недоделано, нет отчёта, нет запроса на нужную покупку, и нет, это не этот сосед виноват, и не тот, а конкретно ты. Разумеется, сразу столько возмущения просыпается. – А знаешь, кто больше всего жалуется? Юрист твой любимый. Тот самый, который с договором чуть не напортачил. Ты же его оставил с условием, что он приведёт дела в порядок, а он так и не мумукнул! Нет, поначалу прямо включился в работу, аж что-то делать начал, а сейчас всё по-старому. На запросы коллег по пунктам договоров отвечает спустя рукава, таблицы, которые ты велел ему заполнить по спецификациям в договорах, так и не сделал. – Ну, значит, мы с ним расстаёмся. Я уже его предупреждал с вынесением выговора, сейчас сделаем перечень тех поручений, которые им не выполнены, – это будет достаточным основанием для трудовой инспекции, если он начнёт жаловаться, а он, скорее всего, начнёт! Как выяснилось, гниловатый человек. Свечникову отчаянно не хотелось заниматься ещё и этим, но куда деваться? Юрист, который не в состоянии нормально работать, может такую пакость устроить, что мало не покажется! Разумеется, юрист отчаянно возмущался, клял врагов, спрятавшихся в завалах документов и раз за разом коварно срывающих его планы поработать на славу. Потом, когда ему предъявили его огрехи, взвыл, что это всё равно не основание для увольнения, он так этого не оставит, вызовет трудовую инспекцию, а уж она-то тут всем устроит. Свечников посмеивался про себя, радуясь, что не уволил паразита с ходу, а по совету Матильды Романовны подсобрал доказательства его несоответствия занимаемой должности. Доказательства были предъявлены, рот, вопящий что-то возмущённое, закрылся, а в глазах появилось некое осознание провала… – Короче, или идёшь и позоришься, или идёшь искать новую работу. Пакости делать не выйдет. Но если попробуешь, это я тебя ославлю! – пригрозил Свечников, а после того, как рассерженный бездельник подписал заявление об увольнении, набрал номер телефона отца. – Добрый день! Хотел тебе сказать, что цеха свободны. Ты можешь завтра приехать и подписать акт приёма-передачи? Я со своей стороны подписал, тебя встретит мой представитель и передаст акт. – Ну, наконец-то! – процедил отец. – Я уж думал, будешь тянуть все шесть месяцев только чтобы мне досадить! Я приеду к трём! – Хорошо, на проходной тебя будут ждать. Сначала Александр хотел сам передать акты и присутствовать при осмотре Свечниковым-старшим цехов, но Матильда Романовна его отговорила: – Александр Александрович, послушайте доброго совета – не надо оно вам. Видеосъёмка на случай, если ваш отец откажется подписывать документы, там и так вестись будет, так что вы всё увидите и ничего не пропустите, а получить в лицо взрыв лишних эмоций… Зачем вам это нужно? У вас и так хватает, чем заниматься. А вот я с удовольствием займусь этим делом, – очень доброжелательно усмехнулась Звонникова, а Александру померещилось клацанье здоровенного стального капкана, сомкнувшегося на планах его родителя. Вечером Александр, отключивший по совету адвоката смартфон и разбиравший вал «жалельных писем» на «проклятый алгоритм и айтишника», получил видеоотчёт от Матильды Романовны. К счастью, получил он его уже когда доехал домой… – Восторг просто! И особенно то, что я в этом участия не принимал! – радовался Свечников. – О! А это что? Неужели же наш великий стартапер прибыл вместе с отцом, чтобы полюбоваться на свои будущие помещения для «нормального бизнеса»? Ёлки-палки… я это сохраню для пересмотра! Это ж просто наслаждение какое-то! Так, а какой там у него бизнес накрылся? Ах, тематический кафе-бар? Ух ты ж крутой бизнесмен! И как я мог, как мог лишить родной город такого чудесного места? – уточнил он у себя, глядя, как «крутой бизнесмен-бармен» хватается за голову. А потом радостно сам себе ответил: – C наслаждением! Правда, эмоции другой стороны были немного иными… Свечников-старший прекрасно знал, как ухоженно и цивильно выглядят цеха сына. Знал это и брат его супруги. Так что оба ехали, представляя себе одну и ту же картинку. И каково же было их изумление, когда они узрели… узрели… ЭТО.