Глава 22

Пробуждение даётся нелегко.

Отяжелевшие веки получается открыть не сразу. Голова кружится. Хочется спать. И ещё мне отчего-то трудно дышать.

Широко распахнув глаза, растерянно моргаю.

Не понимаю, где нахожусь.

Полумрак. Шторы плотно задёрнуты. Обстановка совершенно незнакомая. Спасибо хоть личность того, кто рядом, хорошо известна. Эти кудряшки мне не перепутать ни с чем.

Хантер спит.

Его тело прижимается к моему. Руки крепко обнимают. Размеренное, ровное дыхание щекочет правое ухо.

И всё-таки где мы?

Усердно напрягаю память. Пытаюсь восстановить ускользающую хронологию событий.

День рождения. Гости. Подарки. Вечеринка с друзьями.

Выходка Итана. Наша с ним ссора.

Моя комната. Хантер на крыше, с цветами. Машина Дженнифер.

Теплоход «Эйфория». Коктейли с интригующими названиями. Дискотека.

Пирс Санта-Моника. Парк развлечений. Колесо. Плюшевый заяц. Ужин при свечах. Фейерверк.

Лос Анджелес. Клуб Сансет Стрип. Танцпол.

Дальше цепь обрывается. Вспомнить, что было после, никак не выходит.

Осматриваюсь, приподняв голову.

Судя по тому, что вижу, мы в номере какого-то отеля.

Как мы тут оказались вообще? Почему спим вместе на одной кровати?

Приподнимаю одеяло.

Опускаю взгляд вниз и в ужасе замираю.

Сердце пропускает удар.

Я, чёрт возьми, раздета! Как так???

Спасибо хоть бельё на месте и спасибо, что Брукс в одежде. Иначе подумала бы, что мы…

Стоп.

Где-то в области желудка зарождается страшное чувство тревоги, которое несколько секунд спустя сменяется самой настоящей паникой.

Сколько сейчас времени? Утро? День? На улице вроде как достаточно светло. Родители наверняка ищут меня. Волнуются. Переживают.

Нужно… Что-то делать! Позвонить хотя бы Фэйт.

Предпринимаю осторожную попытку выбраться из тесных объятий, но Брукс явно против. Обнимает меня ещё крепче. Утыкается носом в шею. Бормочет что-то бессвязное, разгоняя по телу мурашки.

— Мне нужно встать.

Упираюсь ладонью в плечо.

— Брукс…

Парень недовольно мычит, по-прежнему не желая выпускать меня из плена своих рук.

— Хантер, ну чёрт возьми! — спросонья хриплю не своим голосом. — Мне надо позвонить домой, слышишь?

Активнее копошусь, чтобы получить необходимую свободу, однако снова встречаю сопротивление с его стороны.

— Эй!

Предпринимаю очередную попытку как-то отодвинуться. Перекатываюсь на спину. Однако и тут парень ловит меня, моментально среагировав. Притягивает ещё ближе к себе.

— Проснись.

— Мм?

— Проснись, пожалуйста.

Он снова пристраивается сбоку.

Сопит прямо в ухо. Глубоко вдыхает запах моих волос. Ещё и ногу на меня закидывает, хотя мне итак очень тяжело и тесно.

— Нужно вставать, мы…

Замерев, захлопываю рот. Потому что неожиданно его горячие губы спускаются от уха чуть ниже, к моей шее, и прижимаются в том месте, где отчаянно пульсирует от волнения венка.

Эти губы целуют. Осторожно. Медленно. Настолько мягко и нежно, что я непроизвольно прикрываю трепещущие веки.

Мне бы оттолкнуть его, но я просто не могу… Это так приятно! Пугает и вместе с тем будоражит одновременно.

Жаль только, что эта нечаянная нежность длится совсем недолго. Уже в следующий момент я чувствую, как сменяется характер его поцелуев.

— Хантер, — тихо шепчу, вздрагивая всем телом.

Ощущаю требовательное прикосновение языка и тело бросает в дрожь.

Оцепенев, перестаю дышать и никак не успеваю среагировать, когда он вдруг страстно прихватывает тонкую кожу губами.

Порывисто выдыхаю, распахнув от изумления глаза.

Где-то здесь ситуация становится ещё хуже. Он ведь одним движением окончательно опрокидывает меня на спину и бесцеремонно заваливается сверху.

— Брукс, ты…

Ещё один настойчивый поцелуй напрочь выбивает все мысли из моей головы.

Он прикусывает зубами кожу до приятной боли. Зализывает пострадавшее место, горячо лаская, и я словно жертва подставляюсь, открывая полный доступ к этой территории. Сдаюсь, чёрт возьми…

В ответ он упирается возбуждённым пахом в моё бедро, в связи с чем на меня обрушивается целый ворох эмоций от жгучего смущения до трепета, бабочками порхающего в животе.

— Проснись! — ощутимо толкаю его в плечо, испугавшись собственной реакции на происходящее. — Хантер!

Он лишь настойчивее и активнее целует мою шею.

— Брукс…

Его правая ладонь спускается на ягодицу и сжимает её.

Не хотела ведь лупить, но придётся, чтобы не распускал руки!

Собираюсь с мыслями. Засадив как следует ему кулаком по рёбрам, наконец добиваюсь того, что приходит в себя.

Матерится.

Отрывается от моей шеи. Закашляв, растерянно и часто моргает.

Дышим оба так, словно десять километров пробежали.

Пристально глазеем друг на друга в полутьме, всё ещё отчётливо ощущая захватившее обоих возбуждение.

— Скай? — соображает заторможенно и во взгляде проскальзывает страх. Из-за того, что под ним действительно я.

— Кого-то другого ожидал здесь увидеть? — интересуюсь сердито. — Слезь с меня, — требую, отчаянно заливаясь краской всепоглощающего стыда.

Он тут же беспрекословно исполняет мою просьбу, а я, пользуясь моментом, подбираюсь к краю кровати, прихватив с собой тонкое одеяло.

— Где мы? — перевожу тему, ибо совсем не готова сейчас обсуждать случившееся.

— В отеле, — отзывается мрачно, пока я накидываю одеяло на себя.

— Почему мы не дома? К утру я должна была быть там. Отец меня убьёт, — сокрушаясь, встаю и отправляюсь на поиски телефона.

— Не убьёт.

— Ты сейчас серьёзно? — переступаю через зайца, отдыхающего на полу.

— Я отпросил Тебя у Картера на воскресенье.

Поворачиваюсь. Выгибаю в удивлении бровь.

— Давно?

— Давно, — кивает.

— Но не с ночи ведь!

Сдаётся мне, это вот прям вряд ли.

— Не с ночи, но не переживай. Фэйт должна была сказать, что мы уехали в Лос-Анджелес рано утром.

— Как тут не переживать? — раздражаюсь, листая непрочитанные сообщения.

В принципе, там ничего страшного нет. Извинения от Итана. Просьба Фэйт написать, когда буду ехать обратно.

— Почему я без платья? — спрашиваю озадаченно. — Сама разделась?

— Нет. Ты была слишком пьяна для этого.

Он раздевал меня сам. Боже!

— Ладно, я в душ.

Мне не нужны постыдные подробности, поэтому я спешу ретироваться из комнаты.

— Сразу направо, — подсказывает парень.

Молча иду в указанном направлении. Захожу в ванную. Сбрасываю с себя халат и подхожу к зеркалу, чтобы оценить свой внешний вид.

Поразительно, но макияж всё ещё выглядит вполне себе достойно, однако, честно сказать, я всё равно испытываю потребность в том, чтобы умыться.

Пора уже Золушке выйти из образа принцессы. Итак долго продержалась. Можно сказать, установила свой личный рекорд.

Рассматриваю себя детально и взгляд спотыкается о широкую линию защитного пластыря, приклеенного прямо на ту область, где находится сердце.

— Брукс! — зову его громко, разволновавшись пуще прежнего.

Пока идёт, в голове всплывают новые подробности.

Я вдруг обрывками вспоминаю ночной бульвар Сансет и чёртов тату-салон.

— Звала? — Брукс появляется очень быстро. — Чё такое? Душ настроить не можешь?

Подлетаю к нему и отодвигаю в сторону расстёгнутую рубашку.

На покрытом мышцами торсе тоже самое. Значит всё-таки оба сделали. Осталось выяснить, насколько всё плохо…

Набираю в грудь побольше воздуха.

— Мы набили тату? — выпаливаю, всё ещё пребывая в шоке.

— Набили, по ходу, — получаю подтверждение.

Прекрасно…

Выдерживаю некоторую паузу и, сглотнув шершавый ком в горле, всё-таки, интересуюсь:

— И что там?

*********

Половина четвёртого дня. Пальмы, буквы, плитка, звёзды и мы, решившие пройтись пешком по одной из самых узнаваемых улиц мира.

Вообще, если честно, местные не особо любят эти кварталы. Во-первых, тут всегда очень много бездомных. Во-вторых, из-за приезжих здесь по-настоящему шумно и многолюдно, а значит велик риск быстро устать и утомиться.

На Аллее Славы я была о-о-очень давно. Поэтому когда Брукс предложил отправиться сюда, я поддержала эту идею. Хотелось глянуть, что изменилось. Интереса ради…

История Голливудской Аллеи Славы началась в далеком пятьдесят восьмом году. С тех пор минуло немало лет и за это время она расширилась до невероятных размеров и занимает по площади аж восемнадцать кварталов!

Почти три тысячи звёзд под ногами. Миллионы туристов ежегодно. Снующие вдоль улиц двойники знаменитостей и пёстрые витрины магазинов, которые так и манят покупателей. Всё это — она.

Замысел создания Аллеи принадлежит некоему Э. М. Стюарту, бывшему президенту Голливудской торговой палаты.

Согласно информации, находящейся в открытом доступе, он возжелал «увековечить славу людей, имена которых волнуют весь мир». Вроде как, именно Стюарт в пятидесятых придумал концепцию того, как всё это должно выглядеть.

Торговая палата выбрала имена полутора тысяч счастливчиков, внёсших определённый вклад в развитие мирового шоу-бизнеса, и вуаля — вскоре их звёзды стали украшением Аллеи.

А знаете ли вы, что помимо имени селебрити звёзды содержат внутри одну из пяти эмблем: телевизор, камеру, фонограф, радио-микрофон и маски. Каждая из перечисленных эмблем обозначает, к какой области индустрии развлечений принадлежит её обладатель.

Кстати, если вы хотите найти какую-то конкретную звезду любимой знаменитости, очень советую сразу воспользоваться путеводителем, в котором перечислены все звёзды и указаны адреса зданий, напротив которых они расположены. Так вы точно значительно сократите время поиска…

Любопытно, что памятные звёзды есть не только у людей, но и у животных, а также различных кино и мультперсонажей. При желании вы сможете отыскать звезду Микки Мауса (он был самым первым из мультгероев), Багза Банни, дятла Вуди, Годзиллы и семейки Симпсонов.

Встречаются на Аллее Славы и неожиданные звёзды. Вот под моими ногами одна из них, принадлежащая известному боксёру Мухаммеду Али. Его бои всегда были похожи на театральные представления. Поэтому совсем неудивительно, что он был удостоен звезды.

К слову, она единственная, вертикально установленная, закреплённая в стене по религиозным соображениям.

Как вы уже поняли, чтобы получить здесь гравюру, вовсе необязательно быть актёром.

Примеры. Звезду за вклад в индустрию косметики и грима, получил Макс Фактор, основавший одноимённую компанию. Дональд Трамп, один из самых скандально известных президентов США. Томас Эдисон, создатель функционального кинопроектора. Или вот, писатель, Рэй Брэдбэри, выдающийся фантаст, на основе книг которого было снято множество фильмов и сериалов. Писателей тут, между прочим, всего двое. Имя второго — Сидни Шелдон.

Есть на асфальте и звезда, точнее круглая луна, экипажа космического корабля «Аполлон-11». Экипаж получил её за вклад в развитие телевидения, ведь за высадкой на Луну наблюдали десятки миллионов зрителей с шести континентов.

Если рассказывать про сами звёзды, вмонтированные в плитку, то они пятиконечные: кораллово-розового цвета, обрамлённые латунью.

Выдвинутый на присуждение памятной звезды претендент, внёсший значительный вклад в развитие сферы, к которой принадлежит, должен обязательно дать согласие на рассмотрение своей кандидатуры. Исключение — посмертные звёзды.

Голливудская торговая палата каждое лето выбирает из большого числа кандидатов всего порядка двадцати имён. И да, попавшие в этот список, должны внести взнос в размере пятидесяти тысяч долларов. Оплачивают они этот взнос либо самостоятельно, либо посредством спонсоров. То есть, как понимаете, благотворительностью здесь и не пахнет.

— Внимание! Фотографию! — делаю пару снимков на свой телефон. — Спасибо. По-моему отлично получилось!

— На радость, милая!

Брукс в компании двойника Мэрилин Монро. Прикольная фотка.

Это я уговорила его с ней попозировать. Уж больно похожа оказалась.

Поднимаю взгляд от экрана смартфона и наблюдаю следующую картину: Хантер пытается отдать девушке деньги, однако она, улыбнувшись, чмокает его в щёку и убегает к другим туристам, напоследок бросив «До встречи красавчик!».

— Не взяла, прикинь?

— Идём уже есть, — закатываю глаза.

Всё как всегда.

— А как же снимок с Человеком-пауком? — ржёт, указывая на какого-то тощего парня, обтянутого узнаваемым костюмом. — Это же твой любимый герой комиксов, — подстёбывает.

— Почему бы и нет? Можно вон с тем, — обращаю его внимание на высокого подкачанного конкурента, трущегося поблизости. — Но только если он повиснет вниз головой, чтобы поцеловать меня, как в той киношной сцене с Мэри-Джейн.

— Обалдела? Ни хрена, — улыбка моментально сходит с его лица.

Цепляет меня за руку, отрицательно качая головой.

— Ну раз нет, то пошли, — смеюсь в ответ.

Не успеваем дойти до светофора, как два паучка, принадлежащих к разным весовым категориям, уже набрасываются друг на друга и устраивают драку за раздел территории.

Обычная для этих мест история…

Пока направляемся в интересующую нас тематическую кафешку, встречаем матерящегося, на ходу раздевающегося Халка, ещё двух Мэрилин, трёх Микки, одного Дарта Вейдера и Майкла Джексона, коряво изображающего лунную походку.

Спустя полчаса то ли пообедав, то ли отужинав, в битком набитом людьми кафе, отправляемся дальше по неизвестному мне маршруту.

— Понравилась официантка? — не могу не спросить, когда покидаем заведение.

— С чего ты взяла?

Да она просто не могла ему не понравиться!

Длинноногая худышка с пышной грудью и соблазнительно пухлыми губами, буквально излучала сексуальную энергию, направленную на него.

— Просто подумала, вдруг я помешала тебе с ней познакомиться, — пожимаю плечом.

— Ты дурная? — закидывает на меня руку, обнимая. — Мне никто на хер не нужен, когда я с тобой. Всегда так было, ты же знаешь.

Пробираемся сквозь толпу зрителей, наблюдающих выступление двойника Леди Гаги, и я прокручиваю в голове слова, сказанные Хантером.

Действительно ли я была особенной для Него? Также ли относится он ко мне сейчас?

Ещё и про нашу парную татуировку постоянно думаю.

Ударяющиеся друг о друга боксёрские перчатки — это ладно, но надпись, которую мы набили, не сговариваясь… Вот это удивительно, конечно. Ведь вариантами намеренно не обменивались. Просто проговорили, что фраза должна быть как-то связана с нами обоими.

Притормаживаю.

— Обсерватория Гриффита? — смотрю на указатель.

— Да, Скай-Зай, — утвердительно кивает Хантер, — нам туда.