Глава 11

Нэйлз снова застонал – мой вывод парню совершенно не понравился.

– Ты не понимаешь, Алексия. Сам по себе Смотритель – блестящее изобретение, и изначально это была шутка Эрона. Но дед всё-таки перегнул.

Пауза, и продолжение:

– А главное, что отключить это чудовище в ближайшее время не получится. Дрэйк сказал, что кое-кто, не будем показывать пальцем, сломал рычаг.

– Слушай, а зачем механические рычаги в магии? – попыталась сменить тему я.

– Затем, – рявкнул Нэйлз. – Смотритель – это гибрид. По-твоему магия – это только заклинания плести?

Я пожала плечами.

– Если личность активатора откроется, – продолжил Нэйлз, – тебя возненавидят оба магических факультета.

– Мм-м… А почему только магические?

– Потому что обычные факультеты Смотрителю не интересны. Эрон радел за магов, над ними и издевался.

Вот чуялось мне, что не надо этого Смотрителя включать. Но что теперь?

Я могла объяснить рыжему, что меня заставили. Могла свалить всё на дедушку или наоборот – задрать подбородок и объявить, что мы команда, поэтому свято блюдём интересы друг друга. Но я не стала.

– Во времена студенчества Дрэйк страдал от этого Смотрителя больше всех. Поэтому он сейчас, мягко говоря, не рад.

Дрэйк. Я нахмурилась и уточнила:

– Твой дядя сейчас в академии?

– Да, – буркнул Нэйлз, возвращаясь к еде. – Пытается сделать что-то с рычагом и сильно ругается. Сегодня утром троим студентам едва не пришлось вызывать лекарей, так перепугались. Да и господин Мирнок – ваш, кстати, преподаватель! – чуть не грохнулся в обморок.

– Чуть не считается, – не удержалась от тихого комментария я.

А сама подумала – м-да, дела… Только этой проблемы нам и не хватало. Ведь действительно дурь! Но Эрон был гением, а гении всегда странные. Нравится ему, чтоб нерадивых студентов преследовала чёрная фигура? Что ж, пусть.

Я отодвинула опустевшую тарелку и попросила у Зиры чай. Пока кухарка возилась, я сгрызла несколько ломтиков сладкого перца и пару помидоров.

Наш рацион за последнее время сильно улучшился, что радовало, но это было именно начало. Хочу по-настоящему хорошую кухню с хорошим меню и отдельную столовую. Хочу полноценный, максимально комфортный дом.

– То есть мы сегодня учились? – вспомнив кое-что, уточнила я.

Жующий Нэйлз кивнул, а я задала новый осторожный вопрос:

– А как на возвращение Смотрителя отреагировал Таргон?

Я рассчитывала на ответ из разряда: “Как-как? Яростью!” Но что-то пошло не так. Парень перестал жевать, покосился на меня и не ответил.

А в следующую секунду дверь кухни распахнулась, и на пороге возник бледный Хайс с сообщением:

– Леди, Алексия, прошу прощения, но пришёл лорд Дрэйк. Я его, разумеется, впустил, но… лорд самовольно направился в вашу спальню. Я не смог его остановить. Чуть раньше, особняк рода Рэйдс, спальня леди Алексии

Арти пронаблюдал, как Алексия в компании Виргила покинула спальню и выразительно поморщился. Он уже пожалел о своей выходке, но отмотать время назад не мог даже самый ценный, самый могущественный артефакт.

Несколько секунд Арти просто стоял, а потом развернулся и, подойдя к окну, распахнул видавшие виды створки. Дерево рамы частично растрескалось и требовало покраски. Как, впрочем, практически каждый элемент этого некогда величественного особняка.

Парень подался вперёд и вдохнул свежий, пропитанный солнечными лучами воздух. Сам воздух ему, конечно, не требовался – он вообще не дышал.

Но когда общаешься с людьми, когда находишься в теснейшей симбиотической связи, волей-неволей начинаешь подражать их привычкам. Когда подражаешь, то наладить контакт проще. Легче сойти за своего.

Подчиняясь этому самому подражанию, Арти высунулся в окно и вдохнул снова. Ему нравился этот город. В его прошлое пробуждение это место было довольно унылым, и на звание столицы целой империи уж точно не тянуло.

Сейчас всё изменилось. Красивые дома, острые крыши, башни и шпили. Мощёные улицы, важные прохожие, многочисленные, снующие туда-сюда, коляски. А ещё – дворец правящих, главный храм, академия. Да много всего!

Арти полюбовался сколько мог и, с сожалением, закрыл створки. Отошёл от окна и снова нахмурился – вот угораздило его выбрать в хозяйки девчонку. Да ещё какую! Из ныне живущих, здравомыслящих, никого не нашёл?

Нет, ему понадобилась эта душа… Почувствовал в ней, видите ли, нечто особенное. А теперь? Не сказать, что жизнь превратилась в сплошные мучения, но, как говорилось в древнем анекдоте из прошлого воплощения Алексии, есть нюанс.

Алексия была другой – забавной, деятельной, сильной, но не всегда понятной.

Почему не выбрал того же Дрэйка? Ведь, как ни посмотри, великолепный экземпляр.

Взрослый, здравомыслящий, маг. Ровно такой, какие и становились всегда владельцами ключевого артефакта. А ещё мужчина без лишних завихрений – а ведь особенности эмоционального реагирования и характера тоже имеют значение. Это отдельный, если так можно выразиться, пласт.

Находиться в тугой связке с разумом и телом, при этом полностью игнорировать особенности личности, нельзя. Так или иначе что-нибудь да впитаешь.

Впрочем, если объективно, именно из-за этого «иного восприятия реальности» Арти и решился на подобную авантюру. Ему было интересно – а кто они, женщины? Каково это – быть в слиянии с одной из них?

Все прошлые пробуждения он выбирал мужчин. А сливаясь с разумом и впитывая воспоминания, сильно удивлялся многообразию женских образов и межличностых отношений.

Для одних женщина была богиней, для других – злодейкой и источником боли. Кто-то жил в убеждённости, что все женщины крайне коварны, а кто-то считал их бракованным звеном эволюции – глупышками, которые способны лишь согревать постель.

Противоречий было слишком много. А ещё было очень интересно изучить ту, иную точку зрения. Что сами женщины обо всём этом думают? Каким они видят этот подлежащий спасению мир?

Ну и вот. Выбрал.

Кира. Кирочка Николаевна. Алексия.

Здесь, в этой реальности, Арти действительно никого подходящего не нашёл, а там, куда его в итоге занесло, душа будущей Алексии привлекла внимание сразу. Прежде всего тем, что мир, где предстояло воплотиться, был ей уже знаком.

Сама Алексия – ну или Кира, кому как удобнее, – помнить о таком не могла, но каждое воплощение неизбежно оставляет отпечаток. Когда-то давно эта беспокойная девушка была отличным магом. Арти полагал, что этот факт влияет на её успехи в магии не меньше, чем специфическое мышление, принесённое из прошлого воплощения. Впрочем, не суть.

С Алексией не всегда легко.

Вот дались ей эти блокировки? Для чего?

А он сам? Слияние с человеком неизбежно накладывает отпечаток, и из всех качеств Алексии он впитал истеричность?

Точнее не впитал. Просто характер хозяина, его эмоциональное состояние тоже влияют. Арти, в силу опыта, умеет отгораживаться и различать, а тут… Короче, поддался.

Но разве он не прав?

Нашла от кого отгораживаться. А эти ощущения? Быть мухой в банке действительно ужас как неприятно.

Нет, ему определённо следовало выбрать другого хозяина – например, Дрэйка. Но теперь поздно.

– Уф… – вслух произнёс Арти и, понимая, что сдаваться просто так, не дожидаясь пока Алексия всё исправит, нельзя, снова уселся на письменный стол.

В это же время между лордом Дрэйком и начальником управления внутренней разведки происходил специфичный разговор.

Майгор вызвал Дрэйка по коммуникатору. Последний находился в академии – после ночных «бесед» с лордом Бертраном, он прихватил пару бойцов и отправился в альма-матер, чтобы лично и очень аккуратно, арестовать Таргона.

В том, что показания Бертрана подтвердятся, а вина ректора будет доказана, Дрэйк не сомневался. При этом уже воображал будущее ликование Эрона. Дед непременно усядется в своё призрачное кресло, важно сомкнёт пальцы и, озаряя мир крокодильей улыбкой, выдаст:

– Ну, я же говорил!

А потом будет плавать по комнате и злорадно сиять, сообщая при каждой удобной и не очень возможности:

– А всё почему? Потому что нужно было слушать деда!

Дрэйк предчувствовал и раздражался. Но это фоновое раздражение не помешало ему провести тихий, незаметный для студентов и преподавателей, арест.

Видя, как в последнее время разворачиваются события, он опять-таки лично, чтобы исключить любые внезапности, сопроводил ректора к месту содержания, а потом вернулся в академию. Поводов было два: первичный осмотр ректорского кабинета и ЧП.

Кто-то активировал Смотрителя.

Впрочем, почему «кто-то»? Ведь очевидно кто!

Дрэйк очень грязно выругался, когда увидал под потолком одного из коридоров чёрную-пречёрную тучу.

Его эта туча тоже заметила и привычно приблизилась, чтобы оценить уровень знаний. Дрэйку очень хотелось запустить в Смотрителя парой боевых заклинаний, но это было бесполезно. Метод борьбы с этой гадостью только один – отключить магико-технический механизм.

Дрэйк поспешил наверх, в кабинет, который некогда принадлежал лорду Эрону, и уже там, вскрыв потайную панель, выругался повторно.

– Ну, Эрон! – злобно процедил он. – Ну, Алексия!

Вопроса как эта недоучка проникла через сложнейшие защиты, у высокого лорда не возникло. Как-то. «Досточтимый предок» подсказал.

Утро окончательно перестало быть томным. Дрэйк разрывался между обыском и попыткой придумать как восстановить рычаг, без которого Смотрителя не отключить.

Студенты магических факультетов ненавидели Смотрителя, постоянно изобретали способы его дезактивации, и поэтому Эрон добавил механику. Это был тот случай, когда фраза «где они учились, он преподавал» имела самый прямой смысл.

– Ну, Эрон. Ну, Алексия… – то и дело повторял Дрэйк.

А потом, ближе к обеду, после того, как кабинет посетил изнывающий от любопытства Нэйлз, коммуникатор высокого лорда ожил.

– Слушаю! – рявкнул Дрэйк, принимая вызов.

– И тебе доброго здоровья, – произнёс Майгор устало. – Дрэйк, тут такое дело…

– Какое?

– Это конфиденциально.

– Я сейчас один!

Дрэйк действительно был один. После откровений Бертрана ему хотелось составить собственное представление – он обязательно запустит в этот кабинет специалистов, но позже. Ну и Смотритель, конечно… посторонние будут только мешать.

– Со мной связались парни, – тут же перешёл к делу Майгор. – Говорят в особняке Рэйдс посторонний. Молодой, неизвестный нам мужчина. В дом он не входил, разве что под очень мощной, незримой даже для моих бойцов, маскировкой.

– Та-ак… – протянул Дрэйк напряжённо.

– Его увидели в окне спальни леди Алексии. На убийцу не похож.

– Та-ак.

– Никаких действий мы пока не предпринимали. Решили проинформировать тебя. Ты что-то прикажешь?

Секунда, и лорда закружил ураган. Он не мог распознать эти чувства, но они ему ой как не нравились.

Дрэйк даже не стал иронизировать на тему того, что спецы Майгора, в кои-то веки, повели себя «нормально» и, вместо столь любимой ими провальной самодеятельности, просто доложили.

– Любовник? – предположил Дрэйк.

– Вероятно.

Короткая пауза, и лорд рявкнул:

– Иду!

В зал, из которого возможна телепортация, он спустился стремительно. Не прошло и пяти минут, как Дрэйк уже стоял перед дверью обшарпанного особняка.

Затем был стук. Он получился сдержанным – таким, чтоб наверняка открыли. На пороге появился Хайс, который тут же впустил своего, в общем-то, работодателя. Всё ещё работодателя – ведь услуги по уборке той самой квартиры никто не отменял.

– Доброго дня, лорд Дрэйк, – учтиво произнёс Хайс. – А…

Дальше лорд не слышал. Благодаря раскрытой двери и приглашению, он миновал защитный контур – единственный барьер, который мог его задержать.

Даже не взглянув на управляющего, Дрэйк устремился к лестнице.

– Лорд Дрэйк, подождите! Леди Алексия не там, она на кухне!

«Да хоть где,» – взревел Дрэйк мысленно.

В следующий миг в голове мелькнуло почти равнодушное:

«Я его убью».

*Алексия*

*

Правильно говорят, что беда не приходит одна. Впрочем, может дело не в приметах, а в том, что удача меня разлюбила?

Сначала Арти с обидами, потом обеспокоенный Виргил. Следом Нэйлз, шипящий как гадюка. А теперь – бдыщ! Вишенка на торте. Дрэйк!

Прежде, чем отставить чай и поспешить вслед за обнаглевшим лордом, я посмотрела на безопасника и спросила:

– Как он пронюхал?

Мужчина нахмурился, не очень-то понимая. Пришлось пояснить:

– Судя по всему, ему кто-то стукнул. В особняке крот.

Вот теперь до Виргила дошло, и…

– Нет. Наши не могли! Я всех проинструктировал и отдельно подчеркнул, что вы не простите утечки. Про это все знают.

– А вы сейчас о чём? – забеспокоился Нэйлз, тоже поднимаясь.

Мы с безопасником переглянулись и не ответили. Я по-прежнему молчаливо обвиняла кого-то из обитателей дома, а Виргил так же молчаливо возражал.

Потом я развернулась и устремилась вперёд – туда, наверх, к собственным покоям. Не бежала, потому что леди, и особенно хозяйкам, бегать не позволительно. Но очень старалась не тормозить!

Я сорвалась только в конце, на последнем лестничном пролёте. Умом понимала, что Арти неуязвим и, вероятно, сразу стал невидимым, но кто этих магов знает?

Может Дрэйк уже врезал по моему другу каким-то особым заклинанием, а самый могущественный артефакт оказался внезапно бессилен? Ведь он сейчас в разделённом состоянии – слишком далеко от своего «кругляша».

От последней мысли у меня похолодела кровь, но картина, которую застала в спальне, была терпимой – Дрэйк просто нависал над Арти, убивая симпатичного перепуганного блондина взглядом.

Я от такого аж споткнулась. Застыла в дверях, чтобы спустя миг едва не упасть – на меня налетел бежавший следом Виргил. А в Виргила, как позже выяснилось, врезался ещё и Нэйлз.

Падения не случилось, но внимание мы привлекли. Дрэйк медленно повернул голову и прищурился, а я выпалила:

– Что ты себе позволяешь?

– Я? – после короткой паузы переспросил лорд.

– Ну не я же! – Ко мне вернулись здравый смысл и бодрость.

Миг, и ворот белоснежной рубашки моего драгоценного союзника оказался стиснут в очень опасном кулаке.

«Прячься!» – выпалила мысленно.

«Я? – отозвался Арти. – Даже не подумаю. – Он заметно трусил, но старался не подавать вида. – Чтобы я и прошёл мимо такого спектакля?»

В эту секунду мне самой захотелось его придушить.

Но возможности не было. Зато были Дрэйк, поддержка в лице Виргила, и Нэйлз – почему-то снова с букетом.

Мой рыжеволосый приятель прихватил цветы с кухни, и именно заметив их я поняла – что-то да будет. Впрочем, может удача всё-таки передумает и повернётся ко мне лицом?

Но пока лицом поворачивался только Дрэйк…

Он окинул очередным взглядом и спросил:

– Алексия, кто этот сопляк?

Прозвучало вроде мягко, но тщедушная, если сравнивать с Дрэйком, тушка Арти приподнялась над полом. Смазливый блондинчик засучил ногами.

– Пожалуйста, отпусти! – взмолилась я.

– А то что?

– А то помрёшь раньше времени самой неестественной смертью! Но не потому что убьют, а потому, что спасать не будут.

И я, наконец, сказала главное:

– Это ключевой артефакт.