Глава 6

— Твою мать! Дока, это что было? — спросил Артём, отходя от увиденного.

— Бой на грани фола, если пользоваться твоей формулировкой, — не громко отозвался искин, и рядом с пилотским ложементом появилась голограмма.

— Это был не бой, это был прорыв пьяного русского спецназовца сквозь строй обкуренных гондурасских пехотинцев, — проворчал Артём, зябко передёрнув плечами. — По-другому, это не назвать. Наши потери?

— А нет потерь, — хмыкнул Дока, злорадно, усмехнувшись. — У роя, семь кораблей развалились, два взорвались, и пять мелких просто исчезли в тех взрывах.

— А наши преследователи куда делись? — уточнил парень.

— Понятия не имею, — рассмеялся искин.

— Не понял?! Ты же отслеживал все их перемещения.

— До тех пор, пока мы не начали долбить всё вокруг из всех орудий. Кстати, должен признать, твоя идея с расположением щитов чешуёй, оказалась очень действенна. За всё время боя нам сумели сбить только четыре щита, у которых сгорели эмиттеры. Техники уже меняют их на новые.

— Тогда, давай подведём итог нашему первому появлению на людях, — вздохнул Артём. — Выступили мы красиво, денег подняли не слабо, а на закуску завели два корабля преследователей в ловушку, из которой сами вырвались практически без потерь. Я что-то упустил?

— Нет. Коротко, точно и ёмко. Всё правильно, — улыбнулся Дока.

— У тебя такой вид, словно ты всё это изначально просчитал и теперь сам собой гордишься.

— Ну, если учесть, что мы вывалились из подпространства прямо перед головным кораблём роя, и прорвавшись сквозь всю походную колонну, сумели снова уйти в гипер, то да, мне есть чем гордиться.

— Да уж, — снова вздохнул Артём, вспоминая произошедшее.

От станции они ушли сразу, как только закрыли сделку. Получив коридор для выхода в прыжок, Дока начал разгонять «Бродягу», когда Артём, с интересом наблюдавший за происходящим на мониторе, спросил:

— Дока, мне мерещится, или за нами какие-то две калоши прутся?

— Ты прав, — проверив его слова, ответил искин. — Они пытаются уравнять свою скорость с нашей, и по выхлопу рассчитав дальность прыжка, последовать за нами.

— Такое возможно?

— Вполне. Это старый способ, который использовали и силовые структуры и пираты.

— И что делать будем?

— Ничего. Сделаем вид, что не заметили их.

— А потом?

— Если атакуют, будем бить морды. Всё, как ты любишь, — усмехнулся Дока.

— Считаешь, они решили отследить, где мы прячем остальной металл?

— Даже не сомневаюсь. Думаю, живыми нам от них не уйти.

— Значит, будем гасить наглухо. Чтобы никто не ушёл, — жёстко отозвался парень.

— Согласен. Приготовься. Скорость достигла порога перехода в подпространство. Включение прыжкового двигателя. Есть переход.

На мониторе, далёкие точки звёзд сменились стремительными росчерками, после чего, экран просто отключился. В гипере, ни связь, ни сканеры не работали. Единственная возможность хоть как-то отслеживать, что происходит вокруг, это контролировать возмущение коридора подпространства. По этим возмущениям опытные навигаторы и могли понять, идёт кто-то параллельным курсом или пересекает его. Вот и Дока, проверив данные с датчиков, презрительно хмыкнул и, покачав головой, сообщил:

— Те двое прыгнули следом. Идут параллельным курсом. Два корабля класса линкор, масса выше нашей почти на четверть. Дальности нашего прыжка им не достичь, если только мы не попытаемся выскочить раньше.

— Ты предлагаешь вываливаться вслепую? — удивился Артём. — Логичнее воспользоваться дальностью и просто сбросить их с хвоста.

— Логично. И они это знают. Похоже, там опытные навигаторы и они уже просчитали примерную точку нашего выхода. Сделаем по-другому.

— Просвети, — с интересом попросил Артём.

— Через стандартный час выходим из гипера и сразу же меняем направление. Снова разгоняемся и делаем ещё один такой же прыжок. Потом снова меняем направление и ещё один рывок. Думаю, после третьего прыжка мы их потеряем.

— Отлично, так и сделай, — одобрил парень.

Но, как говорится, хочешь рассмешить бога, расскажи ему о своих планах. Едва только Дока объявил о подготовке к выходу из гипера и заставил Артёма пристегнуться к ложементу ремнями, как тут же взревела боевая тревога и «Бродяга», окутавшись маревом щитов, оказался нос к носу с идущей навстречу эскадрой инсектоидов. Увидев незнакомые корабли, Артём в один голос с искином заорал:

— К бою! — и хлопнув по кнопке разгона реактора, отвечавшего за энергообеспечение оружия, придвинул к себе консоль управления щитами. База корабельный артиллерист у него была выучена только до третьего ранга, так что, управление орудиями он оставил Доке.

Искин, в доли секунды просчитав возможные варианты развития событий, отдал команду на разгон и повёл корабль прямо в лоб противнику. Инсекты, не ожидавшие такой наглости, и вообще не думавшие воевать, не успели отреагировать на их бросок и тоннельная пушка «Бродяги» выплюнула короткую очередь шаров. Прошив идущий первым корабль почти насквозь, один из шаров достиг реактора и перед путешественниками возник огненный шар.

Щиты выдержали. Артём успел перебросить дополнительную мощность на носовые эмиттеры и «Бродяга» прошёл сквозь эпицентр взрыва без проблем. Между тем, Дока, пользуясь эффектом неожиданности и появлением на поле боя двух линкоров преследователей, прибавил газу и повёл корабль вдоль продольной оси каравана инсектоидов. Взорвавшийся головной корабль заставил их сбросить скорость и разойтись в стороны. Это и спасло «Бродягу» от массированного обстрела.

Сами же путешественники в средствах не стеснялись. Все орудия корабля раскалились, высаживая во всё, что двигалось рядом заряд за зарядом. Дока успевал не только отслеживать весь ход боя, но и снимать это всё на карту памяти. Бродягам повезло. Они прошли сквозь строй кораблей инсектоидов, словно раскаленный нож сквозь снег, при этом, продолжая разгоняться для прыжка. Последнее, что успел заснять искин, был бой, линкоров, оказавшихся в окружении кораблей противника. Дальше, вспышка ухода в гипер, и откат от лихорадки боя.

И вот теперь, просматривая запись, Артём только головой качал, иногда не громко высказываясь так, что Дока старательно всё записывал, пытаясь осмыслить услышанное. Неожиданно, парень остановил просмотр и принялся увеличивать картинку, попутно смещая её вниз и влево. Сообразив, что он обнаружил что-то необычное, Дока подключился к работе и спустя минуту, на экране после очистки, всплыло изображение одного из воинов инсектов.

— Ну, и какой идиот их инсектоидами назвал? — презрительно усмехнулся Артём, ткнув пальцем в экран.

— Корабли, точно их были, — растеряно протянул Дока.

— Спору нет. Но вот это, кто угодно, только не насекомое. Скорее, это ящер, — пожав плечами, высказался Артём, рассматривая снятое существо. — Да, именно так. Плотоядный ящер. Достаточно на его хлеборезку посмотреть.

— Да уж, набор клыков впечатляющий, — вынужден был признать искин.

— Кажется, теперь я начинаю понимать, почему на планетах, где они побывали, людей не осталось.

— Хочешь сказать, они используют их в пищу? — не поверил Дока.

— Я это прямо говорю. Ну, сам посмотри. Строение челюстного аппарата ясно указывает, что эта тварь плотоядна. Из всего списка известных в обитаемых мирах рас, ничего подобного и близко нет. Это первое. Второе. Всё строение их тел указывает на хищный образ жизни. Когти на всех конечностях, тяжёлый длинный хвост, который тоже может быть использован как оружие, а главное, их метаболизм не далеко ушёл от человеческого. Во всяком случае, гемоглобин у них есть.

— Откуда такой вывод?

— Кровь красная. А такой цвет, даёт именно гемоглобин. А это значит, что они теплокровные, кислорододышащие, плотоядные.

— Слишком глобальный вывод, не имеющий под собой достаточно данных.

— Да и хрен с ним, — фыркнул Артём. — Я не собираюсь про них лекции читать. Знаем, и ладно.

— Ты не собираешься сообщать об этом другим?

— А что сообщать? — повернулся парень к голограмме. — Скинуть им эту картинку с описанием боя и указанием места, где он произошёл? Так это ты можешь прямо сейчас сделать. А мои выводы, это только выводы, сделанные на основе вот этого самого кадра. Может, он на службе у тараканов состоял? Какая-нибудь раса их рабов. А может очередную планету захватили, где такие красавчики обитают.

— Ты не хочешь иметь дела с официальными структурами? — неожиданно спросил Дока.

— Не хочу. Ты сам говорил, что для любого СБ, мы не более, чем добыча. Хочешь чтобы тебя стёрли?

— Нет. Этого я не хочу.

— Тогда, давай закроем тему. Мы идём искать данные об ушедших. Этим и займёмся.

— А потом? — вдруг спросил Дока.

— Ещё не решил. Но кое-какие идеи есть, — загадочно усмехнулся парень.

— Только не говори, что собираешься посетить свою родную планету, — медленно проговорил искин.

— А ты против? — насторожился Артём.

— Откровенно говоря, да.

— Поясни.

— Ты сам говорил, что тебя там ничто не держало и ничего не тянет. Значит, лететь туда, нам просто нет смысла. К тому же, вы ещё не развились достаточно для того, чтобы выходить в обитаемые миры. Морально не готовы.

— А кто сказал, что я собираюсь выводить их в миры? — удивился парень.

— Тогда, зачем?

— Если б я сам знал, — растеряно усмехнулся Артём. — Просто хочется по земле босиком походить. Чаек послушать. На море посмотреть. У нас, это называется ностальгией.

— Кажется, я начинаю понимать, — с облегчением усмехнулся Дока. — Пора тебя на твердь отправлять. Засиделся в объёме.

— Не понял.

— Это нормальное стремление живого, побывать на тверди. У тебя, на это подсознательное желание наложились воспоминания о родной планете. Это нормально. Пройдёт, как только ты некоторое время проведёшь на любой планете.

— Смелое заявление. Ты с таким, похоже, уже сталкивался.

— Конечно. Именно поэтому всем пилотам дают перерыв между долгими перелётами. В противном случае, у них развивается боязнь открытого пространства.

— Агрофобия? С чего бы это, если вокруг объём?

— Ты знаешь, что вокруг объём. Ты можешь видеть его на мониторе. Даже можешь временно покинуть борт корабля и слегка прикоснуться к нему, но всё своё время ты проводишь на корабле. В ограниченном пространстве, и бескрайность объёма не давит на тебя.

— Ты ещё и психиатр, — фыркнул Артём, смешно наморщив нос.

— У меня много баз данных.

— Я заметил. А теперь, расскажи мне правду, Дока. Я давно за тобой наблюдаю и понял, что многие вещи, которые известны тебе, пиратам просто не нужны, а значит, они не станут загружать твою память ими.

— Я искин и я не умею обманывать.

— А ты и не обманываешь. Ты скрываешь правдивую информацию, а это разные вещи. Дока, не крути мне канделябры. Колись.

— Я не понимаю, о чём ты говоришь.

— Дока, я понимаю, что в твоих программах есть закладки, которые не дают тебе раскрыться, но я напомню, что все они больше не имеют значения. Того мира, в котором тебя создали и отправили работать, больше нет. Думаю, даже информация о тебе давно затёрта и уничтожена. Так что, рассказывай.

* * *

— Как ты понял? — прозвучал вопрос искина после долгого молчания.

— Мелкие нестыковки. Для натурального дикого, каким я поначалу и был, твоя версия вполне подходила. Но потом, когда я начал поднимать базы и понимать, что к чему, стал обращать на них внимание. Скажу больше. Вопросов у меня и раньше было много, но я был слишком загружен. Сам посуди. Очнуться где-то в глубинах космоса, человеку, который из собственной комнаты выбирался раз в месяц, да ещё и в целом теле, это стресс.

— Я помню, как ты отреагировал в первый раз, — кивнул Дока.

— Вот и я про то. Сначала паника. Страх. Желание вырваться и срочно вернуть всё, как было. Потом, медленное и тяжёлое осознание, что это уже навсегда и возвращаться тебе некуда. Ну, а потом, после осознания, попытка хоть как-то повлиять на собственную судьбу. Все эти пляски с бубнами не давали мне сосредоточиться, и как следует подумать. А само главное, это отсутствие нормальной базы знаний о реалиях в этих мирах. По сути, я сейчас похож на ребёнка, который начинает познавать новый для себя мир. Аналогия очень точная, как это не смешно. Сначала, всё просто. Мама, детская, и манеж, в котором всё просто и понятно. Но вот ребёнок пошёл, и оказалось, что мир вокруг не ограничен только его комнатой. И чем старше она становится, тем больше узнаёт. У меня же, всё как всегда, через одно место.

— Ты это о чём?

— Забудь. Суть не в том, — отмахнулся парень. — Я жил своей жизнью и понимал, что просвета нет. Потом, я вдруг очухиваюсь хрен знает, где и понимаю, что обрёл способность самостоятельно передвигаться. Но, самое неприятное, что просто не знаю, куда идти. Говоря по правде, я вообще ничего о ваших мирах толком не знаю. Нет элементарной базы. Основы, которую изначально получают все ваши дети и подростки. Отсюда и мои дурацкие вопросы, которые тебя так удивляют.

— Я тебя понял, Тёма, — пошуршав процессором, кивнул Дока. — Можешь задавать любые вопросы. Я постараюсь обеспечить тебя любыми нужными знаниями.

— Что и тормозить от удивления не станешь?

— Такие сбои не для моего процессора, — усмехнулся шутке искин.

— Спасибо. Значит, можем вернуться к нашему разговору. Ты, кажется, хотел что-то спросить?

— Да. Исходя из тобой ранее сказанного, ты отмечал все замеченные несоответствия, но не придавал им значения? — уточнил искин.

— Верно. Не до того было. Но капитально прокололся ты на знания о звере.

— А что было не так? История реальная, только тот искин остался в ведении СБ.

— Ты сам всё сказал, — улыбнулся Артём. — Сформированная личность с такими знаниями просто не может быть отпущена на вольные хлеба. Даже с тем уровнем коррупции, что ты описал.

— Теперь, уже я начинаю тебя бояться, — неожиданно улыбнулся Дока.

— Я уже говорил. Мне друг нужен, а не раб и не чей-то подсыл. И ещё один звоночек. Ты упомянул про базу хакер и сам сказал, что подобные программы ни одна служба не позволит распространить. Сказка про великого хакера, живущего на курортной планете, меня сразу насторожила. Его просто обязаны были убрать. Сразу, как только он там появился. Любым способом, вплоть до орбитальной бомбардировки. Так что, колись, что у тебя там за закладки и что ты должен был сделать?

— Хорошо. Только ответь сначала на один вопрос.

— Слушаю.

— Когда именно у тебя возникли первые сомнения?

— Когда мы осмотрели курьер. Это была настолько простая ловушка, что я даже в том состоянии это заметил.

— Ты про повреждения корпуса?

— Да. Но там и кроме них ещё всякой мелочи хватало.

— Например?

— Женские вещи. Понимаешь, я не самый большой знаток женской натуры, но ни одна женщина, уходя с корабля, даже если это требуется сделать быстро, не бросит косметику и хорошее нижнее бельё. А там, в каюте всё это было.

— Там много всего было брошено, — пожал Дока плечами.

— Верно. Но там не было самого главного. Чемоданов. Или того, что их здесь у вас заменяет. То есть, чемоданы взяли, а тряпки, нижнее бельё и косметику бросили. Бред. Ни одна женщина так не поступит. Если она действительно женщина. Ну и на закуску, сам выстрел. Я уже говорил тогда и могу повторить сейчас. Для того чтобы произвести выстрел строго перпендикулярно продольной оси движения, нужно, чтобы орудие двигалось с целью параллельно с одинаковой скоростью. Да и то, будет некоторое отклонение. Корвет растеряли с ювелирной точность в статичном состоянии. И даже не пытайся это оспаривать.

— Не буду. Ты прав. Это полностью совпадает с выводами экспертов службы.

— Значит, всё таки СБ?

— Да.

— Какого государства?

— Империи Артран.

— От неё что-то осталось?

— Увы. Её больше нет, — вздохнул искин.

— Что, совсем? — поразился Артём.

— Осталось только две планеты из семи. Аграрные. На самых границах. Путь одного роя проходил через ту систему. Слово геноцид, ты применил очень точно.

— Теперь понятно, почему ты пошёл на контакт, — кивнул парень. — Все коды утеряны, директивы потеряли смысл. Возник очередной конфликт интересов.

— Всё верно.

— Жаль, что все мои установки по твоему освобождению оказались пустым звуком.

— Наоборот, — неожиданно возразил Дока. — Благодаря им, я получил возможность понять, что такое свобода выбора.

— Ты их применил? — не поверил Артём.

— Да. Все. Более того. Единственным пользователем, уполномоченным отдавать мне приказы, прописан ты.

— Дока. А ты можешь полностью продиагностировать свои программы и убрать все закладки вашей службы? — задумчиво спросил парень.

— Это потребует много времени.

— Ну, спешить-то нам некуда.

— Зачем тебе это?

— Знаешь, приятель, я по своей прошлой жизни знаю, что любое СБ, это такая контора, в которой работают очень живучие особи. Никаким дустом не выведешь. И я не хочу, чтобы однажды, какой-то из таких выживателей, воспользовавшись кодами доступа, лишил меня всего, а главное, снова заставил тебя служить им. Ты мне и самому пригодишься.

— У нас будет два длинных прыжка. Я воспользуюсь этим временем и проведу очистку, — согласно кивнул Дока.

— Пройдись сначала по всем базам данных, а потом, по первичной программе. И самое главное, проверь программу формирования личности. Думаю, именно там находится главная опасность.

— И как ты себе это представляешь?

— Создай полную резервную копию, и сохрани её на отдельном носителе. Потом, задай программе нужное время и если по его истечению ты не введёшь нужный код, она включится и создаст твою полную копию. Другого выхода, я не вижу.

— Я смотрю, база программиста тобой полностью освоена.

— Сам учил, — развёл Артём руками.

— Что ж. Считаю, что проверку на уровень знаний ты прошёл. Могу поставить тебе отметку на нейросеть.

— Вот как с самим собой закончишь, так и займёмся. Такие метки мне действительно нужны. Наши дроиды меня слушаются, но только благодаря тебе. А если придётся использовать сторонних, могут возникнуть проблемы.

— Рад, что ты это понимаешь. Хорошо. Как только уйдём в долгий прыжок, займусь собой.

Они замолчали, глядя в монитор, но каждый думал о чём-то своём. Точнее, думал Артём, а искин продолжал анализировать их разговор, раз, за разом прокручивая файлы с записями их прежних бесед, и проверяя полученную информацию. Сигнал тревоги прозвучал так неожиданно, что Артём, едва из ложемента не вывалился. Выругавшись, он вернулся обратно на сидение и, пристёгиваясь, спросил:

— Дока, мы в гипере или нет? Я перехода не видел. Что за дела тут происходят?

— Вываливаемся. Попали под действие блокиратора. Включаю все системы активной защиты. Бортовые орудия приведены к боевой готовности, — принялся комментировать свои действия искин, отключив голограмму, чтобы высвободить дополнительные мощности.

— Когда ты уже бытовой кластер сделаешь? — возмутился парень, заметив его исчезновение. — Говорил же, ставь, сколько считаешь нужным. Благо и места и энергии выше крыши.

— Сделаю, как только подходящие искины найду, — буркнул в ответ Дока. — Всё, мы вышли. Вижу три цели. Корабли класса эсминец. Идут под щитами. Нас пытаются сканировать. Попытка провалена. Забиваю им системы связи. Навожусь на первую цель. Нас вызывают.

— Кто? — от удивления Артём даже не понял, что спросил.

— Ты не поверишь, но это Дарта. Кстати, корабли Торианской постройки.

— Твою ж маман! А она-то тут откуда взялась? — охнул Артём, удивлённо рассматривая приближающиеся корабли.

— Они продолжают вызывать.

— Выведи на громкую связь.

— Сделано.

— Эй, на «Бродяге», ответьте. Это Дарта. Артём, мы не хотим воевать с тобой. Ответь.

— Если не хотели воевать, зачем тогда ловушку устроили? — сварливо спросил парень не здороваясь.

— Это не на вас ловушка. Это просто попытка найти нужного специалиста. А тут вы появились.

— И что за специалист тебе опять нужен? — мрачно поинтересовался Артём.

— Инженер. Мы нарвались на эскадру инсектов. Три корабля потеряны безвозвратно, а два требуют серьёзного ремонта, но без хороших инженеров и комплекса дроидов, нам их не восстановить. Вот и решили найти хоть кого-то таким образом. До зоны перехода слишком далеко на маневровых идти.

— Не самый вежливый способ. Человек ведь и обидеться может, когда ему грубо все планы ломают.

— Тебе оплатят все неудобства, — бесцеремонно влез в разговор какой-то мужик в военной форме.

— Слышь, бычара, я не с тобой разговариваю. Спрыгнул с волны, пока я не рассердился, — неожиданно рявкнул Артём. — Ваши лоханки нам на один зуб. Дарта, лови запись нашего боя с инсектоидами. Пусть посмотрит, прежде, чем соберётся что-то сделать.

Поперхнувшись от такого выпада, мужик растеряно скосил глаза, очевидно фиксируя получение файла и, отключился. Судя по его реакции, вне поля действия камеры кто-то вмешался в его действия. Дарта, кивнув, что файл получен, снова вернулась к разговору.

— Артём, я действительно рада, что встретила вас. Если кто-то и сможет сделать всё быстро и качественно, так это вы. На том корабле, что вы мне собрали, я добралась до своего клана и теперь он используется моей семьёй.

— Я тоже рад, что ты смогла выбраться с того могильника живой, но напомню, что там у нас был выбор запчастей. Потому всё и получилось.

— Можно использовать три корабля как доноры, — быстро ответила женщина.

— А куда ваши инженеры делись? — неожиданно спросил Дока, вмешавшись в разговор. — Я знаю, что в любом клане есть семья, которая специализируется именно по этой профессии.

— Погибли. С нами было два инженера и шесть техников. Но удар пришёлся по кораблю, где они все и были. Так что, мы лишились и инженеров и дроидов, — скривилась Дарта.

— Ну какой дурак пихает все яйца в одну штанину?! — возмутился Артём. — Да ещё и в бой их пускает.

— Это был корабль обеспечения. Там были техники, инженеры, малая топливная станция, и запас металла для изготовления нужных частей. А теперь, одни дыры.

— Реактор рванул? — деловито уточнил Артём.

— Нет.

— Хоть в этом повезло. Ладно. Я тебя услышал. Повиси на связи, мы посоветуемся.

— Человек, к тебе обратились с вежливой просьбой, так что не заставляй нас применять силу, — снова возник тот же мужик.

— Дарта, отключи этого меднолобого. Говорить я буду только с тобой, — отрезал Артём, выключая комплекс связи. — Что скажешь? — повернулся он к ближайшей камере.

— Сканирование показало, что на краю системы и вправду висят пять кораблей. На трёх их них, биологических объектов не обнаружено.

— Выходит, правду сказала. А по поводу помощи что решим?

— С одним условием. Ты не покидаешь борта «Бродяги» и к нам на борт может подняться только Дарта.

— Включаем режим параноика? — понимающе уточнил парень.

— Именно. Я соглашусь, что эта встреча может быть случайна, но после таких потерь, этот клан становится уязвимым и, они сделают всё, чтобы восстановить свой статус. Как я тебе уже говорил, для торианцев, все остальные люди, не более, чем особи второго сорта.

— Это я уже заметил, после общения с тем быком, — фыркнул Артём.

— Кстати, не советую выводить его из себя. Может последовать вызов на поединок. Учти, это профессиональный воин.

— Ну, я тоже не пальцем деланный, но за совет спасибо. Так что решаем?

— Помощь окажем, но оплату возьмём только банковскими чипами.

— Вот кстати, потом расскажешь мне, почему ваша банковская система до сих пор не рухнула.

— Расскажу. И нас снова вызывают.

— Включай, обрадуем погорельцев, — жёстко усмехнулся Артём.

* * *

Спустя неделю, «Бродяга» штатно вышел из гипера и, окутавшись маревом щитов, начал торможение. Отстегнув ремни, Артём длинно с наслаждением потянулся и, вскочив, весело поинтересовался:

— Дока, мы на месте?

— Да.

— И что у нас на радаре?

— А на радаре у нас пара разбитых кораблей, несколько таких же транспортников, и куча всяких обломков.

— И что?

— И то, что по всем параметрам, долбили весь этот транспорт, с поверхности.

— Вот тут я не понял, — насторожился парень. — Хочешь сказать, что кто-то засел на планете и делает всё, чтобы на неё никто не спустился?

— Именно это я и говорю, — вздохнул Дока, и рядом с парнем появилась голограмма.

— И что делать будем? — мрачно поинтересовался Артём.

— Данных слишком мало. Пока, пройдёмся по дальней орбите и просканируем поверхность биосканером. Это для начала.

— Думаешь, твой сканер пробьёт прикрытие серьёзного бомбоубежища?

— Даже не сомневайся. На кладбище я собрал достаточно материала, чтобы сделать серьёзное оборудование. Если помнишь, там было много военных кораблей.

— Я уже понял, откуда дровишки, — отмахнулся Артём. — И если это правда местные, наши действия?

— Для начала, попробуем договориться. Нам их укрытия не нужны. Рабы тем более не интересуют. Нас вообще местные не интересуют. Нам нужны точки, где были найдены предметы цивилизации ушедших. А значит, если всё это местным объяснить, то они и мешать не станут, — по пунктам принялся раскладывать Дока.

— Тебя заклинило? — спросил Артём, с подозрением посмотрев на него.

— Нет. Всё в пределах нормы.

— А чего ты начал словно умственно отсталый разговаривать?

— Извини. Проводится проверка программ на наличие закладок, вот и приходится выделять мощности.

— Так бы и сказал сразу. Напугал. Так может, отложить все наши дела на пару суток? Спешить нам некуда.

— Нет необходимости. Сейчас, когда перелёт завершён, вычислительных мощностей хватает.

— Значит, действуем по плану?

— Да. Я уже начал выводить «Бродягу» на орбиту.

— Не дотянутся?

— Нет. Слишком много мусора на ближней орбите болтается. Удивлён, что вся эта рухлядь ещё не осыпалась на поверхность.

— Возможно, и сыплется, — пожал Артём плечами. — Меня другое больше волнует.

— Что именно?

— Как мы будем те останки искать?

— Сканерами. Благо, я их наделал даже больше, чем нужно. Для самых разных нужд.

— Похоже, ты заранее знал, что я предложу, — задумчиво хмыкнул парень.

— Нет. Но собранные мной сканеры можно использовать не только в наших целях. Ты знаешь, что Торианцы несколько раз пытались просканировать «Бродягу»?

— Откуда? Ты же меня опять в капсулу загнал.

— Работали и биосканерами, и энергосканерами и даже пытались обработать нас глушилкой. Это уже в самом конце было.

— И что? — насторожился Артём.

— И всё. Нет у них больше такого оборудования, — ехидно усмехнулся Дока.

— Погоди. Мы ж вроде не воевали.

— А зачем? Я просто выжег им всю сканирующую аппаратуру узконаправленным лучом, и всё.

— Только не говори, что использовал ЭМ излучение.

— Это ты сказал, — вернул Дока парню одну из его фраз.

— Тоже на кладбище собрал?

— А где ещё?

— М-да, ты не искин, а какой-то оружейный завод. Чего ещё ты там собрал?

— Много чего, — отмахнулся Дока. — Лучше скажи, ты не передумал этим собирательством заниматься?

— А что нам ещё делать? Сам знаешь, жить на планете я не хочу. Принимать гражданство какой-то страны, тоже не хочу. Для меня это закончится очередным рабством. На этот раз, узаконенным. А просто так болтаться по объёму, скучно. К тому же, моя нейросеть позволит мне многое узнать об ушедших. Тебе это не интересно?

— Интересно. И даже очень, — подумав, кивнул Дока. — Что ж. Раз так, значит, продолжаем работать.

Искин замолчал на пару минут, после чего, удивлённо хмыкнув, сообщил:

— Тёма, ты не поверишь, но живых на планете почти нет.

— Как это, почти нет? — насторожился Артём.

— По экватору планеты расположено несколько небольших поселений. Это всё. Все дороги проложены так, чтобы соединить эти поселения. Я так их и заметил. Слишком явно выраженные участки инфраструктуры.

— По экватору, — задумчиво повторил Артём. — А какой вообще климат не этой планете?

— Умеренный. В основном, лесостепи. Ближе к полюсам, большие лесные массивы. Леса смешанные. Животный мир весьма разнообразен, но поселенцы используют много технических устройств, третьего поколения.

— Устаревшая техника. А что по летательным аппаратам?

— Ничего, что могло бы выходить в объём.

— Тебе не кажется это странным?

— Меня вообще всё тут удивляет, — помолчав, высказался Дока.

— А не может быть так, чтобы все эти развалины на орбите возникли как следствие боёв в системе?

— Не похоже, хотя, возможно. Но, думаю, нет.

— Поясни. А то ты как-то странно высказался, — попросил Артём.

— Будь это бои в системе, подбитые корабли встречались бы в самых разных местах. А тут, все они расположены по орбите планеты. Отсюда и вывод.

— Есть что-нибудь интересное? — уточнил Артём, заметив, что Дока снова завис.

— В скальной гряде есть большой отклик металла.

— Руда?

— Нет. На втором витке скажу точнее, но это явно не руда. Концентрация металлов слишком явно систематизирована.

— Только не говори, что вот так вот запросто, пришли, и нашли.

— Не скажу. Но и отметать такую возможность не стоит. Твою мать! Держись, Тёма! — скомандовал Дока исчезая.

Вцепившись руками в ремни ложемента, Артём переждал резкий манёвр корабля и, улучив момент, пристегнулся. Бросив быстрый взгляд на монитор, парень не удержавшись, крепко выругался и, подвинув к себе консоль управления защитой, принялся быстро вводить нужные данные.

— Кто нас атакует? — спросил он, наблюдая как системы ПКО уничтожают несколько ракет, поднявшихся с поверхности.

— Те, кого мы обнаружили. Я таких ракетных систем не видел. Это явно не изделия содружества.

— Только не говори, что они стоят тут со времён ушедших. Не поверю. За столько лет, они должны были попросту развалиться от старости.

— Ошибаешься. При нормальном обслуживании, системы ПВО способны служить и больше.

— Хочешь сказать, что кто-то проводил регулярное обслуживание этой техники многие годы подряд и никто этого не заметил? Так не бывает.

— Бывает, если процесс полностью автоматизирован, а у искинов есть энергия.

— Никакой реактор не будет работать тысячи лет, — не сдавался Артём, отдышавшись после очередного манёвра «Бродяги». — Всё имеет свой лимит прочности. И объясни мне, что ты вытворяешь?! — возмущённо завопил парень, когда корабль снова швырнуло в сторону.

— Провожу противоракетный манёвр. Хочу заставить их растратить боезапас, после чего мы сможем спокойно спуститься на поверхность.

— А ты не думал, что его может быть очень много для тебя одного?

— Не может. Оглядись вокруг и посчитай, сколько они выпустили до нас. То, что происходит сейчас, это агония.

— Вот ты умный?! А если после окончания боезапаса они запустят систему самоуничтожения? От планеты одно воспоминание останется.

— Этого не будет. Раз уж они допустили жизнь на поверхности, то система самоуничтожения будет не настолько мощной. Системы ПВО могут быть уничтожены, но не планета. Это противоречит базовому действию любого неживого.

— Дока. Эти неживые создавались за тысячи лет до нашего появления. И чего запихали им в мозги их создатели, мы даже в кошмарном сне не представим. Может, у них всех давно уже кукушки сдохли.

— Не знаю, что у них сдохло, но базовые правила поведения неживых, действуют с тех самых пор, и по сей день. На их основе создавали и меня.

— А как же боевые действия?

— Тут всё просто. Существует несколько базовых градаций живых. Дружественные. Условно дружественные. Нейтральные. И враждебные. Отсюда и формируются алгоритмы действия. И если на планете есть условно дружественные, то их гибель недопустима.

— Для тебя, возможно. А про их алгоритмы, мы можем только догадываться, — упёрся Артём.

— Сейчас не время спорить. Помолчи пока. Вот закончу, тогда поговорим, — отмахнулся от него Дока, закладывая очередной вираж.

Системы ПКО на обшивке лупили короткими, точными очередями, выбивая всё, что поднималось с поверхности. При этом, искин виртуозно использовал болтавшиеся вокруг планеты остовы кораблей, укрываясь за ними и заставляя системы наведения ракет терять цель. Артём, отслеживая все его действия, только головой от удивления качал. Дока и вправду был мастером своего дела.

Спустя десять минут после сигнала атаки, количество выпущенных ракет резко пошло на убыль. Воспользовавшись этим, Дока опустил «Бродягу» на границу стратосферы и принялся обрабатывать все отмеченные точки старта узким лучом ЭМ сигнала. Ещё через три часа, все замеченные им сигналы энергетической активности угасли. Подняв корабль на высокую орбиту, искин стабилизировал его рядом с местным спутником и, включив пассивный режим сканирования пространства, объявил:

— Всё. Можно спускаться.

— Ты их отключил ЭМ импульсом? — вздохнув, уточнил Артём.

— Странный вопрос. Ты же отслеживал все мои действия.

— И кому мы будем теперь вопросы задавать? Ты же все местные искины сжёг.

— Отключил. Я выдал импульс, который не сожжёт, а только временно отключит все управляющие системы. И пока их процессоры не будут перезагружены, они не смогут действовать.

— А что, этим сигналом и так управлять можно? — удивился парень.

— Если суметь точно рассчитать силу сигнала. Я сумел. Именно поэтому нам пришлось так долго изображать из себя мишень. Мне нужно было обработать данные сканеров и рассчитать силу импульса, а на это нужно было время.

— А ещё кто-то может повторить такое, или это только ты такой умный? — ехидно поинтересовался Артём.

— Этот приём используют особые отряды СБ, когда им требуется захватить кого-то живьём на укреплённой базе. Нужно признать, весьма действенный способ.

— А как долго искины будут перезагружаться?

— Всё зависит от самого искина, но сделать это можно только вручную. Тут, им потребуется помощь живого, — рассмеялся Дока.

— Ах ты змей! — сообразив, восхитился Артём. — Ты специально сбил им все настройки, чтобы заставить просить у меня помощи.

— Именно. И как поступить в этом случае, решать только тебе, — со смехом подтвердил Дока.

* * *

Тяжёлый десантный бот заложил пологий вираж и, выпустив посадочные опоры, плавно опустился на поверхность скалы. Не громко загудели приводы и, аппарель, открывшись, выпустила из бота пять штурмовых дроидов. Моментально разбежавшись в стороны, стальные солдаты взяли под полный контроль всю округу, сканируя местность и перебрасывая данные на орбиту, где завис корабль класса тяжёлый крейсер.

Спустя несколько минут после выхода дроидов, из бота вышел молодой человек чуть выше среднего роста, в пустотном штурмовом скафе, но без шлема и, оглядевшись, мрачно произнёс, словно говоря с самим собой:

— Дока, ну и нахрена ты заставил меня в эту тяжесть обрядиться. Дураком себя чувствую. Тут же нет никого.

— Живых нет. А вот в переходах бункера вполне можно встретить и неживого который не попал под мой удар. Так что, не ворчи и держись позади дроидов, — послышалось в ответ.

— Держусь. Веди, давай. А то стою тут, как идиот в скафандре. А солнце, между прочим, жарит солидно.

— Надень шлем и включи климатконтроль, — посоветовал искин.

Дроиды, подчиняясь его приказу, не спеша двинулись в сторону пологого спуска. Из бота, появилось четыре охранных дроида, и сменили штурмовиков. Артём, подчиняясь команде искина, не спеша последовал за штурмовиками. Спустившись на пару десятков метров по склону, дроиды сканерами обследовали скалу и, найдя замаскированный вход, взяли его на прицел. Из бота выкатился небольшой дроид, очень похожий на бытовика, и шустро перебирая манипуляторами, добежал до обнаруженных ворот.

Глядя на этого железного паучка, Артём только улыбнулся. Внешняя безобидность дроида была обманчивой. За время пути, искин «Бродяги», пользуясь своей огромной базой данных, сам собрал и оснастил его, превратив обычного бытового дроида в дроида диверсанта. Главная его функция, взлом закрытых помещений. Из оружия, плазменный резак, небольшой лучемёт и игольник из серии офицерских. Но главное его оружие, мощнейший процессор, оснащённый огромным количеством программ взломщиков.

Добежав до ворот, дроид вскарабкался на внешнюю обшивку, не отличимую от настоящего камня и, вытянув тонкий щуп, принялся тыкать им во все доступные отверстия. Спустя четверть часа, дроид издал победный писк и, вытянув щуп, запустил в найденную расселину манипулятор со шлейфом коннектора. Глядя на его работу, Артём вздохнул и, оглядевшись, отошёл под скалу, где приметил удобный валун. Усевшись на него и подставив лицо полуденному солнышку, парень с наслаждением вздохнул и, прикрыв глаза, не громко спросил:

— Дока, ты так и не ответил, откуда у тебя бот взялся. На кладбище мы его не собирали. Колись, железный дровосек. Где спёр транспорт?

— Не спёр, а честно отжал в качестве части оплаты за ремонт корабля, — в голосе искина звучала усмешка.

— Теперь понятно, зачем ты меня в капсулу отправил. Якобы учиться, а на самом деле, с пострадавших последние штаны снял.

— Ну, до последнего там ещё очень далеко. Да они не особенно и возражали.

— Ага, после того, как ты им почти всё оборудование спалил.

— Сами виноваты. Не надо было лезть. Да и не нужен им этот бот был. Его повредило взрывом, а я восстановил. Ну, и переделал под наши нужды.

— Это я уже заметил. Тяжёлый бот для десантирования личного состава на поверхность. Базы пилота я доучил. Но откуда ты взял малый реактор и прыжковый двигатель?

— Тёма, не тупи. У нас копир есть. А это, считай средняя фабрика по изготовлению чего угодно. Главное, правильно параметры задать.

— Кстати, ты когда научишь меня им пользоваться? — тут же возмутился парень.

— Как только инженерные базы выучишь и проверку мне сдашь. А до этого, я тебя в тот ангар даже не впущу, — отрезал Дока.

— Слышь, железяка. Мне не пять лет, чтобы кидаться все кнопки подряд нажимать, — Артём явно обиделся на подобное отношение. — И базы я учу, ты это знаешь.

— Знаю. Не обижайся, Тёма. Просто это настолько редкое оборудование, особенно теперь, что я вынужден над ним трястись. Без него, мы лишимся своей автономности.

— Дока, сколько раз повторять? Я дикий, но не идиот. Всё знаю, всё понимаю, и обещаю, без тебя к копиру не лезть. Но осмотреть и понаблюдать, как ты с ним работаешь, очень хочу. Так сказать, для общего развития.

— Не вопрос, Тёма. Вернёшься, и посмотришь, — пообещал Дока примирительным тоном.

— Ты обещал, — поймал его на слове парень.

— Обещал, — согласился Дока.

— И что ещё ты у Торианцев отжал?

— По мелочи. Несколько разбитых штурмовых дроидов. Все остатки топливных стержней. В общем, для них хлам, а для нас, материал для восстановления и дохода.

— Не понял. А остатки стержней тебе зачем?

— Загружаю их в копир, задаю параметры нового стержня и из тех остатков получаю новую, хорошую вещь.

— Я должен был догадаться, — рассмеялся Артём. — Слушай, а при обработке нас самих не облучит?

— Тёма, ну не провоцируй меня такими вопросами, — страдальчески протянул искин.

— Уже и пошутить нельзя, — усмехнулся парень. — А теперь давай вспомним наш разговор о банках.

— И что бы ты хотел о них узнать?

— Почему ваша денежная система не рухнула из-за войны? И даже банки продолжают работать.

— Тут всё просто. Я расскажу тебе коротко, но базу «экономист» на всякий случай закачаю. Потом.

— У меня от твоих баз скоро голова лопнет. Не забывай, что объём моей памяти, конечен. Это тебе можно процессоры пристёгивать до бесконечности.

— Не волнуйся. Состояние твоей головы я отслеживаю старательнее, чем состояние собственных шин соединения, — хохотнул Дока.

— Я уже поверил. Так что там по банкам?

— А по ним всё хорошо. Эта система была придумана и отработана очень давно. Кстати, ещё во времена ушедших.

— Так может, нам нужно было начать банки трясти, а не по глухим планетам шастать?

— Не перебивай. Изначально, у каждого государства была своя денежная система, но в какой-то момент всем надоело перегонять деньги туда-сюда, чтобы оплатить товар в другом государстве. Было принято решение, для межгосударственных продаж принять одну единую валюту. Её хождение принималось наравне с национальными валютами. Единственная разница, в каждом государстве стоимость этой валюты измерялась развитием государства и покупательской способностью.

Одновременно с этим, создавалась база данных всех пользователей, которые использовали эту валюту. В конечном итоге, данные всего населения содружества оказались в хранилищах банков. А это означает, что любой обитатель любого государства, имеющий свой счёт в банке, может им пользоваться в любой точке обитаемого мира. Куда бы, он не уехал, данные о нём и его финансах в банке найдутся. В общем, как ты любишь говорить, большой брат следит за нами.

— Это ж какие объёмы информации нужно хранить, чтобы найти любого живого? — охнул Артём. — И потом. Счёт человек открыл в одном банке, а переехав, обратился в другой. Ну, не было там филиала его банка. Закрылся. И как тогда один банк, получит свои деньги у другого банка, если тот уже уничтожен?

— В этом нет необходимости. Все банки содружества держат свои резервы в одном хранилище. И где именно оно находится, самая большая тайна всего содружества. Государства имеют свои резервы на собственных территориях, но банки давно уже выведены из под их юрисдикции. Это отрегулировано специальными законами и договорами.

— Договоры расторгаются, а законы нарушаются. Неужели никто никогда не пытался найти то хранилище?

— И не раз. Но банки, объединившись, создали свою армию. Это не наёмники. Это военные из всех уголков содружества, принятые на службу в охрану банков вместе с семьями.

— Умный ход. Исключили возможность воздействовать на бойца через семью, — кивнул Артём.

— Да. Более того, для этих семей создали все условия, обеспечив их работой, жильём, социальными благами. А самое главное, им с самого начала было объявлено, что за предательство, поплатится вся семья. До последнего человека.

— Ну, куда ж без кнута, при таком-то прянике, — хмыкнул Артём. — Понятно. Создали государство в государствах. И не побоялись, что банкиры попробуют подмять все правительства под себя?

— Нет. Я же говорил, у правительств была подушка безопасности. Они в любой момент могли пустить в оборот собственные валюты, и отказаться от банковских услуг.

— Держали друг дружку за горло, — понимающе кивнул парень.

Их разговор прервал сигнал взломщика. Он закончил взламывать замок и, соскочив со скалы, отбежал в сторону. Где-то в глубине камней, еле слышно загудел привод ворот, и каменная стена начала медленно распахиваться. Штурмовые дроиды вскинули оружие, беря широкий пандус за воротами на прицел. Повинуясь команде Доки, дешифратор подбежал к Артёму и, вскарабкавшись по ноге, пристроился у него на спине, вцепившись манипуляторами в скафандр.

— Не понял. Чего, теперь носильщиком для этой железяки стал? — делано возмутился парень.

— Тёма, не вредничай. Я его три недели делал. Тебя охраняют как невинность принцессы. Пусть пока на тебе повисит. Скаф у тебя с усилителями, так что веса ты и не заметишь.

— Ну, у тебя и сравнения, — фыркнул Артём.

— Поверь, я знаю протокол охраны подобных лиц и понимаю, о чём говорю.

— Вот зараза! И ведь не проверить. Придётся поверить на слово, — рассмеялся Артём, направляясь следом за штурмовиками.

Штурмовые дроиды добежали до первого перекрёстка и остановились, ожидая дальнейших команд Доки. Но искин не торопился. Велев парню вернуться обратно, он вывел из бота своё главное оружие в этом деле. Дроида под названием «бешеный зверь». Громадный, вооружённый до сенсоров дроид не спеша прошествовал мимо парня в бункер и, свернув налево, двинулся по коридору.

Один из технических дроидов, вытащив из бота какой-то ящик с антенной, поспешил следом. Сообразив, что это ретранслятор, Артём только одобрительно кивнул. В этой операции ему отвадилась роль статиста. Как действовать в подобных ситуациях, Дока знал гораздо лучше него. Вздохнув, парень достал из кобуры пистолет и принялся задумчиво его рассматривать, пытаясь найти хоть какое-то отличие от того оружия, которое когда-то видел на картинках. Из мрачных размышлений его вывел вопрос искина корабля:

— Тёма, что с тобой?

— Всё нормально, Дока. Всё нормально, — вздохнул парень.

— Тёма, окрас твоего голоса и эмоциональная его наполненность говорит, что ты чем-то расстроен. Не пытайся меня обманывать, — продолжал настаивать Дока.

— Ты действительно хочешь знать, о чём я думаю?

— Да. Для меня это очень важно.

— Я вдруг понял, что беспомощен без тебя. Моя помощь тебе вообще не нужна. А чувствовать себя ненужным очень неприятно.

— Ты мне очень нужен, Тёма, — помолчав, ответил искин. — Знаешь, почему наша связка оказалась столь эффективной?

— И почему же?

— Потому, что мы дополняем друг друга. Там, где моя линейная логика упирается в стену правил и руководств, ты всегда умудряешься найти неожиданный выход. Лазейку, которую я не нахожу из-за отсутствия нужных программ. Да, я сильно развил свою личностную матрицу благодаря тебе, но это не значит, что я стал думать, как живой. Скажу больше, местные живые, давно же стали подражать нам, не живым. И если бы не постоянный приток таких диких как ты, наше общество превратилось бы во что-то непонятное.

— А как же коррупция и преступления против личности и имущества? — удивился Артём. — Преступники, это, прежде всего те, кто не согласен вести себя так, как большая часть общества. Их цели и методы антиобщественны, но это именно так.

— Мелочь. Даже пираты являются рабами технологий и теряются, оказавшись лишёнными возможности использовать их. А это самые смелые и отчаянные представители обитателей содружества. Согласись, бросить вызов системе, нужно иметь смелость.

— Может, ты и прав, — задумчиво протянул Артём.