Глава 12

Глава 12

К счастью, Том ориентировался в окрестностях лучше меня. Я лишь смутно представляла, в какую сторону нужно двигаться, чтобы добраться до дома Рейнмара, зато парень шёл уверенным шагом и даже обозначил временные рамки: придётся топать около часа.

Я ничего не имела против долгой прогулки. Погода стояла чудесная: солнечная и безветренная. Хорошая тут у них осень... Яркая, тёплая. И настроение в такой день тоже должно быть хорошим, но...

Но из головы не выходила стычка с Гартеном и всё, что было дальше.

Дом Рейнмара оказался не таким, каким себе его представляла. Если Грейсхольм выглядел дряхлым старичком, то поместье лорда Аргейла больше походило на молодую, ну то есть недавно возведённую крепость. Двухэтажный особняк из тёмного камня, с остроконечной крышей, чугунными балконами и прямыми, чёткими линиями фасада. Никаких лишних украшений: ни лепнины, ни затейливых карнизов.

Сразу видно: здесь живёт мужчина.

Холостяк.

Сад не выглядел заброшенным, но и цветочным раем его нельзя было назвать: по обе стороны аллеи росли ровные ряды вечнозелёных кустов, кое-где торчали старые розовые кусты с обрезанными побегами, а клумбы, кажется, знавали лучшие времена. Всё ухожено, чисто, но без души, без той домашней теплоты, что делает сад живым. Если бы я не знала, кто хозяин, догадалась бы с первого взгляда: человеку, живущему здесь, на цветочки плевать. Главное, чтобы ровно, практично и не мешало экипажам проезжать.

Ворота оказались не заперты, поэтому не пришлось кричать, чтобы привлечь внимание. Том шёл рядом и не произносил ни слова. Кажется, он всё ещё меня побаивался, а может, просто робел перед девицей знатного происхождения.

Вскоре мы уже стояли у парадных дверей. Я дёрнула за шнурок колокола, и глухой звон заполнил дом. Долго ждать не пришлось. Дверь открылась почти мгновенно, словно о нашем появлении уже было известно.

Нас встретила женщина средних лет: невысокая, аккуратная, с идеально уложенными волосами и в чёрном платье с белым передником.

— Леди Ван’Роэль? — проговорила она, заставив меня удивлённо вскинуть брови.

У меня что, на лбу написано, кто я?

— Разве мы раньше встречались?

Женщина мягко улыбнулась:

— Последние два дня хозяин только о вас и говорит. Лишь взглянув на вас, сразу поняла, что вы новая хозяйка Грейсхольма. — Она посторонилась, позволяя нам пройти.

— Его светлость дома?

Надо же. Только обо мне и говорит... Невольно улыбнулась и вдруг вспомнила, что Рейнмар собирался на охоту. Будет обидно, если мы зря сюда топали.

Ответить женщина не успела, да и в этом не было необходимости. Через распахнутую дверь, ведущую в, по всей видимости, гостиную к нам долетел мужской смех: низкий, ленивый, довольный. Я было обрадовалась, но тут же, сама не знаю почему, скрежетнула зубами. Смеху Аргейла вторил другой: звонкий, женский. Голос, преисполненный кокетства.

Нашёл-таки компанию для фейлорского.

— Всё в порядке, леди? — спросила служанка, чуть приподняв бровь.

— Более чем, — ответила я, хотя голос звучал, мягко говоря, неубедительно. — Передайте лорду Аргейлу, что к нему пришли по делу.

— Конечно.

Внутри дом был таким же, как и снаружи: строгим, без всяких вычурностей, но… каким-то уютным по-мужски. В воздухе витал запах сигарного дыма, кожи и свежесваренного кофе.

Нежный щебет в гостиной заглушил очередной взрыв смеха Аргейла. Я снова клацнула зубами и снова сама того не желая.

Сразу видно, удачно поохотился.

Подарив нам очередную улыбку, домработница исчезла за раскрытыми дверями. Смех и нежное щебетанье тут же стихли, а спустя минуту к нам вышел Аргейл собственной персоной.

— Леди Ван’Роэль? Какой приятный сюрприз. — Заметив топчущегося у меня за спиной Тома, лорд слегка нахмурился, но тут же снова расплылся в улыбке.

Машинально скользнула по нему взглядом. Верхние пуговицы рубашки расстёгнуты, волосы слегка растрёпаны, но вид при этом не неряшливый, а чертовски… сексуальный. Не знаю, почему об этом думаю и при этом продолжаю его рассматривать... Оно мне не надо.

Не надо!

— Выпьете кофе? — предложил радушный хозяин.

Я кивнула и, не сдержавшись, ляпнула:

— Вас можно поздравить с удачной охотой.

Теперь уже Рейнмар дёрнул бровью, точь-в-точь как его экономка.

— С охотой не сложились. Помешали... хм... обстоятельства.

За его спиной мелькнули те самые «обстоятельства»: очаровательная блондинка в кружевном пеньюаре. Окинув меня взглядом, она тихонько хмыкнула и, не сказав ни слова, скрылась в гостиной.

— Простите, если помешали вашему… отдыху, — сказала я максимально нейтральным тоном.

— Пустяки, — отмахнулся Рейнмар, после чего бросил своей райской пташке: — Кейра, дорогая, я ненадолго. Не скучай без меня!

— Это будет сложно, — снова раздалось чириканье.

Голову бы открутила этой птичке.

Переведя взгляд на нас, Аргейл предложил:

— Идёмте в мой кабинет. Там поговорим.

Следом за лордом мы направились по длинному коридору к одной из дальних комнат. В кабинете ещё сильнее пахло табаком, а также бумагой и мужскими духами. На столе — стопка писем, полупустой бокал и чернильница. Рядом массивное пресс-папье и несколько перьев.

Рейнмар уселся в кресло, нам с Томом предложил устраиваться на диванчике. И пока я расправляла складки на юбке, собираясь с мыслями, поинтересовался:

— Удовлетворите моё любопытство, Элиана: как так вышло, что вы разгуливаете по окрестностям Лирмонта в компании беглого беспризорника. А если Гартен узнает?

— Он уже... кхм... знает.

От такого заявления у лорда вытянулось лицо, а взгляд впился в меня, словно шампур в кусочек мяса.

— Рассказывайте, — потребовал Аргейл резко.

На этот раз говорила я, Том молчал. Рассказала всё, без утайки. Ну разве что не стала акцентировать внимание на том, что со мной творилась какая-то чертовщина, выпившая из меня все силы.

Вот только сейчас немного очухалась, после прогулки.

Ненадолго пришлось прерваться, когда в дверь постучалась служанка. Она принесла не только кофе, но и что-то вроде компота или морса для Тома. А также бутерброды, печенье, пирожные. Судя по выражению лица паренька, он решил, что попал в рай. И Аргейла, в отличие от меня, он явно не боялся. Будь его воля, здесь бы и остался.

Пока Том активно работал челюстями, я продолжала рассказывать, а закончив, выжидательно посмотрела на Рейнмара.

— И вы вмешались... — пробормотал он чуть слышно. — Конечно же, вмешались.

— А что мне оставалось? Вы бы на моём месте поступили точно так же.

— Я не на вашем месте, леди, — почему-то резко отрезал Аргейл. — Я не девица и в состоянии за себя постоять!

Не успел он это сказать, как Том поперхнулся, а откашлявшись, тихонько хмыкнул:

— Леди тоже... в состоянии. Вы бы видели её глаза, лорд. Это же кошмар...

— Ешь давай, — посоветовала болтуну и перевела взгляд на мрачного соседа. — Что нам теперь делать?

Рейнмар пожал плечами:

— Можем сыграть в карты. На раздевание. Разумеется, без младших.

— А если без шуток? Нужно придумать, как помочь сиротам. Я пришла за советом, а не за нотациями и насмешкой...

— Лирмонт — не лучшее место для справедливости, леди. Гартен — не просто мерзавец, он ещё и мерзавец при власти. Как уже говорил, у него немало покровителей, и довольно влиятельных. Снять его можно только решением Совета попечителей.

— Ну, значит, надо обратиться в Совет попечителей. Где я могу найти его членов?

— Среди покровителей выродка.

Я мысленно выругалась.

— А если обойти Совет? Просто забрать сирот.

Рейнмар хмыкнул:

— Тогда у вас будут проблемы. Даже несмотря на ваше происхождение.

— Что вы имеете в виду?

— Тюрьму, а может, и виселицу. Если Гартен постарается. А он, поверьте, будет стараться и со своей кормушкой так просто не расстанется. Так что выкрасть детей — не вариант.

— А если всё-таки по закону? Может, есть какая-нибудь лазейка? Он же над ними издевается!

Рейнмар задумался, и некоторое время тишину кабинета нарушал лишь стук его пальцев по столешнице.

— Есть вариант, — наконец сказал лорд. —Временная опека. Если подать прошение в канцелярию общественного призрения с просьбой перевести детей в безопасное место «до решения Совета». Формально вы будете действовать по закону, но… — он замолчал.

— Но?

— Нужно доказать, что вы способны их содержать. Пища, жильё, присмотр. И… — лорд усмехнулся, — просто писулька не сработает. Нужен официальный документ не только с вашей подписью, но и скреплённый родовой печатью Ван’Роэлей. Без неё ваше заявление даже не примут на рассмотрение.

— Печать… — пробормотала я, неуверенно добавив: — Могу поискать...

— Вы не знаете, где она?

— Не успела выяснить. Вы видели мой дом?

— То-то и оно, Элиана, — усмехнулся Аргейл. —Дети вам сейчас, как мне женитьба. Непосильная ноша, взваливать которую на себя будет весьма неосмотрительно. И очень, очень обременительно.

Разозлившись, я подскочила.

— Не сравнивайте меня с собой, лорд! Я не боюсь ответственности! В отличие от вас! Это вам проще убивать время со всякими «трофеями»!

Не знаю, что я такого сказала, но Аргейл вдруг рассмеялся. Громко, от души, отчего я разозлилась ещё больше.

Отсмеявшись, он примирительно сказал:

— Ладно, больше не буду вас вразумлять, мисси. И раз уж вы пришли за помощью, так уж и быть — помогу. Вместе с вами подпишу прошение. Моё имя придаст ему вес. И… если всё получится, помогу забрать детей. Интересно будет посмотреть, как ваш дом переживёт вторжение дюжины сирот, — усмехнулся он и уже серьёзно добавил: — К тому же я давно хотел своими глазами увидеть, что за звериное логово содержит под видом приюта Гартен.

— Ничего хорошего вы там не увидите, лорд, — горько проронил мальчик.

Бросив на него, понуро опустившего голову, взгляд, я укрепилась в своём решении помочь сиротам.

— Значит, фамильная печать... — Направилась к выходу, и Том, прихватив с собой последний «выживший» бутерброд, тут же подхватился.

— Найдите её, а я пока составлю прошение и вечером завезу.

— Гостья не обидится, что вы так мало уделяете ей внимания?

Рейнмар расплылся в улыбке:

— Меня на всех хватит.

Швырнуть бы в него чем-нибудь, да только... Нельзя ссориться и вредить «подельнику».

Грейсхольм встретил нас привычным полумраком и скрипом половиц. Вернулись мы уставшие, голодные (по крайней мере, у меня в животе уже вовсю урчало, а Тому после угощений в доме Аргейла было грех жаловаться), но зато с целью: отыскать родовую печать и как можно скорее отправить прошение. Забрать детей у этого жирного демона!

Едва переступив порог своего готичного жилища, я мысленно прикинула, откуда лучше начинать поиски печати. Сразу подумалось о кабинете на первом этаже. Туда я уже заглядывала — место колоритное и немного пугающее. Именно из кабинета я чудесным образом перенеслась в холл, где и нашла венок, уколола о него палец и благополучно потеряла сознание.

К счастью, сейчас я была не одна, а потому шла без страха. Почти...

— Вы знаете, где искать, леди? — следуя за мной, поинтересовался Том.

— Премерно представляю, — ответила я, не желая признаваться, что на самом деле не имею понятия.

Но по логике, где ж ещё находиться родовой печати, как не в хозяйском кабинете.

Стоило открыть дверь, как в нос ударил уже знакомый запах: старой бумагой, пыли, отсыревшего дерева. В этот раз рабочее место Далии не стало пугать полумраком и мрачностью. Наоборот, встретило нас уютно зажжённым камином, мягкими отблесками светильников, а также стандартным перекусом: чай, булочки, сыр, непонятно откуда взявшиеся яблоки и даже джем в пиале.

Ну всё, прощай тонкая талия.

— Подкрепимся и за дело, — улыбнулась я и устроилась за столом. Налила чай себе, Тому, который снова выглядел голодным — так жадно смотрел на угощения. И с не меньшей жадностью на них набросился.

С набитым ртом поинтересовался:

— А пофему... чавк-чавк... дерефья здесь... хрум... синие?

— Хороший вопрос... — я отщипнула кусочек булочки. — Честно, не знаю. Сама уже не раз им задавалась.

— Странно, конечно... — прожевав, поделился парень. — Но смотрится красиво.

На мои вопросы Том отвечал с куда большей неохотой, чем спрашивал сам. Мне не хотелось давить, но и познакомиться тоже было нужно. Раз уж будем жить под одной крышей и неизвестно, как долго.

Оказалось, родители Тома погибли от какой-то неведомой болезни. К счастью, зараза не коснулась мальчика, на тот момент едва справившего десятилетие. К несчастью, больше у него никого не было. Его подобрал торговец из Лирмонта и сдал в приют, уверенный, что сделал благое дело.

Поначалу Том верил, что жизнь станет лучше. Потом — просто надеялся, что не будет хуже. Но с приходом «к власти» Гартена, веры в счастливое будущее у парня не осталось.

Я слушала и невольно сжимала пальцы, представляя, как в них окажется мясистая шея Гартена. Ну, зараза!

Какая же мразь!

Как можно морить голодом, бить, унижать тех, кто и так остался без всего? Гартен заслуживал худшего из всех возможных приговоров.

Увы, в тот день больше мне не везло. Мы обыскали кабинет сверху донизу: ящики, ниши, полки, даже картину сняли со стены — вдруг за ней сейф или какой-нибудь тайник?

Ни-че-го.

Перешли в библиотеку, которая, как оказалось, соседствовала с кабинетом: старая, пыльная и... удивительно красивая. В любое другое время, пребывая в другом настроении, я бы оценила и искусную лепнину на потолке, и пропахшие пылью тяжёлые бархатные шторы. Невозможно высокие книжные стеллажи, мягкие кресла у камина... Всё было красиво, но в этом красивом не имелось даже намёка на печать предков Элианы.

К вечеру я уже порядком вымоталась, да и Том ходил зевая.

— Ладно, — всё-таки пришлось сдаться. Но только на сегодня! — Предлагаю продолжить утром. А сейчас пойдём ужинать.

Подхватив керосиновые лампы, мы отправились на кухню.

Не знаю, какая каша варилась в призрачных головах духов, но ужин нам, увы, не приготовили. Пришлось мне вставать у плиты. Том тоже без дела не сидел: чистил картошку, резал луковицы, кромсал кабачки и морковку, почему-то в этом мире отличавшуюся ярко-красным цветом. Но главное, вкус такой же.

Уже когда раскладывала рагу по тарелкам, услышала за окнами кухни шаги. Замерла, напряжённо прислушиваясь, и тут же заулыбалась, услышав:

— Предлагаю сегодня обойтись без сковородки! Удивите меня!

— Проходите! — крикнула я, вытирая руки о фартук, обнаруженный здесь же на кухне, в задвинутом в дальний угол сундуке.

Скрипнула дверь, и за спиной раздались шаги, почему-то вызвавшие ещё одну улыбку.

— Надеюсь, ужин не только для вас и Тома?

Я обернулась и увидела, что Рейнмар окидывает взглядом мою незатейливую стряпню.

— Если вас удовлетворит столь скромное блюдо, милости просим, — ответила я и стала торопливо нарезать хлеб с вяленым мясом.

Чтобы добавить этой «скромности» хоть немного разнообразия.

— Я в еде не прихотлив, мисси.

— Леди, — поправила его, а потом со вздохом добавила: — Печать ещё не нашли. Но продолжаем искать.

Закончив с нарезкой, поставила её на стол и заметила, что лорд хмурится.

— Вы имеете что-то против мяса?

— С мясом всё замечательно, — немного грустно улыбнулся Рейнмар. — Я как раз из Лирмонта. Видел Гартена... Пьян в стельку, сволочь. Свиньи в хлеву и то ведут себя приличнее, чем этот боров!

Том, до этого сидевший тихо, побледнел.

— Когда он пьёт… — пролепетал, весь сжимаясь. — Он становится ещё хуже. Он… он может…

— Тише, — я положила ладонь ему на плечо. — Всё будет хорошо.

— Он отыграется на других, — сдавленно выдохнул парень. — На Норе, на Дрейве…

— Мы с ним разберёмся.

Я не знала, что ещё сказать. Как успокоить парня, а заодно как самой успокоиться. Рейнмар тоже сидел угрюмый и ел без особого аппетита, хоть рагу получилось вполне приличным.

Том с едой, как обычно, расправился первым. Устало потёр глаза и зевнул, уже не знаю в какой за этот вечер раз.

— Иди отдыхай, — мягко сказала я. — Завтра продолжим искать.

Когда он ушёл, Рейнмар отпил чай из чашки и поинтересовался:

— Везде искали?

Я покачала головой.

— Дом большой... Мы осмотрели кабинет и библиотеку, но в некоторые комнаты я ещё даже не заходила. Просто не успела.

— А что сумеречные? Не чешутся?

Я тихонько хмыкнула:

— Это вы у них спросите.

— Это ваши слуги — вы с ними и разбирайтесь.

Можно подумать, я не пытаюсь...

На какое-то время в кухне повисло молчание. Только и было слышно, как в печи потрескивает пламя, и Аргейл делает из чашки неторопливые глотки.

— Как ваша гостья? Не расстроилась, что вы снова её бросили? — спросила и тут же прикусила язык, но было поздно: Рейнмар довольно улыбнулся.

— Ещё немного, и я решу, что вы ревнуете, мисси.Леди ...

— Конечно, нет! — вспыхнула я. — Просто… любопытно стало.

— Жозефина моя давняя подруга, — немного помедлив, признался Аргейл. —Приехала в гости. Ненадолго.

— И как тесно вы дружите? — не удержалась я.

— Не настолько тесно, как хотелось бы Жозефине, — тихо рассмеялся Рейнмар.

Чувствуя, как щёки заливает румянец, я спешно поднялась:

— Что ж… Передавайте привет подруге.

— Обязательно. — Поняв мой намёк, Аргейл тоже поднялся, после чего изобразил театральный поклон: — Благодарю за изысканный ужин.

— У нас только такие и готовят...

Что-то тихонько насвистывая себе под нос, Рейнмар ушёл, а я ещё долго сидела, глядя на огонь, потрескивающий в недрах очага. Столько всего произошло за один день, что, кажется, миновала целая неделя. И завтрашний день будет не лучше. А точнее, не легче.

— Вам что, сложно показать мне, где печать?!

Ответом мне была тишина.

Перед тем как лечь спать, я заглянула к Тому. Паренёк спал, свернувшись клубком, с головой накрывшись одеялом. Осторожно прикрыв дверь, я отправилась к себе.