Глава 15

Глава 15

Я слетела с крыльца, долетела до ворот и едва не застонала от разочарования. Аргейл зря времени не терял: с чистой совестью отправился восвояси. Нет бы задержаться! Птичек послушать, на синюю листву полюбоваться... Но нет же, у него гостья! Её общество куда важнее, чем какие-то там сироты!

Теперь уже хотелось рычать, от досады и разочарования. Ну и как теперь быть? Бежать за ним? Увы, у меня нет пропеллера в одном месте, так что догнать всё равно не сумею.

Я развернулась и, с трудом сдерживая желание пнуть ближайший камень, вернулась в дом. В холле остановилась, развернула расписку и ещё раз внимательно прочитала. Строчки были те же, но ощущались по-другому: теперь, когда я понимала, что держу в руках не просто старый клочок бумаги, а почти приговор для одного мерзавца.

Я бы с удовольствием отправилась в Лирмонт сейчас же, но проблема с транспортом была всё так же актуальна и все дороги, как это водится, вели к Рейнмару. Вот только после нашего разговора бежать к нему домой (в который раз) казалось такой себе идеей. Да и где гарантия, что он к своей ненаглядной отправился? Может, ещё куда умчался, и я только зря время потеряю. А по-другому в город не добраться. Разве что пешком... Может, и добреду к ночи. Но с большей вероятностью где-нибудь потеряюсь. Да и вообще... Успокойся, Алина, выдохни. Импульсы импульсами, но лучше не нестись к Гартену на эмоциях, а сначала всё хорошенько обдумать.

В расписке было указано, что она исчезнет, когда долг будет погашен. А до этого? Что, если я покажу её негодяю, а тот разорвёт её в клочья? С него станется!

— Ладно, проверим тебя на прочность, — пробормотала я и осторожно согнула лист пополам.

Ничего. Ни намёка на залом.

Попробовала чуть сильнее. Пальцам стало больно, а вот расписке, судя по всему, — нет. Я даже попробовала надорвать краешек и хоть бы что! Чувство такое, будто пытаюсь порвать лист металла. Мелькнула мысль протестировать на прочность с помощью огня, но я тут же от неё отмахнулась, решив не впадать в крайности.

В который раз скользнула взглядом по подписи Агаты. Вот уж кому стоило бы восстать из могилы и дать по шее своему родственничку…

Изучив документ вдоль и поперёк, я решила занять себя уборкой, но сегодня дело не двигалось с мёртвой точки. Понимала, что мне не полы надо драить, а предъявлять бумагу Гартену. Пусть долг прямо сегодня и возвращает. А если не может, так вон из моей собственности!

Промаявшись где-то час, всё-таки решила отправиться к Рейнмару. Как поссорились, так и помиримся. Главное, чтобы был дома.

К дому Аргейла я шла быстро, почти бегом. Дорога, как назло, казалась бесконечной, но несмотря на то, что в боку уже давно кололо, я не сбавляла скорость. Когда впереди показались знакомые ворота, наоборот, ускорила шаг и вскоре уже поднималась на крыльцо, обрамлённое ажурными коваными перилами.

И минуты не прошло, как дверь приоткрылась. На пороге возникла знакомая пожилая служанка, та самая, что встречала меня в прошлый раз. На лице — удивление, но без неприветливости.

— Леди Ван’Роэль?

Она едва успела открыть дверь пошире, как из глубины холла раздался высокий, приторно-сладкий голос:

— Кто там? Ах! Неужели снова вы?

Жозефина буквально вылетела в холл. В нарядном платье, с идеально уложенными светлыми волосами, обвешанная украшениями как на праздник. Я по сравнению с ней казалась какой-то бродяжкой. Выражение лица у леди было более чем говорящее: вроде и улыбается, не менее сладко, но в глазах столько презрения, что хватило бы на целый город.

— Леди Ван’Роэль, если не ошибаюсь... — протянула она всё с теми же медовыми нотками. — Вы сюда как на службу. И дня не пропускаете...

Я мысленно досчитала до трёх, прежде чем заговорить:

— Я пришла по делу. Лорд Аргейл дома?

Я смотрела и обращалась к домработнице, но единственное, что та успела — это открыть рот. Ответила мне Жозефина:

— Если бы был дома, я бы здесь не изнывала одна от скуки. Полагаю, вы постарались... Со вчерашнего дня домой не возвращался. А может, я зря вас обвиняю? — она тихонько хмыкнула. — И он нашёл ещё кого-то, кроме нас с вами, кто занимает всё его время и внимание.

И когда уже она отсюда укатит...

Проигнорировав её слова, я снова обратилась к служанке.

— Не найдётся ли у вас... хм... лишней лошади? Мне срочно нужно в Лирмонт. Раз уж лорд Аргейл занят, то поеду одна. Вот только... было бы на чём.

Пожилая женщина оживилась: явно обрадовалась возможности прервать разговор, за которым следила с напряжением рефери.

— Конечно, леди! Сейчас же распоряжусь! Арт выведет лошадь к воротам.

С этими словами она вышла, торопясь вниз по лестнице.

Как только её шаги затихли, Жозефина плавно подошла ближе — уже без улыбки.

— Странно, — сказала она задумчиво, прищуриваясь. — Ваше лицо… кажется мне смутно знакомым. Может ли так быть, что мы уже где-то виделись?

От её слов неприятно кольнуло внутри.

— Уверена, вы ошибаетесь, — ответила я, сохраняя видимое спокойствие.

Девушка наклонила голову чуть вбок, изучая меня так пристально, будто и правда пыталась вспомнить, где мы могли раньше видеться.

— Возможно, — пробормотала она. — А возможно… и нет.

Она замолчала, причём так выразительно, словно что-то знала. Словно мы и правда раньше встречались. Она и... прошлая Элиана.

Проклятье.

— Лучше подожду снаружи, — обронила я, не желая задерживаться в обществе леди. — Не хочу отнимать у вас время.

— О, нисколько, — улыбнулась она, снова приторно-сладко. — У меня его предостаточно.

Я вышла на крыльцо, чувствуя, как её взгляд буквально сверлит спину. Спустилась к дороге и поспешила к воротам. Ощущение, что Жозефина что-то знает, не отпускало. Может, я себя накручиваю, но...

Но сейчас мне не до неё. Сейчас важно добраться до Лирмонта и, пока буду добираться, нигде не потеряться. Надеюсь, мне достанется покладистая лошадка, вроде той, что везла меня по столице. Надеюсь, сориентируюсь и доеду до города. В самом деле, не полагаться же всё время на Аргейла!

С этой мыслью я сунула руку в карман, в который раз проверяя, на месте ли заветная бумага, а коснувшись её кончиками пальцем, поспешила наперерез к конюху, ведущему под уздцы серую в яблоках лошадь.

* * *

Добраться до Лирмонта оказалось тем ещё испытанием. Лошадка хоть и была спокойной, но я от этого нервничала не меньше. Всё время боялась упасть, ошибиться, повернуть не туда и, к слову, боялась не зря. Один раз, в самой чаще, задумавшись, едва не свернула на боковую тропу. Она казалась такой знакомой, словно по ней мы и добирались до Лирмонта. Спасибо кобылке, что застопорилась, тряхнула упрямо гривой, и я, опомнившись, вдруг поняла, что сворачиваю не туда.

Стиснула зубы и поехала дальше: из лесу, по дороге, пролегающей меж полями и редкими домами. Эти дома я уже видела, узнавала, а когда впереди показались знакомые крыши Лирмонта, облегчённо перевела дыхание.

Смогла.

Добралась.

С трудом, но справилась.

У первого же прохожего, старичка с тёмной тростью, узнала дорогу к приюту. Лошадь всхрапнула, будто разделяя моё настроение, и я направила её вверх по улице прямиком к двухэтажному зданию, некогда наверняка красивому, вот только сейчас оно выглядело так, словно оба этажа пережили многомесячную осаду.

И вот это вот прошло проверку? Если фасады выглядят настолько удручающими, то даже предположить боюсь, что там за внутреннее «убранство».

Привязав лошадь к перилам крыльца, громко постучала. Дверь мне открыла... глыба. Настоящая женщина-глыба. Дородная, широкоплечая (Гартен по сравнению с ней казался сущей мелочью), в фартуке, который тоже побывал не в одной баталии. С грязью. И в каждой потерпел фиаско.

— Чего надо? — поинтересовалась мадам «вежливо».

— Мне нужен мейр Гартен.

— Нет мейра. — Она упёрла руки в бока. — Ступайте, мисси. У нас тут чужакам не место.

— Но...

— Я же сказала: нет его! — гаркнула «глыба».

— А когда будет?

— Нескоро!

— Значит, подожду. — Я попыталась заглянуть в проём двери, но, увы, сварливая тётка своими габаритами закрывала весь обзор. — Пропустите?

Попыталась просочиться в несуществующую щель между нею и дверным косяком, но работница приюта тут же грубо пробасила:

— Нет! Нечего здесь чужим делать! Уходите! Мейр Гартен сейчас в «Кувшине» обедает. Вернётся нескоро. Особенно если останется там на ужин.

Вот жизнь... Обед, плавно перетекающий в ужин. Где ж ему взять время на дела приюта.

Больше я ничего спросить не успела. Дверь захлопнулась прямо перед моим носом.

* * *

В таверне «Медный кувшин» был полный аншлаг, и состоял он в большинстве своём из мужчин. Я немного замешкалась на пороге, но тут же приказала себе не дрейфить и вошла в пропитанное самыми разнообразными запахами помещение. Не знаю зачем, но первым делом почему-то поискала взглядом Рейнмара. Надеялась, глупая, что после разговора со мной он отправился кутить в Лирмонт, раз уж домой не вернулся. Как было бы здорово найти его здесь, по-быстрому всё объяснить и вместе броситься на штурм негодяя. Но, увы, Аргейла в таверне не было. Зато Гартен обнаружился сразу. Сидел прямо посреди зала, как жирный паук в центре своей паутины. Красный, потный, довольный жизнью и темнеющим перед ним кувшином. Перед главой приюта стояла гора еды: запечённые окорока, свиные рульки, что-то вроде каравая и куча всякой нарезки… И всё это для него и двоих его подпевал. Я бы такое количество еды и за неделю не съела, а этот просто зашёл пообедать.

Тихонько выдохнув, я приблизилась к негодяю. Сперва он даже меня не заметил, продолжал что-то увлечённо втолковывать своему собеседнику. Но стоило второму громиле толкнуть «босса» локтём, как Гартен вскинул на меня взгляд. Заплывшие жиром глаза тут же сузились, в них мелькнуло нечто среднее между злостью, страхом и раздражением.

— Леди Ван’Роэль… — протянул он кривясь. — Опять вы... вернулись. А я-то надеялся, что после вчерашнего вам хватило ума исчезнуть.

Его собутыльники криво ухмыльнулись. Я проигнорировала угрозу, не отвела взгляда. Не то чтобы во мне смелость зашкаливала, но если сейчас отступлю, он догрызёт Тома завтра же.

Нет, завтра я буду отвечать за этого мальчика!

— Мейр Гартен, — произнесла я ровно и намеренно громко, чтобы за соседними столами тоже услышали. — У меня к вам дело. Очень важное и очень срочное!

— Ну давайте, удивите меня, — откинулся он на стуле, хлопнув себя ладонью по округлому брюху. — Снова попытаетесь проклясть?

— Никто вас никогда не проклинал. — Я достала бумагу и демонстративно протянула её мерзавцу.

Словно по мановению волшебной палочки, таверну накрыла тишина. Даже столовые приборы перестали стучать о тарелки, и пламя в камине, казалось, тоже затаилось.

— Что это? — поморщился Гартен.

— Долговая расписка вашей покойной родственницы, Агаты Гартен, — сказала я всё так же громко. — Она взяла деньги у Далии Ван’Роэль под залог дома, где сейчас расположен приют. Долг так и остался не выплачен, и я, будучи её единственным потомком и наследницей, требую его возвращения. Немедленно.

Если до этого рожа Гартена была просто красной, то теперь стала багряной. Щёки, и без того надутые, ещё больше раздулись. Кадык нервно дёрнулся, а толстые пальцы сжались в кулаки.

— Чушь, — прохрипел он. — Что за бред ты несёшь, девчонка!

— Вот, — я ткнула пальцем в угол листка бумаги. — Здесь подпись вашей родственницы. И условия возврата долга. Всё законно.

Стоило мне замолчать, как тишина стала пронзительной, почти оглушающей. Уверена, все в этой таверне слышали, как быстро, лихорадочно сейчас стучит у меня в груди сердце.

Гартен вырвал бумагу из моих пальцев, скользнул по строчкам глазами… Лицо перекосило от ярости.

— Враньё! — яростно заорал он. — Подделка! Колдовство!

И, как я и опасалась, попытался порвать документ.

Тут уже сердце стучать перестало, замерло от страха. К счастью, бумага не поддалась. Гартен рванул сильнее. Ещё. И ещё. Так старался, что даже лоб покрылся испариной.

— Вы закончили? Если да, то извольте прочитать. Вот здесь... да, да. Долговая расписка Агаты Гартен под защитой чар. До полного возврата долга.

Гартен издал что-то среднее между шипением и рычанием, а потом резко подался вперёд. К центру стола, где уныло догорала одинокая свеча... Я вскрикнула и попыталась вырвать расписку из его пальцев, но негодяй оказался быстрее. Мгновение, и огонь пополз по бумаге, заставив меня заледенеть в отчаянье.

Фшшш!

Пламя вспыхнуло, жар ударил в лицо.

Но вместо того чтобы уничтожить бумагу… огонь благополучно перекинулся на руку хозяина приюта.

— А-а-а-а!!! — завопил тот, завизжал.

Вскочил, опрокинув стул. Таверна взорвалась криками, кто-то попытался сбить пламя, а один из его дружков «догадался» плеснуть на руку мейра содержимым своей кружки, и пламя полыхнуло ещё задорней, ещё ярче.

Я было отшатнулась, но тут же, воспользовавшись суматохой, подобрала бесценный документ. Хвала местному богу или богам, он был цел. Абсолютно цел... Даже не потемнел!

Когда пламя всё-таки сбили, и все немного пришли в себя, я снова оказалась в центре внимания. Гартен тяжело дышал, дрожал и прижимал к груди обожжённую руку.

Я же сказала ровно:

— Я хочу получить свой долг. Сегодня же.

И снова молчание. Мне это даже начало нравиться.

В этой пронзительной тишине толстяк прохрипел:

— Да где… мне взять… такие деньги?! Там же целое состояние!

— Не мои проблемы, — холодно отрезала я. — Если долг не будет выплачен до конца дня, по условиям расписки я забираю дом. Со всем его содержимым.

Толстяк подскочил, будто ему в одно место кол всадили. В его глазах читалось такое бешенство, что на какое-то мгновение я даже поверила, что от меня сейчас не останется мокрого места.

Но вдруг кто-то шагнул вперёд.

«Стражник», — отметила машинально, заметив нашивку на груди мужчины, какие носили представители порядка.

— Могу я взглянуть на документ, леди?

Я молча протянула расписку.

Время, пока он скользил по строчкам взглядом, казалось мне бесконечным. Я всё боялась, что сейчас он объявит: подделка! Рейнмар ведь предупреждал, что у Гартена связи. И что мне тогда останется? Спорить со стражем порядка? Тогда уже точно не в дом с призраками отправлюсь, а в места куда менее приятные.

Я чуть с ума не сошла от волнения. А когда он произнёс:

— Бумага подлинная. Подпись, судя по всему, тоже. Долг есть, и его нужно вернуть, — не сразу поверила своим ушам.

Бумага подлинная?

Бумага подлинная!

Гартен затих и даже весь как-то сжался.

— Нет у меня таких денег... — пробормотал.

Мысленно ликуя, я позволила себе триумфальную улыбку, после чего ровно сказала:

— Что ж, с вашего позволения, господин констебль… Я бы хотела осмотреть свои новые владения.