✧ Глава 29 ✧

Праздник застал поместье врасплох. Никто не ожидал, что лорд Вейл вдруг решит устроить пир в честь сбора соли — событие, которое не отмечали уже много лет. Но слухи о том, что из столицы прибудут важные гости, поползли по поместью за несколько дней до назначенной даты. Слуги сбивались с ног, драили полы в триклинии, натирали воском бронзовые светильники, таскали из погребов амфоры с выдержанным вином. На кухне визжали поросята, обречённые стать главным блюдом.

Гости прибыли ближе к вечеру. Среди них был человек по имени Валериан Мортейн, которого лорд Вейл приветствовал с особым почтением. Судя по всему, старший по рангу или самый богатый.

Сирша заприметила аристократа из тени колоннады, где столпились все наложницы, дабы не путаться под ногами у знатных господ. Валериан был высок, широкоплеч, с тёмными, коротко стриженными волосами, тронутыми сединой на висках. Лет сорока, не больше. У него было лицо человека, привыкшего повелевать, но без той холодной жестокости, что навсегда отпечаталась в глазах лорда Вейла. Когда Валериан улыбнулся, отвечая на приветствие хозяина поместья, у его глаз появились мелкие морщинки.

Пир длился долго. Наложниц, как обычно, позвали развлекать гостей. Ливия играла на кифаре и пела, Друзилла танцевала, путаясь в складках прозрачного пеплума, а Сабина разливала вино. Лишь Сирша притаилась в углу, желая оставаться незамеченной.

Неожиданно её позвали.

— Подойди, — махнул рукой лорд Вейл. — Покажись гостям.

Сирша вышла в центр залы. Свет бронзовых светильников упал на серебристые волосы, и по триклинию пробежал изумлённый шёпот. Она привыкла, что её волосы всегда вызывали реакцию.

— Какая редкость! — произнёс кто-то из гостей. — Настоящее серебро?

— Настоящее, — с гордостью ответил лорд Вейл. — Такая порода рождается лишь на Диких островах.

Гости зашумели, обсуждая диковинку. А Сирша стояла, опустив глаза, и считала удары своего сердца.

Раз.

Два.

Три.

— Подай гостям десерт, — вдруг приказал лорд Вейл.

Сирша взяла поднос со сладостями: медовые соты, засахаренные фрукты, орехи в глазури, — и принялась обносить гостей. Когда она подошла к Валериану Мортейну, он с любопытством задержал взгляд на наложнице.

— Как тебя зовут? — спросил он.

Девушка замерла.

— Сирша.

— Сирша, — повторил Валериан, пробуя имя на вкус. — Красивое имя. Оно тебе подходит.

Аристократ взял с подноса засахаренный инжир и вдруг, совершенно неожиданно, протянул его Сирше. Наложница опешила.

— Попробуй, — сказал он. — Ты, наверное, сама такое редко ешь.

Это было правдой. Наложниц не кормили сладостями, ведь им полагалась простая пища: каша, лепёшки, иногда мясо с хозяйского стола. Сирша колебалась. Она бросила взгляд на лорда Вейла, но тот был увлечён разговором с другими гостями и не смотрел в их сторону.

Девушка осторожно взяла инжир, который оказался невероятно сладким на вкус. Она не ела ничего подобного с тех пор, как была ребёнком на Диких островах, до прихода аштарцев. Тогда мать иногда давала ей сушёные финики, привезённые купцами.

— Вкусно? — поинтересовался Валериан.

Сирша кивнула, не в силах говорить. Губы мужчины расплылись в тёплой улыбке. Так Сирше не улыбался никто за все годы, проведённые в этом доме.

Наложница отошла, чувствуя, как сердце колотится быстрее обычного. Что это? Что с ней происходит? Она не знала, но точно решила, что хотела бы увидеть Валериана Мортейна снова и услышать, как он ещё раз произнесёт её имя.

Впервые за долгое время Сирша захотела чего-то сама.