✧ Глава 3 ✧

Вернувшись в Западный дворец, Реджина Кроан оказалась окружена своими фрейлинами, которые защебетали, словно птички, как только увидели её. От придворных дам сыпалось бесконечное количество вопросов, но королева лишь отмахнулась от них.

– Ваше Величество, вы выглядите такой подавленной, – не отставала Сесилия. – Прошу поделитесь с нами тем, что сказал вам король, и вам станет легче.

Реджина опустилась на софу, расправляя складки подола платья. Тем временем фрейлины продолжали наседать на неё со всех сторон, так что она пробормотала:

– Король вполне ясно дал понять, что мне не следует вмешиваться в происходящее... Эта женщина – рабыня, но, несмотря на её происхождение, Илберт собирается сделать её своей официальной фавориткой. Само собой, если у короля появятся любовницы, то это в порядке вещей. Я не должна была надеяться, что со мной будет по-другому…

На лбу Фиделии появились складки, а Сесилия громко топнула ногой, уперев руки в бока. Фиделия посмотрела на неё с укоризной, но рассердившаяся Сесилия совсем не обратила на придворную даму внимания.

– Как Его Величество смеет так обращаться с вами?! – недовольно воскликнула фрейлина. – К тому же, разве можно позволить этой грязной женщине оставаться во дворце, когда…

– Сесилия! – строго прикрикнула на неё Фиделия, а затем обратилась к Реджине Кроан: – Неважно сколько фавориток будет у короля, в Аштаре может быть лишь одна королева.

Реджина Кроан не могла не согласиться со словами придворной дамы, однако всё же не понимала, почему чувствовала себя такой разбитой, хотя они с Илбертом никогда не любили друг друга.

«Наверное, дело в том, что мы с королём были вместе с самого детства, а теперь я ощущала себя преданной, когда он проявил заботу о ком-то другом», – пронеслось в голове у королевы.

– Ты абсолютно права, Фиделия, – наконец согласилась Реджина. – Мне скоро станет легче. Кроме того, король сказал, что мне не придётся встречаться с этой женщиной.

Королева решила, что ей стоит просто смириться с происходящим и пережить это. Не следует позволять превратить любовь короля в смысл своей жизни.

В течение нескольких дней Реджина Кроан старалась участвовать во всём происходящем в Аштарском королевстве, в частности созвала Совет Двенадцати и устроила несколько заседаний с чиновниками в конференц-зале для обсуждения подготовки к предстоящему торжеству по случаю трёхсотлетия правления династии Кроан.

Планировалось, что празднество будет длиться несколько дней. Развлечения, начиная от охоты и заканчивая выступлениями артистов, роскошный банкет и королевский бал, всё это она предложила организовать и министры её поддержали.

После заседания в душном кабинете, которое длилось несколько часов, Реджина направилась прогуляться в сад, находящийся при Центральном дворце. Она расположилась в небольшом кресле, которое было надёжно скрыто от посторонних глаз высокими цветочными стенами, возвышавшимися вокруг. Реджина, оставаясь незамеченной, углубилась в чтение книги, пока вдруг не услышала голоса служанок за стеной из растений.

– Его Величество навещает мисс Сиршу каждый день!

– Это ещё что! Король приказал придворному лекарю осмотреть её, – поделилась другая служанка.

– Должно быть, Его Величество беспокоится о том, не пострадала ли мисс Сирша на невольничьем рынке!

Придворный лекарь следил за здоровьем членов королевской семьи. Он никогда не осматривал даже аристократов, но Илберт позвал его, чтобы позаботиться об этой рабыне. Королева пребывала в замешательстве: «Эта женщина настолько сильно очаровала короля, что он готов пренебрегать устоявшимися традициями и правилами дворца ради неё?»

– Боюсь представить, какая разразится буря, когда королева узнает об этом! – вновь донеслась до Реджины часть разговора.

– Ничего подобного! Королева всегда так холодна и непроницаема, – со знанием дела заявила другая служанка. – Она не проронит не единой слезинки, даже если кто-то причинит вред её обожаемой Изабелле.

В самом деле, в глазах придворных Реджина Кроан выглядела совершенно равнодушной. Они полагали, будто человеческие эмоции ей чужды. Слугам не дано знать всей правды. Они и не должны.

Внутри Реджины Кроан всё ещё продолжали жить те эмоции, которые она так старательно подавляла. Королева пыталась заставить их замолчать, но они всё никак не утихали. Главное, не позволить им вырваться на свободу. Таков был путь королевы. Реджина была намерена следовать ему несмотря ни на что.

"Никогда не отвечай эмоциями на эмоции. Ты должна всегда руководствоваться разумом, а не сердцем, и давать только твёрдый и взвешенный ответ".

"Реджина, ты должна уметь владеть собой. Если окажешься во власти своих переживаний, то потеряешь всё. Управляй своими чувствами. Посади их на цепь, и никогда, никогда не позволяй им сорваться с неё".

Покойная королева Мартина Кроан дала дочери семьи Блант немало ценных советов. Благодаря тому, что Реджина всегда следовала им, она смогла стать достойной титула королевы.

– Ты уже видела мисс Сиршу? – поинтересовалась служанка. – Она очень красивая! Становится понятно, почему король предпочитает проводить столько времени в её обществе.

Реджина захлопнула книгу и положила её на колени. Разумеется, что по мере роста интереса короля к Сирше будет расти и множество сплетен. Всё внимание придворных в данный момент было приковано к этой женщине. Только вот королеве совершенно не хотелось слушать разговоры о любовнице своего мужа.

Поднявшись на ноги, она направилась во дворец, петляя по цветочному лабиринту, как вдруг её окликнула неизвестная женщина.

– Эй, вы! – раздался голос мягкий, как поцелуй. – Подождите!

Королева замерла: «Эта женщина только что обратилась к ней "эй, вы?" К королеве великого государства?!»

Незнакомка догнала Реджину и преградила ей путь. Девушка отвесила некое подобие реверанса, пока королева с недоумением взирала на неё. Юное лицо незнакомки приняло беззаботное выражение, словно перед ней была не королева, а давняя подруга. Всё в её хорошеньком личике улыбалось: и опущенные ресницы, и глаза золотистого цвета, и ярко-розовые губы, и круглый подбородок с ямочкой, и даже вздёрнутый кончик носа.

Поскольку сад находился в непосредственной близости от Центрального дворца, поначалу королева сочла, что эта девушка занимала какой-нибудь пост во дворце. Однако её сопровождали несколько служанок, которые теперь стояли, опустив головы. Они могли поправить свою госпожу, объяснив ей, что следует обращаться к королеве "Ваше Величество", но не стали. Реджина заметила, как каждая из них вцепилась в свою юбку, комкая ткань. Служанки боялись, что королева сурово накажет эту женщину и не хотели вмешиваться, чтобы им не досталось.

Внезапный порыв тёплого ветра подхватил кружевной подол фиолетового платья незнакомки, обвивая ткань вокруг её ног. Взгляд Реджины зацепился за уродливые пятна грязи на подоле. Их было несколько: два больших и три маленьких, похожих на небрежные мазки кистью.

И, похоже, у юной особы совсем не было чувства вкуса. Незнакомка напоминала королеве ворону, которая обожала всё блестящее. На лебединой шее, цвета белой чайной розы, покоилась двойная нитка крупного жемчуга, в миниатюрных ушках горели, словно капли крови, два крупных рубина затейливых серег. Тоненькие пальцы были унизаны кольцами, которые переливались игривыми отсветами самоцветных камней. На обеих руках звенели тяжёлые золотые и серебряные браслеты. На голове девушки красовалась бриллиантовая тика, которая блеснула, когда она откинула назад прядь длинных волос дивного светло-серебристого оттенка.

Несмотря на неумение женщины подбирать нужные украшения, её образ всё ещё оставался мягким и каким-то неземным. Возможно, всё дело в юном лице, а может в больших глазах, как у оленёнка, пробуждающих в мужчинах желание защитить.

Незнакомка обворожительно улыбнулась, обнажив щербинку между передними зубами, которая совершенно её не портила, а скорее добавляла определённый шарм.

– Я, наконец, встретилась с вами! – воодушевлённо произнесла юная особа.

– Ты знаешь, кто я? – скептически выгнула бровь королева.

– Конечно, вы супруга короля! Вас зовут Реджина, – с уверенностью заявила девушка. – А моё имя Сирша!

"Ах, вот оно что!" – Теперь королеве стало понятно, почему эта женщина так неподобающе себя вела. Она та самая рабыня, которую Илберт привёл во дворец. Королева совсем не ожидала, что их встреча состоится подобным образом, ведь король обещал, что эта женщина не станет поводом для беспокойства.

Реджина Кроан недовольно прищурилась, с досадой признавая, что Сирша оказалась намного красивее, чем она себе представляла. И всё же сад Центрального дворца был не местом для прогулок рабыни.

– Пожалуйста, оставь меня и уходи, – королева отвернулась, давая понять, что их разговор окончен.

Однако Сирша не позволила Реджине уйти и преградила путь. Она схватила королеву за руку и захлопала длинными бесцветными ресницами.

– Но я не хочу! Давайте лучше прогуляемся вместе!

Королеву раздражали её невежественные слова и фамильярные касания. Она отбросила руки Сирши с нескрываемым отвращением. Рабыня отпрянула от Реджины. На глазах девушки выступили слёзы, а губы задрожали.

– Что здесь происходит? – голос только что появившегося короля был похож на ледяные осколки.

Илберт внезапно возник впереди, вынырнув из очередного поворота садового лабиринта, в сопровождении главы рыцарей и секретаря. Сирша посмотрела на него жалким и затравленным взглядом, словно испуганное животное. Но даже когда слёзы стекали по её щекам, она была элегантна и чиста.

– Ваше Величество, – Реджина выдержала паузу, и её голос прозвучал ровно, почти ласково, – позвольте напомнить, что Центральный дворец – это не место для прогулок случайных лиц.

– Случайных лиц? Королева, следи за тем, что говоришь! – резко оборвал её Илберт, и в его голосе зазвенел металл. – Ты говоришь о женщине, которую твой король привёл во дворец. Впредь называй Сиршу по имени.

Кровь отлила от лица королевы. Как может Илберт вставать на защиту какой-то рабыни, а не своей законной супруги, с которой его связывают десять лет брака и дружбы?

– Я всего лишь отплатила этой женщине той же монетой, – возразила королева, не позволяя голосу дрогнуть. – Проявила к ней неуважение.

Рабыня была той, кто начала всё это. Именно Сирша была груба, не подчинилась приказу и схватила королеву за руку без дозволения.

Желваки на лице Илберта заходили, пока Сирша ещё сильнее заплакала после слов Реджины Кроан. Вместо того чтобы удостоить супругу ответом, король протянул рыдающей рабыне платок с вышитым красным тюльпаном – символом королевской семьи. Она продолжала всхлипывать и утирать лицо от слёз. Какое же жалкое зрелище…

– Прошу тебя, Сирша, не плачь, – в голосе короля звучала тревога, а его лицо приняло участливое выражение.

Илберт никогда не волновался так о Реджине, никогда не заботился о ней подобным образом. Королева сжала ладони в кулаки, ногти до боли впились в кожу. И эта отрезвляющая боль не позволила Реджине показать своих истинных чувств.

Не желая больше оставаться в саду, она сделала несколько шагов вперёд, как вдруг Илберт вытянул руку в сторону, вынуждая её остановиться. Реджина непонимающе изогнула бровь, подумав про себя: «Дурная привычка рабыни не давать мне пройти передалась королю?»

– Извинись перед Сиршой за свою грубость и можешь идти, – велел Илберт.

Глаза королевы расширились от удивления, и она шумно втянула воздух, сохраняя самообладание.

– Ваше Величество, каждый в Аштарском королевстве должен знать своё место. Господа и рабы, богатые и бедные, – твёрдо заявила Реджина. – У меня благородное происхождение, я драгоценная королева Аштара, Золотая Роза Латерны и Мать Народа, а Сирша всего лишь... простолюдинка с Диких островов. Думаете, что извинения перед таким человеком не запятнают мою честь? К тому же, мне не за что извиняться.

На самом деле, Реджина хотела сказать "рабыня", но посчитала, что из-за этого Илберт только сильнее разозлится.

– Разве ты не можешь просто подчиниться моей воле? – вопрошал король, недовольно поджав губы. – Ты слишком упряма, это не лучшая черта для королевы. С таким скверным характером тебе никогда не сравниться с…

«Сравниться? С кем? И разве я должна пытаться превзойти кого-то?» – подумала Реджина, но вслух ничего не сказала.

– Королева, ты смотришь на людей свысока, и даже не можешь признать собственные ошибки, – упрекнул её Илберт.

Пусть король и королева никогда не были страстными любовниками, но всегда оставались хорошими друзьями. Реджина не желала, чтобы их доверительные отношения, которые они выстраивали годами, ухудшились. Ей ничего не оставалось, кроме как отступить.

– Мне жаль, Сирша. Я не хотела расстроить тебя, – пробормотала королева, а затем стиснула зубы, отвернулась и поспешила прочь.

Покидая сад, Реджина пыталась убедить себя в том, что король лишь сострадателен к той, кто ниже по положению из-за своего доброго сердца, поэтому Илберт запутался и не смог понять всей ситуации.

☾ ☾ ☾

На следующий день дворец гудел от сплетен. Все только и обсуждали то, как король заставил королеву извиняться перед рабыней. Это было прямым выражением любви Илберта к Сирше.

Реджина старалась сосредоточиться на работе, но это не помогало ей избавиться от ноющей боли в области сердца. И она, безусловно, волновалась о том, что будет дальше. Однако когда Реджина столкнулась с Илбертом в Центральном дворце, то они оба вели себя так, будто ничего не случилось.

Фрейлины королевы пришли в ярость от этих сплетен.

– Разве это не слишком? – вздохнула Фиделия.

– Как опрометчиво, – возмущалась Сесилия, уперев руки в бока. – Я всегда считала Его Величество здравомыслящим человеком, но он принял сторону этой грязной женщины и унизил вас перед ней.

– Селестия! – зашипела на неё Фиделия. – Думай о том, что говоришь! У стен есть уши, к тому же, ты всего лишь фрейлина и не имеешь право столь невежественно высказываться о короле.

– Мне всё равно! Я не боюсь наказания, – ещё громче заявила Сесилия. – Представь только, каково сейчас нашей прекрасной королеве, когда она только и слышит, как прислуга обсуждает инцидент в саду.

– Ничего страшного, я в порядке, – Реджина попыталась убедить фрейлин в правдивости своих слов, выдавив совсем не искреннюю улыбку. – Я не настолько ранимая, так что мне совсем не больно.

Фальшивая улыбка королевы всегда была безупречной, но отчего-то на этот раз Реджине показалось, будто фрейлины ей не поверили.