Глава 23

На очередную встречу с адвокатом Юля приехала одна. Там уже был Вьюжанин. Он обратил внимание на то, что Ильи нет с девушкой, но не стал ни о чём спрашивать.

— Юля, следователь говорил вам, кто именно заявил о пропаже Матвея Бреднева? — спросил Суханов.

— Нет.

— Заявила о пропаже его новая жена. Она дала показания против вас. По её словам, падчерица Матвея Бреднева Юлия Бережная пила и вела себя неадекватно. Шаталась по клубам, тянула из него деньги, а потом и вовсе пропала. И что, по мнению Алисы Викторовны, это Юлия убила отчима.

— Ну всё ясно, — покивал Вьюжанин. — Вот почему Ерухимович так зациклен на версии с Юлей. Может Алиса эта всё и устроила?

— Не удивлюсь, если так, — отозвался адвокат.

— Соседи подтверждают, что у вас были конфликты с Матвеем Бредневым.

Юля резко вскинулась:

— Конфликты? Конечно. Потому что он привёл в дом моей матери новую бабу. И потому что присвоил бизнес моей мамы, в котором вообще не разбирается. А я по его вине, скорее всего, останусь без гроша в кармане. Вьюжанин пододвинул ей чашку с чаем и салфетки, пытаясь успокоить её:

— Юля, мы не обвиняем тебя. Мы пытаемся понять, что происходит.

Она замолчала, сжав кулаки. В комнате повисла тяжёлая пауза.

— Увы, твои конфликты с ним и то, что ты была последней, кто его видел, — всё это играет против тебя. Следователь Ерухимович со дня на день может запросить разрешение на твоё задержание.

Вьюжанин встал и подошёл к окну:

— Есть одна деталь, которая меня смущает, — сказал он, глядя на залитую летним солнцем стоянку перед бизнес-центром. — Алиса Викторовна заявила о пропаже только на следующий день после того, как Матвей перестал выходить на связь. Почему ждала так долго?

Суханов кивнул:

— Следователь уже запросил данные о её передвижениях в те дни. И о телефонных переговорах. Ждём ответа.

Домой Юлю подвозил Вьюжанин. Дмитрий предложил остановиться в кофейне и выпить кофе. Девушка согласилась. Она понимала, что тот хочет поговорить и вовсе не об убийстве её отчима. Она и сама после того, как услышала перепалку Ильи и Алисы, колебалась, правильно ли делает, что не хочет с ним мириться.

Машина остановилась у небольшого кирпичного здания в старом городе, с деревянной вывеской, на которой изображён кованый фонарь. Окна обрамлены тёмным деревом, на подоконниках — горшки с плющом и геранью. Дверь с латунной ручкой и витражной вставкой.

Интерьер в кофейне был выполнен в тёплых коричневых тонах. На стенах развешены бра, дарящие помещению тёплый золотистый свет. Столы здесь были из массивного дерева под старину. А на диванах разбросано множество маленьких подушек. Посетителей буквально окутывали ароматы свежемолотого кофе, ванили и корицы, сдобной выпечки. По стенам были развешены картины с изображением различной кофейной атрибутики. А на полках, словно в музее, стояли антикварные кофейные мельницы. Фоном лилась лёгкая джазовая музыка и приглушённые голоса людей за соседними столиками.

— Здесь очень уютно, — заметила Юля, опускаясь на мягкий велюровый диван.

— Да, люблю это место, — кивнул Дмитрий, беря принесённое официантом меню. — Что будешь?

— Просто кофе. Ничего больше не хочу. Аппетита нет.

— Зря. Тут шикарная выпечка и десерты. Заскочите как-нибудь сюда с Илюхой.

Юля с грустью опустила глаза.

— Мы с ним не общаемся из-за Алисы.

— Он говорил. Не хочу лезть в ваши отношения и что-то советовать, но всё же считаю, что тебе стоит ему верить. Он не из тех людей, для кого отношения — пустой звук. Никогда не бросается в омут с головой. И не способен предать. Особенно после всего, что он прошёл.

— А что он прошёл, Дим? Кто он, ты можешь мне сказать? — Юля с надеждой заглянула ему в глаза.

Может быть, хоть кто-то приоткроет эту завесу тайны, что окружала Илью.

— Капитан спецназа. Бывший. Группа «Альфа». Может, слышала? — ответил Вьюжанин.

У Юли даже мурашки по спине побежали. Илья — капитан спецназа? И она об этом вот так случайно узнала? Для неё спецназовцы были какие-то сверхлюди, которые освобождали заложников. Илья — один из них?

— Он нашим командиром был. Друга своего отправил на задание, а тот погиб. Так он теперь всю жизнь себя винит. В тайгу ушёл поэтому. Думаю, он искал место, где его прошлое не достанет. Где можно просто быть, а не командовать. Не принимать решений, от которых зависит чья-то жизнь.

Юля молчала, глядя на собеседника. В голове крутились обрывки воспоминаний: Илья с топором у костра, его спокойные, уверенные движения, тихий голос, которым он рассказывал о грибах и следах зверей.

— Я не знала.

— Так он об этом и не говорит никогда. А ты лучше не спрашивай. Он не тот человек, который раскрывается. То, что ты сейчас узнала — это уже слишком. Больше, чем знают многие, кто с ним годами общается.

— Спасибо, что рассказал, — тихо сказала она.

— Да ничего. Просто я вижу, как он для тебя важен. И ты для него тоже. Просто… будь с ним осторожнее. Он не опасный, нет. Но у него свои демоны.

Теперь она понимала, почему он так любит тайгу. Когда шумит тайга — это самый бесконечный, древний гул, который, возможно, был единственным, что могло заглушить эхо выстрелов в памяти капитана спецназа.

— А я ещё удивлялась, что он так много всего умеет и знает… И что очень сильный. Он меня одной рукой из реки достал. Я всем своим весом на одной его руке повисла, как мешок, а он вот так хоп и легко вытянул…

— Спецназовцы многому обучены, — заметил Вьюжанин. — Илья простой и сложный одновременно. Вроде бы кажется — ведёт спокойный образ жизни, не женат и никогда не был, занимается спортом. Но представь себе человека, который прошел через ад. Антитеррористические операции, освобождение заложников, потери, постоянное напряжение — всё это оставило глубокие шрамы. Но самое страшное для него было потерять Пашку. Они дружили с раннего детства, в один детский сад ходили. Потом учились в одном классе. Почти как мушкетёры, только их было двое. И вместе решили идти в военный вуз, стали офицерами. Илья пошёл в спецназ, а потом и Пашку к себе позвал. Они несколько лет вместе прослужили. А потом случилось это. Террористы захватили заложников. Автобус, вёзший людей на юг. Командовал операцией Илья. Пашка погиб тогда. Для Гардана это была личная трагедия, потеря близкого человека, разрушившая его мир до основания. То, что раньше имело смысл, теперь стало для него пустым. Он пытался жить дальше, но каждый день был пыткой. Город, люди, привычные звуки — все это напоминало о прошлом. И тогда он принял решение, которое для многих покажется безумным, но для него было единственным выходом. Он ушёл в тайгу.

— Почему именно тайга?

— Убежище от боли. Тайга — это место, где нет напоминаний о прошлом. Нет людей, которые смотрят с жалостью, непониманием или осуждением. Нет шума, который заглушает внутренний крик. Только природа, которая принимает его таким, какой он есть. Я его понимаю. Выживание в диких условиях требует полной отдачи, концентрации на настоящем моменте. Это помогает отвлечься от мучительных воспоминаний, сосредоточиться на простых, но важных вещах: добыче пищи, строительстве убежища, борьбе с холодом. Ну и вообще бывшие спецназовцы адреналинщики обычно. Спокойствие не для них. Так что ты это тоже имей в виду.

— Наверное, ты прав насчёт тайги, — согласилась Юля. — Она обладает удивительной силой исцеления. Тишина, свежий воздух, красота дикой природы — всё это помогает успокоить разум, залечить душевные раны. Пока жила там с ним, я сама это почувствовала.

— Он винил себя за то, что произошло. И считает жизнь в тайге способом искупить свои грехи. Конечно, это лишь предположения. Истинные причины его ухода в тайгу известны только ему самому. Но одно можно сказать точно: это был отчаянный шаг человека, который потерял всё, но не потерял надежду найти себя заново. И тайга, со своей суровой красотой и безмолвием, стала для него последним прибежищем, местом, где он может попытаться собрать осколки своей жизни воедино. Я был очень рад, когда увидел вас вместе. Ты для него настоящий подарок судьбы. Илья тобой очень дорожит. Будь с ним помягче. Он не рассказывает ничего, потому что не хочет, чтобы его жалели. Илья всегда был таким — носит всё в себе. Но когда он встретил тебя… Я впервые за много лет увидел, как он по-настоящему улыбается. Не той формальной улыбкой, что для других, а той, что идёт из глубины.

Юля закрыла глаза. Она вспоминала первые дни их общения: осторожные, полные недоверия с обеих сторон. Как постепенно ледок недоверия таял, как появлялись первые шутки, первые улыбки, заинтересованные взгляды. Как однажды он просто взял из её рук чашку с чаем и стал пить из неё, как нёс её на руках по лесу, как утешал, обнимая и не задавая лишних вопросов.

— Он защищал меня перед Алисой, — прошептала она.

— Потому что он увидел в тебе родственную душу, — сказал Вьюжанин. — Двух людей, которые потеряли слишком много, но не сломались. Просто… иногда ему нужно напоминать, что он не один. Что есть ты. И что прошлое осталось в прошлом.

В дверь кофейни вошла пара, на входе мелодично зазвенел колокольчик. Они смеялись, и их смех звучал так беззаботно, что Юле на мгновение стало больно от этой контрастности миров.

— Я боюсь его потерять, — призналась она, глядя на свои руки. — После всего, что происходит…

— И он тебя, поверь, — уверенно сказал Дмитрий. — Ему с тобой очень повезло и он это понимает. Ты хороший человек. И очень красивая девушка. Кстати… Давно хотел спросить…

Дмитрий замялся.

— О чём? — подняла на него глаза Юля.

— А у тебя нет такой же классной подружки? — смущённо спросил он.

Юля улыбнулась.

— Для тебя найдём.

Она подумала про свою одногруппницу Леру — эффектную брюнетку, которой пока совсем не везло в любви. С Димой они бы смотрелись замечательно. Юля решила, что как только всё это закончится, надо будет непременно сходить куда-нибудь им вчетвером. Поймала себя на мысли, что думает о примирении с Ильёй как о само собой разумеющемся событии, и улыбнулась ещё раз.

За окном начинало темнеть, и в кофейне зажгли гирлянды. Мягкий свет падал на стол.

Они допили остывший кофе, Вьюжанин оставил деньги на столе и они вышли на улицу. Дневная жара сменилась вечерней прохладой. Но внутри было тепло от понимания, что где-то там её ждёт человек, который выбрал её вопреки всему. Человек, прошедший через ад и тайгу.