Глава 3

Юля провела одна в тайге два дня. Два дня, наполненных ужасом.

Её руки дрожали от усталости и холода. Она чувствовала, что силы на исходе. Одежда пропиталась сыростью и не просыхала, от голода постоянно ныл живот, и тошнило, пить хотелось так, что порой ей казалось — она теряет способность соображать. Если бы не увидела сквозь деревья тёмную массу, оказавшуюся домом, то отчаялась бы окончательно. Она даже сначала решила, что уже видит мираж.

Подойдя ближе, осмотрелась. Посреди леса стоял добротный двухэтажный сруб с треугольной крышей, а вокруг были явные следы человеческого пребывания. К крыше приставлена лестница, на широком деревянном крыльце стояло самодельное кресло-качалка, пара вёдер, собачья миска, чуть в стороне от дома было костровище, окружённое брёвнами, а с другой стороны к избе примыкал сарай-дровяник. Это всё, что Юля успела заметить. Она не знала, кого здесь увидит, и не была уверена, стоит ли доверять незнакомому человеку, но выбора не было — снова ночевать в тайге означало верную смерть. Девушка осторожно постучала в дверь. Тишина. Ещё раз, чуть громче. Дверь приоткрылась, и на пороге появился высокий широкоплечий мужчина с бородой и серыми внимательными глазами. Реальный, живой человек посреди дикого непроходимого леса. Он смотрел на девушку с удивлением. Откуда здесь в тайге могло взяться такое чудо? Взъерошенные короткие светлые волосы, огромные зелёные глазища, сама худенькая, невысокая. Оценив её измученный вид, он без слов отошёл в сторону, приглашая войти.

— Так, Яра, нельзя. А ну пропусти, — мужчина поглядел вниз, толкая кого-то ногой.

Юля тоже опустила взгляд и увидела крупную овчарку. После слов хозяина та исчезла в доме. Но девушка не решалась войти, опасаясь собаки.

— Здравствуйте. Что-то случилось? Вам нужна помощь? — обратился незнакомец к Юле.

Она услышала эти слова как через вату или толщу воды, потому что когда снова подняла к нему лицо, перед глазами всё закружилось, и она стала погружаться в темноту.

Очнулась Юля на широком деревянном лежаке. Она лежала на клетчатом покрывале, под головой небольшая подушка. В нос ударил запах травяного отвара и дыма от печи. Голова кружилась, но уже не так сильно. Тело ныло от усталости, а живот сводило от голода. Но больше всего хотелось воды.

Немного полежав, Юля медленно села. Она боялась, что снова закружится голова. Лежак отделяла от остальной комнаты занавеска. Юля гадала, в доме ли хозяин, потому что было тихо. Несмотря на то, что она ещё совсем ничего не знала ни о доме, ни о его владельце, от этого места веяло духом доброжелательности и гостеприимства. Какое-то интуитивное чувство подсказывало ей, что бояться нечего. И всё же здравый смысл призывал быть осторожной. Юля подумала о том, как интересно устроена психика. Встретив в лесу человека, мы испугаемся, но если он с собакой, то мы будем доверять ему больше… Вывод такой — животное отлично усыпляет бдительность, и людей слишком легко обмануть.

Она опасливо отодвинула занавеску и увидела, что мужчина сидит на табурете к ней спиной, а у его ног растянулась овчарка. Услышав движение, собака подняла голову и повела ушами, а мужчина обернулся. В его светлых глазах не было ни любопытства, ни осуждения, только спокойная забота.

— Как вы себя чувствуете? — спросил он тихим, но глубоким голосом. — Я приготовил вам чай. Он поможет восстановиться.

Юля попыталась приподняться, но мужчина мягко остановил её.

— Не спешите. Вам нужен покой.

Она кивнула. Огляделась. Комната, где Юля находилась, была небольшой, но уютной. В углу стояла печь-буржуйка — сердце этого лесного дома, от которого исходило приятное тепло. На стенах висели связки сушёных трав, продукты в пакетах, охотничьи трофеи и какие-то инструменты. На полках были расставлены посуда, банки с чаем, кофе, крупами, конфетами и печеньем. Всё говорило о том, что здесь живёт человек, привыкший к суровой таёжной жизни.

— Спасибо, — прошептала Юля, голос её был хриплым. — Я… я заблудилась.

Мужчина кивнул, словно это было само собой разумеющимся.

— Вижу. Меня зовут Илья. А вас?

— Юля.

— Что ж, Юля, вам повезло, что вы дошли до моей избушки. Тайга ошибок не прощает.

В его словах чувствовалось знание этих мест. Юля вдруг поняла, что ей невероятно повезло. Этот человек, суровый на вид, оказался её спасителем. Но страх перед неизвестностью ещё не до конца отступил, он сменился страхом перед этим мужчиной и его собакой. Кто он? Почему живёт здесь один? Откуда могла взяться двухэтажная изба посреди леса? Первой мыслью Юли было, что это жилище лесника или охотника. Висящее на стене ружье только подтверждало это. Но сейчас она не была уверена в своих выводах. Охотников она представляла иначе — более жёсткими, грубыми. Может быть, он лесник? Юля понятия не имела, как организована жизнь человека этой профессии и может ли он всё время жить в лесу, вдали от цивилизации.

Яра, как назвал её Илья, положила голову на лапы, внимательно наблюдая за Юлей своими умными глазами. Девушка почувствовала, как напряжение в её теле спадает. Даже собака, которая поначалу казалась угрозой, теперь выглядела скорее защитницей.

Илья встал и подошёл к печи, где что-то тихонько булькало в кастрюльке.

— Вам нужно поесть. Горячий суп — лучшее лекарство после такой дороги.

Юля почувствовала, как желудок снова свело от голода. За всё это время она не ела ничего, кроме горстки ягод, найденных в лесу. Запах наваристого супа был невероятно притягательным. Она смотрела на Илью, на его широкую спину, на то, как ловко он управлялся с половником, и понимала, что оказалась в надёжных руках. Впервые за эти долгие, мучительные дни она почувствовала себя в безопасности. И эта безопасность была не просто отсутствием угрозы, а ощущением тепла, заботы и человеческого участия, которого так остро не хватало в дикой, безжалостной тайге.

Внутри дома было жарко, пахло дымом и травами. Мужчина приоткрыл дверь, чтобы проветрить дом, и дышать стало гораздо легче. А потом молча подал ей кружку с горячим чаем, и она сделала первый глоток за долгие дни. Но напиться чаем не получилось. Когда он протянул ей бутылку с обычной чистой водой, она пила жадно, так что вода текла по подбородку.

Утолив жажду, Юля, следуя приглашению хозяина, перебралась за стол. Илья поставил перед ней миску с дымящимся супом. Аромат дичи наполнил избу, заставляя Юлю забыть обо всём, кроме нестерпимого голода. Она взяла ложку, руки всё ещё немного дрожали, но уже не от холода или страха, а от предвкушения. Первый глоток обжёг язык, но это было приятное жжение, согревающее изнутри. Суп оказался густым, наваристым, с кусочками мяса и овощей, и каждый глоток возвращал ей силы.

Илья сел напротив, наблюдая за ней. Он не задавал вопросов, не торопил, просто сидел, излучая спокойствие. Яра, лежавшая у лавки, иногда поднимала голову, бросая на Юлю быстрый взгляд, словно проверяя, всё ли в порядке. Постепенно, с каждым съеденным кусочком, Юля чувствовала, как напряжение покидает её тело. Она ела медленно, наслаждаясь вкусом.

Когда миска опустела, Юля почувствовала себя значительно лучше. Голова прояснилась, тело наполнилось приятной тяжестью. Она подняла глаза на Илью.

— Спасибо, — сказала она. — Вы спасли мне жизнь.

Илья лишь слегка кивнул.

— Тайга — не место для прогулок. Особенно для тех, кто не знает её повадок. Как вы здесь оказались?

Юля глубоко вздохнула, собираясь с мыслями. Нужно ли рассказывать всё? Доверяться совершенно чужому человеку? Она не решилась говорить правду. Потому что эта правда вызовет много лишних вопросов. Вдруг он решит, что она ненормальная. Юля ответила уклончиво, что просто заблудилась. Насколько это звучало правдоподобно, её сейчас мало волновало. Она больше рассказывала о том, как ей было страшно одной в тайге, как она боялась, что на неё набросятся животные или что она умрёт от голода. Говорила тихо, иногда прерываясь, чтобы подобрать слова. Илья слушал внимательно, не перебивая, его серые глаза оставались такими же спокойными и проницательными.

— Я думала, что это конец, — закончила Юля, чувствуя, как к горлу подступает комок. — Уже потеряла всякую надежду.

— Надежду терять нельзя, — произнёс Илья. — Особенно здесь, в тайге.

Этот человек производил впечатление того, кто видел и пережил многое. Он словно был частью тайги, понимал её законы, её суровую красоту.

Когда она упомянула, что шла по какой-то таёжной дороге, и та постепенно увела её в настоящие дебри, он нахмурился, будто догадался, о какой дороге речь.

— Тут километрах в десяти от моей избы есть старая дорога, но ею почти не пользуются, — заметил Илья. — Хотя по ней можно даже к Красноярской трассе выйти. Тут когда-то давным-давно лес валили и раскатали ту дорогу. Сейчас по ней особо не ездят и она потихоньку зарастает.

Видимо, как раз о той лесной дороге, по которой они ехали с Матвеем, он и говорил. Выходит, за эти два дня она прошла примерно десять километров.

— Как долго я могу у вас оставаться? — спросила Юля, понимая, что ей нужно как-то выбираться отсюда.

— Пока не наберётесь сил, — ответил Илья. — А потом посмотрим. До ближайшего посёлка отсюда километров двадцать пять. Это целый день пути для хорошо подготовленного человека. Самой вам туда не добраться.

Юля кивнула. Она понимала, что он прав. Её приключение ещё не закончилось, но теперь у неё был проводник, спаситель. И это давало ей силы. Она посмотрела на Яру, которая мирно дремала, положив голову на лапы.

В избе царила тишина, нарушаемая лишь потрескиванием дров в печи и мерным сопением Яры. Юля чувствовала себя уставшей, но в то же время удивительно спокойной. Страх отступил, уступив место благодарности и новому, непривычному ощущению защищённости. Теперь она была не одна. И это самое главное.

Илья взял со стола планшет и показал ей карту.

— Вот здесь мы, — сказал он, — А вот ближайшая деревня. Дорога нелёгкая. Если быстро идти, то за день можно добраться. А если с вашей скоростью, то минимум три дня пешком.

Она никогда столько не ходила. Ездила за рулём или на такси. А из физических нагрузок у неё были спортзал через день, бассейн и конный спорт. Идти по тайге пешком десятки километров? Юля поникла.

По плечу ли избалованной домашней девушке справиться с навалившимися на неё проблемами? Юле совсем не хотелось возвращаться домой. Точнее туда, где когда-то был её дом. Теперь её там никто не ждал. Здесь с Ильёй ей было хорошо. Её душа отогревалась рядом с ним после испытанного шока. Вскоре Илья отправился во двор заниматься какими-то делами, а Юля снова легла на его самодельную постель. Удивительно, но хороший человек рядом и природа способны исцелить, кажется, любую душевную рану. Вот только самому Илье, хоть он и был очень вежлив и доброжелателен, похоже, не терпелось от неё избавиться.

Тепло печи, сытость и ощущение безопасности убаюкивали её. Яра, словно почувствовав, что девушка успокоилась, тихонько подошла и положила морду на край лежака. Её присутствие было неожиданно утешительным. Девушка погладила собаку, а та ткнулась носом в её ладонь. Это трогательное участие заставило Юлю улыбнуться. Она закрыла глаза. Ощущения и образы последних двух дней проносились перед ней: бесконечные деревья, страх, голод. Но теперь эти воспоминания были окутаны тёплым светом хижины, запахом трав и присутствием Ильи. Она чувствовала, как её тело расслабляется, а разум погружается в глубокий, целительный сон.