Глава 10

Конор

Звук моих шагов разрезает утреннюю тишину широких коридоров королевского дворца. Всего несколько месяцев я здесь не был, а солдаты смотрят на меня, словно восстал из мёртвых. Впрочем, ничего удивительного. Потому как я единственный из истинных генералов короля дракона всё ещё нахожусь в его милости.

Удивительно?

Ещё как. Я был уверен, что после того, как Его Величество разжаловал и прогнал из королевства истинного первого генерала Айрона Вотерфор, то следом за ним полетит и моя голова, но я остался, как и прежде вторым генералом.

Меня лишь сослали в глушь на границы с орчими землями, где наверняка надеялись, что в моём положении я долго не выдержу и сгину.

И вот я снова удивлён.

Мы только отразили атаку орков, которые с тех пор как лишились своего правителя, словно сорвались с цепи. Нападают на наши земли, атакуют границы Люминель. И только мы отразили атаку, как мне пришло письмо, что Его Величество вызывает меня в столицу по важному делу.

— Вам сюда нельзя — хрипло произносит один из солдат и преграждает мне путь, когда я спускаюсь в подвал королевского дворца к темницам. — Никого не велено пускать.

— Ты говоришь со своим генералом — твёрдо произношу я — Уйди.

Глубоко вдыхаю и сжимаю кулаки. Признаюсь, что играю с огнём, когда решаю первым делом спуститься в темницу и увидел Геральта. Когда-то одного из нас, генерала, а теперь военного преступника.

Всё, что сейчас творится в Эльмор, приведёт к его гибели, и такая беспечность моего правителя заставляет меня волноваться. Король и все пять истинных его генералов принадлежат семьям высших, сильнейших драконов королевства, которые годами поддерживали здесь мир и порядок. А теперь всё это рушится.

Когда всё изменилось?

В тот день, когда вместо покалеченного Талора, одного из нас, драконов высшей крови, генералом стал простой бастард. Место высокородного и сильнейшего дракона занял слабак без рода. Сирота, воспитанный кухаркой из небольшого городка на границе с орчими землями.

Это Айрон, истинный первый генерал Его Величества увидел в нём потенциал и силу, он притащил его в королевскую армию, которая никогда бы не святила Ортедесу, если бы он не кинулся спасать Айрона.

Впрочем, солдатом он в самом деле был неплохим. Смелым, сильным, готовым умереть за то, во что верит. Этим он был похож на нас, но одним из нас ни за что бы ни стал.

Даже сейчас не стал, когда он занял место Айрона.

— Первый генерал Его Величества отдал приказ никого не пускать к заключённому.

— Первый генерал Его Величества не знает Геральта так хорошо, как я. А потому король будет огорчён, если узнает, что ты меня не впустил. Представляешь, что он может сказать мне? Мы годами дружили и работали бок о бок. Я получу для короля информацию. Для чего, по-твоему, меня вызвали в столицу? — напираю я и давлю своей силой. Лгу, конечно. Чувствую, что вырвали сюда, чтобы засунуть в ещё большую ж... большие проблемы.

Когда солдат сдаётся и провожает меня в темницу, где держат Геральта, я стискиваю челюсти и давлю свою ярость. Все обвинения Геральта ничуть не отличаются от обвинений Айрона. Предательство короля, истинных ценностей драконов. Иными словами, полный бред.

С тех пор как Ортедес стал близок к королю, совет его и он сам стали творить беспредел, а Его Величество будто стал одержимым своим местом и властью.

Лязг металлических задвижек заставляет меня поморщиться, а вот Геральт сидит, как и прежде, откинувшись головой на стену, и смотрит перед собой. Даже на моё появление не реагирует. Лишь переводит потерянный взгляд. Я знаю, с чем связано его состояние, я потому пришёл сюда, чтобы он встал и начал бороться.

— Мне сказали, что ты не желаешь говорить? — произношу громко и довольно грубо. Делаю несколько шагов вглубь темницы, и Геральт склоняет голову набок.

— Точнее, повторять то, что от меня хотят услышать. Зачем ты здесь? Я решил, что Ортедес уже всё решил.

— Чтобы узнать у тебя кое-что для моего короля — также громко произношу, а затем разворачиваюсь к солдату и киваю ему на выход. Он тут же лихорадочно кивает и, закрыв темницу, с тем же мерзким лязганьем, удаляется. Чтобы здесь не происходило я всё ещё генерал и сильный дракон. Их обязанность мне подчиняться.

— Вернусь через две минуты — бросает он.

Я глубоко вдыхаю и принимаюсь осматриваться. Тускло, сыро и холодно.

Перевожу взгляд на Геральта, который смотрит на меня так, словно мечтает разорвать, но при этом не испытывает ни малейшего желания шевелиться. Его скулы и шея покрыты чешуёй, но глаза по-прежнему остаются нормальными.

— Я её видел — произношу я, и он зло прищуривается, а затем резко выпрямляется — Она пришла в себя и чувствует себя хорошо. Решил, что тебе нужно это знать.

— Это какая-то уловка? Ты теперь потребуешь мне подтвердить обвинения против Айрона и признать свои, а потом пообещаешь, что мне позволят её увидеть?

Качаю головой и тяжело вздыхаю.

Я вообще чудом увидел его пару, когда мне перевязывали рану, но говорить с ней самому или даже попытаться выбить такую возможность, я не смогу, даже если буду иметь огромное желание.

— Её обвиняют в том, что она тебя опаила. Собираются наказать — едва слышно произношу, но точно знаю, что Геральт услышит. Он медленно поднимается и в два шага сокращает между нами расстояние.

— Зачем рассказываешь?

— Потому что меня вырвали из пекла противостояния с орками, где я не сдох за прошедшие месяцы. Наверняка нашли новый способ добить.

— Пока твой род и его глава верен королю и несут в себе пользу тебя просто так не убрать. — произносит Геральт и чешуя пропадает, зато вместо этого глаза вспыхивают, а на виске начинает пульсировать вена — Ты должен её спасти. Помоги ей покинуть Эльмор.

— Ты в своём уме? — усмехаюсь я — Каким образом я могу вытащить её? Радуся, что я принёс тебе новость о том, что она выжила. Соберись. Это ты из нас двоих здоров и полон сил и имеешь зверя, может, забыл, что меня не списали в утиль после ранения только благодаря вам с Айроном?

— Она должна покинуть Эльмор. Передай её портальный камень. У тебя ещё остались верные люди. Они будут давить на меня через неё, я сделаю всё, что мне прикажут. — произносит Геральт, а затем поджимает губы, вижу, что какое-то время борется с собой, не решаясь спросить.

— Они оба выжили. — чувствую желание облегчить его страдания — Давить на тебя у короля появилось целых две причины.

Геральт растирает руками лицо, судорожно вдыхает, а затем возвращается на скамейку и валится на неё с грохотом, обхватив голову руками. Его начинает трясти, а облегчение, которое он испытывает, заполняет до краёв это небольшое помещение.

— Как получилось, что ты оказался здесь, разве вы не должны были бежать?

— Кое-что случилось. Я мог потерять Александру, поэтому сдался.

— Теперь будешь делать то, что скажет король. Я не уверен, что смогу их вытащить. О чём ты только думал? Нужно было сдать её ещё тогда, когда стало понятно, что твоя девка иномирянка. — произношу, и Геральт снова поднимается. Опомниться не успеваю, как мне прилетает по зубам, а затем я и вовсе валюсь от его следующего удара.

На этот шум в темницу сбегаются несколько солдат и меня вытаскивают под яростный рык Геральта.

Ладно, возможно, мне не стоило этого говорить, в конце концов, по каким-то причинам он так держится за эту девчонку.

— Вы хотите, чтобы вас осмотрел лекарь? — спрашивает солдат и протягивает мне какую-то стряпку, чтобы я прижал её к разбитой роже — О вашем прибытии уже доложили королю. Он просил передать, чтобы вы немедленно отправились к нему. У него для вас очень важное дело.

В кабинете Его Величества царит полумрак. В воздухе стоит запах свечей и бумаги, а во рту у меня появляется привкус горечи.

Сам король сидит за столом и на моё появление никак не реагирует.

Рассматривает какое-то украшение. Перебирает пальцами цепочку, склоняя голову то в правую, то в левую сторону.

— Входи — произносит он, не поднимая взгляда, и когда оказываюсь напротив, усмехается: — разве не ты утверждал мне, что я совершил ошибку, когда назначил Омара своим первым генералом?

— Я, Ваше Величество, и мнения своего на этот счёт с тех пор не изменил.

Король Киллиан издаёт смешок и поднимает, наконец, на меня свой взгляд.

Какое-то время мы молча смотрим друг на друга, а затем я бросаю быстрый взгляд на вещицу в его руке и снова смотрю в лицо моего правителя.

— А он единственный остался мне верен. — кривит губы Его Величество — Принёс мне то, что я так давно жаждал получить. — поднимает руку, пальцы которой обмотаны изящной тонкой цепочкой. Не дорогая вещь, но очень красивая. Вижу, что сделана была с душой. — И никакая баба не оказалась ему дороге королевства и сохранения в нём мира. Ты был у лекаря? — спрашивает он, и я киваю. — Выглядишь плохо. С лицом нужно что-то сделать до отъезда. У меня для тебя важное дело. Отправишься в Боттонс.

— Куда? — спрашиваю я и вопросительно поднимаю бровь. Король странно осматривает меня какое-то время, прежде чем отвечает.

— Боттонс. Небольшой городок у самой границы с королевством Люминель. Хочу, чтобы ты разобрался с одной небольшой проблемой. Мы больше не объединённые королевства. Люминель как и прочие, объявил о своей независимости, а значит — я не должен иметь отношения к организации их защиты. Проклятые маги таскаются на мою территорию и покупают оружие, чтобы защищаться от орчих нападений. Отправишься туда, выяснишь, кто продаёт и прикроешь их. — ударяет ладонью по столу — Пусть маги идут ко мне и снова просят защиту. — рычит он, и его глаза вспыхивают в полумраке.

— Это дела дознавателей. — спокойно поясняю, потому что давящая сила моего правителя и его ярость не оказывают на меня сильного давления. — Я разжалован?

— Нет. Ты по-прежнему мой генерал, и только потому я поручаю это тебе. Доверяю, знаю, что не предашь и не восстанешь против — отвечает он и я прекрасно знаю, почему уверен, что никаких угроз от меня не исходит. Если бы не одно маленькое обстоятельство, то стоял бы в одном ряду с Айроном и Геральтом.

— После всего, что с тобой случилось, ты по прежнему верен своему королю и Эльмор. — продолжает он. — Хочу ещё, чтобы перед отъездом ты проверил моих новых генералов. Я их наскоро отобрал, кто-то из них по рекомендации Омара. Хочу быть уверен, что они смогут оказать достойное сопротивление. Слышал я, что народ возмущён моим решением сделать генералами простых солдат. Боятся, что безопасность королевства под угрозой, а мне надо их как-то убедить, что и эти ничем не хуже предателей.

— Вы и без меня знаете, Ваше Величество, что никакой сильный и смелый солдат не заменит вам сильнейшего дракона первой крови. Может, вам стоит пересмотр…

— ТТТ — резко поднимает руку король — Я отдал тебе приказ, а не просил проанализировать мои действия. Для этого у меня есть совет и первый генерал. Закроем глаза на подобную дерзость ради всего, чтобы сделал для меня и Эльмор в прошлом. Верю, что ты переживаешь о судьбе драконов не меньше, чем я. Несмотря ни на что мои новые генералы тебя побаиваются, а простые драконы уважают и чувствуют защиту.

Знаю, что несмотря на то, что со мной случилось, я по-прежнему силён.

Если бы был таким же слабаком как Талор, ещё один из нас. Тот, кто в самом деле пошёл против короля. То я принялся бы обвинять во всём, что со мной случилось своего Его Величество, но вся правда здесь в том, что это было моим выбором. Всё, что случилось со мной и случится — результат моего выбора.

— Сделай так, чтобы маги были вынуждены явиться за помощью к драконам, Конор. Закрой все оружейные мастерские вдоль границы с ними. Чтобы никто не посмел ослушаться — накажи нескольких мастеров напоказ, пусть и драконы боятся оступиться. Я всё ещё доверяю тебе, несмотря на то что прочие генералы предали меня, я по-прежнему отношусь к тебе, как и до всего произошедшего. После того как всё в Эльмор изменится, как только я накажу предателей, верну в моё королевство покой, я обещаю тебя исцелить. У меня есть сила, способная это сделать. За твою верность и службу мне я тебя отблагодарю.

Слова короля заставляют моего зверя поднять голову и внимательно зашевелиться.

Хочу ли я исцеления?

А кто на моём месте бы не захотел.

Вот только я уже видел однажды, чем заканчиваются обещания моего правителя.

В кабинете Его Величества больше не остаюсь. Даю ему понять, что за дело это возьмусь, и до тех пор, пока меня не вынудят покинуть королевство, буду побороться за Эльмор.

По приказу короля навещаю новоизбранных генералов и ничего по этому поводу не чувствую. Опытные солдаты, умелые воины, но генералы… вряд ли.

Задаю вопросы, отдаю распоряжение и действительно рад, что получаю информацию о том, как по-настоящему сейчас обстоят дела в моём королевстве.

Ничего хорошего, должен сказать.

Когда всё по тому же приказу короля отправляюсь к лекарю, то принимаю ещё одну попытку увидеть Александру, пару Геральта и узнаю, что девицу перевели в другую часть королевского замка. Закрыв глаза, пытаюсь лихорадочно сообразить, как мог бы помочь ей покинуть Эльмор.

Из мыслей меня вырывает один из моих солдат.

Звуки его шагов отскакивают от стен, когда открываю глаза и прищуриваюсь. Он приветствует меня и начинает рассказывать о том, как обстоят дела на границе с орками. Удивляется, что я не вернусь вместе с ним, а отправлюсь в другую сторону.

Слушаю его, киваю, а затем резко останавливаю. В тот самый момент, когда он упоминает, что приехал в столицу вместе с нашим лекарем, чтобы пополнить запасы лекарств и зелий, и хитро улыбаюсь.

Чем хороши мои солдаты?

Тем, что во многом понимают меня без долгих объяснений, не задают лишних вопросов, а ещё умеют схватывать на лету и решают проблемы по мере их поступления.

Достаю из кармана платок с моими инициалами и быстро заворачиваю в него один из портальных камней и протягиваю ему. Получается, я сделал, для Александры, что мог.

Спустя три дня, после очередного осмотра лекаря я, наконец, отправляюсь в место назначения, используя портальный камень. Такого добра у меня с запасом на несколько лет вперёд. Только так теперь и перемещаюсь.

Городок встречает прохладным ветром и колючей моросью. Вместо того чтобы отправиться изучать город и искать мастерскую, мне приходится найти жильё и просидеть в единственной здесь таверне ещё два дня. Потому что из-за непогоды ни один рынок не работает, а начать вот так сразу расспрашивать об оружейных мастерских в городке, где каждый друг друга знает плохая политика.

Зверь эти дни ведёт себя отвратительно. Заставляет меня испытывать раздражение, просыпаться среди ночи и рвёт изнутри с такой силой, что приходится вспомнить, каково это — сдерживать своего дракона.

Когда в этом месте, наконец, появляется солнце, я отправляюсь на рынок. Пробираюсь сквозь ароматы сладкой выпечки, солений, жареного мяса и дыма от костра. Только спустя два часа нахожу то зачем явился в это забытое высшими драконами место уже несколько дней, и испытываю разочарование.

Ножи, кинжалы и мечи отвратительного качества продаются прямо здесь, на рынке, среди валенного мяса, сушёной рыбы и каких-то продуктов.

Даже не пытаюсь скрыть своего недовольства, когда беру в руки то один, то другой нож, который и хлеб-то не сразу отрежешь и понимаю, что либо меня затянули в ловушку, либо я просто ищу не там.

Ни один опытный воин или маг не станет покупать оружие здесь.

Прогуливаюсь по рынку, натыкаюсь на ещё один прилавок, где качество ножей оказывается куда лучше, но всё равно едва дотягивает до тройки и, прикупив два ножа, договариваюсь с продавцом о встрече с его мастером.

Солнце палит, в воздух становится колючим, когда я присаживаюсь на одну из свободных лавочек у фантана, где малышня резвится, пищит и смеётся так, что закладывает уши.

Хочу зарычать, чтобы разбежались, потому что от этих воплей вянут уши, но вместо этого опускаюсь на лавочку и бросаю купленных нож в деревянный столб напротив.

Издаю то ли рык, то ли стон, когда он вместо того, чтобы воткнуться, отлетает и падает неподалёку. Проделываю то же самое со вторым и действительно удивляюсь, когда он втыкается. Остриё наполовину входит в дерево, и я лениво поднимаюсь.

— Не понравилась зубочистка? — спрашивает какой-то малец с кудрявой копной на голове и скалится, когда я вытаскиваю купленный нож из деревянного столба.

— Не понравилась — хмыкаю и разворачиваюсь к нему.

— Всё потому, что никто не покупает оружие на прилавке — выдаёт с важным видом пацан и кивает подбородком в сторону, откуда я пришёл

Даже малец понимает.

— А где тогда его покупают? — спрашиваю и склоняю голову набок.

Пацан поднимает руку и прикладывает ко лбу, закрываясь от солнца.

— Ну каждый знает, в мастерской у Сатера.

— Вот как — протягиваю я — Каждый знает, а я вот не знал. Да и про Сатера слышу впервые. Где я могу его найти?

— А с чего бы мне вам это просто так рассказать. Я вас впервые вижу, да и мороженной у тётки Арни даром не дают — а теперь проводит этой рукой по волосам. После так хитро щурится, что и я сам улыбаюсь, не сдержавшись — Да и булочки с заварной начинкой никто просто так не раздаёт.

— Понял тебя — киваю и вытаскиваю из кармана два золотых. У пацана аж глаза расширяются.

Так, я и узнаю, что у Сатера здесь лучшее оружие, а ещё что у него и мастерская имеется, и офис. В гору, должно быть, идёт оружейное дело.

В мастерскую я решаюсь податься чуть позже, а вот в офис направляюсь сразу, как только пацан указывает мне направление.

Девица, что встречает меня, заливается краской и застывает. Смотрит, будто я принёс с собой конец света. Впрочем, в этом действительно что-то есть. Мастерскую ведь мне так, или иначе придётся закрыть.

Когда всё-таки приходит в себя, то провожает меня в большой кабинет, мой зверь решает меня окончательно добить и вспарывает мне грудь когтистой лапой с такой силой, что от боли на мгновение теряю зрение.

Прошу у девицы хоть какие-то документы, чтобы отвлечься, ожидая, когда этот мастер соизволит явиться на работу, пугаю её большими проблемами, когда снова замирает и что-то лепечет про то, будто не положено.

Когда она всё же исполняет приказ, погружаюсь в непонятный набор букв. Не сразу замечаю, что в кабинет спустя какое-то время кто-то входит.

Лёгкий аромат цветов, как в саду у матери, приятно ласкает нос, и когда я решаю, что это снова пожаловала девица, решаю сплавить её и приказываю сделать мне чай.

Но как только я слышу голос, мой мир резко переворачивается.

Звук её голоса как будто острым ножом по старым, кое-где ещё не затянувшимся ранам.

Медленно поднимаю свой взгляд и изо всех сил борюсь с непонятными реакциями моего зверя и моего тела. Скручивает всего так, что хочу зарычать, чтобы избавиться от неприятных ощущений.

Шумно втягиваю воздух сквозь зубы, когда вижу перед собой её.

Мою несостоявшуюся жену.

Литицию Вондерс.