Глава 22. Второй разговор по душам
Любовь никогда не требует, она всегда дает. Любовь всегда страдает, никогда не выражает протеста, никогда не мстит за себя.
Анна осторожно обработала мои ссадины. Было немного больно, но меня волновало совсем не это. Меньше всего на свете мне бы сейчас хотелось начинать разговор. Но я понимал, что он нам двоим крайне необходим. Мы должны расставить все точки над «і» и решить, что делать дальше. Я чувствовал себя так, словно стоял на тонком льду — один неверный шаг, и я тут же провалюсь в холодную воду.
— Почему ты с ним? — тихо спросил я.
— Уже не с ним, — Анна немного нахмурила брови, аккуратно смачивая мою ссадину на скуле перекисью. — И никогда к нему не вернусь.
— Но почему ты вообще решила выйти за него? Неужели раньше он был другим? Никогда в это не поверю.
— А кто тебе сказал, что я что-то решала? — Анна невесело улыбнулась и закрыла пузырёк.
У меня мороз по коже прошелся от ее слов. Голова работала плохо, потому что много всего сегодня произошло и эмоций во мне тоже было слишком много.
— За меня всё решил отец, — Анна села рядом и устремила взгляд в пол. — Моя мать умерла во время родов. И… Я думаю, отец не сумел с этим до конца смириться. Он винил меня в ее смерти. Ему нужен был виновник, как некий якорь для своей злости. Меня бабушка воспитывала. А когда ее не стало, я переехала к отцу. Он вёл ресторанный бизнес. Небольшой, но прибыльный. Егор долгое время был его компаньоном. Потом он отделился и занялся своей сетью ресторанов. Отец решил, что грешно такого коллеги лишаться и придумал устроить свадьбу.
— Неужели ты не могла отказаться? — всё, что я сейчас услышал просто не умещалось в рамках моего понимания. Дикость какая-то!
— Мне деваться было некуда. А я еще я была дурочкой. Всерьез решила, что у меня может что-то с Егором получиться. Он был очень обходителен и нежен со мной первое время. Впервые я подумала о том, что папа по-настоящему позаботился обо мне и познакомил с этим мужчиной. Как-то забылись все прошлые обиды. Я всегда мечтала о том, что выйду замуж за прекрасного мужчину и рожу ему двоих детей.
— Почему именно двоих? — поинтересовался я.
— Чтобы, когда родителей не стало, дети не ощущали себя одинокими. Всё-таки родная кровь… Они бы непременно поддерживали друг друга в самые сложные периоды их жизни. У тебя вот есть Даша.
— Да, это верно. Без нее я бы со многими тяжелыми моментами вряд ли справился, — я глубоко вздохнул.
— А у меня никого не было. Ни братьев, ни сестер. Егор дарил мне подарки, поддерживал мое стремление стать педагогом. Он был моим первым… во всём. Я мечтала о том, что в будущем подарю ему детей. Меня ни капли не волновала разница в возрасте. В конце концов, любовь не обращает внимания на возраст, твое материальное положение и еще множество других факторов. Она просто приходит и всё.
— Ты его любишь? — мне было сложно озвучить этот вопрос, но и проигнорировать его в своей голове я тоже не мог.
— Это была влюбленность. Первая и слепая, — Анна помассировала двумя пальцами переносицу. — Мне часто не хватало внимания, а Егор его мне дал с лихвой. Тогда я думала, что по-настоящему люблю его. Но это было не так. Я… Я поняла это, когда встретила тебя, когда впервые прикоснулась к тебе и вдруг осознала, что постоянно думаю о тебе.
— Анна… Аня, я…
— Прошу, дай мне договорить, пока у меня для этого хватает смелости, — она умоляюще посмотрела на меня, я лишь кивнул. — Всё изменилось после свадьбы. Вообще, если хорошенько призадуматься, то первые тревожные звоночки возникли еще до этого. Внимание Егора ко мне было слишком пристальным. Он не просто мне его уделял, Егор пытался меня контролировать, душить этим вниманием. Но я этого тогда совсем не понимала. Путалась во всем, не могла различить его истинной мотивации. А когда я стала его женой, Егор решил, что я принадлежу ему. Как вещь, — Аня замолчала на некоторое время. — Необоснованная ревность, подозрения. Я училась и мне было не до того, чтобы заводить какие-нибудь интрижки на стороне. Егор запугивал меня. Долго и методично. Я боялась его. Жутко боялась.
— А теперь не боишься?
— Нет. Я не хочу, чтобы он причинял тебе боль. Я не позволю ему это сделать еще раз. Когда ты хочешь защитить, страх сам собой куда-то исчезает.
— А что же отец?
— А что он? Его уже давно нет на этом свете. Автокатастрофа. Мой мир держался исключительно на плечах Егора. Он часто повторял, что я никому кроме него не нужна, что никто не будет любить меня так, как он. Любить, — Аня невесело улыбнулась. — Вряд ли он вообще знает, что это такое.
— Он не хотел детей?
— Мы вообще об этом никогда не разговаривали. И это к лучшему. Бог отвел. Если бы был ребенок, я не смогла бы уйти. Егор не отдал бы мне его. И весь этот кошмар продолжал развиваться.
В комнате повисла тишина. Она была тяжелой, но не напряженной или колючей. Я обдумывал всё, что услышал и с ужасом понял, что у каждого в жизни присутствует своя драма. Такова реальность. У всех существуют свои страхи, своя боль, свои трудности.
— Ты веришь в нас? — тихо, но твёрдо спросил я, сплетая пальцы наших рук.
— Верю, — так же твёрдо ответила Аня.
Я придвинулся ближе и обнял ее. Сладкий запах ее волос убаюкивал меня и дарил ощущение тихого счастья. Я был готов ради этой женщины пойти на всё, и теперь, когда она признала свою веру в нас, мне совсем не страшно. Я защищу ее, искупаю ее в той любви, которой ей всегда так не хватало. Заберу в свои объятия, зацелую, окутаю ласками, а главное — подарю чувство безопасности. Мои губы нашли ее губы. Это был горько-сладкий поцелуй счастья. Я обнял Анну крепче, прижимая ее к своей груди. Я мечтал любить эту женщину, и теперь моя мечта сбылась.
Свет был погашен, и мягкая полутьма спальни заботливо окутала наши влюблённые тела.