Глава 24

Ощущаю, как тяжесть его тела опускается на мои ноги, одновременно обездвиживая меня. Ох, мамочки… Как представлю, сколько он от меня натерпелся, так страшно становится. А через мгновение все эти мысли испаряются в воздухе вместе с моим глухим выдохом, когда его стальная эрекция впечатывается в мои обнаженные ягодицы, пропуская по коже колючий разряд тока. Эмоции обрушиваются с такой силой, что начинают пугать. Пытаюсь дышать, но словно разучилась. И все же отчаянно хватаю ртом воздух. — Признай, ты не равнодушен к моей заднице, — тяжело дыша, нарочно дразню его и поворачиваю голову, чтобы встретиться с темной бездной его глаз. Мужские губы кривит наглая ухмылка. — Не отрицаю. Мой приятель не против в ней оказаться, — отвечает он, прежде чем его горячая ладонь вновь ложится мне на ягодицу и сжимает, в то время как второй рукой он направляет свой член между моих ног и проводит горячей головкой по влажным складкам. Внизу живота все сжимается болезненным спазмом, и я готова потерять сознание от переизбытка острых ощущений, пока меня не отрезвляет следующая фраза: — Как ты относишься к анальному сексу? Что? Какого хрена?! Изо рта вырывается странный звук, свидетельствующий о моем шоке. Однако, несмотря на испуг, я все-таки нахожу в себе силы дать ему отпор. Хотя бы словесный. — Нет! Категорическое! Жирное! Нет! Даже не вздумай, Форкс! Слышу его хриплый смешок и уже собираюсь перевернуться от греха подальше, но мои запястья снова попадают в плен его сильных рук, после чего он надавливает ими мне на поясницу и склоняется к моему уху, позволяя еще отчетливей ощутить его крепкий стояк. Хоть орехи коли. И, видимо, один он себе уже приметил. — Не дергайся, я не трону, — успокаивает он, поглаживая мою поясницу большим пальцем. — Но порки это не отменяет. Ты заслужила, помнишь? — хрипло выдыхает он, а затем с легкостью запускает под меня свои руки, чтобы пленить мою грудь в грубой ласке. Ахаю и выгибаюсь под ним, когда его пальцы сжимают изнывающие соски, вырывая из моего горла глубокий стон. Его прикосновения такие нужные. Требовательные. Жадные. Всего так много, что я задыхаюсь, а сознание взрывается маленькими фейерверками, рассыпаясь искрами перед глазами. Проклятье… Сердце безжалостно колотится в груди, ломает ребра, и я снова теряюсь, ощутив, с каким удовлетворением он трется об меня своим гладким членом. Гектор сдавленно шипит и еще ненасытней сжимает в ладонях мою грудь, опаляя раскаленным дыханием затылок, который он прикусывает, и я зарываюсь лицом в простынь, едва сдерживая очередной стон. Голова идет кругом. Как же все остро. Сладко. И мало. Катастрофически мало. И Форкс будто читает мои непотребные мысли, обхватывая меня за лицо и вгрызаясь грубым поцелуем прямо в губы. Продолжая сводить с ума своим дерзким языком. Пожирая меня, как любимую сладость. На секунду он прерывается, оставляя меня одну на грани исступления. Ладонью убирает мне влажные волосы в сторону и утыкается носом в ямочку возле шеи, чтобы вдохнуть мой запах. Чтобы поцарапать грубой щетиной и заставить дрожать, прежде чем переместиться на плечо, где его зубы мягко смыкаются на коже. Он оттягивает и всасывает ее в рот, стремительно разливая по моим венам жидкое тепло. Черт возьми, как же хорошо. Под ним. Губы пересохли, и я облизываю их, пролепетав что-то заплетающимся языком, после чего Гектор, тяжело дыша, отстраняется, щипает меня за попку и слезает с моих ног. Обреченно ударяюсь лбом о матрас, все еще охваченная волнительной дрожью. Этот подлец с нескрываемым наслаждением издевается надо мной. Но стоит признаться хотя бы самой себе, что я действительно это заслужила. А вот ему отвечаю иначе и коротко: одним только пальцем. Средним. Который мне с трудом удается ему показать. К черту его гребаную выдержку. Я хочу, чтобы он взял меня. — Ты зараза, Мерф, — ласкает он меня таким мягким голосом, что я готова замурлыкать, как мартовская кошка. Только не успеваю даже развернуться, как одним ловким движением Форкс стягивает с меня плотно облегающие джинсы. Последнюю преграду, что мешала ему развести мои ноги и усесться между ними. От сладкого предвкушения я замираю с бешено грохочущим сердцем. Готовая на все, что он потребует от меня. Но ничего не происходит. Я не чувствую его тепла и, обернувшись, бросаю на него гневный взгляд исподлобья, который за секунду сменяется удивлением. Потому что вместо того, чтобы войти в меня и заполнить своим членом, этот засранец продолжает стоять и медленно водить ладонью по всей длине, прожигая меня светящимися похотью глазами. Вот же гад! Нетерпеливо поднимаюсь на четвереньки, но внезапное жжение на моей заднице заставляет меня с той же скоростью плюхнуться обратно на живот. Делаю глубокий вдох, который резко обрывается очередным шлепком. Ягодица не успевает остыть от предыдущего шлепка, как ее настигает та же участь, отчего я уже взвизгиваю, зарываясь лицом в простыни, и утопая в несдержанном стоне. И, черт возьми, каждый новый шлепок распускается внизу живота огненным цветком, купируя любую мою попытку борьбы. Потому что тело уже во всю кричит: «Трахни меня!» Это тело проститутки, ей богу. — Я тоже умею быть вдохновляющим, не находишь? — его хриплый низкий голос с трудом доносится до меня сквозь плотный туман возбуждения, который уже атрофировал любую возможность шевелить языком. А в следующее мгновение мои глаза закатываются от сумасшедшего удовольствия. Гектор запускает свои пальцы между моих ног и начинает водить ими вверх-вниз. Мучительно медленно. Распределяя мою смазку вокруг чувствительного местечка. И я сама уже выпячиваю попку в попытке почувствовать больше. Глубже. И он дарит мне желанное — вводит один палец вместе с низким рычанием, затем второй, растягивая до крышесносного удовольствия. Вынимает и вводит их обратно. Как по маслу. С развратным хлюпаньем. Слышу, как с каждым движением его дыхание становится сбивчивым. Рваным. Несдержанным. А мое и вовсе исчезло. Тело напоминает легкую пушинку, которую раскачивает из стороны сторону. — Гектор… пожалуйста… — Что, пожалуйста? — едва слышно хрипит он возбужденным голосом и убирает руку от моего лона, тут же сжимая влажной от моей смазки ладонью бедро и слегка разворачивая меня на бок, так, что член проскальзывает между моих ног. — Черт возьми, ты совершенна, Мерф. Смотрю на него затуманенным взглядом. За тем, как он с вожделением поедает меня дикими глазищами. Как ласково и в то же время ненасытно сминает мое тело. Как задыхается от желания и с трудом справляется с рваным дыханием. — Не сдерживайся, Форкс. Трахни меня, — добиваю его своим осипшим шепотом, заставляя потерять контроль. Его сильные пальцы впиваются в мою кожу, прежде чем он насаживает меня на свой член. Стоя на коленях, входит грубым рывком. Резко и глубоко. Внутри все содрогается, и с губ слетает громкий стон. Ох, господи… Гектор замирает во мне. И, кажется, мы оба не дышим, пока он растягивает меня своим немаленьким размером. Говорят, первое проникновение всегда сокрушительное. А для меня оно подобно маленькой смерти. Я так давно не чувствовала этого, что сейчас просто теряюсь в водопаде эмоций. Пропадаю в темной бездне. Сладко. Больно. Необходимо. Он утыкается лбом в мое плечо, целует и начинает медленно выходить и снова заполнять все собой. Он во мне, его рот на мне, а голову кружит запах любимого мужского тела. Я в раю… Это все нереально. Выгибаюсь ему навстречу, нуждаясь в каждом глубоком толчке, который проникает в меня вместе с гортанным рычанием Форкса. Так гладко, жарко и всепоглощающе, что даже страшно, потому что так хорошо мне еще никогда не было. Тела сливаются в единое целое влажными шлепками и порочными стонами Форкс ловко переворачивает меня на спину и тут же нависает надо мной, закидывая мои дрожащие ноги себе на бедра. После чего с легкостью проскальзывает внутрь одним точным рывком, взрывая во мне новый спектр ярких эмоций. — Посмотри на меня, — требует он и находит мои руки, чтобы завести мне их за голову. — Не отводи от меня своих красивых глаз, детка, — накрывает мои губы голодным поцелуем и сильнее переплетает наши пальцы в замок, одновременно ужесточая свои толчки. И мне нужна его грубость. Хочу всего его. Любого. Очередной рывок выбивает из меня громкий стон, который он проглатывает до последней капли. Выпивает со мной одно наслаждение на двоих. Движения ускоряются. Наши тела напрягаются, заставляя нас пьянеть от происходящего. Друг от друга. От разрывающих ощущений. Дыхание перехватывает, а перед глазами все темнеет. Он снова заполняет меня до предела, до боли кусая мои губы. И я слышу, как он ругается матом, одновременно заставляя дышать меня собственным именем, которое он шепчет мне прямо в рот. Так много. Слишком много всего, что в глазах начинает щипать от горячих слез, и с новым толчком я распадаюсь на мельчайшие крупицы. Сжимаюсь вокруг него, выплескивая из себя все, что столько лет хранила. Цепляюсь за широкие мужские плечи из последних сил, потому что сейчас он мне необходим как никогда. Мне настолько хорошо, что я готова прокричать, что люблю его. А может, я уже это сделала… неважно. Сейчас ничего не важно. Есть только он и я. Наши губы снова находят друг друга и отдаются дикому поцелую. Такому же дикому, как и мужчина, затопивший меня бурным оргазмом. Гектор продолжает брать меня, не давая мне исчезнуть в темноте. Удерживая меня в плену горячих рук. До самого рассвета переплетая наши тела в белоснежных простынях.