Глава 19. Эрган ар Кьерри

Джафар ушёл за гостьей… Или пленницей? Статус определит сегодняшняя встреча. Для меня диким было само предположение, что самка может быть посланным убийцей. Ещё шпионом куда ни шло, и то, с большой натяжкой.

Хотя, если задуматься, смысл в этом есть. Мы слишком бережно относимся к нашим женщинам. Заботимся о них, обеспечиваем всем необходимым, окружаем роскошью, чтобы они ни в чём не нуждались в свой короткий век цветения и проживания во дворце. И ни один из драконов не может и представить, что нежное создание может причинить какой-либо вред своему господину. Слишком слабы и безвольны для этого.

Не скажу, что не могут причинить вред друг другу, своему племени. Люди способны и на убийство, и на подлость — в этом не приходится сомневаться. Видел я уже за свою жизнь достаточно, отец и того больше. Но навредить дракону?!

Дверь в допросную тихо отворилась. Как мы и договорились с Джафаром, я предоставил нашей подозреваемой возможность осмотреться и дал шанс воспользоваться холодным оружием.

Даже если случится невероятное, и она сумеет выхватить клинок… Хм, даже не предполагаю, как это у неё получится. Разве что я буду стоять на месте и ждать, пока она нанесёт мне удар. Моя скорость в сотни раз превышает способности оборотней, не говоря уж о людях. Но даже если девушка использует оружие по назначению и ударит меня, пробить шкуру дракона непросто, это во-первых, а во-вторых, моя регенерация сведёт ущерб на минимум.

Обдумывая будущую встречу, решил встретить самку с непокрытой головой и открытым лицом. Когда-то давно на Совете эмиров было принято решение: с момента появления первых чешуек на коже дракона мужчины должны скрывать свои лица. Всё делалось для того, чтобы сохранить вокруг нашего вида как можно больше тайн. Слишком мало нас на Караксе. Драконы хоть и очень долго живущие существа — моему отцу уже больше шести тысячи лет — но не бессмертные. Убить нас можно.

Обычно при первой встрече с драконом его облик дезориентировал женщин и вгонял в панику. Я хотел отследить реакцию девушки на своё истинное лицо. Будет ли она ошарашена? Или уже встречалась с представителями моего вида в открытую? Это тоже о многом скажет.

Пленница вошла, но двигалась практически бесшумно. Только лёгкое движение воздуха выдавало её. Вслушиваясь в звенящую тишину, понял одно — девушка абсолютно спокойна. Я не слышал частого биения сердца, как бывает, когда люди нервничают или напуганы. Превозмогая собственное любопытство, как можно медленнее повернулся к ней и пропал…

Передо мной стояло прекраснейшее создание. Утончённые черты лица, каскад белоснежных распущенных волос и глаза, бездонные голубые озера, даже прекрасней увиденных мною однажды на горных вершинах в северной половине нашей планеты.

Но что поразило меня больше всего — я увидел, как в её глазах вспыхивают серебристые искорки и на лице отражается восторг! Нежные персиковые губки приоткрылись с тихим «ах», и я задрожал от вибрации её голоса, пронзившей меня насквозь. Словно этот звук, её образ, аура отпечатались во мне, вошли в меня и так там и остались. Драконье сердце глухо стукнуло, пропустило удар и застучало в другом ритме, как бывает в период гона. Чешуйки на теле мелко завибрировали, и свой собственный голос стал подводить, вырываясь с рычащими нотками. Ощущения были странными, но не пугающими, а наоборот, словно в предвкушении чего-то неизведанного. Весь мир вокруг стал восприниматься иначе. Все чувства обострились. Так, словно я готовился к атаке против всего мира, и в то же время пространство в комнате туннельно сузилось до одной единственной точки — девушки напротив меня.

Я неотрывно следил за мимикой прекрасного лица — нежнейшего бутончика невиданной красоты. Сейчас даже мною любимые цветы — мои сокровища — меркли на её фоне.

С жадностью отслеживал каждый взмах ресниц, малейшие изменения мимики, движения тела. Миг встречи размазался по моей вселенной, и я впитывал его всей своей драконьей сущностью. А ещё легкий, едва уловимый аромат какого-то диковинного фрукта будоражил, вызывая желание. Названия этому фрукту я не мог дать, но он почему-то привиделся мне сочным, ярким, кисло-сладким и солнечным. Идеальный для меня. Аромат, как робкая, стеснительная девственница, показал себя и спрятался. Но память о нём осела сладостью на языке.

Тёмные ресницы незнакомки дрогнули, и горящий восхищением взгляд переместился на меч. Я совсем забыл о причинах нашего с ней нахождения в допросной. Она потянулась всем телом в сторону клинка. Тягуче и так плавно, словно собралась соблазнять меня танцем. Кисть с длинными пальцами так огладила рисунок на ножнах, что я позавидовал тонкому золотому плетению, созданному по моему эскизу. Лучше бы меня так огладила! Её рука замерла в пространстве, словно девушку что-то насторожило.

— Ну, что же ты замерла — бери, — предложил ей взять явно понравившийся предмет. Да я готов был ей не только это предложить!

Устоять на месте я не мог. До зуда под чешуёй хотелось приблизиться к ней и потрогать, но что-то сдерживало. Словно я ожидал от неё разрешения и одобрения своим действиям.

— Кх, — она забавно вздрогнула, и робко уточнила:  — Можно, да?

В небесно-голубых глазах зажглись золотые искорки и на прекрасном лице расцвела радостная улыбка. Искренняя. Как будто бы она не надеялась, но вдруг получила в дар именно то, о чём всегда мечтала. Клинок действительно был мне очень дорог. Его мне подарил отец на первое совершеннолетие.

Оглушённый своими внезапными чувствами к незнакомке, я положил клинок перед ней на стол и осторожно обошёл её, встав за спиной, но так, чтобы видеть хотя бы часть лица. До зуда в клыках хотелось уткнуться носом в сгиб изящной шеи и снова уловить ускользнувший аромат. Там, на коже, мог остаться запах, зацепиться за шёлковые волосы. Собственный рот заполнился сладковатой слюной, и язык непроизвольно выскользнул, ощупывая пространство за спиной блондинки. Инстинкты неумолимо брали контроль над телом.

Что ещё поражало — она вовсе не боялась меня!

Качнулась всем телом назад, останавливаясь на расстоянии чешуйки от меня. Замерла, прислушиваясь к собственным ощущениям.

И вдруг я ощутил её мощь, силу! Это было сродни разряду молнии! Вот так, на расстоянии, без прикосновений.

Стало окончательно ясно: передо мной было непонятное мне существо, не уступающее силой юному дракону!

Как такое возможно?!

Напряжение достигло апогея.

А потом я услышал это:

— Ур-р…

Этот звук был ничем иным, как возгласом маленького дракона. И вид при этом девушка имела такой довольный, прижимая к груди моё оружие… как своё сокровище.

Разрыв шаблона. Драконы на Караксе — исключительно самцы. В голове закрутились хаотично мысли, как гонимые песчаной бурей песчинки.

Позади с грохотом открылась дверь в допросную. Джафар влетел в комнату, вырывая меня из полутранса.

Его появление вернуло меня в реальность. Друг был верен себе, бросился с мечом, чтобы защитить меня от любой угрозы. Вот только я не мог допустить, чтобы он хоть чем-то навредил существу передо мной. Замах тяжёлого меча я не видел. Почувствовал движение воздуха рядом и схватил лезвие голой рукой, останавливая разящий меч.

— Меня зовут Эрган. Что ты такое? — с трудом беря контроль над собственным голосом, спросил её.

Лицо существа неуловимо изменилось. Вмиг исчезла расслабленность. Черты приобрели хищный вид. Её скорость была молниеносной, не уступающей драконьей, только со скидкой на пол. Она крутанулась вокруг оси, используя поверхность стола, как опору. Остановившись за столом и считая его границей между нами, провела рукой по разметавшимся волосам, откидывая их на плечо. Мой меч девушка так и не выпустила из рук, прижав к груди, и покосилась на Джафара. Ухмыльнулась своим мыслям и представилась.

— Эолайн ар Ньерри. Даже не знаю, что ответить на ваш вопрос, дэсай ар Кьерри. Посчитать его оскорблением? Или расценить, как невежество? Что скажете, Эрган?

— Я… я не понимаю, — моя растерянность не знала границ, даже оглянулся на Джафара. Эмирата с именем рода ар Ньерри на Караксе не было.

За спиной услышал движение и резко оглянулся. Мысли приняли другое направление. Загадка имени отошла на второй план.

Сарган ар Ши-Раа, мой друг, видимо, заскучал и разыскал меня. Как много он услышал? Меня одолела досада, что он вообще здесь появился и что видит Эолайн. Её имя приятной дрожью отозвалось в теле. Прокатилось по спине, выгибая чешуйки в томном ожидании чего-то неизведанного.

— Кто это? — приоткрыв рот, Сарган с жадным интересом осматривал принадлежавшее мне. Моё белокурое сокровище! Драконья сущность ревностно взвилась внутри. Не отдам! Не отпущу! Спрячу в сокровищницу и сам буду любоваться!

Недовольно рыкнув, заступил другу обзор. Но Сарган не успокоился. Крадучись, стал обходить меня вокруг и заглядывать за плечо.

— Эрган, отдай её мне. Плачу золотом по весу цветка, — чуть ли не капая слюной, заявил этот ушлый ящер.

— Нет, — сказал — отрезал.

— Нет, так нет, — дружелюбно улыбнулся он через долгую минуту и показал жестом, что не претендует. Отступил на шаг, остановился и, заложив руки за спину, стал наблюдать. Естественно, выставить Саргана за дверь я не мог. Мы вместе, сколько себя помню. Дружат наши отцы. Мы ведём торговлю между эмиратами. Отбиваемся от разбойников, объединяя отряды. Союз с эмиратом ар Ши-Раа нужен нам не меньше, чем им с нами.

Девушка молчала, склонив головку к плечу, рассматривала моего друга и всё так же прижимала к себе мой меч. В этой комнате все, кроме меня, оказались вооружены. Чувствовалась в этом неправильность. Вздохнув, я протянул руку к Эолайн и попросил:

— Дай мне, пожалуйста, меч.

Точёные бровки нахмурились, нежные лепестки губ недовольно скривились, взгляд потяжелел.

— Моё, — она резко убрала меч за спину, — ты же мне сам… — она не договорила, прикрыла глаза и усмехнулась. — Хорошо. Меч можешь забрать. Ножны не отдам.

Каждый из мужчин в этой комнате по-своему отреагировали на её слова. Джафар возмущённо засопел. Сарган перестал улыбаться уголками рта и сделался каменно-серьёзным. А я почувствовал, что делаю что-то совсем не то. Поступаю неправильно.

Эолайн профессиональным жестом выхватила клинок из ножен и, легко крутнув его кистью, проверила балансировку и протянула рукоятью вперёд.

— Держи. И думай, дэсай, прежде чем предлагать кому-то то, чем ты не готов делиться, — при этом вид она имела строгий, как мой старый учитель, достопочтенный дэсай Борей. Под её взглядом я почувствовал себя провинившимся бесчешуйчатым драконёнком. — А вы, незнакомый дэсай, — обратилась она к Саргану, — запомните: если делаете подобные предложения, задумайтесь над тем, что вам может не хватить золота, чтобы расплатиться. Или вы протянете лапу в сокровищницу ваших родителей?

Своим нравоучением она разрядила накалившуюся обстановку в комнате. Мы с другом рассмеялись. Джафар наконец-то спрятал своё оружие в ножны и отступил к стене.

— Эолайн, познакомься, это мой друг Сарган ар Ши-Раа. В сокровищницу отца он точно не полезет! — даже сама мысль была кощунственной. Отцов своих мы уважали.

— А матери? — тихо спросила девушка, тем самым прерывая наш смех.

— У женщин не бывает сокровищниц, — за меня ответил Сарган. — Зачем им сокровищницы, если они любят хвастаться своими украшениями в гаремах перед другими.

Девушка закусила губу и, явно что-то обдумывая, отвернулась от нас, глядя на стену. Какие мысли бродили в её голове в тот момент? Какие вопросы она нам не задала?

— Что ж, приму ваш ответ, — заявила Эолайн и скрестила руки на груди. — Не знаю, как вы, а я бы хотела нормально поужинать, — ворчливо заметила она.

Ткань платья натянулась, сдвигая ворот и привлекая внимание к шее. На белоснежной коже вился красивый узор из повторяющихся элементов рисунка. Если бы воплотить этот рисунок в жизнь, то получилось бы дивное ожерелье. Когти зачесались потрогать рисунок. Стоило об этом подумать, как он стал бледнеть, растворяясь в белизне кожи и оставаясь в виде неяркой непримечательной контурной татуировки.

Джафар у стены возмущённо рыкнул. А я… я умилился подобному заявлению. Вид при этом Эолайн имела трогательный.

— Идём, — улыбнулся, протягивая руку.

— Но, дэсай! — альфа не сдержался, рыпнулся в мою сторону.

Со стороны, может быть, это выглядело глупо, но я не чувствовал угрозы от девушки. Да, её о многом можно было бы ещё расспросить, ведь я так и не выяснил, откуда она взялась, но я не хотел делать это при Саргане. А ещё я чувствовал, что Эолайн действительно голодна, и драконья сущность побуждала быстрее завести её во дворец, подальше от самцов, и укрыть от посторонних глаз. Что было причиной подобного острого желания, разобраться сразу не получалось. Приняв решение, стал действовать.

— Всё потом, Джафар. Мне стоит показать гостье, насколько мы гостеприимны.

Пришли распорядителя в гостиную гарема.

Эта территория была закрытой для посторонних самцов. Туда допускались только доверенные слуги и распорядитель — омега Джафара. Правда, эти двое никак не могли признать друг друга. Но, как говорится, жизнь покажет, чья чешуя крепче. В смысле, кто кого переупрямит. Отец говорит, природу не обманешь. Если они пара, то никуда от этого не денутся.

В целом, женская часть дворца делилась поровну между гаремом отца и моим. Четыре жены отца руководили этим цветником сами. Мы не вмешивались. Я не мог заходить на половину отцовского гарема, а он на мою. Таковы правила, принятые испокон веков. Общей была просторная гостиная, где вечерами мы собирались большой семьёй. Женщины услаждали наш взор танцами, песнями и прочими выступлениями. В этом же зале происходил выбор той, с кем хотелось бы провести ночь.

Если в гости приезжали другие драконы со своими гаремами, то женщины могли приходить на женскую территория. Чужой же дракон под страхом казни не имел права туда заходить, даже если там были его женщины. Это правило было закреплено в семейном кодексе на Совете эмиров.

Поэтому сейчас я так стремился завести Эолайн в гостиную и спрятать от Саргана. Хотя это было неправильно. Девушка была в статусе гостьи и не могла находиться вместе с моими наложницами на их территории, пока я не назову её своей Выбранной. Обычно это происходило на Дне Выбора. А как же мне поступить с Эолайн? В самом деле, не предлагать же ей поучаствовать в отборе?

— Дэсай, на пару слов, — Джафар вернулся, выполнив распоряжение, пока мы шли обходным путём, и следовал по пятам, недовольно сопя за моей спиной. Пришлось остановиться и отойти на несколько шагов в сторону, ревниво косясь на Саргана, непозволительно близко подошедшего к Эолайн. Он ещё и принюхивался! Каков наглец!

— Чего тебе?

— Опасно вести её в ваш гарем. Вдруг она окажется лаской, попавшей в курятник! Вы так и не выяснили, откуда она и говорит ли правду?

— Вот и займись поиском этой правды. Ты глава охраны или как? — рыкнул вполголоса и, отстранив рукой Джафара с дороги, как досадное препятствие, поспешил к девушке.