Глава 30. День Выбора

Эмир ждал нас в кабинете. Об этом сообщил Эрган. Мой дракон нетерпеливо встретил меня возле хамама. Сам он тоже успел освежиться, отчего его запах перестал быть одуряюще насыщенным.

Эрган был одет в традиционный церемониальный халат драконов, расписанный хризантемами.

— Почему у тебя на одежде этот символ? — я очертила контур одного из цветков на груди Эргана в области сердца.

— Я сам его выбрал. Самый красивый цветок. Жаль, что таких нет на Караксе. Когда отец предложил мне самому выбирать знаки отличия для воинов, то я решил, что именно этот цветок украсит доспехи. Как командующий войска эмирата, я также ношу на одеждах такой символ.

— Удивительно… Ты знаешь, золотая хризантема — это символ моей семьи. Мой брачный наряд должен быть расписан этими цветами.

Я встретилась взглядом с потрясённым Эрганом.

— Мне сначала приснился этот цветок, — понизив голос, доверительно признался он. — Это было так давно. В том сне маленькая девочка с белоснежными волосами держала в руках этот живой цветок. Он был вместе с листьями и корнями. Землёй измазан был подол её платья. Руки испачканы чёрной грязью, а она танцевала странный танец и счастливо смеялась. Подол её расклешенного наряда был украшен такими же цветами.

— Это была ночная сорочка, — в горле пересохло от эмоций. — Как такое возможно, Эрган? Мне было всего шесть лет. Наши садовники решили избавиться от обильно разросшихся хризантем. А я так любила эти цветы! И решила ночью отправиться их спасать. Надёргала целую охапку и спрятала за баком с удобрениями. А одно растение забрала с собой, как своё сокровище. Тот цветок стал первым моим сокровищем! А танец был моей триумфальной пляской.

Это было одно из самых ярких воспоминаний детства. Драконы, в отличие от людей, помнят практически каждый прожитый день. Нам это не мешает. Но некоторые события отпечатываются в памяти особенно ярко.

— Наверное, наша встреча была предопределена, Эолайн, — Эрган нежно коснулся моих губ, лишь обозначая поцелуй. Довольство на его лице вызвало ответную улыбку. Мне нравились его эмоции.

— Теперь я в этом уверена.

Разговор с эмиром не занял много времени. Дракон уже знал, о чём пойдёт речь. Мужчина выглядел крайне удовлетворённым и в то же время собранным.

Он обнял нас по очереди. И, как принято в таких случаях, поцеловал сына и меня в макушку.

— Я принимаю тебя под свою защиту. Теперь ты можешь собрать волосы, Эолайн. Девочка, ты можешь рассчитывать на мою помощь в любом вопросе.

— Благодарю, дэсай. Для меня это честь, стать частью семьи Эргана.

— Ты уверена? Зная нашу историю, — эмир внимательно вглядывался в моё лицо. Его явно заботил мой ответ. Он словно ждал от меня другого.

— Я действительно могла признать Эргана, но не признавать его семью. Но я так не чувствую, дэсай. Что бы не произошло в прошлом, вы искупили это своим раскаянием. Иначе Духи не способствовали бы нашей встрече.

Эмир незаметно выдохнул.

— Что ж, если всё так, то приглашаю вас на праздник. Сегодня День Выбора невест драконов, — эмир лукаво улыбался. Я же недовольно фыркнула и попробовала отступить от бока Эргана. Но он держал крепко.

— Тебе не нужно беспокоиться, Эолайн. Дракон, обретший пару, потерян для всего мира.

— Мне никто не нужен, кроме тебя, — тихо произнёс Эрган.

— Что ты будешь делать со своим гаремом? — я развернулась к моему дракону. — И я не понимаю, зачем тогда этот Выбор, если тебе больше никто не нужен.

— Выбирать будут гости, — ответил эмир на мой вопрос.

А Эрган погладил костяшками пальцев мою скулу, с жадным интересом переключая внимание на мои губы.

— Так, совсем невежливо заставлять гостей ожидать! — хлопнул в ладоши отец-дракон, приводя нас в чувство и прерывая ответ сына насчёт гарема. — Для вашего же блага вам лучше отлепиться друг от друга. Эолайн, ты ещё не готова к полноценному обороту. Гнездование — это очень ответственно.

После слов эмира меня бросило в жар. Люди обычно краснеют от смущения. А в нас, драконах, вспыхивает внутренний огонь, охватывая жаром. Моя хвалёная выдержка трещала по швам. Инстинкты — страшная штука. Сам себе не принадлежишь. Вся разумность стирается перед жаждой обладания парой.

— Всё в порядке, отец. Я держу себя в лапах, — ответил Эрган, при этом пожирая меня взглядом.

— Мы не будем спешить, — соблазнительно уркнула, чем дискредитировала собственное заявление.

— Ну-ну, — хохотнул взрослый дракон и уверенно развел наши тушки в стороны.

Недовольный рык Эргана. Мой тяжёлый вздох. Но мы оба приняли такую своеобразную помощь эмира и отправились вслед за ним.

***

Мы вышли во внутренний двор с противоположной от входа стороны.

Здесь я ещё не бывала.

Условно эту территорию можно было назвать парковой зоной. В обычное время она предназначалась для отдыха женщин на улице.

Сейчас она была переделана под проводимое мероприятие — выбор потенциальных невест, способных зачать от дракона. Знание этого сильно раздражало. Как учёный, я могла понять необходимость подобного поиска, но как драконица — нет. Вот только от учёного во мне осталось ничтожно мало. На волне обретения мною управляли инстинкты.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Мужчины-драконы с открытыми лицами и женщины из гаремов с закрытыми лицами располагались на отдельных помостах на достаточном расстоянии друг от друга. Помосты были устланы коврами и декорированы яркими подушечками. По периметру стояли слуги, образуя живую цепочку.

Напротив мужского помоста находилась сцена. Отгороженное резными ширмами пространство пока пустовало. За ширмами нервничали соискательницы. В отличие от гаремных красавиц, их лица были открыты.

Гости, предоставленные сами себе, не скучали. Мужчины, разместившись полукругом, потягивали кальяны с ароматными смесями и вели неспешную беседу. Здесь были не только эмиры, ранее представленные мне. В выборе участвовали и сопровождающие драконов воины. При нашем приближении разговоры стихли, и эмир ар Кьерри представил нас с Эрганом как пару, одобренную Духами.

Взгляды мужчин скрестились на наших с Эрганом переплетённых руках. Чтобы лучше нас рассмотреть, мужчины даже шеи вытянули.

Безусловно, для них это не было новостью. Слухи уже разошлись по казарме. Но увидеть подтверждение воочию желал каждый. Присутствие такого количества взрослых драконов тревожило. Инстинктивно я остерегалась их пристального внимания. Если у кого-то из присутствующих пересилит звериная суть, то начнётся бойня, и моя шкурка может пострадать в пылу сражения. И Эрган не защитит, поскольку будет занят битвой.

Мозг спешно просчитывал варианты, как не допустить худшего развития событий. Мой бегающий взгляд остановился на эмире Эмиле Шии-Тари. В памяти всплыл разговор с эмиром.

«Дядя!»

Я сжала руку Эргана и отпустила. Уверенно обошла отца-эмира и остановилась напротив своего самого старшего родственника по материнской линии. Старший брат мамы, вычеркнутый из родовой книги Шии-Тари.

Традиции сильны у драконов. Жесты, ритуалы, определённые слова — всё это имеет скрытый смысл, понятный посвященным. Они не меняются тысячелетиями. На то и был мой расчет.

Дракон внимательно следил за моими действиями. Я скромно опустила глаза в пол и преклонила перед ним колено, касаясь рукой мягкого помоста, на котором восседали драконы.

— Пусть Вечных путь не коснётся твоих ног долгие века, дядя.

Все разговоры на мужском помосте стихли.

Эмиль Шии-Тари молниеносно оказался на ногах и опустил свою большую мозолистую ладонь на мою макушку.

— Пусть Древние одарят тебя, дитя. Моё гнездовье всегда открыто для тебя, Эолайн. Мои крылья поддержат тебя. Ты — моя семья.

Это был трогательный момент. В груди завибрировало от урчания. Сдерживать себя не было необходимости. Дракон ответил тем же. Мужчина поднял меня с колен и прижал к мощной груди.

— Духи действительно дали нам второй шанс! — произнёс Эмиль. Прижимаясь к дракону, я не видела выражение лиц остальных, но чувствовала, как уходит общее напряжение. Это был хороший знак!

Дядя увлёк меня за собой, усаживая между ним и эмиром ар Кьерри. Эргану пришлось устроиться с другой стороны от отца. Я видела, как моя пара недовольна, но сдерживает себя. Мне тоже хотелось оказаться в кольце сильных рук дракона и чувствовать его горячее дыхание у себя за спиной. Но всему своё время. Сейчас мой разум должен оставаться незамутнённым, чтобы я могла избежать непоправимых ошибок.

Хозяин эмирата хлопнул в ладоши, привлекая внимание остальных. Голоса быстро стихли.

— Пусть начнётся праздник! Сегодня мой сын обрёл пару. Духи благосклонны к нашему роду! Своей радостью мы хотим поделиться со всеми своими друзьями! Всё, что мы можем — это дать выбрать себе любой из цветков, отмеченных искрой и найденных в нашем эмирате.

Эмир посмотрел на сына, передавая ему слово. Я напряглась, ожидая, что же скажет мой мужчина. И он не разочаровал.

— Отец, дэсайи, меня переполняет чувство глубокой благодарности Духам. Они помогли нам с дэсой ар Ньерри встретиться вопреки всему. И я не могу быть настолько жестоким к моим побратимам и, наслаждаясь любовью моей пары, удерживать в своём гареме цветы пустыни, способные подарить будущее кому-либо из вас. Я распускаю свой гарем. Осама Зибар, — обратился он к распорядителю, — уведите женщин. Если кто-то из них захочет, то может участвовать в Дне Выбора для наших друзей. Если нет, то их одарят так, как положено по окончанию срока контракта. Пусть озвучат своё последнее желание.

Собственно, из всего гарема Эргана осталось двое. Мариока находилась в лазарете. Лита в тюрьме ожидала эмирского суда. Оставшиеся женщины были шокированы объявлением. Сначала обе заголосили, упали на колени и стали ползти в сторону мужского помоста. Что-то менять они не хотели.

Я только тяжело вздохнула. Полного удовлетворения не было. Раздражающая меня Мариока так и маячила на горизонте. Эта наглая девица, посмевшая оскорбить меня, драконицу, должна исчезнуть с обозримого горизонта.

— Прекратить, — рыкнул эмир и жестом приказал увести ползущих с глаз долой.

— Этого недостаточно, — внятно и громко произнесла, как только воющих женщин увели. На мне скрестился не один драконий взгляд. — Эрган, ты всё ещё должен мне бой. Твоя женщина посмела плюнуть в меня. А от вас, отец, я ожидаю справедливого суда в отношении отравительницы Литы.

Я тоже умею быть жёсткой и принципиальной. Полумер мне мало. И если Эрган в силу своего воспитания этого не понимает, то я готова объяснить популярно и при драконах.

Драконы, не посвящённые в перипетии моего прибывания во дворце эмира, напряжённо молчали. Дядя недовольно шикнул на своего друга и, приобняв меня за плечи, подтянул ближе к себе. Он сразу же занял мою сторону, даже не зная всей истории. Его инстинкты защитника включились молниеносно.

Эмир недовольно нахмурился, оборачиваясь к растерянному сыну. Эрган сидел, сжав кулаки от негодования. Он вспомнил свои нелепые обвинения в адрес Эолайн. Теперь-то он понимал, почему девушка ударила слабую женщину. Драконица могла её запросто убить, но не сделала этого.

— Дэса ар Ньерри, вам понадобятся независимые наблюдатели, — эмир Шии-Раа вступил в разговор.

— Вы все станете наблюдателями. Это будет публичный бой до третьей крови по окончании вашего Выбора, дэсайи. А время суда отец огласит сам.

Отец... У меня снова появился отец. Это был мой выбор. Моё принятие семьи пары.

— Как только завершится праздник, свершится суд, — чётко ответил эмир и, взяв мою руку в свои лапы, нежно пожал. — Всё справедливо, дочь моя. Твоя честь должна быть омыта кровью обидчика.

У людей есть понятие «талион» — равное возмездие. То же, что и «око за око, зуб за зуб».

У драконов оно действует иначе в силу нашего долголетия и ускоренной регенерации. Нас больше интересует не физическое увечье противника, а моральное удовлетворение.

— Принимаю, отец. Эрган?

— Я следую традициям. Если на то твоя воля, дэса, я принимаю вызов.

Удовлетворившись ответом, я отвернулась.

Эмир дал отмашку для начала праздника, заиграли фанфары. На импровизированную сцену вышел Осама Зибар. Сегодня он выглядел так, что каждому было понятно — перед нами омега. Его зелёные глаза были подведены сурьмой. Шёлковый наряд струился по гибкому телу. В руках он держал свиток с перечнем участниц.

Слуги незаметно вынесли на мужской помост угощения — фрукты, виноград и напитки в красивых узкогорлых амфорах, расписанных глазурью.

Окинув угощения поверхностным взглядом, я отказалась от всего. Подозрительность так просто не исчезнет. Эмиру ещё долго придётся доказывать, что его дом для меня безопасен.

С началом конкурса я расслабилась и стала следила за выступлениями претенденток. Но больше меня интересовала реакция драконов. За ними я наблюдала, не таясь и поворачивая голову то к одному, то другому. Скорее всего, моё присутствие отвлекало мужчин, пробуждало инстинкты, которые им приходилось сдерживать последние тысячелетия.

Я встряхнула головой. Немного непривычно было с новой причёской. Волосы были туго заплетены в косу, что начиналась от чёлки и шла назад, словно драконий гребень. Неосознанно потянулась к шее, потёрла проявленный найрис. Ощущения были странными, под кожей словно перекатывалось что-то, невидимое глазу.

Эмир сидел так, что собой почти полностью скрывал сына. Но часть лица Эргана всё-равно можно было видеть. И я смотрела на часть профиля. Залипла взглядом. Эрган резко повернулся лицом ко мне, смещаясь так, что можно было увидеть его улыбку.

Что я здесь делаю? Почему теряю время на этом представлении, если могу провести его со своим драконом?

У нас не так много времени. Мне придётся улететь с планеты. Полетит ли со мной Эрган? Ничего толкового на ум не приходило. Я знала, что для меня теперь существует только один дракон. Но решить все свои проблемы, не улетая с Каракса, не получится. К тому же, в мыслях я уже набросала план развития для эмирата ар Кьерри. И для этого требовались ресурсы и специалисты, а это можно найти было только на планетах Альянса.

Меня охватило чувство, что я непростительно опаздываю. Столько всего нужно успеть сделать до нашего с Эрганом брачного танца! А ещё я обещала ему показать свою сокровищницу и помочь в его оранжерее. Перед отлётом нужно было взять пробы грунта, сделать топографическую съёмку эмирата, составить карту воздушных потоков. Столько дел!

На сцене менялись участницы. Девушки старались красиво танцевать и петь. Со своей сцены они вряд ли могли рассмотреть драконьи лица. Помост с мужчинами оставался в тени, в отличие от хорошо освещённой сцены.

После каждого выступления драконы, которым понравилась участница, опускали жетон со своим именем в мешочек с именем девушки. Потом путём жеребьевки эмир выберет из мешочка имя того, кому достанется участница. Если же дракону уже доставалась девушка, то он выбывал из дальнейшей жеребьёвки. Мужчины выбирали вдумчиво. Бросали жетон только если девушка хоть как-то привлекла.

В какой-то момент я увидела учителя танцев, того, что приходил к Уле и давал наставления, и мальчишку-барабанщика. Воспоминание вызвало улыбку. Разве тогда могла я подумать, что моё любопытство приведёт меня к моей паре?

Я поднялась и направилась к сцене. Мужчины за спиной заволновались. Я не обернулась, подошла к Зибару, что стоял сбоку от сцены, и пояснила, что мне нужно.

Моё выступление было последним. Танцевать я не стала, а вот сыграть на барабане хотела, чтобы порадовать драконов традиционной музыкой.

На сцене я опустилась на колено, установила барабан в упор со второй ногой и начала отбивать тихий ритм, с каждым ударом увеличивая громкость и силу удара. Звук менялся, обретал мощь и силу. Руки сами отбивали традиционные мелодии. Взгляд же ловил выражения лиц драконов. Моё зрение позволяло видеть то, что было недоступно людям.

Драконы поднялись и застыли каменными статуями, вслушиваясь в знакомый рокот — ритм, предшествующий бою.

Как единый организм, они слаженно стали приближаться. Пришло время оставить свои обиды позади. Я отставила барабан, скинула китель, оставаясь в майке, облепившей мою фигуру, как вторая кожа, и спрыгнула с возвышенности. Мужчины сформировали круг, стоило только мне вместе с Эрганом оказаться внутри.

По собственному телу волной прошла дрожь. Частичная трансформация уплотнила кожу, бриллиантовые чешуйки зазмеились по лицу и шее. Удлинились когти, превращаясь в оружие. Зрение уже привычно изменилось на звериное.

Мягкой поступью я стала идти против часовой стрелки, собираясь начать бой-спарринг со своей парой. Всё моё внимание было поглощено противником передо мною, но звериным чутьём я отслеживала и эмоции возбуждённых предстоящим захватывающим зрелищем окружающих нас мужчин. Их интерес был куда больший, чем когда они смотрели выступления девушек. Сейчас им предстояло увидеть то, что уже давно было забыто в силу отсутствия женщин нашего вида на Караксе. Драконица собиралась наказать своего дракона!

***

Эргану морально было очень сложно. Мужчина, выросший с установкой, что женщина — слабая, покорная, требующая защиты, не мог заставить себя ударить Эолайн. Но отец был категоричен, когда в спешном порядке пояснял сыну, кто такие драконицы и чем они отличаются от людей, пока Эолайн покинула их помост. (3303c)

— Если ты не дашь ей того, что она желает, то потеряешь себя в её глазах. Она примет твоё нежелание выполнять свои требования за слабость. А слабый самец драконице не нужен. Твоя ценность упадёт, и драконица пойдёт искать другого самца.

— Я не могу её ударить! Я её люблю! — возмущение Эргана не знало границ. Его выворачивало от мысли, что он причинит боль Эолайн.

— Тебе придётся найти ту грань, когда ты вступишь с ней в спарринг и будешь драться, чтобы не навредить ей. Но не приведи Духи, если она почувствует, что ты уклоняешься и поддаёшься. Обида будет смертельной. Этим ты испортишь вам жизнь! Дай ей выпустить пар!