Глава 32. Преступление и наказание

Меня потряхивало от неопределённости. Из-за этого сложно было сосредоточиться на чувствах и уловить нить, связывающую меня с братом. Вроде бы пустоты, как от потери родителей, я не чувствовала. Но и уверенности было мало.

— Чтобы пересечь границы чужого эмирата, нужна договорённость. Дело в том, что с эмиром ар Кади мы находимся в военном противостоянии. У нас давняя борьба за спорную золотую жилу.

— Я пойду сама, — упрямо уставилась на дракона. Мужчина сурово свёл брови и поджал губы, не одобряя моё предложение.

— Ты не можешь пойти сама. Представляешь, что будет, если юная драконица окажется в зоне доступности дракона, который не может обзавестись наследником?! Эолайн, ты понимаешь, что у нас тебе не угрожает опасность только потому, что мы пара. Отец объяснил это и нашим воинам, и друзьям. Они имеют честь и не причинят тебе вреда. Но гарантировать безопасность на чужой территории тебе никто не сможет!

— Ты же говорил, что драконы Каракса слушают Духов! Духи отметили нас с тобой, — я ткнула рукой с татуировкой в лицо Эргану. Нервы были на пределе. Меня трясло от того, что я не могу тут же броситься на поиски брата.

— Возьми себя в руки, Эолайн, — жёстко прервал мою истерику Эрган. — Дай мне время…

— Нет у меня времени!

Эрган немного встряхнул меня за плечи.

— Туда на вивернах добираться три дня.

— Разрешите вмешаться, — Кис подал голос, и мы скрестили взгляды на нём. — Завтра корабль будет готов к пробному взлёту. Предполагаемое расстояние можно будет преодолеть за три часа.

— Ну вот и воспользуемся этой возможностью. Я поговорю с отцом и эмиром Шии-Тари. Возможно, он выступит гарантом в переговорах.

***

С доводами Эргана и Киса пришлось согласиться. Хотя промедление было мне не по душе. Но альтернативы быстрее добраться до места крушения спасательной капсулы Кириана в горах на границе эмирата ар Кьерри не было.

Обсудив технические моменты с Кисом, мы условились вылететь завтра на рассвете. Оставалось вернуться в город, поговорить с эмиром, дядей и заручиться их поддержкой.

Втроём мы поспешили в медицинский блок забрать Джафара с Мариокой. Стоило открыть сенсорную панель входа, как по ушам ударило звуковой волной женского визга. Недоумённо оглянувшись на Эргана, который заходил следом, я посторонилась, пропуская его вперёд.

Мариока сидела, забившись под манипуляционный столик, и, закрыв лицо руками, визжала, уткнувшись в колени.

Видимо, действие снотворного закончилось. И женщина очнулась в незнакомом для неё пугающем месте.

Джафар растерянно стоял в стороне, не зная, как успокоить наложницу дэсайя. Все его слова не доходили до её сознания. Стоило Эргану недовольно рыкнуть, как Мариока бросилась к нему, цепляясь руками за халат и крепко прижимаясь всем телом.

Это было уже слишком для меня! Я бросилась к Эргану и ухватила её за шкирку, как шелудивого котёнка, и, оторвав от дракона, откинула в сторону Джафара. Тот подхватил женщину, не позволив ей упасть.

— Господин! Спасите! — ещё громче вскрикнула Мариока, вырываясь из рук Джафара. — Почему я здесь? Что это за место? Господин, защитите меня от этой, — указала она на меня пальцем.

— Успокойся, тебе никто не причинит зла, — Эрган выставил левую руку вперёд, не позволяя Мариоке приблизиться к себе, и в то же время правой рукой коснулся основания моей шеи, слегка сдавливая найрис. От его прикосновения меня прошило током, и внимание сосредоточилось уже на самом драконе, который успокаивающе стал поглаживать кожу под косой.

Девушку предупреждающий жест мужчины не остановил. Она двумя руками вцепилась в его вытянутую руку и прижалась грудью, жалобно всхлипнула и залилась слезами, причитая:

— Господин, я же вас люблю! Я ношу вашего ребёнка! Почему вы молчите?

Эрган поморщился.

— Вопрос с твоей беременностью закрыт. Ты не беременна, Мариока. Ты здесь, чтобы подтвердить это.

Сначала женщина замолчала, вслушиваясь в спокойный, негромкий голос дракона. Потом по мере того, как до неё дошел смысл сказанного, черты её лица исказились. Рот злобно перекосился. В глазах высохли слёзы.

— Это неправда! Я точно знаю, что ношу вашего ребёнка! И лекарь говорил…

— Лекарь ошибся, — резко прервал её Эрган. — Поэтому я отпускаю тебя. Твой контракт завершён. Ты получишь отступные в полном объёме.

— Не может быть! Это всё неправда! Вы говорили, что я стану вашей женой! Наш малыш... Это она что-то сделала с нашим ребёнком!

Обезумевшая женщина, растопырив пальцы, как хищная птица, бросилась ко мне, но была перехвачена Джафаром. Она брыкалась в руках оборотня, брызгала слюной, всё больше багровея и орала во всё горло, глядя в мою сторону. Синие вены вздулись на висках.

— Ненавижу! Откуда ты взялась? Всё из-за тебя! Пусть заберут тебя Духи! Почему ты не сдохла, когда мы хотели тебя отравить?!

Выкрикнув последнюю фразу, Мариока осеклась и с ужасом, как затравленный зверь, посмотрела на Эргана. Выражение его лица говорило само за себя. Пощады не будет. Она обвисла на руках Джафара и жалобно завыла:

— Пощадите, господин. Я не то хотела сказать. Это Лита виновата. Я только слышала, что она хочет отравить, но не предупредила вас.

— Джафар, увези её и допроси, установи степень причастности. На сегодняшнем суде эмир вынесет ей приговор, поторопись. В нашем эмирате никто не смеет безнаказанно нарушать закон.

Дракон говорил холодно и жёстко. Бывшая наложница вызывала лишь чувство досады. Досады на себя, что проводя разбирательство по делу отравления Эолайн, не нашёл всех виновных.

Мариока испуганно подвывала, взывая к милости Эргана, но он оставался равнодушен к её стенаниям. Джафар перехватил женщину за талию и вскинул на плечо. На прощание склонил голову и быстро пошёл вслед за Кисом к выходу.

Я наконец-то облегчённо выдохнула. Присутствие этой женщины жутко раздражало. Её поведение, навязчивость, манеры — всё было слишком отталкивающим. Не в моем духе. Напоминало о том, что мой дракон имел телесную связь с человеком. А вот финальное признание не стало для меня новостью. То, что она была способна на убийство, дабы устранить помеху на пути к заветной цели, — об этом ещё при первом знакомстве оговорилась Сара. И когда Эрган объявил, что отравительница — другая наложница, я до конца не поверила.

Уже позднее, когда дознание провёл сам эмир, стоило Джафару прибыть вместе с Мариокой во дворец и доложить последние новости, вина женщины была доказана. Эмир читал её мысли, как открытую книгу. Мариоку объявили соучастницей в покушении на убийство на гостью эмира наравне с Литой. Это приравнивалось, ни больше не меньше, к покушению на члена семьи даргона. О чём и было зачитано на всех площадях и в Храмах Шархатра.

Безусловно, талант Мариоки — чужими руками устранять неугодных — очевиден: тут вовремя шепнула, там подала идею и проконтролировала исполнителя, подталкивая словом к действию или шантажируя каким-либо компроматом. Без диплома она действовала, как психолог, умело влияя на волю людей. Вот только ошиблась в расчётах с драконами.

Для дракона же простые человеческие интриги ничего не значат. Дракон — это хищник, жестокий зверь, который живёт инстинктами. Он может выживать, приспосабливаясь к окружающей действительности, как произошло с драконами Каракса, но всё равно останется зверем. И будет действовать в соответствии с этим — жёстко и неумолимо, если кто-то нарушит его правила, границы территории, позарится на добычу. Отсюда и жестокие войны между эмиратами, и строгие законы, и отношения с человеческими женщинами. Всё ради выживания. И на этой дороге такие, как Мариока, Лита и подобные им — всего лишь средство.

Впрочем, Мариока тоже хищница в человеческом обличье. Её интересовала сытая, богатая жизнь во дворце. И власть! Удивительно, правда? Кто бы мог подумать, ну какая власть у оберегаемой наложницы? Ан нет, став женой даргона, она в глазах соплеменников поднималась на самую вершину иерархической лестницы (это мне пояснил Осама Зибар за ужином). Выше только эмир и Духи.

Драконы никогда не вникали во внутренние дела дворца. Назначив распорядителя, которому делегировали полномочия по управлению делами, они умывали руки. Жёнам отводилась роль «надзирательной комиссии». Они контролировали качество выполнения функций распорядителя, как конечные потребители. И могли указывать распорядителю на его ошибки, способствовать устройству знакомых на работу во дворец, где работа оплачивалась очень хорошо. Тем самым обзаводясь «своими» людьми, оставляя их в неоплаченном долгу до конца службы. Кумовство чистой воды, если бы распорядитель не умел лавировать между тем, чего хочется жёнам, и тем, что он считает правильным. А правильным он считал не потерять доверие эмира. Оборотень служит дракону, а не его жёнам. Вот такое хитросплетение.

После всего произошедшего я поняла, чем отличаются жёны эмира от наложниц. Смысл один — пока идёт поиск той, что способна подарить дракону сына, он активен в поиске и меняет наложниц. Пять лет — это мгновение в вечности дракона. Как только он получает желаемое, его внимание сосредотачивается на ребёнке. А наложницы начинают раздражать. Тогда он назначает жён. Те живут во дворце до старости. И после дракон снова их меняет. Так замедляется круговерть из новых лиц.

***

Во дворец мы попали ближе к обеду. Эрган понёс мой подарок в свою оранжерею, а я освежилась после утреннего путешествия.

За общим столом мы встретились с эмиром и его гостями. За обедом мужчины говорили о простых и понятных вещах: предстоящем сборе урожая, закупке продовольствия на зиму, оружии и драгоценностях.

Я прислушивалась к неспешному разговору, но мыслями была не здесь. Всё тело напряжённо вытягивалось, как перед броском. Хотелось вскочить и бежать сломя голову. И я бы побежала, если бы в этом был смысл. Только вот мой забег не поможет быстрее разыскать брата. Ради него я должна собраться и сделать всё возможное, чтобы ускорить нашу встречу. Главное, чтобы он был жив. Даже если Кириан ранен, то на «Фулгуре» есть медицинское оборудование, да и дракона не так просто убить. Регенерация творит чудеса.

— Эолайн, пришло время получить долг, — раздалось рядом. Я сфокусировала взгляд на эмире ар Кьерри. Он протянул мне руку и приглашающе пошевелил пальцами.

Все драконы за столом выжидающе смотрели на меня. Я растерялась, оглянулась и не увидела Эргана.

— А где…— за мыслями о брате я и не заметила, когда ушёл дракон.

— Идём. В Храмах зачитали приговор. Пора привести его в исполнение.

Эмир увлёк меня за собой. Остальные драконы так и остались сидеть за столом, продолжив неспешный разговор. Внутренние дела эмирата их не касались.

Я шла за отцом, ни о чём не спрашивая, хотя представления не имела, что ждёт меня впереди.

Тем временем мужчина привёл меня во внутренний гарем.

В просторном помещении собрались жёны эмира, их слуги, Джафар с шестью стражниками, распределившимися по периметру зала, распорядитель и две наложницы Эргана. Хотя дракон и отказался от девушек, но уйти они должны были только после суда над их подругами. Все молча ожидали, только переглядывались. Напряжение в комнате казалось осязаемым. В глазах у наложниц и большинства слуг застыл страх, у жен эмира — любопытство.

Эмир остановился в центре комнаты. Я не знала, как и что должно произойти и почему мы здесь. Мне ещё не довелось ознакомиться с судебным правом эмирата.

Эмиру подали свиток, с которого он прилюдно зачитал решение суда, начиная с вводной и подробной описательной части. В резолюции звучали имена Литы и Мариоки, как виновных в покушении на убийство меня — дэсы Эолайн ар Ньерри.

— Виновных ждёт наказание, соизмеримое преступлению — смерть.

Присутствующие тяжело выдохнули.

Я удовлетворённо кивнула эмиру, который зачитывал решение, не отрывая от меня глаз. Жизнь дракона ценна. Да, представители нашей расы могут ругаться между собой, биться, драться до смерти, но это внутренние разборки драконов. Но если на жизнь кого-либо из нас посягнёт кто-то другой, ему одна дорога — на перерождение.

— Привести виновных.

Через открытые во внутреннее крыло гарема двери ввели двух женщин. Обеих поддерживали под руки стражники. Считай, занесли и остановились неподалеку. Сами женщины не могли стоять на ногах. Внимание их было рассредоточенным, глаза мутными. Их состояние было следствием ментального допроса. Эмир в этот раз с подозреваемыми не церемонился.

Последним вошёл Эрган. Церемонно поклонился эмиру и мне, задерживаясь взглядом дольше, чем положено по этикету.

— Дэсай, ты допустил в нашем доме беду. Твой гарем опозорил наш дом. Тебе и приводить решение суда в действие, — отец недовольно раздул ноздри, с презрением рассматривая бывших наложниц сына. — Лита Магди признала свою вину и раскаивается.

— Я буду милосерден, — холодно ответил Эрган и, приблизившись к женщине, взял голову Литы в свои руки. — Ты предала моё доверие, цветок пустыни, — тихо произнёс Эрган, заглядывая ей в глаза.

Мои собственные чувства обострились. Я вытянулась в струну, внимательно наблюдая за приведением приговора в действие. В зале стало так тихо, что можно было услышать поступь смерти, подбирающейся к бывшей наложнице дракона.

Глаза женщины сонно смежились от ментального внушения Эргана, и я облегчённо выдохнула перед тем, как дракон с хрустом свернул ей шею. Тело Литы обвисло на руках стражей. Осама Зибар накинул на неё плотное покрывало. Бывшую наложницу замотали в ткань и вынесли из комнаты. Милосердие по-драконьи заключалось в том, что Лита не испытывала страха и боли в последние секунды жизни.

На лице Эргана не дрогнул ни один мускул. Он был беспристрастен.

На очереди была Мариока. Скорее всего, она осознала, что только что произошло. Женщина задёргалась в руках стражей. Только силы были совсем не равными.

— Мариока Брам… — эмир подошёл ближе к побледневшей подсудимой. — Эта женщина признала свою вину в трёх убийствах и в покушении на убийство. Коварство этой женщины не знает границ. Её сердце отравлено злобой и злостью. Её раскаяние — пыль.

Присутствующие в зале удивлённо загудели, как растревоженный улей. Взрослый дракон покачал головой. Мариока сейчас выглядела жалко. Плакала навзрыд и крупно дрожала в руках оборотней.

— Милосердия… — прохрипела она.

— Милосердия ты не заслуживаешь.

Эмир сам привёл приговор в исполнение. Карма догнала убийцу.

— Пусть смерть убийц послужит всем вам уроком, — грозно сведя брови, произнёс эмир ар Кьерри. — Запомните этот день. Каждое действие существа влияет на его судьбу. Наша жизнь является следствием решений, которые мы принимали ранее.

Долг отдан, — эмир поклонился мне.

Всё закончилось тем, чем и должно. Виновные понесли наказание. Гарем распущен. Я получила то, что хотела. Почему же я не испытываю радости? Мой взгляд остановился на Джафаре. Этот оборотень вызвал моё раздражение, но он, как глава охраны, названый сын моего отца и собрат моего мужа, выполнял не только свою работу, но и заботился о родных ему драконах. И нужно сказать, что получилось у него хорошо. Заслуживает ли он за это осуждение?

— Отец, сегодня тяжёлый день для всех. Хочу закрыть все долги. Я прощаю твоего названного сына, и не буду требовать боя с ним.

Эмир удовлетворённо кивнул и жестом приказал всем убираться из комнаты. Сам он тоже хотел уйти, оставив нас с Эрганом наедине, но я не позволила. Взяла своего мужчину за руку и потянула к эмиру навстречу.

— У нас есть разговор, отец. И нужно пригласить эмира Шии-Тари. Это касается моего брата. Кириан находится на Караксе.