Глава 6.2. Шпик от преступников и эльфы-мафиози

- Ань, - раздался от окна шепот, заставивший девушку подпрыгнуть: она только-только стянула китель и уже расстегивала пропотевшую на полуденной жаре рубашку, когда Игорь, будто тощий бродячий кот, беззвучно вспрыгнул на подоконник.

- Чур меня! – она замахнулась на него кителем.

- Тсс. Идем, разговор есть, - одними губами сказал тридцатилетний подросток и махнул головой в сторону улицы, а потом спрыгнул вниз. Аня, заинтригованная, застегнула расстегнутую было пуговицу обратно и слезла следом, проигнорировав дверь.

- Ну чего тебе? – спросила она, присев на лавку подле оглядывающегося Игоря. – Случилось что? С мамой беда?

- Нет, все нормально, - негромко сказал Игорь, снова поднялся к окну и, как мог, закрыл створки.

- Зачем тогда секретность, если нормально? – Аня укоризненно подняла бровь, уже поняв, что эльфу попала очередная «шерлочная» вожжа под хвост.

- Тебе не показался странным наш сегодняшний совместный выезд? – спросил Игорь, убедившись, что в ограде тоже никого нет, и подслушивать их никто не может.

- Ну, если считать свалку в виде парка аттракционов чем-то нормальным, то нет, - сказала Аня. – Давай, колись уже, что ты там опять напридумывал, а то очень хочется освежиться и поесть: у Миколы там похлебка на бараньих мозгах, объедение. Я бы назвала это блюдо «Смерть поджелудки».

- Черт с ней, с поджелудкой, - отмахнулся парень. – Тебе не показалось странным поведение этого Олега?

- Опять ты за свое, - Аня закатила глаза. – Как может показаться странным поведение человека, которого ты едва ли неделю знаешь, да и то лишь по работе. Я вот в жизни бы не подумала, что он детективы пишет. А писатели знаешь, какие странные бывают?

- Да из него такой же писатель, как из меня – агроном, - фыркнул Игорь.

- Да? А кто на огороде уникальные дубы разводит? – прищурилась на него Аня.

- Всего один, да и тот растет теперь не быстрее, чем на плантациях, - отмахнулся Игорь. – Я тебе о другом. Тебе не кажется, что Олег притворяется?

- Кем, писателем? – Аня снисходительно глянула на собеседника сверху вниз. – Да если б Андрей его не спросил, он бы и не признался.

- Андрей его не спросил, а идею подал, - еще жарче и тише зашептал Игорь. – Понимаешь, этот твой Олег сегодня себя настоящего показал. Не знаю, пока, кого именно, но точно прокололся.

- Какой ужас! – Аня картинно схватилась за щеки. – Человек показал себя настоящего. В тюрьму его! На плаху!

- Ну чего ты паясничаешь, - скривился Игорь. – Я тебе дело говорю, а ты опять меня осаживаешь.

- Твои «дела» больше напоминают больные фантазии шизофреника, - уже с меньшей долей язвительности заметила Аня. – Вот с чего ты взял, что Олег кем-то прикидывается?

- А с того, что у него это плохо получается, - убежденно сказал Игорь. – Точнее, слишком хорошо.

- Так плохо или хорошо? Ты определись сначала, - фыркнула Аня, сложив руки на груди.

- Ну вот, смотри, - принялся объяснять Игорь. – Помнишь вечер, когда он приехал? Весь из себя такой чистенький, строгий. Прям не военный – конфетка. И говор у него, как у воспитанного офицеришки, и манеры, и костюмчик, и стрижечка. Как по канону. Ну не бывает таких идеальных людей, понимаешь? Он просто разыгрывал из себя военного.

- А он и не идеальный, - вступилась за коллегу Аня. – Уже на следующий день куда проще себя вел, кое-где терялся, а кое-где очень даже искренне возмущался. И ржал, когда записи в ведомости фиксировал.

- Вот именно! – Игорь поднял палец. – Отработал идеального военного, убедился, что ему поверили, а потом расслабился. И пошла у него путаница. Вроде он и военного отыгрывать продолжает, а вроде и самого себя, потому что убедился, что ты ему в чем-то там не опасна, и в быту с тобой можно быть человеком. И получилось ни то, ни се. Не складывается цельная личность, разве ты сама не чувствуешь?

- Какая, нафиг, цельная личность? – сказала девушка. – Ты с ним дружить вообще пробовал? Ты попробуй, глядишь, все и встанет на свои места. Мне кажется, мы просто плохо его знаем.

- Вот и я о том же: мы о нем ничего не знаем, кроме того, что кто-то сделал ему документы фельдъегеря от военных, - стоял на своем Игорь. – Все, что он нам демонстрирует, может быть ложью. Вот зачем он сегодня Андрюху расспрашивал? Про Америку, про каких-то преступников?

- Ну и зачем? – со вздохом подыграла собеседнику Аня, поняв, что пока Игорь не выговорится, не заткнется.

- А вот зачем: он сам преступник, - уверенно постановил Игорь. – Его кто-то разыскивает, и он спрятался у нас в Косяковке.

- Подделав документы в военном ведомстве? – снисходительно хмыкнула Аня.

- Подделать можно что угодно, ты же знаешь, - уверенно заявил парень. – Тем более, когда в глушь едешь: в глуши люди чему угодно верят. А мы даже проверить никак не можем. Вот как ты проверишь, правда он военный или нет? Ты хоть раз настоящую печать Центрального Военного округа видела?

- Да ладно тебе, - отмахнулась Аня. – Я еще понимаю, если б он просто военным прикидывался. Но фельдъегерем… Для этого как минимум нужно знать, что это за фрукт такой – фельдъегерь в резервации. Знать о существовании Государственной курьерской службы. Знать о существовании самих эльфов, в конце-то концов!

- А может, он и сам эльф? – прищурился Игорь.

- Безухий? – возразила Аня.

- Ты у нас тоже безухая, а на семь восьмых – эльфийка, - стоял на своем парень.

- Ну, предположим, - со вздохом согласилась девушка. – А адрес мой он откуда узнал?

- Мне почем знать, что и откуда известно преступникам, - пожал плечами Игорь.

- Блин, с такими натяжками можно и в существование инопланетян поверить! Ну ладно, допустим ты не псих, и у преступников на каждого человека в мире есть личное досье, - деланно согласилась Аня. – Но все равно: причем тут Америка и все эти расспросы про «залечь на дно»?

- А притом, что за ним охотятся эльфы из Америки! – выдал свой главный вывод Игорь. – И он хотел убедиться, что их тут, если что, сразу обнаружат. Потому и в резервации так рвется: там все и все про всех знают, даже получше, чем в Косяковке. Сразу его предупредят, если что не так. А он в лес – фьюить! – только и видели.

- Слушай, может, тебе самому на досуге заняться написанием детективчиков, - сочувственно предложила девушка. – А то такая фантазия, и так бездарно пропадает.

- Да ну тебя, - обиделся Игорь. – Я серьезно тебе говорю: он не тот, за кого себя выдает. Шпик он, понимаешь?

- Так шпик или преступник? – Аня склонила голову на бок, язвительно изломав бровь. – Шпиками, насколько я помню, шпионов называют. А они как бы от государства выступают. То бишь, как ни крути, хорошие люди.

- Шпик от преступников, - слепил Игорь воедино оба предположения. – Но это уже не так важно. Важно, что нам лучше с ним не связываться. Кем бы он ни был, хорошего от него ждать не приходится. Выгнала бы ты его, а? Пока не поздно. Пусть хату снимает, чай, не бедствует человек. Скажи, что сплетен боишься и попроси съехать. А нам спокойнее будет, когда за ним американские мафиози явятся.

- Пошли уже обедать, фантазер ты мой заботливый, - Аня со вздохом потрепала парня по плечу. – Обещаю: если вдруг ты прав, и к нам заявятся американские мафиози, я первая сбегу от них куда глаза глядят, в самый дальний закуток «Полной луны», под защиту доброго и понимающего дяди Эрдала.

Игорь поджал губы, поняв, что над ним смеются, но послушно пошел обедать: не игнорировать же столь редкое приглашение к столу от вредной и несговорчивой соседки? Заодно можно было проследить за «опасным объектом».