Глава семнадцатая. Перед уходом

Пробуждение было обычным. Ни страха, ни ужаса и колотящегося сердца. Дыхание не перехватывало и всё было, как всегда.

Я чуть приоткрыла глаза, изучая залитую солнцем подушку. Снова закрыла, зарываясь в неё лицом и глубоко вдыхая свежий запах постельного белья. Хотелось потянуться до хруста в костях, сладко улыбнуться, приветствуя новый день.

Правда эта истома длилась недолго, воспоминания возникли почти сразу, заставляя подскочить и лихорадочно оглядеться.

- Одетт?

Ко мне с другого конца комнаты бросилась мама.

Я дёрнулась, запуская пальцы в волосы.

Моя спальня, кровать, мама, на улице солнечный день и я живая и здоровая. Сон или реальность?

- М-мама?

- Очнулась, - сквозь слёзы улыбнулась она, крепко обнимая за плечи и прижимаясь.

- Уже утро?

- Утро, - кивнула мама, отпуская меня и присаживаясь рядом, бережно взяв за руку, которая лежала на кровати. – Ох, Одетт, заставила же ты нас поволноваться.

Я лихорадочно кивнула.

- Как Милисент? А сангир? Я же помню его. Что вообще произошло?

- Милая, - мама мягко, но требовательно уложила меня назад на подушки и подоткнула оделяло. – Тебе надо отдохнуть.

- Я хорошо себя чувствую.

- Не сомневаюсь. Ты хочешь кушать? Я прикажу принести тебе… всё, что захочешь. Бульон? Немного мяса с овощами? Или может ты хочешь пить?

- Мам, - требовательно произнесла я.

- Ничего не хочу знать, - она нежно провела по моему лицу, убирая волосы и грустно улыбаясь. – Я чуть не потеряла тебя… опять. Ты всё время ускользаешь, всё время куда-то влезаешь.

- Мне жаль, что я заставила тебя волноваться. Снова. Но от того, что ты пытаешься скрыть от меня информацию, легче не станет.

- Так хочется уберечь тебя. От всего мира и от тебя самой. Сделать самой счастливой.

- Мам, - я поймала её руку и слегка сжала. – Тебе досталась самая непослушная и невыносимая дочь.

- Не говори глупостей. Ты у меня самая лучшая. Запуталась только.

- Надеюсь, ты не будешь пытаться мне помочь распутаться? – невольно вздрогнула в ответ на слова родительницы.

- Всё равно ведь не примешь помощь, - тяжело вздохнула мама и сложила руки на коленях. – Ты была без сознания четыре дня.

- Сколько? – выдохнула я, выпрямляясь. – Четыре дня?

Это же целая жизнь!

- Да. Лекарь сказал, что нам остаётся лишь ждать и молиться.

- Кхм…

Мне стало стыдно. Даже не представляю, что они пережили за эти дни.

- Мы все так боялись.

- Прости, - виновато прошептала я и, подавшись вперёд, обняла маму, – прости меня, пожалуйста, но я не могла поступить иначе.

- Я знаю, - ответила она, обнимая в ответ. – Он всё время был здесь. Я лишь недавно уговорила Валкота хоть немного отдохнуть. Он любит тебя, Одетт.

Я отстранилась, пряча взгляд.

- Мам.

Скрыться она мне не дала, сжимая предплечья.

- Опять бежишь?

- Всё сложно.

- Или ты просто усложняешь.

- Мы слишком разные. И не надо рассказывать, что противоположности притягиваются.

- Такие ли вы разные? – мягко улыбнулась мама. – Оба скрытные, молчаливые, но честные и прямые. Готовые пожертвовать собой ради ближнего. Шесть лет прошли не зря. Вы оба изменились.

- У него дочь, титул, положение, а у меня только Террико.

- Одетт…

Но я прервала её, покачав головой. Надо сразу поставить все точки над и.

- Я не останусь здесь, мам. Прости, но нет. Это не моя жизнь, не мой мир. Я не люблю эти балы, жеманные улыбки и фальшь в каждом слове, каждом движении. И меня не простят. Так о какой любви может идти речь, когда мы находимся по разные стороны мира?

- Но ты его любишь?

Я поджала губы.

- Это не имеет значения.

- Имеет. Скажи мне, просто скажи.

- Я не верю в любовь, мам, - призналась ей. – Никогда не верила. Но…

И замолчала.

- Но? – с надеждой переспросила родительница.

- Мне будет тяжело без него, - прошептала едва слышно, прижимая ладонь к груди, там, где заныло сердце. – От одной мысли о разлуке больно.

- Ох, девочка моя. Всё в твоих руках.

- Я переживу эту боль. Закроюсь от всего мира, как закрывалась прежде, но здесь не выживу. Даже с ним рядом. Не смогу. Без любви можно прожить, а потерять себя я не хочу.

- Глупенькая.

- Возможно. Но это моё решение. Так что произошло?

- С Милисент всё хорошо. Валкот вызвал для неё отличного целителя, он убрал все воспоминания и страхи. Первое время она еще плакала и боялась, но сейчас всё хорошо. Роверди погибла. Её тело нашли на берегу недалеко от замка. Утонула. Конечно, всё списали на несчастный случай.

- А сангир? – затаив дыхание, спросила я.

- В тюрьме, по крайней мере, большая его часть. Ждёт оглашения приговора.

- Что значит большая часть?

- Давай тебе об этом расскажет кто-нибудь другой. Но сначала ты поешь.

- Шантаж? – улыбнулась я, устраиваясь поудобнее, подкладывая под спину больше подушек.

- А как же иначе. По-другому с вами нельзя.

- Я люблю тебя, мам.

- И я тебя, милая. Сейчас распоряжусь насчёт завтрака. Есть пожелания?

- Ничего тяжелого, - прислушиваясь к своему организму, ответила я.

- Хорошо.

Я как раз допивала травяной чай, когда в дверь постучали и, не дождавшись ответа, вошёл Алисет.

Не думала, что так соскучилась. Пересечение взглядов и сердце куда-то ухнуло, забилось быстро-быстро.

- Оставлю я вас одних, - быстро произнесла мама, забирая у меня поднос.

Она быстро подошла к двери, остановившись на мгновение рядом с мужчиной, что-то прошептала и сбежала.

- Здравствуй, - нервно улыбнулась я, сжимая кружку.

Надо было попросить у мамы зеркало. Всё-таки я не правильная девушка, совершенно не позаботилась о своей внешности, а сейчас уже поздно. Лохматая, наверное, заспанная. Но видимо волновало это только меня.

Сет молча подошел, забрал у меня кружку, поставив её на столик, притянул к себе так крепко, что у меня сбилось дыхание и прошептал едва слышно:

- Не смей так больше делать! Не смей оставлять меня, Одетт. К Богам всё… я уйду следом!

В горле запершило и захотелось даже немного поплакать. Совсем чуть-чуть. Я с силой прикусила губу и сжала кулаки, хотя мечтала обнять мужчину в ответ, коснуться его. Но нельзя. Мне и так будет сложно уйти.

- Я спасала Милисент, - отстраняясь, ответила ему. – Роверди совсем сошла с ума.

- Дитер мне всё рассказал, - пристально вглядываясь в моё лицо, обронил он.

Великие, как же говорить, когда он так смотрит?

- Что случилось с сангиром? Я помню, как он поймал меня, как держал на грани.

- Мы с ним сразились.

- Вы с Дереком?

Сет хрипло и коротко рассмеялся, качая головой.

- Нет. Мы с ним. Один на один.

- О-о-о!

Мужчина поймал мою руку и поднёс к губам, согревая дыханием, но не касаясь губами.

- Твоё недоверие меня ранит, - улыбнулся он, гипнотизируя взглядом.

- Прости, - произнесла, чувствуя, как строй мурашек пронёсся по телу на эти довольно невинные прикосновения.

- Как видишь, всё обошлось. Я получил силу, а сангир то, о чём так долго мечтал.

- И что же это?

- Человеческую жизнь. Он теперь обычный человек, без дара. Ему даже возраст не сильно увеличили.

- А ты теперь искрящий?

- Да. Говорят, сильный. Дерек проверял. Он же и блокировку поставил, говорит, что мне еще многому надо учиться. А то могу что-нибудь взорвать случайно.

- Этого допускать нельзя. Значит, всё кончилось?

- Да. Свадьбу принцессы и маркиза сыграли два дня назад.

- Мой долг выполнен.

- И что теперь? – напряжённо спросил Алисет, слегка сжимая мою ладонь.

- Теперь я вернусь на Террико, - ответила и затаила дыхание, ожидая, что мужчина произнесёт в ответ.

Станет отговаривать? Конечно, станет. Или нет. Я ведь всё равно не смогу остаться. Так что лучше? Какой вариант его поведения меня устроил бы больше?

Никакой.

- Ты так решила, - произнёс Валкот.

- Да.

- И уговаривать тебя бесполезно.

- Ты же меня знаешь. Я не смогу здесь.

- Знаю.

И тишина, в течение которой мы просто смотрели друг другу в глаза.

- Больше всего я хотел бы схватить тебя в охапку и не отпускать, - признался он. – Я бы заставил тебя передумать, остаться со мной… с нами.

- И что же тебя мешает? – облизнув пересохшие губы, спросила у него.

Сет вместо ответа мягко схватил меня за шею, притягивая к себе и поцеловал. Нежно, почти невесомо, но тело тут же отозвалось яркой вспышкой, загоревшейся в крови.

- Потому что однажды я уже ошибся, надавил на тебя и потерял, - прохрипел он, прижимаясь лбом к моему лбу и поглаживая затылок. – Больше этой ошибки я не совершу. Выбор за тобой, Одетт.

После чего встал, бросил на меня последний взгляд и ушёл, оставив опустошенной и растревоженной.

Четыре дня в постели пошли мне на пользу. Поэтому несмотря на все просьбы матушки еще полежать и набраться сил, я встала, переоделась и вышла из душной комнаты.

Селину я нашла в парке у замка. Она дышала свежим воздухом, неспешно прогуливаясь вокруг небольшой полянки, где на пёстром покрывале расположились дети под присмотром нянек. Погода сегодня была замечательная – не очень жарко и свежо, сад цвёл всеми цветами радугами и благоухал ароматами.

- А вот и наша героиня, - улыбнулась молодая женщина, шагнув мне навстречу и беря за руки. – Мы так волновались, милая…

- Прости. Тебя я волновать хотела в меньшей степени.

- Мы тебя любим и не можем иначе. Как ты?

- Хорошо, - убирая руки, ответила ей. – Никаких последствий. Жива и здорова.

- Это замечательно. Пойдём, посидим на скамейке, - предложила невестка.

- Конечно, - сказала я, а сама искала взглядом Милисент.

Вон она, сидит спиной ко мне рядом с племянниками, которые были слишком заняты игрой и не заметили моего прихода. Жива и здорова. Мне почему-то было важно самой это увидеть, убедиться.

- Итак? – спросила Селина, стоило нам только сесть.

Я хмыкнула.

- Надеюсь ты не собираешься устраивать мне головомойку? Я героиня, которая только недавно пришла в себя, - напомнила ей.

- Не дави на жалость. Будь всё так плохо, матушка бы не разрешила тебе встать с кровати. А если ты смогла пробиться через неё, то чувствуешь себя более чем хорошо. Ты решила, что будешь делать дальше?

Я изучала розовый куст, который рос напротив нас. Честно говоря, была готова смотреть на что угодно, но только не на Селину. Молодая герцогиня слишком хорошо меня понимала и сейчас могла затронуть те глубины, которые поднимать сейчас не хотелось.

- Вернусь на Террико, - ответила ей осторожно, ожидая реакции.

- Валкот знает?

- Да.

- И что сказал?

Я вздохнула, теребя манжет платья.

- Что не будет меня удерживать и даст свободу выбора.

- Кхм…

Я взглянула на женщину, усмехнувшись.

- Очень красноречиво.

- Он дал тебе то, что ты всегда мечтала, - отозвалась Селина, серьёзно взглянув на меня. – Ты хотела свободу, ты её получила, выбор тебе преподнесли на блюдечке. Только радости не вижу.

- Я не останусь здесь!

- Это ты сейчас говоришь мне или себе?

Вспыхнувшая злость потухла так и не успев разгореться. В этом вся Селина. Она могла вывести меня одним словом и так же быстро успокоить.

- Знаю, что ты хочешь мне сказать. Что не обязательно жить в столице, посещать балы и вести светскую жизнь. Провинция отличный вариант для меня. Жить вместе, растить Милисент… Но это не для меня.

- Почему?

- Во-первых, из меня получится кошмарная мать. Я не люблю детей. Хорошо, люблю, но не так, как ты.

Молодая женщина удивленно приподняла бровь.

- А кто сказал, что я должна стать эталоном материнской любви? Одетт, на меня ты точно не будешь похожа. И не надо. Потому что ты уникальная, яркая, импульсивная, настоящая. А я скучная матрона с идеальной жизнью.

Я рассмеялась.

- Неправда.

- Правда, - Селина подалась вперёд и положила свою ладонь мне на руку слегка сжимая. – Не надо гнаться за мной или кем-то другим. Не надо сравнивать себя и перестраиваться. Ты уникальная, удивительная. И Валкот любит тебя именно такой. И ты его любишь. Не хочешь признавать, принимать, но любишь. Она ведь бывает разная, эта любовь. У кого-то фейерверк эмоций, скандалы, ссоры и бурные примирения, у кого-то спокойная и нежная. А у кого-то, как у вас, прошедшая через испытания, крепкая и тихая.

Права. Она снова права, если бы только любовь могла изменить весь остальной мир.

- Я не смогу здесь. Не смогу просто сидеть дома. Даже рядом с ним. Мне нужна свобода. Я хочу гулять и ходить куда хочу, заниматься любимым делом и не думать о том, какое впечатление произвожу. Да, Алисет скрасит мои ночи, дни, но он не сможет быть всё время рядом. И я просто возненавижу его в определённый момент, - вскакивая на ноги, произнесла и потёрла лоб.

Кажется хорошее самочувствие начинает портиться. Голова вот заболела и сердце заныло.

Селина вздохнула.

- Ты ведь уже всё решила?

- Да. И чем больше думаю об этом, тем отчётливее понимаю, что поступаю верно. Ему нужна другая жена, тихая, спокойная.

- У него уже была такая, - возразила невестка. – Но это не мешало Алисету думать о тебе.

- Мне жаль, - прошептала, упрямо тряхнув головой.

- Ох, куда же вы, госпожа? - залепетала нянька в стороне.

Мы резко повернулась. Милисент упрямо ползла в нашу сторону. Няня успела подхватить её, но малышка громко запротестовала и принялась тянуть ко мне ручки.

- Кажется, она заметила тебя, - произнесла Селина, вставая рядом со мной.

- Но…

Хорошенькое личико сморщилось, губки задрожали, а огромные серебристые глаза с укором смотрели на меня. Только на меня.

- Подойди к ней, - шепнула герцогиня, слегка подталкивая меня в спину.

Пришлось послушаться.

Я шла медленно, тяжело, внимательно рассматривая мордашку девочки и чувствуя, как по телу разливается приятное тепло. Мы ведь были связаны. Крепко. Именно она спасла меня тогда, она поделилась своим теплом и любовью.

- Миледи, - неловко поклонилась няня, пытаясь удержать Милисент, которая вертелась и кружилась, пытаясь вырваться ко мне.

Мне не хотелось её брать и хотелось.

Девочка требовательно загулила, продолжая тянуть ручки. Рассердилась, нахмурив лобик.

- Хорошо, - пробормотала я неуверенно и осторожно взяла её.

Тяжеленькая, теплая и такая мягкая. Волосики щекотали мне лицо. Мягкие кудряшки с ароматом лета, солнца и молока. Мне захотелось втянуть этот аромат сильнее. А она уже изучала меня своими ладошками, трогала лицо, ощупывала нос, щеки и что-то лепетала, белозубо улыбаясь.

- Привет, - только и смогла прошептать я.

Тепло в груди становилось всё сильнее, разливаясь по жилам, согревая заледеневшее сердце.

- Ма, ма, ма-ма-ма-ма…

Я тяжело сглотнула.

- Нет. Тётя Одетт. Можно просто тётя.

Но Милисент словно не слушала, обнимала, слюнявила и никак не хотела отпускать.

- Надо же, как она к тебе привязалась, - задумчиво произнесла Селина, подходя к нам. – Обычно Милисент сторонится незнакомых. А тут…

- Она меня просто запомнила, - перебила я невестку. - Я ведь спасла её. Вот и всё.

- Как скажешь, Одетт, как скажешь.

По голосу было понятно, что она не очень-то мне и верит.

А я… нет, я не воспылала неземной любовью к дочери Сета. Это была не просто любовь, а что-то большее. Мы словно стали частью друг друга. Это нельзя было объяснить и изменить.

Петреи в замке не было. После свадьбы она с мужем уехала в столицу, оставив мне огромную записку на трёх листах, в которой ругала и бранила в присущей ей немного высокомерной манере. Было и там пару строк благодарности за поддержку, просьба передать приветы родным, надежда на скорую встречу, а в конце приписка:

«Надеюсь, ты найдешь своё счастье, Одетт-арин. Место, где ты успокоишься и будешь по-настоящему счастливой. И пусть рядом с тобой всегда будет мужчина, достойной такой сильной женщины. Не упускай своё счастье.»

Дитер уехал на Террико, его миссия была выполнена, а Алисет меня избегал. Не явился на обед, отсутствовал на ужине и вообще не показывался.

- Надеюсь, ты не станешь сбегать, не поговорив с ним, - заметил Дерек вечером, перед тем как я отправилась в свои покои.

- Это совет или приказ?

- Это просьба. Думаю, Сет заслуживает разговора.

- Мы говорили.

- Одетт…

Я мотнула головой и поспешила прочь.

Как же я устала от всей этой ситуации. Каждая минута, каждый взгляд, брошенный родными, бил по нервам. Они молчали, не настаивали и ждали. Они все ждали моего решения. А мне нечего было им сообщить.

История повторялась.

Тёмная ночь, сонный замок, затхлый запах пыли в тайных тоннелях, свет луны на лестничной площадке и я, застывшая у чужих дверей.

Стучать не стала, просто открыла и вошла, зная, что меня там ждут.

 Закрыть дверь и прислониться к ней спиной, опереться, пытаясь удержать равновесие и без страха взглянуть в глаза Алисета.

Он стоял напротив. Рубашка с расстёгнутыми верхними пуговками и тёмные штаны. Волосы слегка взлохмачены, а глаза буквально горят.

- Одетт…

Сет произносит моё имя тихо, но оно кажется таким громким, что в ушах звенит.

- Прогонишь? – спросила, отступая от двери и развязывая тесёмки на халате, который укрывал плечи.

У меня нет красивых сорочек. Я вообще никогда не интересовалась их легкостью, ажурностью и прочими атрибутами, делая упор на удобстве. Пришлось порыться в сундуке с приданным, который так и остался стоять в гардеробе.

Эта сорочка из тонкого фреольского шёлка должна была добавить пикантности в нашу первую брачную ночь. Так что это даже символично.

Не вышло тогда, получится сейчас. Этой ночью.

Мужчина отрицательно мотнул головой, пристально следя за каждым движением. Как хищник за своей жертвой. Вот только страшно не было.

Халат упал на пол у моих ног, я сделала шаг вперёд и потянулась к завязкам на груди. Пальцы дрогнули, и я замешкалась на мгновение, не зная, как поступить дальше. А Алисет молчал и просто ждал.

Нет, не хватает мне смелости.

Вместо этого я подошла к мужчине и принялась осторожно расстёгивать его рубашку, пуговичку за пуговичкой. Их осталось не так много. После чего выдернула её из штанов и стащила с плеч, бросая куда-то себе за спину.

За брюки браться не решилась. Да и не до этого было.

Моё внимание привлёк изогнутый шрам у самого сердца мужчины. Зарубцевавшийся, страшный.

Как после такого можно выжить?

- Что это? – прошептала едва слышно, касаясь его подушечками пальцев, обводя по контору.

При мысли, что я могла потерять Сета, сердце буквально ухнуло вниз.

- Подарок от сангира, напоследок.

- Но... он же старый.

- Магия, - просто ответил Валкот и обнял меня за плечи. – Зачем ты пришла?

- А ты не догадываешься?

- Догадываюсь. Вопрос задал неправильно. Зачем, Одетт? Хочешь пожалеть и расстаться красиво?

В голосе нет гнева, злости и любопытства.

Просто грусть, от которой на сердце становится лишь тяжелее.

- Хочу быть с тобой.

- Тогда зачем убегаешь?

Зажмурилась.

- Потому что не могу иначе, - произнесла едва слышно. – Не могу остаться здесь, не могу быть с тобой. Не умею быть другой.

- А кто тебя просит быть другой?

- Ты разочаруешься. Мы оба разочаруемся. Возненавидим друг друга.

- Ты не можешь знать.

- Могу. – Я упрямо тряхнула головой. – Я себя знаю. Я закомплексованная, невыносимая, грубая, своенравная…

- Любимая, - перебил Алисет, прижимаясь лбом к моему лбу. – Самая лучшая, честная, открытая и настоящая… Я живу с тобой, живу тобой… и не могу представить свою жизнь без тебя. Одетт… маленькая моя… девочка.

Ладони заскользили по спине, всё теснее прижимая к его телу. Губы покрывали мелкими поцелуями моё лицо между короткими рваными фразами.

Я сама потянулась навстречу, ловя его губы, целуя, погружаясь в мужчину, которого так и не смогла разлюбить за эти годы.

Сет ловко подхватил меня на руки и без лишних слов понёс к кровати, укладывая на мягкую перину.

- Я всё равно не отпущу тебя, - произнёс, склоняясь надо мной. – С этой ночью или без неё, ты моя. Была, есть и будешь.

- Молчи. – Я прижала пальчик к его губам. – Прошу молчи, ни слова больше. Не надо. Не говори ничего. Дай мне почувствовать тебя. Дай почувствовать себя любимой.

Тревожно. Но не страшно. Именно тревожно.

Шесть лет прошло с той единственной ночи, которая не принесла мне ничего кроме боли и унижения. Я не знала, что такое любовь и боялась, что никогда не узнаю. Что Великие накажут, не дадут почувствовать себя другой…

Я зажмурилась и затаила дыхание, сложив руки вдоль тела и сжав кулаки. А Сет всё не спешил, замер надо мной, изучая, но не касаясь.

- Ты боишься? – прошептал мужчина, убирая локон с лица и заправляя за ушко. После пальцы обрисовали абрис лица, мягко, но требовательно касаясь кожи.

- Немного.

- Почему?

Пальцы спустились по шее, к плечам, обвили грудь, не касаясь ноющих вершинок.

- Сет…

Мне не хотелось говорить, не хотелось вспоминать, но от взгляда мужчины не укрыться и не спрятаться.

- Я… ничего не умею. Тот раз был первым… единственным. Его можно сказать и не было.

Валкот не дал мне договорить, прервав жадным поцелуем.

- Одетт… ты…

- М-м-м….

- Не бойся. Я не причиню тебе боли… Буду очень… мягок и нежен…

И ведь не солгал.

Признаюсь, страх был и зажатость. Я как пружинка застыла, не зная, что будет и как будет. Алисету предстояла весьма сложная задача растормошить меня, успокоить, расслабить и поверить в себя.

В нас…

Поцелуи. На губах, лице, шее, ключице… лёгкий укус и мой судорожной вздох на эту неожиданную ласку.

Поцелуй на груди, сквозь тонкий шелк. Стон стал всё громче и оглушительнее. И ткань сорочки стала так невыносима тесна.

Рука, скользнувшая вверх по ноге и накрывшая бедра. Хочется спрятаться, я даже ноги свела в лёгком страхе. Но Алисет не спешил с интимными ласками, наслаждаясь прелюдией.

Снова поцелуи на губах. Я уже отвечала, закинув руки ему на плечи, запутавшись пальцами в волосах. Притягивая к себе, выгибаясь навстречу, заглядывая в глаза, в которых видела отголоски собственного пламени и любовь.

Мы целовались как сумасшедшие, не в силах оторваться хотя бы на мгновение.

Не знаю, в какой момент Алисет избавился от сорочки, развязал тесёмки, но внезапно ткань, мешающая нам, исчезла, и я смогла полностью ощутить его поцелуи на своей коже, груди.

Никогда не думала, что она может быть такой чувствительной и болезненной. А губы и язык мужчины могут доставить такое наслаждение.

Я уже не думала о стеснениях, о прошлом, о том, как себя вести и что делать. Сама принимала участие в играх. Целовала, кусала, царапала и стонала, мечтая о большем.

Когда Сет развёл бёдра в стороны, касаясь внутренней стороны, страх на мгновение вернулся, но тут же потерялся в водовороте новых ощущений.

Я захлебнулась воздухом и прогнулась в спине, схватившись за покрывало.

- С-се-е-е-еет…

- Тсс, - выдохнул он в губы, в то время как его пальцы касались сокровенного местечка, лаская, проникая и растягивая, готовя для вторжения.

- Я… ох…

- Тебе нравится? – промурлыкал он.

Кивнула и застонала, чувствуя, как его палец проник внутрь и слегка потёрся.

- Тебе нравится, - улыбнулся Алисет. – Будь умной девочкой и расслабься.

- Не могу, - простонала, впиваясь ногтями в его плечи.

- Можешь, Одетт, можешь. Позволь этому случиться… ты же хочешь этого… хочешь всего.

Томление становилось всё сильнее, огонь разгорался в крови, грозя спалить меня дотла. Но этого было мало, хотелось больше прямо сейчас.

- Ну же... дай себе выход, - подбадривал меня Валкот.

Ох, если бы я знала, чего он хочет от меня. Если бы могла как-то повлиять, но тело жило своей жизнью, полностью подконтрольное мужчине. А разум просто испарился, не выдержав такого натиска.

Расслабиться… отпустить… довериться…

Взрыв собственной искры наслаждения, гораздо мощнее, чем я могла даже мечтать. Напряжение спало и тело сотрясло мелкой дрожью.

Алисет держал меня, прижимал к себе, ловя губами тихие вскрики, не давая упасть.

Я еще не успела толком прийти в себя, как мужчина уже оказался внутри меня, одним толчком наполняя до предела. Может, так и правильно, чтобы я не успела испугаться и оттолкнуть его.

- Ох…

- Да… вот так… вот так, Одетт.

Глупая, я даже не подозревала, что это может быть так ярко, безумно и по-настоящему. Тело само всё знало, знало, как надо двигаться, что надо делать. И если вдруг возникала заминка, совсем крохотная, Сет помогал, направлял.

В этот раз мы достигли пика вместе, сотрясаясь от взаимного удовлетворения, не сдерживая стоны наслаждения, разделяя наслаждение на двоих.

До утра у нас еще было много времени для того, чтобы узнать друг друга получше, попытаться насытиться и проститься.

Сет уснул на рассвете, я еще некоторое время лежала, прислушиваясь к его дыханию, любуясь чертами лица, которые словно помолодели, получив силу.

- Прости меня… но я так боюсь… боюсь всего… и просить тебя уйти со мной не могу. Тут твоя жизнь, твоя дочь и твой мир. Мне нет здесь места.

Сбежала? Да!

Как самая последняя трусиха. Вот только от себя не сбежишь, как ни старайся.

Прочь из замка в столицу, где меня уже ждал портал и суровый взгляд брата.

- Дурочка, - мрачно констатировал Дерек.

- Знаю, - прошептала, обнимая его на прощание. – Но я разрушу его жизнь. А этого я не переживу.

- Ты не имеешь права решать за Валкота.

- Знаю. Поэтому решаю за себя. Я не переживу его ненависть. Не смогу.

- Вроде взрослая совсем, а так и не поняла самого главного. Без любви ты не сможешь. Без него не сможешь. Бежишь, а сердце своё оставила здесь.

- Что ж, - улыбнулась одними губами. – Ты прав, моё сердце здесь, с ним. Но я нашла замену. Унесла его сердце с собой.

И поспешила в портал, пока не передумала.