Глава шестая. Ссоры и откровения
Могло бы показаться, что раз мы пришли с Петрой к консенсусу, то жизнь сразу наладилась и можно выдохнуть.
Но как бы не так.
- Ты мне не нравишься! – заявила принцесса, смотря на меня снизу вверх.
Она уютно расположилась на диванчике в ворохе небольших подушек. Тонкие пальчики перебирали драгоценные камушки массивного ожерелья на шее, пока я смиренно стояла рядом, чуть склонив голову и сложив руки за спиной. Положение было крайне неудобное и у меня затекла и заныла шея.
- Очень сильно не нравишься. Если ты думаешь, что своей речью смогла что-то изменить, то ошиблась. Поверь, я бы много отдала, чтобы не видеть тебя, Одетт-арин.
Она замолчала, ожидая моей реакции. Пришлось отвечать. Всё так же почтительно и смиренно.
- Я понимаю, Ваше Высочество. И мне жаль, что вам приходится терпеть мою персону радом с собой.
Нахмурилась и недовольно поджала полные губы.
Ждала иной реакции от вредной Корвил? Возможно. Но я сегодня не была настроена на словесные баталии и скандальные сцены.
- И я не простила вмешательства в свои планы! – выкрикнула она раздраженно. – Но вынуждена признать, твоя идея… предложение, что ты высказала вчера. В этом что-то есть. Я не смирилась со своим будущим и совершенно не рада тому, что мать отсылает меня в чужую страну, но постараюсь взять из этого лучшее. Ты мне в этом поможешь. Хочу предупредить сразу, попытаешься обмануть или выставить на посмешище… – В глазах сверкнул кровожадный огонёк. – Я сама тебя убью. Собственными руками. Есть способы достать даже искрящую. И ты об этом знаешь.
Я даже вздрогнула от этого обещания, которое больше походило на угрозу. Впрочем, так оно и было.
- Знаю.
- Что ж. – Девушка ловко вскочила с подушек, заставив меня шагнуть в сторону. - Я готова. Начинай.
- Прямо сейчас? – на всякий случай уточнила я, немного растерявшись. Всего на пару секунд.
Если честно, я особо не верила, что мои слова достигнут её ушей, и она прислушается к совету. Я ожидала противостояния, истерики, швыряния предметов. Принцесса Петрея пользовалась довольно противоречивой славой, которую всячески поддерживала, открыто конфликтуя с матерью и сёстрами.
Ох, как это было знакомо. Может, и с ней не всё так однозначно, как может показаться на первый и даже второй взгляд?
- А чего тянуть? – еще более раздражённо спросила девушка и неловко заправила волосы за ушко. Кажется, кто-то нервничал и пытался скрыть это за излишней бравадой. - Времени у нас не так много, а работы навалом. Ну же, Корвил, очнись. Ты такая сонная.
Еще бы. После всех приключений и сна в пару часов, удивительно, что я вообще стояла на ногах. Бодрящее заклинание помогало мало и злоупотреблять им не стоило. Я предпочитала растягивать его на целый день, а не использовать всё целиком, чтобы потом к вечеру упасть без ног.
- Я полностью в вашем распоряжении, Ваше Высочество, - подавив зевок, ответила ей.
Петрея оказалась способной ученицей, дотошной и нетерпеливой. Удивительно, но мне нравилось ей рассказывать. Слушательница из принцессы вышла гораздо лучше меня и впитывала всё как губка. Она не была пассивной и безучастной (признаюсь, первое время я боялась именно этого), задавая вопросы и иной раз углубляясь в такие дебри, что ставила в тупик, заставляя копаться в памяти, пытаясь вспомнить то, что давно забыто. И это тоже было интересно, будило азарт.
Вместо ожидаемых пары часов в день, Петрея полностью завладела моим временем. Из-за этого я даже была вынуждена ночевать во дворце.
С одной стороны, это меня радовало. Никаких незваных гостей. Можно запереться и исчезнуть для всего мира и от одного лорда, в частности. Я не хотела встречаться с Алисетом снова. Наедине. За эти пару дней мы пересекались и сталкивались в коридорах дворца, во время званных обедов/ужинов. Невозможно не встречаться, особенно, когда от нас зависела безопасность принцессы. Но это происходило не наедине. Я не понимала, чего он хочет. Его последняя фраза, сказанная тем ранним утром, не давала покоя все эти дни, заставляя думать о том, что поднимать из прошлого не хотелось.
А с другой, я оказалась практически отрезанной от следствия и происходящего. Единственное, что мне удалось узнать, это то, что Арчер начал говорить, но ничего толком не сообщил. О том, кто такой маравиец, он не знал, тот сам его нашел и предложил авантюру, обещая за это очень и очень крупную сумму денег. Увидев её в записке, я не смогла удержаться от удивленного вздоха. Да, соблазн был очень велик. Мотивы не известны.
«Будь осторожна, Одетт. Арчер говорит, что маравиец очень интересовался тобой, расспрашивал», - этими словами заканчивалось последнее сообщение Кроста.
Мной? Интересовался? Сангир?
Распылив записку и стряхнув остатки пепла, я замерла, невидящим взглядом уставившись в окно.
Интересно, почему? То, что мы уже встречались во время практики, не могло быть причиной. Из нашей связки на Террико был еще Дитер. Или к нему тоже приходил? Нет, старый друг бы сообщил. Или нет? Я ведь ему не сказала.
Узнать это легко. Я знала, когда Дитер приступал к службе и подкараулила его в коридоре в одной из ниш.
- Одетт, бездна! - выдохнул он, когда я бесшумно зашла со спины и приобняла его. – Я ведь мог и ударить.
Развернулся. Улыбка совершенно не вязалась со словами и тоном. Он был рад. И я тоже рада. Даже не подозревала, что могла так соскучиться.
- Не ударишь, ты ведь чувствуешь меня.
- Чувствую, но подкрадываться всё равно не стоит. Искра может и не среагирует на тебя, а про кулак разговора не было.
В этом прелесть связки. За эти месяцы наша пятёрка стала одним целым. Мы чуем друг друга, как никто другой, и знаем. Даже спустя год я продолжала улавливать его эмоции – радость и лёгкую грусть, природу которой не хотела понимать. Могла, но не хотела. Были вещи, которые тревожить не стоило.
- Может хватит угрожать и скажешь, как сильно рад меня видеть? - улыбнулась я в ответ, продолжая обнимать.
Не правильно, не прилично.
Мы стояли в коридоре с нишами с одной стороны и огромными арками, что вели на открытую террасу с другой. Не таясь, на виду у каждого, кто мог пройти мимо и увидеть, как двое искрящих обнимаются.
- Рад, конечно, смуглянка. Но чем вызвана эта встреча?
Мы слишком хорошо знали друг друга, чтоб юлить и прятаться за фальшивыми отговорками.
Моя вина, что мы так мало общались. Я плохо переносила любую компанию и предпочитала одиночество дружеским сборищам. Не потому что мне была противна компания. Просто я социопат.
- Нам надо поговорить.
Понял, сразу посерьёзнев, и кивнул, подтверждая, что просто так я не стала бы искать с ним встречи.
- Где и когда?
- Работы много, из дворца не выйти. Ни тебе, ни мне.
Снова кивнул.
- Жду у себя сразу после отбоя.
- Договорились.
Я убрала руки и отступила.
- Буду ждать.
- Я не подведу, - ответил Дитер.
Разворот и я едва не задохнулась, столкнувшись взглядом со светло-карими глазами стоявшего невдалеке Валкота.
Он всё видел и выводы уже успел сделать.
А я… я свернула в ближайшую арку и поспешила к Петрее. Наши уроки еще не закончились. И это совсем не побег, а вынужденное отступление.
Дитер пришел вовремя.
- Что случилось? – без лишних предисловий спросил старый друг, входя и закрывая за собой дверь.
Я подошла ближе и поставила на двери магическую защиту.
- Есть будешь?
К встрече с Дитером я хорошо подготовилась и приказала накрыть ужин на двоих. Здесь было и мясо для мужчины и сочная индейка для меня, рагу из овощей, свежие фрукты, пирог с патокой и прохладный фруктовый чай.
И пусть по дворцу тут же начнут ходить слухи о нашей приватной встрече. Переживу. В конце концов, у многих репутация намного хуже моей и это совершенно не мешает им жить.
- И это всё мне? – поинтересовался он, потирая ладони и присаживаясь за стол. – Честно говоря, проголодался. Столько дел. Адония вдвое усилила патрули из-за этого маравийца.
- Арчер еще что-нибудь рассказал? – я села напротив, наблюдая, как Дитер накладывает на тарелку кусочки мяса и горку овощного рагу.
- Не, - ответил тот и заработал челюстями.
Надо бы тоже поесть, а то еще пару дней и свалюсь без ног.
Моя порция была значительно меньше. Первые пару минут мы наслаждались едой, перебрасываясь взглядами и утоляя проснувшийся голод.
- Итак?
- Это был сангир, - без лишних церемоний ответила я, наблюдая за его реакцией.
Надо сказать, Дитер перенёс всё стойко. Даже не подавился. Аккуратно дожевал, сложил столовые приборы – они мелочно звякнули, соприкоснувшись с тарелкой, - и только потом поинтересовался:
- Уверена?
- Да.
Поизучал меня пару секунд и выдохнул:
- Вот Бездна!
- Полностью с тобой согласна.
- Кто еще знает?
- Крост мне не поверил.
- Да, я сам себе бы не поверил. Его не видели пару сотен лет, забыли, считали лишь сказкой для устрашения.
-… еще Валкот, - закончила я.
- Что Валкот? – не понял Дитер, слишком занятый перевариваем информациии о старом знакомом.
- Он тоже в курсе. Не смотри на меня так! У меня не было выхода. И не переживай, твоего имени я не назвала.
- Я не поэтому переживаю. Зачем ты вообще ему рассказала?
- Надо было скрыть? Интересно как?
Дитер откинулся на спинку стула, привычно закинув руки за голову. Его любимая поза. Я помню, как мы все вместе лежали у костра слишком уставшие, чтобы разговаривать, и просто молчали, любуясь огнём. Он тогда тоже так лежал – вытянув ноги, закинув руки за голову. И смотрел тоже слишком пристально, заставляя поспешно отводить взгляд.
- Бездна, - вновь процедил он спустя пару секунд. – Как же всё не вовремя.
- Никто не обещал нам лёгкую жизнь.
- Что он хотел?
- Который из двоих? – уточнила я, поправляя салфетку на коленях.
- Оба.
- Если бы я знала. Сангир играет. Ты же помнишь, каким он был. Так вот таким и остался. Мне интересно, ему только я нужна или все мы?
- С чего ты вообще решила, что ему нужна ты? – сразу напрягся друг.
- Ты не читал допросы Арчера? – удивлённо спросила я.
- Времени не было. Знаю на словах от ребят. Самое главное. Крост всё не рассказывает, лишь в общих чертах.
- Маравиец, то есть сангир, очень интересовался мной.
- Но почему ты?
- Хороший вопрос. К тебе он не приходил, я так понимаю?
Дитер вновь поменял положение и подался вперёд, впиваясь в меня внимательным взглядом.
- Мне это всё не нравится, Одетт.
- Думаешь, я в восторге? Я вообще не понимаю, зачем он тут появился, почему решил расстроить свадьбу Петреи и маркиза и что ему нужно от меня. Откуда он вообще появился на мою голову?
- По легенде Боги заточили его в горах для обдумывания грехов и покаяния. Может уже всё? – предположил Дитер.
- Что всё?
- Покаялся?
Я с сомнением взглянула на друга.
- Ты сам-то понял, что сказал? Раскаянным он точно не выглядел. Ни год назад, ни сейчас.
Дитер почесал затылок и кивнул.
- Да, ты права. Скорее он что-то задумал.
- Вот и мне так кажется, - кивнула я. – Надо только понять, что именно.
Молодой мужчина задумчиво забарабанил пальцами по столешнице.
- Знаешь, что? Нам надо найти побольше информации о том, что произошло тогда.
- Отлично. Только где её добыть? Из официальной хроники вся информация исчезла. Слухи и легенды? Там домыслов может быть больше, чем фактов.
- Всё равно надо попытаться. Есть же королевская библиотека. Одна из крупнейших в мире. Там должно быть что-нибудь. Нельзя уничтожить абсолютно всю информацию. Что-то должно было сохраниться.
- Наверное, ты прав. Помнится мне, что Террико сыграло не последнюю роль в падении сангира, - задумчиво заметила я. - Может в этом причина?
- Возможно. Я тоже что-то такое припоминаю, - кивнул Дитер и улыбнулся более открыто. – Так что не горюй, смуглянка, всё выясним.
- Спасибо. – Я улыбнулась в ответ, чувствуя, как стало даже немного легче.
Но молодой мужчина не думал отступать.
- Что у тебя с Валкотом? – вдруг спросил он.
- А что у меня с Валкотом? Расторгнутая помолвка и запутанное прошлое, - отозвалась я, спокойно встречая его взгляд.
- Очень запутанное, если вы еще с ним не разобрались.
- Что ты имеешь в виду?
Вздохнув, взглянув как на маленького глупенького ребёнка.
- Одетт, я знаю, что тогда произошло. Все знали.
Я кивнула, отводя взгляд. О да, благодаря той статье в сангорианском «Сплетнике». И пусть Дерек приказал уничтожить весь тираж… уже было поздно. Главному редактору это стоило работы и целого состояния, братец тогда выиграл дело в суде о компенсации морального вреда.
То, что должно было стать семейной тайной, превратилось в огромнейший кошмар… Потому что меня выдали.
- Проблема в том, что вы с Валкотом так и не поговорили. Эта недосказанность и напряжение так и витает в воздухе.
- Дитер…
- Знаю, не моё дело. Просто дружеский совет. Чтобы спокойно жить в будущем, надо решить все проблемы в прошлом.
- Спасибо, учту.
- Вот и отлично. А теперь давай есть?
- Давай.
Поели мы в спокойной обстановке, перебрасываясь короткими фразами, делясь событиями из жизни, делясь новостями об общих знакомых.
Через час он ушел, обещая сходить в библиотеку и поискать.
- Если что-то найду, сразу сообщу.
- Спасибо.
Я отправилась спать. А утром узнала о том, что Дитер был отправлен из дворца личным приказом лорда Валкота.
- Лорд Валкот. Я могу. С вами. Поговорить? – тщательно выговаривая каждое слово, произнесла я после того, как он открыл дверь, ведущую в его покои.
- Одетт? – Он даже смог изобразить удивление, что было совсем не сложно. С его то практикой врать и изворачиваться. – Что-то случилось?
- Случилось, - процедила я, бесцеремонно пододвигая его плечом и входя внутрь.
Дверь тихо закрылась за спиной.
Обычная комната, такая же безликая, что и у меня. Ничего интересного и требующего внимания. Разве что выдержана более в тёмных тонах.
- Внимательно тебя слушаю.
Обернулась, сжав кулаки и мысленно уговаривая себя успокоиться и не делать глупостей, о которых потом непременно пожалею.
- Зачем ты выслал из дворца Дитера? – в лоб спросила у него.
- Дитера? – уточнил он.
- Дитера Ольери, - добавила я, хотя отлично знала, что этого не требуется.
Он играет. Этот проклятый Валкот вновь играл моей жизнью, заставляя нервничать и совершать ошибки.
- Ах, Ольери. А в чём дело?
- Валкот, - прорычала я, послав в бездну последние остатки терпения. – Ты чего добиваешься?
- Ничего. Господин Ольери был отстранен за ненадлежащее исполнение своих обязанностей.
Еще и издевается!
- Дитер один из лучших искрящих, - заметила я.
И ведь не солгала. Так и было.
- Его не было на посту несколько часов.
- Перерыв на сон?
- По правилам он должен был сообщить, где находится, чтоб с ним всегда можно было связаться. Вчера вечером в течение пары часов он был недоступен.
- Он был со мной, - совершенно не смущаясь, ответила я.
- Знаю, но это прямое нарушение. Не стоит смешивать личное и работу.
- Правда? – Наиграно всплеснула я руками. – Надо же какая ответственность! – и уже зло добавила: – Тогда объясни мне, Валкот, почему тебе можно смешивать личное, а нам нельзя?!
- С чего вдруг такая мысль?
Ничем эту статую не проймешь. Я тут вся кипю… или киплю… в общем, держусь из последних сил, а он стоит как статуя и просто смотрит. Как и шесть лет назад. Ему бы еще снисходительную улыбку добавить и можно будет с чистой совестью ударить.
Нет, правильно я сделала, что сбежала. Мы слишком разные. Слишком противоположные. Такое не притягивается, а еще сильнее отталкивается.
- Ты видел нас вчера.
Проняло всё-таки. По крайней мере желваки на его скулах я отследить успела.
- А ты думаешь, я буду смотреть на твои похождения? – вдруг поинтересовался он.
- Знаешь в чем самая прелесть? – оскалилась я, скрестив руки на груди. – Что ты для меня никто. Совсем. Просто кусочек прошлого. И ты не имеешь никакого права отчитывать меня и учить жизни. Никто не имеет права.
- Ты Одетт Корвил.
- Да, я Одетт Корвил, мне двадцать три. А ты… ты просто друг моего брата и всё. Не знаю, что ты там себе придумал, но всё закончилось шесть лет назад. Точка поставлена и не надо это бередить.
- Ты меня пытаешься убедить или себя?
О, Великие, как же он сильно меня раздражает.
- Оставь меня в покое, Валкот. По-хорошему прошу.
- Не могу, - ответил тот, продолжая буравить странным, опасным взглядом.
Но меня не проняло. Даже наоборот. Я вдруг успокоилась.
- Можешь. Знаешь, кого ты мне сейчас напоминаешь? Ребёнка, у которого забрали ненужную игрушку. Только я человек. Живой. И играть собой не позволю.
- Ты думаешь, что я играю? – спросил он неожиданно тихо.
- Я думаю, что это нечестно. Сам посуди. Я совершенно тебя не интересовала шесть лет назад, а сейчас вдруг воспылал чувствами. Тебе самому не кажется это смешным?
- Поверь, мне сейчас не до смеха.
- Алисет. – Я впервые обратилась к нему по имени. Специально, хотя видят Великие, это было тяжело. Слишком интимно, слишком болезненно. – Не знаю, что ты там себе придумал, но нет.
- Что нет?
- Я не то, что тебе нужно. Ох, брось. Я отлично тебя знаю. Ты же джентльмен до кончиков пальцев. Интрижка с сестрой лучшего друга не для тебя. Ты уже видишь меня почтенной матроной, которая будет воспитывать твою дочь и рожать сыновей. Так ведь?
Промолчал, прищурившись.
Опасная тема, но и остановиться не могла. Лучше сейчас всё выяснить, чем потом страдать.
- Думаешь, этим окажешь мне честь, вернёшь в общество? Ошибаешься. Я не останусь в Сангориа. Доставлю принцессу и вернусь на Террико. Здесь я живая, здесь настоящая. Мне не нужен муж… мне не нужен ты.
Жестко и даже жестоко. Но иначе нельзя.
Это как нарыв. Лучше разом, полоснуть ножом и выпустить этот гной, сжирающий нас изнутри, чем медленно сгорать.
- Закончила?
В голосе зазвучали металлические нотки, заставившие поёжиться.
- Мы взрослые люди, и ты сам хотел честности. Ты её получил.
- Значит, ты уверена, что знаешь меня?
Ох, что-то мне не нравится этот вопрос и блеск в глазах.
- Да.
Я действительно была уверена, что знаю старого доброго Валкота. Джентльмена и хладнокровного аристократа, не способного на сильные эмоции, на безумства.
Ошиблась.
Потому что совершенно не была готова к тому, что он вдруг окажется рядом, схватит за шею, не давая дёрнуться и поцелует.
Он ведь ни разу меня не целовал, те целомудренные поцелуйчики в руку не в счет. А тут вдруг такое.
Первое время я даже не поверила в то, что происходит. Этого просто не могло быть.
Его губы, язык, скользнувший по губам, коснувшийся нёба. Растерянность, а следом за ней томление и легкая истома. Захват, сменившийся прикосновением и поглаживанием неожиданно шершавых пальцев за ушком.
Это было приятно. В груди сладко заныло. Наверное, именно это заставило очнуться.
Дернулась, попыталась вырваться. Но снова захват на шее, не дающий двинуться. А бить искрой его не хотелось. По крайней мере, пока.
Я замерла, услышав его голос у ушка.
- Тебе лучше не знать, что я хотел с ним сделать вчера… одна мысль о том, что происходило за закрытыми дверьми. Может, это и эгоистично, Одетт, глупо и болезненно для нас обоих. Но я хочу тебя… Очень хочу. Не сестру Дерека, о твоём брате я сейчас думаю в последнюю очередь, а тебя. Ты сама сказала, что мы взрослые люди и можем говорить открыто. Я хочу тебя… всю… в моей кровати… полностью обнажённую… сгорающую от желания. Хочу тебя.
Мне всё-таки удалось оттолкнуть его.
Отступить, тяжело дыша.
- Хочешь? – прохрипела едва слышно, вытирая губы. – Возможно. Я могу вызвать желание. Мне говорили об этом. И не раз! Но с чего ты взял, что я хочу того же?
- Твоё тело говорит об этом. Я же вижу.
Великие, я совсем его не знала. Совершенно. Этого мужчину с растрёпанными волосами, пряди которых падали на лоб, с блестящими, будто воспалёнными глазами и хриплым голосом.
- Тело, но не разум. Это ничего не меняет. Я осталась при своём мнении. Ничего не изменилось. Поэтому говорю вновь: оставь меня в покое.
- И что дальше? Так и будем прятаться по углам?
- А разве я прячусь? Видишь. – Я развела руки в стороны. – Я сама пришла к тебе. Разговариваю.
- Снова бежишь, Одетт?
- Стою, - раздраженно фыркнула в ответ. – Взрослые люди могут держать свои желания в узде. А желание - это не та причина, из-за которой я готова впустить тебя в свою постель.
- И какой же должна быть причина?
Вот пристал-то! Нет такой причины!
- Неужели так хочется сделать меня своей любовницей?
- Что-то я не пойму тебя, Одетт, - неожиданно съязвил Алисет, утратив всё хладнокровие. - Роль жены ты восприняла в штыки, любовница тоже не для тебя. Тогда что?
- А ты не пробовал хоть на секундочку представить, что мир не крутится лишь вокруг тебя? И я просто не хочу видеть твою персону в своей жизни. Ни в каком качестве!
Обошла его и вышла, осторожно прикрыв за собой дверь.
Если бы он только попытался меня остановить… Ох, даже думать об этом не стоило. Я была слишком взвинчена.
- Почему ты просто не переспишь с ним?
Мы с Петреей сидели в её гостиной на уютном диванчике. Она почти лежала, я просто сидела с идеально ровной спиной и просматривала бумаги, лежащие на коленях.
Оказывается, ночью был шторм и утро выдалось прохладным. Свежий воздух, проникающий из окна, вызывал лёгкую дрожь по телу и ухудшал и без того плохое настроение. Солёный запах океана манил на улицу. Несколько дней взаперти действовали на меня удручающе. И дело вовсе не в разговоре с Валкотом, от которого я еще не пришла в себя.
А этот неожиданный вопрос вообще вызвал недоумение. Было бы глупо считать, что Петрея не заметила то напряжение, что возникло между мной и Алисетом, но то, как она его интерпретировала, поставило меня в тупик.
Но и позволять девушке загнать меня в тупик и поиздеваться я не могла. Поэтому подняла взгляд от бумаг и спокойно произнесла:
- Это так очевидно?
Петрея фыркнула, закатывая глаза к самому потолку.
- От вас двоих искры так и летят, напряжение растёт. И еще Валкот так на тебя смотрит.
- Он на всех смотрит.
- Но не так. Такой взгляд сложно охарактеризовать иначе.
- Просто присматривает, по привычке. Проверяет.
- Проверять он может только наличие или отсутствие у тебя под одеждой белья. Брось, Корвил, не надо строить из себя недотрогу и невинную девицу. Всё ты поняла.
- Я может и понимаю, но это совершенно ничего не меняет. Всё слишком сложно, - ответила я и снова взглянула на бумаги, пытаясь вспомнить, на чём мы с ней остановились.
Но разве Петрею собьешь с истинного пути? Она нашла себе новое развлечение и не желала отступать.
- Любите вы всё усложнять, - произнесла девушка.
- Кто мы?
- Материковые. Нет ничего сложного. Есть ты и он. Вот и всё.
- Я и он? – со смешком переспросила я, перекладывая бумаги на диван рядом с собой. Поработать видимо не получится. Что ж, если принцесса желает поговорить, можем и поговорить. – Вот именно, что я и он. Бывшие жених и невеста, которые расстались не очень хорошо.
- Вот я и говорю. Усложняешь. Есть мужчина и женщина. И есть желание между вами. Вот и всё.
- Что всё? – вспыхнула я, с трудом заставив темперамент замолчать. – Мы не можем пойти на поводу своих желаний.
- Почему? – спросила она заинтересовано и наклонила голову на бок.
Ей действительно интересно услышать ответ.
Вот вроде такой обычный вопрос и ответ на него совсем не сложный. А сказать не выходит. Я точно знала, что сближаться нам не стоит, но сформулировать причины почему-то не могла. Не потому что не хотела. Просто мои возражения казались такими глупыми, детскими и наивными, что сама не могла в них поверить. Что уж говорить о принцессе.
И Петрея тоже это понимала.
- Ты знаешь, кто был моим первым мужчиной? – вдруг спросила она, теребя колечко с огромным изумрудом на безымянном пальце.
Кхм, и как ответить ей, чтобы не обидеть.
- Я не слежу за вашей личной жизнью, Ваше Высочество, - ответила ей.
А в тот промежуток времени тем более. Совершеннолетие принцессы отмечалось через три месяца после моего прибытия на Террико и тогда я была больше занята работой и обустройством нового дома, чем сплетнями.
- Я сама его выбрала. Как мать и сестры до этого. Право каждой принцессы Террико. Мне нравился один мужчина. Из личной охраны матери. Красивый, сильный, накаченный, с глазами цвета неба. Я захотела именно его. Целый месяц он являлся ко мне во снах. Такие жаркие сны были, не передать, - голос Петреи неожиданно приобрёл мечтательные нотки. – Меня воспитывали иначе, Одетт-арин. Террико свободный остров, здесь легко говорят о любви и отношениях между мужчиной и женщиной. Так что я отлично знала, что меня ждало.
- И зачем вы это рассказываете?
- За тем, что реальность не всегда оказывается идентичной мечте. Взять мой случай. Мало того, что всё закончилось очень быстро, так он еще хрюкнул в конце.
А я еще думала, что удивить меня невозможно.
- Хрюкнул?
- Да! – возмущенно вскрикнула она, усаживаясь прямо. – Мне больно, никакой романтики и удовлетворения, даже самого минимального. А эта свинья еще и хрюкает. Так вот, в твоём случае всё тоже может произойти точно так же.
- Валкот будет хрюкать? – с сомнением переспросила я.
Нет, такого моя богатая фантазия вынести не могла.
Кажется, я совсем потеряла нить разговора, потому что конечные выводы ничего кроме шока не вызывали.
- Нет, - неожиданно хохотнула Петрея. – Я к тому, что тебе вполне возможно не понравится. И ты сейчас больше переживаешь. Но, если хочешь, я могу проверить.
Проверить?
Петрея и Валкот.
В одной постели.
Пальцы защипало от напряжения. Нельзя срываться. Нельзя.
Меня это не касается.
А в глазах уже потемнело. И злость такая проснулась, что страшно стало. Может, потому что понимала, что шансов выиграть у молоденькой и хорошенькой принцессы у меня почти нет. С её то опытом.
И кто из нас двоих ведёт себя как ребёнок?
- Я пошутила, - произнесла принцесса.
В интуиции ей не откажешь. Сразу поняла, что зашла слишком далеко в своих шуточках.
Вдох-выдох. Расслабься, Одетт. Успокойся. Возьми себя в руки. Это лишь слова. И точка.
- Да и не позарится он на меня, - продолжила девушка, беря с подноса ароматный персик.
- Это еще почему? Вы красивая, - через силу заставила я себя произнести эти слова.
Проклятая искра, после встречи с сангиром всё не желала успокаиваться.
- Ты же есть. А еще он верный подданный Сангориа. И спать с предполагаемой герцогиней Марлоу точно станет. У него же принципы. Я вообще не понимаю, зачем он тебе нужен?
- Простите?
- Не молодой, потрёпанный жизнью мужчина. У него же и дочка есть, не так ли?
- Есть.
- Ты молодая, интересная, красивая. Зачем он тебе нужен?
- Кто сказал, что он мне нужен?
- Тогда чего переживаешь? – парировала в ответ девушка и откусила сочный фрукт.
- А если мне понравится? – вопросом на вопрос произнесла я.
- Что? – не поняла девушка.
- Вы сказали, что будет, если мне не понравится спать с ним, а если наоборот? Если понравится?
- Ну и отлично. Воспринимай всё легче, Корвил, и не зацикливайся. Любовь ломает, а свобода и страсть окрыляют. Просто очередной мужчина в твоей постели. И всё.
- Я не верю в любовь, - неожиданно сказала я.
- А вот и зря. Она есть, только не нужна. Я своими глазами видела, как любовь ломала даже самых сильных женщин, - ответила Петрея, положив надкусанный персик на блюдо. – С мамой так было.
Я промолчала, не уверенная в том, что хочу это слышать. В дворцовые тайны лучше не соваться. Для собственной безопасности.
- Она ведь любила твоего брата.
Всё еще хуже, чем я могла подумать.
- Сильно любила. Отпускать не хотела и, если бы не воля Великой, не знаю, что бы случилось. Но так просто Архольда она не уступила. Ты мне не нравишься. Я не раз это говорила и готова повторять при каждой встрече. Одна из причин моего отношения в том, что ты так похожа на него. Вот я и перекинула свою ненависть.
Вот так новости.
- Конечно, это лишь верхушка айсберга. Но моя неприязнь началась именно с этого. Я ведь не один раз видела его, когда он приплывал с визитами. А вы так похожи. Мама всегда была сильной, как и полагается истинной правительнице Террико, - продолжила Петрея. – Заводила романы легко, позволяла себя любить и обожать, но никому не позволяла проникнуть в своё сердце. Только Дереку Корвилу. Только он смог сделать то, что не смогли другие. Полюбить. Я помню, как она рыдала, как страдала, отказываясь верить, лишь беременность заставила прийти в себя. Я на всю жизнь это запомнила и поклялась, что со мной такого никогда не случится.
- Мне жаль.
- Вот и ты научись. Если он тебе так нужен. Мужчины приходят и уходят, а ты останешься одна. Валкот ведь уже однажды разрушил твою жизнь.
- Там больше моя вина была, - заметила я.
- Выгораживаешь его? – усмехнулась Петрея. – Может и любишь?
- За что?
- А разве любят за что-то?
- Я же не верю в любовь, - вновь повторила я. – Может, это действительно лишь интерес и любопытство.
- Так удовлетвори его. Сделай одолжение. А то мы так скоро всех искрящих лишимся.
Хм, конечно, она связала уход Дитера со мной и Алисетом. И скорее всего не только она.
- Благодарю за совет, Ваше Высочество.
- Баш на баш, - отозвалась она, поправляя вырез, который чуть сбился в сторону. – Как же здесь душно. Хочется выйти, прогуляться. Но матушка непреклонна. Я наказана до отплытия.
Принцесса сладко потянулась и подошла к окну, касаясь воздушных шторок.
- Какой он? – вдруг спросила она, не поворачиваясь.
- Кто?
Невероятно, но этот разговор вернул утерянное было равновесие. Никогда не думала, что Петрея может дать мне хоть один мало-мальски приличный совет. Но эта девушка настоящая загадка. И чем больше я её узнавала, тем больше она мне нравилась. Вот только не уверена, что когда-нибудь признаюсь ей в этом.
- Райдер.
- Маркиз? – удивилась я, изучая ровную спину принцессы.
Вот уже не думала, что Петрея решила о нём спросить. Мне казалось, что он её интересует меньше всего и все данные давно собраны.
- Да. Мой будущий муж, - произнесла она, резко поворачиваясь и пристально меня изучая. – Ты ведь встречались с ним.
- Встречались. Что именно вас интересует?
В описаниях я была не особа сильна и понятия не имела, что от меня сейчас ждала Высочество. А она ждала, волновалась, хотя пыталась это скрыть.
- Правда. И мелочи. Твоё к нему отношение. Я уже получила столько характеристик от своих шпионов, видела магические слепки его изображения, слушала хвалебные оды матери – её послушать, так Райдер пример девичьих мечтаний – но меня интересует твоё мнение. Ты, конечно, как заноза в одном месте, - оскалилась та. – Но при всём моём негативном отношении к тебе, я не могу не признать, что ты честна. Всегда. Даже когда лучше солгать, - многочисленно закончила Петрея.
Приятно было услышать такую характеристику, особенно когда девушка скупа на любую похвалу. Врать ей я в любом случае не собиралась, но и ничего полезного сказать не могла.
- Мы с ним не так часто встречались, хотя моя семья и вхожа в ближний круг правящей династии. Он же старше меня на полтора десятка лет, дважды вдовец.
- Первая жена умерла в родах. Вторая во время несчастного случая на охоте.
- Да, - пробормотала я, неуверенная, что надо продолжать эту тему и рассказывать то немногое, что слышала дома. Урывками, между делом.
- В чём дело?
Моё замешательство Петрея заметила и расценила верно.
- Я слышала кое-что. Из разговоров, шепотков, слухов. Конечно, информация не проверенная и столько лет прошло…
- Да говори же, - не выдержала она.
- Первая жена Райдера леди Ровена. Они были обручены чуть ли не с пелёнок, росли вместе и любили друг друга. Одна из немногих пар, которые были по-настоящему счастливы друг с другом. Говорят, что маркиз очень сильно её любил и искренне горевал, когда она погибла, произведя на свет мёртвого сына. Второй брак тоже был заключён по воле его отца, герцога Марлоу. Но там любовью и не пахло, даже симпатией. Они ненавидели друг друга. Райдер за то, что его заставили жениться на ней через два месяца после похорон, даже не дав как следует оплакать любимую. Жену. А маркиза… она просто была стервой. Но свой долг исполнила, произведя на свет один за другим двух сыновей. Их Дерек проверял. Я точно помню этот момент. Маркиза изменяла мужу чуть ли не с первого дня, и Марлоу хотел быть точно уверенным, что это его кровь и его внуки.
- Говорят её смерть была подстроена.
- Это произошло, когда я училась на третьем курсе, так что подробности не знаю. Но да, такие слухи ходили даже у нас в Академии.
Единственная новость, которая смогла заглушить мой скандал и занять первое место по обсуждениям на долгие месяцы.
- Это Райдер?
Я задумалась на пару секунд и ответила предельно честно:
- Я бы поставила на герцога Марлоу. В его характере. Райдер он…
- Слабохарактерный? Внушаемый? Мямля, не смеющий возразить венценосному отцу?
Я вспомнила высокого мужчину с печальными глазами, которые он прятал за улыбками и легкомысленными шуточками. Симпатичный, хотя и не красавец. Скорее притягательный. С рыжевато-бронзовыми волосами (подарок от бабки по материнской линии), короткой бородкой и учтивыми манерами.
- Нет. Скорее отрешенный, но умный. Они с Дереком подолгу запирались в кабинете, что-то обсуждали. Он не похож на отца. Но может это к лучшему?
Слова закончились. Я и так сказала намного больше того, что собиралась. Странно, обычно я болтливостью не отличалась, а тут понеслось. Наверное, просто нервы и утро такое… нервное.
- Нам надо приступать к занятиям, Ваше высочество.
- Обращайся ко мне по имени, - отходя от окна, произнесла девушка, возвращаясь на диван.
- Не уверена, что это будет уместно.
- Я уверена. Меня раздражает твоё обращение. Чувствуется в нём какая-то издёвка и неуважение.
- Я бы никогда не посмела, - произнесла я, добавив в голос максимум искренности.
- Еще как посмела. Права была мать. Никакого уважения, страха и раболепства… давай заниматься, Корвил. На чём мы там остановились?