26. Богдан

Сладкая!

Я был прав, Булочка была просто наивкуснейшей! Я тот еще кобель, я разбираюсь в женской сладости!

Она вся сжалась, проваливаясь в подушку, когда я накрыл ее губы поцелуем.

Прикусил ее нижнюю пухлую губку, обвел сладкий ротик по контуру языком, проникая в него глубже. Утолив свое любопытство, я отпустил шею женщины.

Первый поцелуй с женщиной запоминается даже ярче, чем секс с ней. Это совсем другое удовольствие. Более чувственное, эмоциональное и интимное, чем совать в женщину член.

Обычно я с первого взгляда определял, хочу я даму или не хочу. Я б вдул — обзову это пошло, но кратко и ёмко.

Не зажглось у меня к Булочке с первого взгляда. Да и со второго тоже. А тут, распробовал!

Я чуть отстранился, заглядывая в ее лицо. Не хотел ее пугать, или давить на нее слишком сильно. Дал секунду, чтобы в себя пришла.

Булочка открыла затуманенные желанием глаза, они забегали по моему лицу растерянно, испуганно. Но уже в следующую секунду я почувствовал ее руки на своем лице. Она провела ладонями по моим небритым щекам и притянула меня к себе. Теперь она сама меня целовала. Неистово, жадно, с удовольствием.

Вот так, Булочка! Вот так, моя хорошая!

Стянул с нее одеяло немедленно. Хочу ее потрясные сиськи! Соскучился по ним, сил никаких нет! Их тоже нужно на вкус попробовать.

Эту женщину всю хотелось облизать, чтобы везде и все у нее попробовать!

Оторвавшись от губ Лены, я провел языком по ее нежной шее, вкусно пахнущей духами. Мне нравились ее духи. Яркие, сладкие, как сама Лена, но не приторные. Головокружительный и томный — вот как бы я назвал этот запах.

Булочка не противилась, когда я стянул с ее плечиков бретельки майки, нетерпеливо добираясь до ее грудей. Разорвал бы к черту эту хрень, да боялся по рогам получить за порчу чужого имущества и момент испортить.

Женщина ахнула, когда я втянул в рот ее сосок. Сначала на левой груди, затем на правой. Я с таким удовольствием мял, трогал, лизал эти холмики, упруго перекатывающиеся в моих руках, как будто они были самыми прекрасными в мире!

Блядь, возможно так и есть! У меня башню снесло от прелестей Булочки, поэтому вспоминать другие, чужие сиськи не было возможности.

Что у меня творилась в трусах, не описать словами. У меня лет десять не было такого четкого стояка. Боялся спустить в любую секунду. Одно неловкое движение и...

Сука, хочу ее прямо сейчас! К черту ее похудение! Все к черту! Не могу больше ждать! Оприходую Бульдозер прямо сейчас!

Девку тоже колбасило не по-детски. Лена стонала, дрожала в моих руках, вцепившись в простынь обеими руками.

Она с такой готовностью отзывалась на мои действия, что меня накрывало еще больше. Вот это темперамент! Это же чистый секс!

Когда я просунул руку в ее трусишки, где было мокро и горячо, как я и думал, как я и хотел, Лена протяжно всхлипнула и вцепилась руками в мои плечи.

Не вынимая руку из ее киски, я снова поцеловал женщину. Мой язык вошел в ее рот, а пальцы в ее узкую дырочку.

Лена простонала мне в губы, куснула меня слегка, и воткнула в мои плечи ногти, как кошка. Она так дрожала, что мне казалось, она сейчас кончит.

Мое чутье меня не подвело. Стоило мне хорошенько поработать внутри ее девочки пальцами, Лена выгнулась дугой, и я почувствовал, как она содрогается от оргазма.

Так быстро? Да, детка! Со мной у тебя в койке проблем не возникнет! Сейчас я так тебя трахну, что обо всех своих бывших позабудешь.

Я вынул из Лены свои пальцы и начал стаскивать с нее трусы.

— Что ты делаешь? — очнулась Булочка, как будто бы уже забыла о том, что хотела куни в моем исполнении.

— Лен, я хочу тебя, — сказал я, потеревшись своим горящим хером о ее бедро.

— Я не хочу! — встрепенулась она и принялась натягивать обратно свои трусики.

— Лен... Ты чего?

Все так гладко шло. Мокро и горячо. Что случилось?

— Будем трахаться, когда я похудею! — дрожащим голосом ответила Лена. Натянула трусики, спрятав свою девочку, а затем майку, спрятав свою грудь. Все от меня попрятала! — Сам сказал, что не будешь ебать центнер!

— Черт! Лена, да мне все равно! — оправдывался я, чувствуя, что сейчас яйца лопнут от перевозбуждения. — Я хотел тебя просто задеть! На самом деле, я не считаю тебя толстой!

— Все! Отвали! — буркнула Булочка, снова прячась от меня под одеялом. — Слово — не воробей! Трахнемся через пять килограммов, как договаривались!

Она отвернулась от меня и затихла.

Эгоистка сраная! Сама кончила, а я? Так ни хрена не пойдет!

— Отсоси мне тогда! — потребовал я выполнения и ее обещаний.

Пусть сосет, раз трахаться со мной стремается! Вовремя она о договоренностях заговорила.

— Я вообще-то болею! — напомнила Булочка, не оборачиваясь. — Можно я посплю? Что-то снова голова закружилась!

Сука чертова! Загнуть ее раком и отжарить, как следует, чтобы не выебывалась?

Вдруг, не врет? Вдруг, правда, плохо ей опять?

Блядь!

— Отдыхай, конечно, дорогая! — сквозь зубы процедил я, поднимаясь с кровати.

Вот уж не думал, что мне придется дрочить в ванной.

На Бульдозер!