Глава 4

Потом они уплетали персики, до которых юный разведчик оказался большой охотник, облизывали, не стесняясь, липкие от сока пальцы, бегали по очереди умываться, и, возвратившись в свой черёд из ванной комнаты, Варвара, интереса ради глянув на стол, приметила, что пёрышка-то больше и нет! Лишь несколько клякс на оставленном ими рисунке. А вот мальчишечьи пальцы и штаны заляпаны в чём-то чёрном, не просто так он, спохватившись, опять убежал к крану… Стащил-таки! Она хмыкнула. Просто интересно: для чего же этому шельмецу понадобилось лебяжье перо? И неужели сумел-таки укротить, уговорить на что-то? Ну-ну… посмотрим.

Несмотря на съеденные персики – а возможно, и благодаря им, поскольку у Вари после фруктов аппетит лишь разгорался – захотелось чего-то ещё. Час ужина, который здесь назывался обедом, давно прошёл, но, оказывается, оба заговорщика его пропустили. Паоло в тот момент искал место, где спрятаться на пари с Матеушем, а Варе есть не хотелось от частых перекусов. А сейчас как разожгло.

Поэтому они вместе отправились на кухню, проигнорировав столовую, где им, разумеется, накрыли бы по первому требованию, но… В царстве Мишлена было уютно по-домашнему и приятно сумрачно; после окончания официального рабочего дня и уборки шеф-повар, разогнав персонал, любил посидеть в своём личном уголке, оборудованном под маленький бар с небольшой стойкой и двумя столиками. Два шара-фонаря, мерцавшие на спинах миниатюрных грифонов по бокам стойки – вот и всё освещение. Местный владыка обожал коротать здесь вечера – когда с сигарой в зубах и газетой, когда за чашкой кофе… Правда, с курением в последнее время пришлось прижаться – после того, как Варвара, обнаружив и оценив по достоинству это гнёздышко настоящего кухонного покоя, повадилась сюда заглядывать, разумеется, не одна, а с другом Пашкой. Для них Мишлен в охотку готовил чудесный горячий шоколад и какой-то особый чай, а к последнему у него непременно находилось что-нибудь вкусненькое, экзотичное. Сегодня, например, он баловал гостей чудесными конфетками, глянув на которые Варя тотчас припомнила «соски Венеры» из книги незабвенной Джоан Харрис¹⁰. Каждый трюфель из каштанового пюре, глазированный горьким шоколадом, отсвечивающий пикантной вершинкой из шоколада белого, отдавал на языке прекрасной коньячно-ванильной ноткой и таял, таял…

Здесь, в этом царстве вечерней неги, секретничать не полагалось. Впрочем, они с Паоло успели обговорить всё, что могли, и напоследок назначили ежевечерний обязательный час для встреч, обмена информацией и корректировки планов. В общем, Варя, кажется, вновь почувствовала себя Матой Хари.

А потом, напившись от души шоколада и разомлев, Пашка уснул прямо за столиком, под понимающими взглядами Варвары и Мишлена – у того самого было трое внуков, таких же неугомонных, как нынешний хозяйский воспитанник, и способных после бесконечных дневных выкрутасов отрубиться на ходу, прямо где сидели или лежали. Трудно было удивить этого могучего и невозмутимого здоровяка; вот и сейчас – он только головой покачал, хмыкнул, сграбастал сопящего парня подмышку – и без особого труда донёс до спальни, где Варя похлопотала над ним немного да и оставила почивать.

Затем она вернулась на кухню, за свежим чаем и новостями. И просто посидеть ещё немного в тишине и уюте, пока Крис не проводит гостя.

Пожилой дворецкий, давнишний приятель шеф-повара и тайный сластёна, при виде её проворно вытер пальцы салфеткой и чинно взялся за остывающий чай. Варвара тактично сделала вид, что не заметила ополовиненной бонбоньерки: должны же быть даже у совершенного дворецкого свои маленькие слабости? Улыбнулась.

– А вы делаете успехи, ценьор Матеуш. Сами додумались до пари с нашим индейцем?

Так с её лёгкой руки уже весь дом за глаза называл герцогского воспитанника.

– Нужда заставит – и не то придумаешь, прелестная ценьора, – добродушно отозвался дворецкий. – Антуану нынче надо было докосить несколько лужаек; но вчера молодому ценьору вздумалось устроить гонки на газонокосилке, а заодно он успел разобрать интереса ради два техномагических блока. Правда потом собрал… в один. Служба сервиса полночи ломала голову над тем, куда подевались несколько запчастей, а ещё пуще – почему сей агрегат и без них работает, причём даже лучше… Воля ваша, ценьора, а пребывать в вечном страхе, не зная, что этот юный шалопай усовершенствует в следующий раз, я больше не могу. Поневоле включишь голову и начнёшь искать нестандартные пути. И как хорошо, что вы напомнили ему про извечные мальчишеские ценности вроде рогатки и полезных игр на свежем воздухе…

– Вроде пряток, – невинно подсказала Варвара. – А что, неужели никто так и не знал, где Пашка хоронился?

– Да про это дупло в старом дубе только ленивый не знает. Просто стараются и близко не подходить, чтобы себя не выдать. Ничего, там сейчас чисто, уютно, щели законопачены; пусть сидит хоть сутки напролёт. Силы у меня, конечно, уже не те, но голова соображает не хуже, чем в годы, когда приходилось исхитряться и отвлекать внимание молодого шалопая-герцога, от которого, рыдал иногда весь штат прислуги. Благо, шутки у него были незлые, но заставил вокруг себя побегать, ничего не скажешь…

Дворецкий блаженно прижмурился и как бы машинально сунул в рот очередной трюфель. Шеф-повар понимающе хмыкнул.

– Меня, конечно, в те времена здесь ещё не было, – громыхнул густым басом, – но как его светлость перчил и солил диетические морсы для своих бывших спутниц жизни, я помню. И как меня отстаивал перед каждой, что намеревалась выставить вон и заменить какими-то модными гламурными поварами. А видели бы вы, с каким аппетитом он пожирал у них на глазах торты и пирожные на каждый праздник! Бедолаги зеленели от злобы и давились своими салатами из проросших зёрен. И никто из них не то, что глазунью пожарить не умел – брезговали нос сюда сунуть. Так, недоразумение, а не женщины…

Разгорячившись, Мишлен не замечал страдальческих гримас дворецкого, который и так, и сяк пытался просигнализировать приятелю, что, мол, тема бывших жён, да при супруге почти состоявшейся – совсем не подходит для разговора. Наконец старик исхитрился вклиниться:

– И всё же не слишком весёлое было время. Но вот, поди ж ты – всего за какую-то неделю всё в нашем доме преобразилось.

Почувствовав, наконец, что сморозил что-то не то, шеф-повар смущённо крякнул.

– Оно так. Прошу прощенья, ценьора.

Варвара великодушно отмахнулась. Пригубила из чашки.

– Ничего. У каждого из нас своё прошлое, не выкинешь же…

И улыбнулась светло.

Неделю, уже целую неделю она царила в доме любимого мужчины!

А ведь поначалу, ещё в пути, всё не могла понять шуточки Эриха Марии о её предстоящем «нелегальном положении, конспирации, секретной миссии»… Но после серьёзного разговора в поезде осознала, что это не шутки, не подтрунивание, а ждёт её впереди самая настоящая нелегальность. И не только исходя из соображений безупречной репутации новой герцогини Авиларской, но в основном – безопасности ради. Поскольку, хоть, благодарение всем богам, Крис благополучно улепетнул из небесной западни, но охота на него вряд ли закончена. На представителя королевской семьи покушаются не для того, чтобы свести какие-то смехотворные счёты. Тут цель покрупнее – власть, право наследования… Конечно, у главного безопасника страны всё схвачено; заговорщики почти выявлены, нити от исполнителей к заказчикам почти перехвачены… Почти. Остаётся лишь накрыть сразу всех карающей сетью… насколько это позволят собственные силы и дипломатические возможности, ибо, как это часто бывает, за особо утончёнными и масштабными операциями частенько маячат тени коллег из аналогичных служб соседних государств. Далеко не всех можно арестовать, наказать, заставить ответить… увы. Но приструнить на несколько десятков лет, лишить мозгового центра, отнять сам повод замахиваться на Авиларский трон – о, это был бы настоящий подарок, заслуженный от Судьбы.

Вот только его задача, как профессионала, обеспечить, чтобы установление справедливости прошло без жертв. Или, если уж совсем не обойтись – с минимальными потерями.

А это значит, что ей, уважаемой Варваре Павловне, невесте и будущей герцогине, лучше пока побыть в тени. Дабы не вызвать нездоровый интерес со стороны противника. Магическая защита герцогского поместья совершенна, постороннему не подобраться ни с неба, ни даже из-под земли, и поэтому там – безопаснее всего. Не то, что во дворце, где, волей-неволей, приходится терпеть под боком несколько проныр-шпионов от соседей… Для чего терпеть? А чтобы время от времени сливать тонко отсеянную дезинформацию.

Поэтому наличие дублёрши не оказалось для Вари новостью.

Женщина, как две капли воды похожая на неё, жила сейчас в её покоях во дворце, присутствовала на званых обедах и официальных мероприятиях, сопровождала иногда на благотворительные концерты Элианор Илларийскую, а принцесс Светлану и Стеллу – на вернисажи и к доктору Алексу… Пару раз во время этих встреч эта ценьора даже мило улыбнулась герцогу Авиларскому, и тот, превосходно отыгрывая свою роль малознакомого родственника, отвечал вежливым поклоном и слегка заинтересованным взглядом.

Потенциальные невесты, готовящие, образно говоря, примерить освободившийся венец герцогини, заволновались. Да тут ещё известный журналист Тедди Тед подлил масла в огонь, всенародно раструбив, а кому-то и напомнив, что, вообще-то, нынешний Архимаг никогда не скрывал своего неравнодушия к «пышечкам». И вот случилось невероятное: на кондитерские, булочные, пиццерии, пирожковые, пончиковые и иже с ними заведения обрушился град небывалых заказов. Казалось, барышни столицы сошли с ума. Если раньше они изводили себя диетами и спортом до изнеможения, то нынче – поголовно рассиживали в кафе, дорвавшись, наконец, до вредных сладостей, отлёживались в пляжных гамаках, не отказывая себе ни в шоколаде, ни в хрустящих куриных крылышках и свиных рёбрышках… Мода на воздушность стремительно пала.

Варя же, тихо посмеиваясь, дружески показывала воображаемым соперницам фигу в кармане, ибо уже шилось чудесное платье для венчального обряда, и обговаривалось меню праздничного обеда, и рассматривался список приглашённых для самой-самой скромной свадьбы… человек на сто пятьдесят, меньше никак. Но, несмотря на пугающие масштабы мероприятия, невеста твёрдо заявила: на свадьбе – никаких дублёрш!

А пока что она каждое утро изучала сводку-отчёт от своего второго «я», проверенный предварительно Эрихом Марией: места посещения, встречи, диалоги, важные сведения о новых знакомых и прочая, и прочая, и прочая… Она даже удачно прорвалась сама к доктору Алексу, и не только в качестве группы поддержки, но и себя, так сказать, предъявить. Ибо с первого же её появления в клинике стала любимейшей и обожаемой пациенткой Александра Розенблюма, для которого возможность курировать уникальное развитие змеемажиков, да ещё и крылатых, было подобно обретению Эльдорадо, Земли Обетованной и всего, что может найти на этом свете учёный медик.

И ещё ей удалось-таки посетить свой дом в Переулке Надежды. Получить целый ворох дизайнеровских проектов и рекомендаций от строительных фирм, умилиться и расстрогаться от внимания Кристофера к её интересам, открыть счёт в банке, назначить собеседования будущим поварам и администраторам, заручиться согласием Мишлена на консультацию при отборе кандидатов… Жизнь даже в законспирированной форме существования била ключом. Страшно представить, какой ураган бушевал бы вокруг Варвары, перейди она на легальное положение.

А тут ещё этот бал-маскарад в честь ненаследных принца и принцессы… Тоже, можно сказать, не развлекательное, а полуофициальное мероприятие, причём, с представителями прессы, ибо именно в этот вечер планировалось объявить о грядущем прибавлении в семействах обоих принцев. И, как апофеоз, о том, что будущий наследник Михаэля – долгожданный новый змеемаг.

Это будет фурор, обещал Эрих Мария.

…Как бы освобождаясь от воспоминаний, Варя тряхнула головой. Протянула Мишлену пустую чашку.

– А теперь са-амого слабенького, а то не усну… Спасибо.

И хитро сощурилась. Была у неё одна мыслишка. Хотите узнать про наши маскарадные костюмы, дражайший Эрих? Узнаете, всему свой черёд. Но только и у нас, русских девушек, есть свои секреты, и не каждому мы их раскрываем. Ибо… как там поётся? Должна быть в женщине какая-то загадка.

И мило покраснела, не совсем к месту подумав, что ей так и так нынешней ночью спать не придётся. И вовсе не по вине крепкого зелёного чая.

Вот чёрт, хочется чего-то кисленького. Гранатов, что ли…