Глава 17
…Бал!
Юные Авиларские девы, как и их молодые матери, либо уже немолодые почтенные матроны-тётушки – все с одинаковым рвением застывали у зеркал, выискивая несуществующие огрехи в туалетах, подбирая драгоценности, принимая фотогеничные позы, отрабатывая улыбки. Попадание в высшее общество, как таковое, их не особо будоражило: они сами принадлежали к элите элит и вдосталь насмотрелись на себе подобных. Но уже давно королевская семья не устраивала грандиозные балы и празднества, ограничиваясь, в основном, приватными вечеринками, на которые-то и пресса, если допускалась, то лишь из политических соображений: дабы столица убедилась, что в Семье покой и гармония, как и полагается… Если на подобные рауты собиралось человек двести-триста – то и хорошо; а ведь в былые времена в Большом бальном зале собиралось до трёх тысяч гостей!
А теперь, похоже, старые традиции возвращались. Пусть не в прежних масштабах, но лиха беда начало…
Помимо родственников и друзей Семьи, приглашения облетели знатнейших аристократов, а также финансистов, военных, промышленников, коммерсантов… Не обошли вниманием представителей наук и искусств. Одним словом – Ремардини в очередной раз доказывали, что ценят в своих подданных не только титулы и родословные, но и умение трудиться на благо себя и отечества, на какой бы почве не произрастали таланты, данные от рождения.
И уж, разумеется, приглашены дипломаты соседних государств и миров. Как без них.
…Бал!
Все до одной юные девы мечтали хотя бы потанцевать с принцами и герцогами. С настоящими принцами! Ничего, что те уже несвободны: зато пофлиртовать с ними, обратить на себя внимание ненавязчиво, убедиться в собственном очаровании… После чего, без сомнения, сдадутся и уронят сердца к хорошеньким девичьим ножкам цели попроще, рангом и титулом пониже, но имеющие неоспоримое достоинство – пока холостые. Молодые маменьки дев жаждали новых знакомств и интрижек, а наипаче – увидеть свои фотографии на страницах светской хроники. Отцы, дядья и братья предвкушали налаживание новых деловых связей в верхах, возможные романтические встречи, куртуазные приключения под масками…
…Бал!
Тедди Тед, которому предстояло в скором времени тенью носиться по залу и саду, собирая «натуру» для грандиозного репортажа, сейчас ничего не думал и ни о чём не мечтал. Он по-простецки дремал, изрядно притомлённый сегодняшней пресс-конференцией и событиями после, ведь невозможно было оставить без внимания мини-землетрясение и его последствия! А катастрофа с установкой? Как же не побывать на месте происшествия первым! В общем, упахался. Но, как профессионал и как хороший солдат, приказов начальства не обсуждал: сказано – репортаж из дворца представить к утру, значит, будет к утру. Однако, подражая тому же бывалому солдату, Тедди умел любую свободную минуту использовать для отдыха впрок. Журналист-легенда, любимец столицы, фанат герцога Авиларского, накануне боя прикорнул в одной из садовых беседок дворцового парка, окончательно убедившись, что стационарные и передвижные камеры расставлены в намеченных точках, проверены службой безопасности, что три оператора и три помощника знают, что им делать, а до начала приезда первых гостей ещё целый час… В дворцовой столовой для служащих, кстати, ребят покормили от пуза, и это хорошо, потому что работать сперва над съёмкой, потом над монтажом предстояло до утра, а запасённые группой бутерброды уничтожились ещё в Геомузее. Да и вообще – было просто приятно, что о них позаботились. Не раз бравой команде хроникёров приходилось общаться с аристократами и миллионерами в их пенатах, но редко кому из хозяев приходило в голову предложить «киношникам» хотя бы стаканчик чая…
Тедди отправил ребят отдохнуть, а сам, растянувшись на резной скамейке, потёр глаза – и честно попытался одолеть полстраницы из прихваченной из редакционной библиотеки книженции о мифических существах. Почему-то его заинтересовала иллюстрация духа земных недр. Очень заинтересовала. И вкупе с кое-какими интересными сведениями, полученными от работяг музея, с уже известными аналогичными фактами – наводило на размышления. Собака… Огромный собачий хвост, сплющивший хвалёную сейсмоустановку…
Но усталость взяла своё, и довольно скоро Тедди Тед отключился. Впрочем, ненадолго. И сон его, как у настоящего солдата, был чуток.
…Бал!
Эрих Мария Ремардини, глава службы безопасности, после особой медитации на закат, дивно наблюдаемый с его башни-маяка, был свеж, готов к бою и, как ни странно, наконец, спокоен. Внутренняя тревога больше не снедала его, ибо он, по примеру восточных мудрецов, сказал с чистым сердцем: всё, что в человеческих силах, я сделал, а сверх того – не в моей власти. К тому же, интуиция, верная подруга любого эмпата, твердила, что успех неизбежен, мало того – закономерен. Стало быть, оставалось только в этот успех верить – и ваять его потихоньку, шаг за шагом воплощая намеченное.
Ещё за сутки до начала операции его людьми было снято с дворцовых крыш и башен три снайпера Костикорской и Суольской контрразведки; перед установлением защитного купола извлечено подслушивающих и подглядывающих устройств без счёта; изъяты из штата прислуги давно известные и только что выявленные перебежчики. Пришлось даже устроить выезд за город одной из фрейлин, пока что лишь подозреваемой в шпионаже… Так оно спокойнее. Амулеты для массового переноса гостей, прислуги и музыкантов заготовлены, площадка для фейерверка приспособлена вместить сразу всех эвакуированных. Наблюдатели, в том числе и оборотни, дежурят на местах, и предусмотрена их сменяемость – во избежание усталости и притупления бдительности.
…Бал!
Не всем он кружил голову предвкушениями и мечтами, не всех, как видите, радовал… Надолго заперлась в своих покоях королева Элианор – горюя, как предполагали фрейлины, о погибшей крестнице. Но никто не сомневался: Её величество в назначенный час появится перед гостями в блеске красоты и без малейших следов скорби на лице. Свою роль она отыграет безупречно. А там, возможно, даже наденет траур, но после, после…
…Бал!
Варвара Пална перечитывала программку… и тихо ужасалась.
Ага, сбор гостей назначен к половине девятого, открытие – в девять вечера. Чтобы, значит, к этому времени все подтянулись, ведь опаздывать к выходу короля с королевой очень неприлично! Первая часть – в костюмах традиционных, эпохи нынешнего Позднего Средневековья, танцы чинные: полонез, вальс. Какое счастье, что знание танцев заложено в программу обучения волшебного поезда!.. После мазурки – торжественное объявление об ожидаемом пополнении в королевской Семье, всеобщее ликование и ужин в Большой Парадной столовой, на тысячу человек!
Варя сперва ужасалась и думала: это ж прорва народу, неужели все разместятся? Но потом прикинула: ага, даже если подсчитать, к примеру, учеников гимназии их провинциального городка… Условно возьмём по три класса на каждой параллели, да помножим на одиннадцать. Да плюс преподаватели… Вывести на линейку весь школьный состав – вот оно и получится, около тысячи человек. Не так уж и нереальны большие цифры, когда их оживляешь. Разве что на балу, конечно, взрослых будет гораздо больше детей, но возни с ними не меньше.
…После ужина – продолжение веселья до утра: тут уже со сменой костюмов на маскарадные, для чего, собственно, всё и затевалось.
А вот в какой части праздника – маскарадной или карнавальной произойдёт решающая встреча…
Варвара сперва путалась с этими определениями. В её представлении «маскарад» и «карнавал» представлялись одним и тем же. Тем не менее, как разъяснил Кристофер, разница была. Маскарад подразумевал, разумеется, ряженых в необычные костюмы участников, прячущих лица под масками; карнавал – шествие всей этой весёлой компании с музыкой, плясками и танцами по городу; тут же – конфетти, серпантин, пускание петард – одним словом, веселье на свежем воздухе. А поскольку господа синоптики в один голос твердили, что бальная ночь будет аномально душной – вторая половина праздника перенесётся в огромный королевский сад, где есть место и музыкантам, и танцевальным площадкам, и столикам с угощением…
Про вторую карнавальную часть Крис упомянул как-то вскользь, задумавшись, из чего Варя сделала вывод: в планах больших мальчиков ничего не поменялось. Встреча с хмырём-охотником-на Авиларских ожидается таки в бальном зале, под балконом. Значит – в первой части Марлезонского балета, для которой у неё заготовлено великолепное платье с настоящим кринолином, обшитое неувядающими розочками.
В первой части…
Для Пашки, кстати, пошили великолепный камзольчик, который он, кстати, наотрез отказывался напялить, пока его не переделали в парадный мундир адмирала, снабдив треуголкой, ботфортами и настоящей миниатюрной шпагой.
А леталку парень всё равно взял с собой, хоть лазанье по крышам, вроде бы, не намечалось. Прихватил на счастье. Сказал, что покрашенное земными акриловыми красками перо принесёт ему удачу.
Что ж, ещё одна толика удачи никогда лишней не будет. Варя не возражала. Даже, когда заметила, что шустрый малый сунул за пояс под адмиральский мундирчик свою знаменитую рогатку.
…Итак, бал!