Глава 4

– Дрянь безмозглая!

Дамиан замер за углом.

А голосок-то знакомый…

– Ты хоть представляешь, сколько это кружево стоит?!

– Рента, простите!

– Прибью, тварь негодная!!!

И звук пощечины.

Дамиан нырнул в нишу, которыми так предусмотрительно оборудуют королевские дворцы. Шаг – и его почти не видно… точно его не увидит девчонка, которая пробежала, держась за щеку.

А щека-то на глазах распухает…

Дамиан выпрыгнул из ниши, сделал несколько шагов и убедился в своей правоте.

Голос доносился из комнат ренты Валентины. Войти?

Можно попробовать…

– Разрешите?

Валентина была у себя. И с ней никого не было. А вот и платье, лежит рядом с ней, на кушетке.

– Рента, вы позволите? Что с вами, вы расстроены?

– Нет-нет, ваше высочество, ничего страшного.

– А все же?

– Это не стоит вашего внимания.

– Может, я могу помочь? Шикарное платье, вы хотели его надеть сегодня вечером? Вы будете неотразимы…

И Валентина не выдержала.

– О да! Хотела… теперь не могу!

Платье было богато украшено кружевом. И вот даже на взгляд Дамиана было заметно, что одна из манжет как-то перекосилась…

– Что это?

– Косорукие слуги! Я даже не представляю где найти такого мастера, это ренийское кружево…

– Я уверен, вы будете хороши в любом наряде!

– Ваше высочество, благодарю за утешение…

Дамиан обронил еще несколько фраз – и откланялся. Кое-что он уже увидел.

И увиденное ему резко не понравилось. Надо еще немного приглядеться, но даже сейчас девяносто восемь из ста за то, что королевой Валентине не быть.

Он – принц, а подобного отношения к людям себе никогда не позволит. Это просто мерзко… так срываться на тех, кто от тебя зависит.

Гнилая девица, иначе и не скажешь.

* * *

– Лидия, ну почему я должен за тобой следить, как за маленькой?!

Риберто был разгневан на супругу, правда, гневаться как следует не получалось. Рука не поднималась. И так несчастная дурочка наказана.

Вот как?!

Боги, ну объясните хоть кто-нибудь, как умная и серьезная женщина может в вопросах возраста быть такой непроходимой дурой?!

Жена – прекрасная! Мать – замечательная! Как королева вообще выше всяких похвал! Но стоит дойти до омоложения, и у Лидии отключаются все предохранители. Какие там разумные мысли?! О чем вы вообще говорите?!

Скажите ей, что можно чудесным образом помолодеть хотя бы на пару лет, и Лидия помчится за чудом, теряя тапки! И не объяснишь ей, что НЕ БЫВАЕТ такого! Что за любое чудо чем-то платить придется!

– Берто, я не думала…

– Это заметно! – рыкнул король. – Отличились! Обе! Завтра же твою Люси отправлю куда подальше!

Было, было отчего яриться королю.

Одна дура подбила другую дуру, и количество денег, и статус тут роли не играют! И ведь удрали, и попали к какому-то шарлатану, и вот он – результат! Налицо!

Морщины-то на лице и правда исчезли! Потому что само лицо раздулось малым не в два раза! Кожа гладкая, блестящая, как на ботике, вся аж лаковая, каждую пору видно! Каждую точку!

И капельки воды проступают!

Пообещал шарлатан, что морщин не будет? Так их и нет! И лица толком нет! Нос не видно, рот не открывается толком, глаза как щелочки! И у второй идиотки то же самое!

Магов Риберто уже пригласил, будут восстанавливать морды, но ведь это тоже воздействие на организм! Почему есть магические лечебницы, но есть и обычные? Да потому, что магией тоже надо уметь пользоваться, иногда проще таблетку дать или припарки сделать. Тех же пиявок посадить! А не накачивать человека чужой энергией, которая еще как приживется и какие потом последствия даст!

– Берто!

– И не спорь! Думать надо! А не бросаться к первому же попавшемуся шарлатану! Думать!

– Я просто хотела…

– Понимаю. – Риберто чуточку смягчился и присел рядом с женой. Взял за руку, заговорил более ласково. – Лидия, милая, стареть тоже надо уметь. Возраст надо принимать с благодарностью, тогда он тебя не испортит. Да и так ты прекрасно выглядишь, ты очаровательная и умная, ты добрая и ласковая… мы тебя все любим.

Увы.

С тем же успехом он мог бы уговаривать бетонную стену подвинуться. Риберто и сам видел, он говорит, а у Лидии в глазах одно и то же.

Молодость!

Хочу вернуть молодость!

Был этот шарлатан? И до него были, и после него будут! Когда дело идет о красоте, у женщин отказывает всякий разум! В абсолюте!

Конечно, не у всех. И при дворе хватает нормальных баб, которые не надувают себе губы, как мелководный губастик[7], и не натягивают кожу, и принимают свой возраст как есть.

Лидия к ним не относится. Вот все в жене идеально, все его устраивает, но… его! Не жену! И докричаться, объяснить, донести что-то до Лидии не представляется возможным!

Остается только смягчать последствия.

Есть вещи, над которыми и короли не властны. Ты можешь поднять налоги или начать войну, но утихомирить стремление женщины к красоте и молодости? Нет, с войной все же проще.

* * *

– Рена Слифт?

Молодой человек, стоящий на пороге, Ариссе понравился. Впрочем, ей все молодые люди нравились. И так же почему-то не нравились девушки. Даже странно – и что не так?

Хотя парень и сам по себе мог понравиться кому угодно. Высокий, симпатичный, с шапкой густых черных волос, с блестящими серыми глазами и белозубой улыбкой. Дорогой костюм подчеркивал ладную фигуру, на ногах блестели начищенные ботинки.

Конечно, хуже Симочки, но Симочка вне конкуренции. Симочка – это небо и звезды, до него по определению не дотянуться даже принцу Дамиану.

– Да. А вы, рент?

– Рент Леон Ройер, к вашим услугам, рента.

Арисса его вспомнила сразу.

– Вы… вы жених Мирочки?

– Да. Был женихом.

– Боги, какое горе! – всхлипнула Арисса и пала на грудь несчастного парня. – Какое УЖАСНОЕ горе!!! Я даже не представляю, как Мирочка могла… ну почему, ПОЧЕМУ она сбежала?

Леон, на которого навалилась увесистая тушка и теперь активно рыдала где-то в районе диафрагмы, как раз это мог понять. Уже от волны запаха, который вырвался из дверей дома, сбежать хотелось. Далеко и быстро.

И вроде бы ничего такого, что-то жареное, печеное, какие-то чистящие средства, но… но все вместе было невообразимо душным и почему-то напоминало о козлином стаде. И этот пронзительный вой на одной ноте…

Оторвать от себя Ариссу за шкирку и встряхнуть?

Брат бы так и сделал, но Леон-то и не родственник, и младше, так что он стоически выдержал и слезоразлив, и причитания, и рассказ о том, как страдала Арисса…

И только потом смог войти в дом.

Арисса захлопотала вокруг гостя, усаживая его на лучшее место и предлагая чай такой крепости что от одного глотка, казалось, язык обугливается. Или такой же «вкусный» кофе.

И обязательно – печеньки.

Леон посмотрел на кусочки теста, которые лоснились от жира, и кашлянул.

– Рена Слифт…

– Ой, да что там! Зови меня просто – тетя Ари!

– Рена Слифт, я не голоден!

– Ну как ты можешь быть с дороги – и не голоден? Такого не бывает!

– Я пообедал в ресторане, – попробовал надавить голосом Леон.

Арисса ахнула и всплеснула руками.

– Ой, ужас какой! Мальчик, да ты там отравишься невесть чем! И за такие деньги… это же с ума сойти! Ты надолго к нам?

– Как получится, – задумался Леон.

Он-то ехал за Мирандой. Дориан Цоффер ему так и сказал, мол, вперед, в другой город, поухаживай там за дочкой, а потом вместе и домой вернетесь. Романтика, цветочки, все такое…

Он приезжает, а Миранды нет!

Юрлих?

Может, и его происки, но Дориан обещал с ним разобраться как следует, чтобы неповадно было на порядочных девушек глаза свои раскладывать завидущие! Так что…

Куда делась Миранда?

Это предстояло выяснить, но с чего начинать, Леон попросту не знал. Решил – с беседы.

– Тетя Ари… – Хоть горшком ее назвать, лишь бы помогала, а не мешалась. – Тетя Ари, скажите, Миранда ничего такого не говорила… про меня или про этого своего… сапожника?

– Н-нет.

Все верно, диалоги с Ариссой сводились примерно к одному. Ее монологу о Симочке и Ариссиных невзгодах, с легким вкраплением слов собеседника. Обычно самые устойчивые вставляли «да-да», «вы правы» и «ах, как это верно» и старались побыстрее ретироваться. Остальные просто хватались за голову (сердце, печень, челюсть, смотря, что первым реагировало на Ариссу), и старались побыстрее удрать. Миранде удрать было некуда, поэтому сколько могла – она молчала.

Делиться чем-то с Ариссой?

Только через ее труп! Ариссы, в смысле.

– Тогда куда она могла деться?

– Леончик, Симочка считает, что Миранда сбежала сама.

Точнее, так считал Симочкин начальник, но рента Ноэля Арисса уважала. Ах, такой мужчина… жаль, супруга о нем плохо заботится.

Леон, неожиданно даже для себя, грохнул кулаком по столу.

– Она не могла сбежать!

– П-почему? – удивилась Арисса.

Документов нет, денег нет, украшений… а платья, наверное, можно и оставить? Она точно не знала, но ведь у нее-то платья не пропадут? Она все вернет Доричке, а тот – Мирочке.

– Миранда знала, что я к ней приеду!

Даже с точки зрения Ариссы это звучало неубедительно. Мало того что от любимого человека (ладно-ладно, проходимца, заморочившего бедной девочке голову) услали, так еще и Леон приехал. Вот Миранда и взбрыкнула. Молодежь, они такие глупые, не понимают, что старшим всегда виднее! Ариссе – точно!

– Может, она потому и сбежала? – предположила женщина. Разогнавшийся Леон остановиться не успел.

– И этот ее… Юрлих… сейчас в тюрьме.

– К-как?

– Вот так!

Показалось Ариссе или в решительном голосе проскользнула смущенная нотка? Ну… наверное, показалось. Нельзя же у нас человека в тюрьму просто так бросить, чтобы не увивался за чужими девушками?

Точно, нельзя!

Умная Арисса сразу и подумала вот еще о чем…

– Леончик, а Мирочка могла узнать, что случилось с этим ее… Аланом Юрлихом?

Леон задумался.

– Могла? Или нет? Или кто-то из подруг…

Арисса пожала плечами.

– Ах, молодые девушки такие безрассудные. Могла она отправиться его выручать?

Леон аж задохнулся от возмущения. Но…

Могла?

Или не могла?

Или…

– А она тут с кем-то общалась?

Арисса выразительно пожала плечами.

Так-то она за Мирандой следила, но ведь записочку передать или пару слов шепнуть – много ума не надо? Верно?

Это понимал и Леон, потому что принялся активно чесать затылок.

– И что мне тогда делать дальше?

Арисса тоже не могла ответить на этот вопрос, но точно знала – при любых проблемах надо сначала покушать, а потом поспать. Тогда и решать их будет легче.

– Ну… может, ты подождешь тогда Симочку и вы с ним поговорите? Не просто же так полиция это решила?

Леон подумал пару минут.

– Хорошо. А пока проводите меня в комнату Миры, я должен все осмотреть.

Так Арисса и сделала. Хотя что там собирался найти мальчик, она так и не поняла. Да и сам Леон тоже. Просто надо же было что-то делать…

– Леончик, а где ты остановился?

– На постоялом дворе.

– Симочка придет, сходите за твоими вещами. Поживешь пока у нас.

– Нет.

– Что значит – нет? Мы же, считай, родня!

Леон представил себе родственную жизнь рядом с Ариссой Слифт, и бедолагу замутило. Воистину, чем родные дальше, тем их больше любишь. С Ариссой можно и вообще на другом континенте, любовь прямо-таки гранитной крепости будет.

– Я уже оплатил за неделю!

– Так тебе вернут деньги, Симочка поможет!

– Рена Арисса, давайте пока все останется так. Мне надо найти Миранду. Но я подумаю над вашим предложением, хорошо?

– Да, да, конечно!

Арисса снова засуетилась вокруг дорогого гостя, но пользы от этого не было – увы! – никакой.

* * *

– Кого я вижу! Рент Вебер! Мое почтение!

Говоривший раскланивался совершенно искренне. И почтение выражал тоже.

Наверное.

Только Марко слова не обманули, видел он, какие злорадные искры плясали в глазах управляющего. Так вот зайдешь в бордель, снять стресс, а на тебя смотрят… и стресс увеличивается пропорционально.

– Кто из девочек свободен?

– Одну минуту, сейчас узнаю, рент Вебер.

Управляющий скрылся за дверью, прикрыл ее за собой… Марко в ту же секунду скользнул за ним, крохотной щелочки хватило.

– Лизочка, к нам обоссун пришел! Кто из девочек справится?

– Чтобы не смеяться в голос?

Дальше Марко и слушать не надо было.

Обоссун?!

Вот даже как?!

Ах ты ж…

Кое-как рент Вебер вернулся в кресло, сжал кулаки так, что костяшки побелели.

Обоссун…

Мерзкое слово ввинчивалось в виски, кололо раскаленными иголками. И можно не обольщаться, теперь весь город говорит о том же!

Все, все…

Бордели, трактиры, обычные люди…

А ведь ему еще от отца дела принимать! Это Пол может отсюда уехать – и его забудут, а Марко останется. И как?! Как ему здесь жить, если он знает, что говорят у него за спиной?

Дверь открылась, в комнату скользнула девушка и подошла к Марко. Поклонилась.

– Инесса, к вашим услугам, рент.

Инесса была хороша.

Рыжие волосы, распутные карие глаза, пышные формы… и если бы не плясали на самом дне карих глаз насмешливые огоньки…

Шлюха?

Зато не посмешище всего города.

– Пойдем, дорогуша, – промурлыкал Марко, вставая из кресла. – Говоришь, к моим услугам? Вот и ладно, сейчас ты мне услужишь…

Инесса была действительно опытной шлюхой, выражение ее лица никак не изменилось. Впрочем, орала она в эту ночь не только от страсти.

Марко развлекся по полной. И Инессе пришлось даже брать выходные на несколько дней, чтобы все зажило. Но выходные были хорошо оплачены, клиенты ей попадались разные, так что…

Инесса даже морально не сильно-то пострадала. А вот Марко с утра отправился к Фабиану.

– Я согласен. Даже если вдвоем будем делать.

Друг оглядел его и плеснул в бокал арценте.

– Пей. И я выпью, а то от твоего перегара закусывать хочется.

– Спасибо. – Марко одним глотком опрокинул дорогой напиток.

– Убедился? Нам спокойной жизни не дадут.

– Согласен.

– А раз согласен, тогда слушай. У меня есть план…

* * *

Дамиан кивнул брату и получил в ответ такой же неприязненный взгляд светлых глаз.

– Базиль.

– Дамиан.

И того бы много, но надо хоть видимость родственных чувств показывать.

– Мальчики, ну что вы стоите такими буками? – Ее величество покачала головой. – Вы друг у друга родные, вы друг друга должны поддерживать.

Увы, не подействовало.

Дамиан твердо был уверен, что от Базиля можно дождаться только ножа в спину.

Базиль тоже не собирался помогать брату. Вот если тонуть будет… тогда поможет. Кирпичом кинет или от берега оттолкнет…

Какая уж там братская любовь! Или это и есть – братская?[8]

Мать никто не хотел расстраивать, а потому выражения на лицах сменились с натянутых на радушные, появились улыбки…

– Как у тебя дела, братец?

– Скоро уеду, – отмахнулся Дамиан.

– А что тебя привело к матери? Опять дела государственные?

– Дэм решил жениться, – сдала его с потрохами мать.

Дамиан внутренне стиснул зубы, но промолчал.

– И на ком же? Хотя нет, дай я сам догадаюсь. Неужели на Валентине?

– Базиль, ты у меня такой догадливый! – расцвела улыбкой королева.

– Просто она единственная из твоих девушек, кто подходит по возрасту, положению, состоянию, чего тут гадать? – фыркнул сынок. – Женись, братец. Горя знать не будешь!

– Радости – тоже, – тихонько хмыкнул Дамиан.

Нескольких дней ему хватило с лихвой. Пригляделся, оценил…

Валентина ему решительно не подходила. За красивой внешностью прятался расчетливый ум. Оно и неплохо, когда б она рассчитывала не только свою выгоду. Но… на всех Валентина смотрела с одной и той же позиции.

Выгоден ей человек?

Оставляем.

Невыгоден? Растопчем и выкинем.

Для купчихи оно и подойдет, но для королевы? Дамиан никакими силами не перекроет ее поганого характера. Королеву должны любить.

Валентину любить не будут, рано или поздно она против себя всех восстановит. Дамиан видел, как она обращается со слугами, как лебезит перед теми, кого считает выше себя, как унижает остальных… такое ему дома не нужно. И во дворце не нужно. И вообще…

Мать ее терпит?

Вот и ладно, а он терпеть не станет.

Базиль, прищурившись, наблюдал за братом.

Кажется, Валентина братику не понравилась. И через пару дней Дамиан, махнув хвостом, уплывет к другим берегам и другим красоткам. А если немножко вмешаться?

Наверное, будет интересно…

* * *

С работы Элисон пришла опять поздно, и устала зверски. Но как тут уйдешь к себе, когда тебя встречают, и чай уже заварен, и пирожки в вазе на столе? И ты сама для них начинку делала, вчера же, с реной Астрид? Только вот вид у рены грустный и обеспокоенный.

– Лисси, детка…

Просто так рена Астрид беспокоить не станет, тем более в будни, подождала бы до выходных, значит, дело серьезное.

– Что случилось, рена? – Элисон уселась за стол и посмотрела прямо в глаза своей домовладелице.

– Беда, детка…

– Чем я могу помочь?

Рена Астрид даже слезинку сморгнула.

Ну до чего ж хорошая девочка! Без торга, без рассуждений, без выламывания рук – чем она может помочь?

– Вот я и не знаю, детка… давай я тебе сама все расскажу?

Элисон кивнула и приготовилась слушать.

Арисса опустила глаза.

– Помнишь рену Ханну?

– У нее все в порядке?

– Да. Сейчас речь скорее пойдет не о ней, а о ее районе.

Элисон кивнула.

Помнила она тот район, она бы там ночью гулять не хотела.

– У меня там есть еще одна подруга, рена Вирн. Мы с ней в храме видимся, дочка у нее такая хорошенькая, как цветок, в храме поет…

Элисон кивнула.

Рена Астрид подвинула к ней чашку чая и блюдо с печеньем.

– Да ты кушай, детка. Завелась у них в районе какая-то гадина. Бегает в плаще, распахивает его и молоденьким девушкам показывает то, что ему бы оторвать надо!

Элисон хмыкнула, но больше никаких чувств не проявила.

Ну знала она о таком явлении. И что? В столице и не таких уродов хватает. Кто-то бегает, а кто-то и не успевает убежать, это уж как повезет. Случается…

– Вот эта погань и встретилась Люси, когда та домой шла. А оно еще и руки поганые тянет!

Элисон скрипнула зубами. Это ей уже меньше понравилось.

– Люси упала в обморок, а когда очнулась… чудом девочку нашли до того, как она всерьез замерзла и разболелась. Нет-нет, ничего он с ней не сделал, но говорить она не может, и петь тоже. Плачет, заикаться начала… чуть что – истерика.

Элисон вздохнула.

– А что лекари?

– Вызвали лекаря. Тот сказал, с этим разве только маг справится. А как им мага нанять? Ром – шахтер, Элси, жена его, тоже бьется как рыба об лед, вышивает, да только вот ниткой и иголкой много не заработаешь. Чай, у нас не столица… скажи, я понимаю ты огневик, но, может, учила что-то… вот с Кирстен ты же смогла помочь…

Элисон потерла руками лицо.

– Давайте сейчас к ним и сходим, рена Астрид. Надо смотреть, а там уж и решать, что сделать, что не сделать…

– Спасибо, детка. Я понимаю, ты и время, и силы тратишь…

– Ну так что ж теперь – девочке без помощи оставаться? А этому поганцу так и бегать? – хмыкнула Элисон.

Сейчас, когда у нее на счете была крупная сумма, она могла относиться к жизни намного спокойнее. Всех денег не заработаешь, а справедливость тоже должна быть. И бить.

Некоторых – ногами и больно.

* * *

Шахтерский дом.

Квартирка из трех комнат… скорее клетушек. Но как же ее старались сделать уютной! Везде вышивки, салфетки, скатерть, шелками шитая…

– Это вы сами? – заинтересовалась Элисон.

– Да, – кивнула хозяйка.

– Вы свой талант хороните, – убежденно сказала девушка.

Вышивка из осенних листьев на ветру была не просто со вкусом подобрана, но и безукоризненно выполнена – в столице такие работы с руками оторвут и золотом заплатят.

– Ох, да где та столица, а где мы. – Рена Элси выглядела безнадежно усталой.

Элисон только головой покачала.

– Ну-ка не надо! Сейчас давайте девочку посмотрим, а потом и с вами поговорим?

– Давайте, – кивнула рена. – Вы уж простите, рента Баррет, Астрид хоть и сказала…

Элисон подняла руку, останавливая словесный поток.

– Я бы ради своего ребенка на гору залезла и ту гору до основания срыла. А вы всего лишь меня потревожить решились. Ничего в этом страшного нет. Сколько дней назад это произошло?

– Четыре дня.

– Надо было звать раньше! Где девочка?

Ответом ей был кивок в сторону одной из комнат.

Туда Элисон и направилась, слыша за спиной сердитый шепот рены Астрид.

– А ну, прекрати выть, дурища! Сопли подбери! Расклеилась на глазах у детей!

Дальше Элисон уже не слушала. Она прикрыла за собой дверь, глядя, как под одеялом в тугой комок свернулась девочка.

– Здравствуй…

Самая капелька силы в голос.

То, что можно добавить, даже не снимая ключика. Вот ведь забавно, рена Астрид нашла ей дело как раз по специальности. Но…

Одеяло медленно и осторожно откинулось.

Девочка действительно была хорошенькая, как куколка. Золотые волосы, огромные карие глаза… само очарование. Даже сейчас, с распухшим красным носом.

– Ре-ре-рент-т-т-та?

Заикание было очень сильным. И Элисон внимательно вгляделась в карие глаза девочки.

М-да.

Сильно ж эта погань малышку напугала, тут легко не отделаешься. Ну да ладно, семь бед – один ответ…

– Я лекарь, – улыбнулась Элисон малышке. – Сейчас я дам тебе волшебных капелек, и ты уснешь, а когда проснешься – все будет хорошо.

– Та-та-так н-н-н-не б-б-б-ыв-ва-ва-ет…

– А у нас будет. Поспорим? – улыбнулась Элисон.

И подошла к двери.

– Рена Элси, можно мне стакан с водой? Пожалуйста. И не беспокоить нас. Даже если дом будет рушиться.

Астрид, глядя в глаза девушке, подняла бровь.

Элисон кивнула.

Да, она может помочь, она поможет, но не надо ей мешать и лезть под руку. Хорошо?

Ответа она и не ждала, и так было ясно, что рена Астрид в комнату никого не пустит. Хоть тут лично король явись!

Стакан воды себя долго ждать не заставил. Элисон достала из сумки капли и отсчитала две штуки.

– Пей. Все будет хорошо.

Девочка послушалась. А через пару минут и засопела носиком. Сонное зелье было сильным, Элисон и сама им пользовалась пару раз… ей, правда, надо было пять капель.

– Не шуметь, не мешать, под руку не лезть, – распорядилась она, закрывая дверь.

Ключ соскользнул с шеи.

Прохладные ладони легли на виски девочки.

Ментальная магия…

Какой дурак сказал, что это легко? Его бы сюда, в спутанный вихрь картинок, образов, в безумие человеческого сознания, туда, где нет ни смысла, ни дороги, где случается самое невообразимое – и кошмары становятся явью, а реальность превращается в пыль!

Здесь, на грани мысли и чувства, можно сделать с человеком что угодно. Только вот шанс получить полного идиота намного выше, чем сделать то, что тебе хочется, что надо.

Достаточно одного неверного движения, одного жеста…

Элисон ничего такого делать не собиралась.

Она медленно спускалась по ступенькам, отсчитывая часы и дни. Сейчас она видела сознание девочки как колодец. Темнота и глубина, черная вода на дне – Люси не помнит своего младенчества, и детства не помнит, потом эта вода поднимется выше, она будет скрывать под собой многое… и многое окажется в ней. И будут там плавать неведомые рыбы…

Но сейчас колодец не слишком глубок.

И вот…

Трещина в одной из стен.

Резкая, рваная… след, который оставил подонок.

Элисон мягко провела ладонью по краям, по осколкам кирпича… сейчас она видела то же, что и девочка. Только вот воспринимала чуточку иначе.

Вот Люси идет домой. Она веселая и счастливая, она бежит вприпрыжку, у нее леденец в руке… и из теней выступает дядька.

Он большой и страшный!

Он злобно ухмыляется и распахивает плащ.

– Иди сюда, куколка! Потрогай!

Люси становится страшно, и он скалится и тянет к ней руки, и сейчас с ней сделают что-то страшное… она падает в черноту, падает и не может оттуда вернуться, она падает…

* * *

Элисон выдохнула.

Нет, это воспоминание ей не стереть. Не получится. Оно уже есть, оно пустило глубокие корни, четыре дня – это большой срок для малышки… если бы ее позвали сразу – были бы шансы убрать. А сейчас… сейчас так не получится. Шрамы останутся.

Страх – огромная сила. Но Элисон может сделать кое-что другое.

К примеру…

И девушка мягко касается трещины, не заставляя ее зарасти, но изменяя. Легко трансформируя реальность чужого кошмара в то, что хочется видеть ей.

Она не может полностью стереть тот случай, нет. Но вот преобразить в разуме Люси – запросто. И страх ей поможет, силы в этом страхе столько, что на шестерых менталистов хватит и еще на парочку останется.

Ну-ка…

Люси бежит домой, довольная и счастливая. У нее в руках леденец, она довольна…

Из теней выступает дядька.

Он большой и страшный!

Он злобно ухмыляется и распахивает плащ.

– Иди сюда, куколка! Потрогай!

Люси смотрит на то, что под плащом, – и ей становится безудержно смешно. Потому что там у дядьки – юбочка из цветных перьев.

– Ой, а это что?

Дядька смотрит вниз, его глаза округляются…

– Ой…

– И морковка из-под нее выглядывает! Дядя, ты зачем себе морковку прицепил? Ты дурак, да?

– Апс… эпс…

Лицо извращенца искажается в попытке не расплакаться, он поспешно запахивает плащ, и Люси, добивающим, протягивает ему леденец:

– На, держи! Он вкусный, правда!

Этого извращенец выдержать уже не может.

Он разворачивается и бежит прочь, ломая кусты, и вслед ему катится звонкий девичий смех.

А Элисон с трудом выныривает из кошмара. И первое, что она делает, – надевает ключик.

– Рена…

Астрид услышала.

Когда они с Элси влетели в спальню, Люси лежала на кровати, раскинувшись чуть ли не поперек. И улыбалась во сне. Действительно улыбалась.

А вот Элисон была бледной как смерть. И кровь из носа у нее текла двумя струйками, впитывалась в полотенце, которое она прижала к лицу.

– Все будет хорошо. Она проснется и не будет заикаться. Об этом случае она будет помнить, но бояться не будет. Будет только смех. Она будет уверена, что негодяй испугался и сбежал.

– Ох, детка!

Астрид кинулась к Элисон, поддержала под плечи, сверкнула глазами на Элси:

– Сумку мою тащи! Там хлебушек свежий, там мед, будем девочку отпаивать… да кипяток-то у тебя есть? Чай заварить?

Элси и подгонять не пришлось, помчалась ураганом.

Астрид погладила Элисон по голове.

– Отдохни, детка. Спасибо тебе, ты девочку спасла.

– Она падала, – невнятно пробормотала Элисон. – Падала, а я ее поймала.

Она и сама пошатывалась, что уж там. Реальность как-то неприятно плыла вокруг…

Рена Астрид выхватила сумку у Элси и достала из нее банку меда. И ложку сразу уж…

– Вот, кушай…

Первые несколько ложек рена Астрид девушке скормила сама, Элисон даже удержать ложку не могла, не то что в рот попасть. Руки ходуном ходили. И кровь пока не останавливалась… может, хоть без обморока обойдется?

– Спасибо…

– Ты сиди, сиди…

– Мне придется забрать полотенце, на нем моя кровь, – гнусаво сообщила из-под ткани Элисон. – Хорошо?

– И заберешь, и сожжем, – отмахнулась рена Астрид. – Ты кушай и вот, чайком запивай…

Чай Элси заварила крепкий, но Элисон это устроило. Она отхлебывала кипяток маленькими глоточками, ровно дышала, и минут через десять кровь остановилась. А там и силы начали восстанавливаться.

И интерес появился.

– Давно эта погань тут промышляет?

– Да уж с полгода, – задумалась рена Элси, – а то и больше.

– В полицию жаловались?

– А то как же! Пришли, а нам и говорят – мол, пишите заявление. А девчонки ни в какую… в слезы, а кто вот, как Люси моя…

– Есть и еще такие? – насторожилась Элисон.

– Одну девочку родители увезли, не знаю, что с ней сейчас. Вторая из окна прыгнула, не спасли, – всхлипнула Элси.

– З-с-с-с-саявление, – громадной змеей прошипела Элисон.

Астрид погладила ее по руке.

– Ты не думай, я бы раньше узнала… я б сказала.

– Я и не думаю. Я с-с-с-сделаю. – Элисон злобно шипела из-под полотенца. Выходило гнусаво, но отчетливо. – Коз-с-с-с-сел!

Рены переглянулись, но спорить не стали.

Сделает?

Ну и ладно!

Что бы девушка ни сделала… лишь бы сама не пострадала! А типа этого не жалко! И если что…

Весь квартал подтвердит, что рента Баррет тут НИ ПРИ ЧЕМ! Она вообще в это время рядом не проходила! Все!