Глава 42

Когда я приехала домой, Бренвира ещё не было. Прежде чем войти в бюро, вернула себе безмятежный вид и, как оказалось, не зря.

Севиль не спал. Маркус составлял ему компанию.

Огонёк, до моего появления, лежавший на коленях эльфа, расправил крылья и закружился вокруг меня.

— Соскучился? — Подхватила котика на руки.

— Грейс, ты в курсе, что частое недосыпание плохо влияет на цвет лица? — спросил Севиль.

— Мне рано об этом думать, — отшутилась я. — В моём возрасте я прекрасна в любом виде.

— При чём здесь ты? Я о себе сейчас говорил. Как консультант по налаживанию взаимоотношений, я должен выглядеть безупречно.

— Почему одна? — спросил Маркус.

— Я не одна, — сорвала я. — Эдвард высадил меня из экипажа, сам уехал.

— Чтобы ловчий тебя одну отпустил? — хмыкнул Севиль. — За что ты его послала?

— Почему я? Может он меня? — завелась я.

Севиль в ответ только издевательски хмыкнул. С намёком так.

Будь я в настроении, обязательно бы поспорила с ним. Не такой уж у меня и мерзкий характер.

Но сил спорить я в себе не нашла, а потому поспешила перевести тему. Вытащила вексель на пять тысяч и помахала им в воздухе.

— Ребята, мы богаты.

Эльф присвистнул, увидев сумму.

— Кого ограбили? — спросил он.

— Баронессу. — Смеясь, кратко, но выразительно рассказала о сегодняшних событиях.

— Кофе хочешь? — предложил Маркус.

— Нет. — Зевнула.— Спать хочу. Вы тоже идите. Зря меня ждали. Ничего бы со мной не случилось.

— Зря не зря, — проворчал эльф, и, кажется, сам не заметил, как скопировал интонацию Маркуса.

— Сами разберёмся, — поддакнул призрак.

— Спокойной ночи, Грейс. — Севиль первым покинул гостиную, поднялся по лестнице на второй этаж, и вскоре я услышала как за ним захлопнулась дверь. Следом скрылся в картине Маркус. И только Огонёк не пожелал оставлять меня одну. Тёрся о руки, выпрашивая ласки и явно намеревался провести эту ночь у меня под боком.

— Нет, приятель, — погладила котика и положила его на кресло. — Сегодня ты поспишь здесь.

Огонёк недовольно заворчал и смирился не с первого раза.

Но и он улёгся угомонившись.

Последний раз почесала его за ушком и медленно поднялась по лестнице, наконец стирая с лица проклятую улыбку.

Остыв, жалела о сказанных в запале словах. Зря я про вдову ляпнула. Наверное, никогда не научусь сдерживать свой глупый язык.

Ушла бы молча. Но я знала, куда ударить, знала, как сделать Эдварду больно независимо от его отношения ко мне, и воспользовалась этим.

Краше было бы только во Мраке поскорее сгинуть пожелать.

Зайдя в спальню, бесшумно прикрыла дверь и достала из тайника книгу.

Попрыгунчик почувствовал моё настроение, предвкушающе облизнулся, и глазки его сверкнули алым.

Не давая себе время передумать, позволила зверьку укусить себя и велела:

— Ищи стихийницу света сильнее меня.

Острые зубки с довольным причмокиванием впились в указательный палец и рубины начали чернеть.

Запястье моё вспыхнуло, под светящейся кожей зашевелилась тень.

Надо же. Я как-то и забыть про неё успела. Но то, что защита Эдварда не сразу отреагировала на мои действия с книгой успокаивало. Значит опасности нет. Иначе бы она непременно почуяла неладное и давно придушила бы хомяка и артефакт уничтожила.

Велев змейке вести себя тихо, сосредоточилась на книге.

Попрыгунчик успел напиться крови, и его глаза окончательно трансформировались в непроницаемо-чёрное, не отражающее свет нечто. От них веяло той же энергией, что и от порталов, которые открывал ловчий. И мне бы остановиться, но я повторила:

— Ищи.

Попрыгунчик справился с моим заданием не сразу. Шнырял по мирам, подкидывая мне видения то ли чужих миров, то ли обрывки чьих-то больных фантазий.

— Ищи ту, что сильнее меня, — повторила приказ.

Время шло, кровь хомяк пил исправно, но безрезультатно. Кажется, я в самом деле какая-то уникальная.

Голова закружилась, слабость разлилась по телу. Опёрлась ладонью о кровать, порадовавшись, что на этот раз я расположилась со всеми удобствами.

Тень под запястьем вновь недовольно шевельнулась, и мне пришлось напомнить ей, кто тут главный. Змейка недовольно зашипела, но затихала. Зато попрыгунчик, кажется, сумел отыскать то, что нужно.

Девушку. Черноволосую, золотоглазую. Старше меня года на два. В открытой, застиранной одежде. Красивую, с прекрасной фигурой.

Чужеземка сидела на ступенях глинобитного домишки, перебирала бобы и разговаривая с пожилой женщиной.

Странно, что при её даре, она прозябает в такой нищете.

Но ничего, Осборн вытащит её. А девушка не станет сопротивляться. И закатывать скандалы в отличие от меня она тоже не станет. Наоборот. Скажет спасибо и будет благодарна до конца дней своих, потому что не сомневаюсь, ловчий обеспечит ей хорошее содержание.

Возможно и женщиной своей сделает. В постель к себе пустит точно. Я знаю, от таких красавиц мужчины не отказываются. Пустит ли в сердце — вопрос.

Незнакомка — моя полная противоположность. Скромная улыбка, постоянно опущенный взгляд. Румянец на щеках. Чем-то мою Роузи напоминает. Немедленно захотелось вцепиться в лохмы ни в чём не повинной девушки.

Словно уловив моё настроение, незнакомка поёжилась, поправила волосы.

Опомнившись — моё время ограничено, а я трачу его на какую-то ерунду! — осмотрела девушку в поисках брачных знаков, но не нашла ни колец, ни браслетов, ни меток. Значит она вполне подходит.

Теперь бы ещё понять, где она находится.

— Что это за место?

Книга не отозвалась. Картинка дрогнула и едва не рассыпалась. Желая удержать видение, отдала на растерзание хомяку второй палец, позволила сильнее вцепиться в руку и получила в награду возможность увидеть местность с высоты.

Впрочем, ничего это мне не принесло.

Бескрайние, выжженные степи, посреди которых одиноким островком стоит маленькая деревушка,

Осмотрела деревню, в поисках хоть какого-то опознавательного знака. Может храма. Но, похоже, в этой глуши не знали богов. Ни одного места служения мне обнаружить не удалось.

Дирх побери!

Время моё истекало, книга требовала большей жертвы, но уходить с пустыми руками не хотелось. Казалось, ещё немного и я получу разгадку.

Не зная, что предпринять, вернулась к девушке и стала просто наблюдать.

Будущий маячок продолжала разговаривать с женщиной. Пальцы её при этом ловко и быстро выполняли свою работу.

Но вот незнакомка поднялась, приблизилась к женщине и положила ладони той на плечо. Из рук её разлилось сияние.

Лекарка?

Кое-что, но всё равно мало. Сколько их таких по миру.

Женщина пошевелила плечом, благодарно кивнула и вложила в руку девушки монетку.

Вот это удача!

Коршуном накинулась на неё, отдавая попрыгунчику ладонь за возможность рассмотреть рисунок. Стараясь запомнить.

Небольшой металлический кругляшок с неровными краями, пара примитивных символов на неизвестном мне языке. В сердце отчеканен лук со стрелой, готовой к полёту.

Замечательно! Я могу узнать, в каких землях используют такие монеты и указать на примерное местонахождение девушки. Дальше оракулы или же сам Осборн без труда найдут её. Можно прекращать сеанс.

Попыталась отстраниться, но зверь не отпустил.

Степь исчезла, и меня окружила тьма. Но не ласковая и заигрывающая, какой ощущалась для меня магия Эдварда, а пустая, и одновременно грозящая раздавить.

В ней не было ничего.

Ни жизни, ни смерти, ни времени.

Она лишала воли и выпивала остатки сил.

Я оказалась один на один с этим, даже магия меня покинула.

Не могла уловить движение теней, таких привычных и надёжных. Как же я успела привыкнуть к ним!

Но, кажется, ловчий отозвал защиту. Ему ведь теперь нет смысла беречь меня. Куда проще дождаться, пока глупая девчонка свернёт себе шею, освободиться от связи и заиметь себе новый, беспроблемную партнёршу.

Раствориться, перестать существовать, единственное желание, которое осталось во мне.

Но лишь до тех пор, пока передо мной не появился маленький, юркий зверёк с алыми глазками и очень острыми зубками.

Лапки его, похожие на лягушачьи, прошлёпали в пустоте. Зверёк в несколько прыжков оказался рядом со мной и оказался размером с мою гостиную.

Вид огромного хомяка, готового сожрать меня, впечатлил, заставил встряхнуться и вернул дикое желание жить.

— Эдвард! — заорала, что было сил.

Не услышала собственного голоса. Там, где я находилась, звуков тоже не существовало. Но сплетённые свет и тень вырвались на волю, ударили хомяка-переростка по носу, и я услышала в своей голове звенящий от злости голос Эдварда:

— Дура!

Мысленно согласилась с ловчим и вынырнула из видения.

Эдвард держал меня на руках. До боли прижимал к себе.

Осунувшийся, почерневший. С запавшими глазами.

— Грейс, посмотри на меня, — потребовал он, как будто до этого я смотрела куда-то ещё.

Он пришёл ко мне. Снова.

— Я нашла её. — Губы мои растрескались, во рту пересохло. Голова гудела и слова давались с трудом.

— Грейс...

Вцепилась в воротник рубашки Эдварда, приподнялась:

— Подожди. Дай сказать, иначе я забуду. Там степь и деревня. И деньги из железа со стрелой и луком. Ты поймёшь, где это? Знаю, поймёшь.

Выговорившись, позволила себе откинуться назад и вместо спасибо услышала:

— Точно ненормальная. Спи.

Следующее моё пробуждение оказалось ещё более отвратительным. Разбитое тело болело, словно мне все кости переломали. А ещё почему-то горели пятки. Однако я рискнула пошевелиться и мгновенно пожалела об этом.

— Очнулась? — спросил жестокий ловчий, откуда-то сбоку.

— Нет, — простонала в ответ.

Убейте меня, пожалуйста, кто-нибудь, сделайте милость.

— Маркус, дай ей настойку, — велел Осборн.

Попыталась увернуться, не открывая глаз. Захныкала.

— Она не хочет! — Судя по интонации, Маркус, в отличие от ловчего, испытывал ко мне безграничное сочувствие. Но зачем так выть? Я, конечно, ценю его участие, но лучше бы оно выражалось как-то потише. Голова раскалывается.

— Она умира-а-ает, — тянул призрак.

«Надеюсь».

— Уже нет. Грейс, прекрати притворяться, ты нервируешь Маркуса. И пей.

— М-м, — промычала я, что без труда расшифровывалось как: подите ко всем дирхам, лорд Осборн и Маркуса с собой прихватите. Огонька, так и быть, можете оставить.

Котик, видя, что я пришла в себя, перестал греть мне ноги и устроился на животе.

Ты ж мой хороший! Только мурлычь потише, пожалуйста.

— Грейс, я сам сейчас волью зелье в тебя. Выбирай?

Вздохнула и злить Осборна дальше не решилась.

Открыла глаза, позволила Маркусу помочь себе приподняться и сделала глоток из стакана, услужливо поднесённого призраком.

На вкус содержимое оказалось редкостной дрянью.

— Добить меня решил? — спросила, откашлявшись, у Эдварда, сидящего в кресле.

— Маркус, дай-ка мне стакан. Я сам. — Ловчий приблизился ко мне, и я покорилась судьбе. Подозреваю, если Эдвард исполнит угрозу, эта гадость понравится мне ещё меньше.

Пока я давилась отравой, Осборн стоял над душой, следя за мной, дождался пока я допью до конца и только после этого вернулся на место.

Я же почувствовала себя чуть лучше. Головная боль утихла, позволив оценить и предусмотрительно задёрнутые шторы, защищающие мои несчастные глаза от яркого света, и измождённое состояние Эдварда и свой собственный видок.

— Кто меня переодевал? — В доме ни одной женщины, а у единственного мужчины, которому я могу доверить себя лапки. Ещё крылья.

— Я, — ответил Эдвард.

— Как? — Глупо ойкнула и покраснела.

— Обычно. Сначала снял корсет, потом штаны.

Натянула одеяло до подбородка. Хотя какая теперь разница, он всё равно всё видел. Да и я сейчас в сорочке вроде как.

— Но точно не помню, — продолжил невыносимый ловчий. — Возможно, наоборот. Мне было не до твоих прелестей.

— А-а. Тогда ладно. — Упала на подушку.

Позор какой.

— Это всё, что тебя волнует? — процедил Эдвард.

— Нет, конечно. Ты уже нашёл маяк? Понял, где он?

Тьма взорвалась. Заполнила собой всё. И схлынула.

Осборн прикрыл глаза, сжал переносицу указательным и большим пальцем.

Когда он посмотрел на меня вновь, я в который раз пожалела, что очнулась. Спала бы себе дальше.

— Грейс, откуда у тебя это?

Эдвард обманчиво-ленивым жестом подцепил лежащую на столике книгу.

— Ну-у, — протянула я, чувствуя, что сейчас получу по полной программе.

— Так откуда, Грейс? — повторил Эдвард, неторопливо покачивая злосчастным артефактом.

— Эм-м.

— Ответьте на вопрос, леди Ровендрейн.

— Госпожа Флетчер, — исправила я Осборна.

— Прекрати паясничать, Грейс. Я не шучу.

Да я бы с радостью, только меня словно заклинило.

Никак не могла собраться с духом и признаться в обстоятельствах, при которых получила книгу. Если раньше я боялась, что меня сочтут глупой, то теперь и подавно. Поэтому вместо того, чтобы нормально обо всём рассказать выпалила с вызовом:

— Что за допрос, лорд Осборн? Я не намерена разговаривать в таком тоне ни с вами, ни с кем бы то ни было ещё.

Сказала так, и пожалела. Не нужно было хамить ему. Но я совсем забыла в каких мы теперь отношениях.

Эдвард никак не прокомментировал моё требование. Посмотрел на часы и вышел.

— Куда это он? — спросила у Огонька. Котик, понятное дело, не ответил.

Подползал к краю кровати, прислушалась к творящемуся в доме, но за дверью стояла тишина.

Стало тоскливо. Вдруг он насовсем ушёл? Но нет, книгу-то Эдвард не забрал.

Впрочем, тоска по Эдварду сменилась горячим желанием никогда больше его не видеть, едва тот вернулся.

— Опять! — Шарахнулась от ловчего, идущего ко мне со стаканом, наполненным знакомой, мутноватой жидкостью.

— Пей.

— Ты решил выбивать из меня признание под пытками! — догадалась я.

Попыталась сбежать, но Эдвард легко ухватил меня за плечо, развернул к себе и неожиданно нежно провёл по волосам, на долю мгновения становясь прежним, моим Эдвардом.

— Тебе станет лучше, поверь.

— Хорошо, давай, — проворчала я, не в силах устоять, перед таким его тоном.

Эдвард не обманул, мне в самом деле стало лучше. Голову совсем отпустило, тело окрепло и кости ломить стало меньше.

— Спасибо, — поблагодарила я.

— Теперь рассказывай. — Эдвард вновь отгородился. И не поймёшь, была его забота настоящей или очередной манипуляцией.

— Я в туалет хочу, — пискнула жалко.

— Пять минут.

— Но этого мало! — возмутилась я.

— Четыре.

Взглядом просверлила в Эдварде дыру.

— Три и после я захожу в ванную комнату и продолжаю допрос там.

— Я поняла вас, лорд. — У меня задрожали губы, и пришлось сжать их покрепче.

Точно так же Эдвард разговаривал с Дейтраном, баронессой, а теперь вот и со мной.

До сих пор я была по эту сторону. В числе тех, кого ловчий защищал. Теперь же я имела удовольствие на собственном опыте прочувствовать все прелести того, что ощущают люди, чем-то не угодившие Осборну.

В ванной комнате я провела минут пятнадцать.

К счастью, у Эдварда всё же хватило такта. Угрозу свою он не исполнил и дал мне спокойно привести себя в относительный порядок.

Сделала свои дела и долго плескала в лицо водой, ужасаясь теням под глазами. Ну и вид! Даже на тот свет краше отправляют.

— Я слушаю, — уронил Эдвард, когда я вернулась в спальню и кое-как вскарабкалась на кровать.

— Я забрала книгу у Бенни.

— Кто это?

— Артефактор.

— Где ты с ним познакомилась?

— Он был моим заказчиком, просил кровь для очередного своего изобретения. Он дал хороший аванс, и я согласилась. Решила, будто это нужно ему для подзарядки амулетов или кристаллов. Я же не знала, что он планирует пустить меня на корм хомяку.

Ожидала, что Эдвард как-то прокомментирует этот момент, пройдётся по моим умственным способностям, но он молчал. Лицо его осталось бесстрастным. Неужели ему всё равно?

— Дальше, — поторопил меня Осборн.

Подтянула колени к груди и послушно продолжила.

— У Бенни была лаборатория. Там явно делали что-то запрещёное. Ведь нельзя же для производства артефактов использовать людей?

— Разумеется, — ответил Эдвард, и я рассказала про сферу.

— Их можно спасти? — спросила с надеждой. — Всех тех людей, заключённых внутри?

— Нет. Любое вмешательство в устройство сферы, воспримется её жителями как мировая катастрофа и приведёт к разрушению системы.

Растёрла ладонями лицо.

— Но это же ужасно! Кому такое могло понадобиться?

Эдвард презрительно усмехнулся.

— Людей, способных оплатить подобную игрушку не так много. Возможно мы с тобой знакомы с заказчиком. Пожимаем ему руку, улыбаемся, принимаем у себя в гостях.

— Намекаешь на кого-то из высшего света?

— Скорее всего.

— А если заказчик из преступной верхушки? — спросила, потому что не хотелось думать, будто кто-то из знакомых способен на такое.

— Возможно, — кивнул Осборн. — Но чаще это одни и те же лица. Как бы там ни было, мальчишка — гений. Его бы на службу в СМБ. В отдел артефакторики.

— И ты бы его взял? — взвилась я. — После всего, что он сделал?

— Почему нет? — не видел проблемы Эдвард. — Станет на благо империи работать, не покидая мест лишения свободы, разумеется.

— Да его казнить надо! — воскликнула довольно кровожадно.

— Нехорошо разбрасываться подобными умами, Грейс, — возразил ловчий. — Любопытно, откуда он такой взялся.

— Бени сказал, что знаком с Беркханом. И ещё у него есть отец, который его финансирует. Лорд Абелард.

Надеялась, что Эдвард поделится со мной выводами, но так и не дождалась.

— Как ты выбралась? — спросил Эдвард.

«Ты довёл меня до бешенства».

— У меня случилось сильное эмоциональное потрясение, оно вызвало всплеск силы.

А что? Ни словом не соврала, между прочим.

— Теперь понятно.

— Что?

— Почему я не почувствовал Мрак во время проверки твоего энергополя на балу. Свет выжег его следы.

— Мрак? — поёжилась.

— Да. Этот, как ты выразилась, хомяк, довольно любопытное и крайне редкое создание. Способное путешествовать между мирами, временем и пространством. Кто-то выловил его, помог Бенни заключить в книгу его физическую оболочку, но на ментальном уровне он до сих пор живёт во Мраке. Там его территория. И он дважды едва не затянул тебя вслед за собой. Почему ты молчала, Грейс?

— Я думала ты знаешь.

Ловчий вскинул бровь.

— Уходя от Бенни, я отправила анонимное сообщение в жандармерию.

— Оно не поступало.

— Но я правда сообщала жандармам! — Вскочила с постели от избытка чувств.

— Разберёмся, — сказал Эдвард, и я бессильно опустилась на край кровати.

Похоже, больше никаких «я тебе верю» ждать не стоит.

Повисла тяжёлая тишина. Я старалась не издавать ни звука, не напоминать ловчему о себе лишний раз. Эдвард же о чём-то глубоко задумался.

— И снова ничего, — проговорил он, забыв про меня. — Ни-че-го.

Осборн швырнул книгу на столик и запрокинул голову.

— В смысле? — подскочила я. — Ты не чувствуешь её энергию? Значит лавка артефактов и книга связаны?

Эдвард встряхнулся, пришёл в себя. И, конечно, не ответил на мой вопрос, задал свой:

— Говоришь, в лаборатории стоял неприятный запах?

Фыркнула.

— Запах? Там не продохнуть от вони было.

Деревянным движением Эдвард поднялся на ноги, подошёл к кровати и присел передо мной.

— Я снова сделала что-то не так? — перепугалась я.

— Всё так, Грейс. Ты умничка.

Эдвард, едва касаясь, провёл ладонью по моей щеке.

— А чуть раньше ты меня дурой обозвал, — припомнила я.

— Не без этого.

И новое касание, ещё более нежное.

Не смогла удержаться от ответного жеста. Дотронулась пальчиками до волос Эдварда и погладила, зарылась смелее, почувствовав, что ему это нравится.

— Ты что-то понял?

— Да. — Эдвард улыбнулся, перехватил мою руку, поцеловал и поднялся. — Спасибо за маяк, Грейс.

Разом стало пусто, тоскливо и просто никак.

— Подошёл?

— Да. Настойку пей каждый час. Она быстро поможет. Вексель за выполненный заказ я выписал. Плюс премия за содействие следствию. И ещё, у меня одна просьба. Навещай Дин. Она успела привязаться к тебе. Спасибо за всё, Грейс, и прости.

Эдвард ушёл, забрав проклятую книгу, а я ещё долго сидела, ожидая его возвращения.

Время тянулось бесконечно медленно. В какой-то момент я начала подозревать, что оно и вовсе остановилось, но вот дверь спальни открылась.

— Эдвард! — Метнулась навстречу вошедшему.

— Он ушёл, — сказал Севиль, закрывая дверь ногой. Руки у него были заняты подносом. — Велел хорошо тебя кормить и да, вот, выпей. Я попробовал. Дрянь редкостная. Но бодрит.

Без слов вылила в себя зелье, не почувствовав его вкуса.

— Как ты? — сочувственно спросил Севиль.

— Сносно. Спасибо. Что здесь? Мясо? А разве больным не полагается есть куриный бульон?

— Осборн сказал мясо приготовить.

Безропотно ела, краем уха слушая болтовню Севиля.

— Зачем тебе столько денег? — рассуждал он. — Я когда увидел сумму в векселе, решил, что у меня со зрением проблемы.

Пожала плечами.

— Агентство детективное куплю. Сотрудников штат найму.

— Эм-м, — протянул Севиль. — Стесняюсь спросить, но ты под это дело собираешься здание ратуши приобрести?

— Посмотрим, — ответила равнодушно. Сейчас для меня ничего не имело значения.

— Грейс! — Севиль сел на постель рядом со мной и обнял. — Что с тобой? Какой дирх между тобой и Осборном проскочил?

— Дирх здесь ни при чём. Ему просто нет до меня дела.

— Неправда, — возмутился Севиль. — Ты бы видела, как он переживал.

— Естественно! — процедила зло, ведь злиться и обвинять проще. — Я ценный свидетель, ему нужно было обязательно допросить меня.

— Какая же ты глупая. — Севиль покачал головой. — Ловчий твой сам едва не помер, пока тебя с того света возвращал. Ешь давай.

— Не хочу. Ты жаркое пересолил.

— Врёшь! — подскочил эльф.

— Нет.

— Ну ты и змеюка, Грейс! — разобиделся Севиль, собирая посуду и гордо удаляясь.

— Я тоже тебя люблю, зайчик, — крикнула вслед Севилю, прежде чем дверь за ним захлопнулась.

Оставшись одна, легла на бок, подтянула ноги к животу.

Кажется Севиль прав. Я где-то ошиблась.

Но какая теперь разница? Я его больше не увижу. Эдвард дал ясно мне это понять