Глава 7

«Дорогая Роузи», — вывела я, старательно игнорируя тряску экипажа, и замерла, любуясь результатом. Поморщилась и зачеркнула «дорогая».

Какое-то странное выражение. Будто ценник на человека ставит.

Терпеть не могу писать письма. И не умею.

Но надо.

Иначе это будет уже третье письмо от Роузи, которое я оставлю без ответа.

Первым таким посланием стала короткая записка, известившая меня о благополучном заключении брака. Собиралась поздравить сестру сразу, но не успела черкнуть и пары строк, захваченная всей этой круговертью с изгнанием меня из дома и попытками устроиться в Рейвенхилле, а потом и вовсе забыла о письме. До вчерашнего дня.

Наверное так на меня подействовало общение с мэром. Срочно захотелось положительных эмоций.

Составив поздравление молодым, отнесла его на почту, но там, в отделении «до востребования», меня поджидал сюрприз. Определив мою личность, шкатулка-телепорт зажужжала, сменила цвет с зелёного на красный и открылась.

Так я стала обладательницей ещё двух — с разницей в неделю! — писем от сестры.

«Милая, Грейс, — писала Роузи в более раннем послании, — если бы ты только знала, как я счастлива! Кажется, одному человеку не под силу вынести такого всепоглощающего чувства. Как бы мне хотелось разделить его с тобой.

Но хватит обо мне. Я пишу не за этим.

Я так и не дождалась ответа на своё первое послание, но, зная твою нелюбовь к написанию писем, не удивилась. И всё же, прошу, отправь мне хоть пару строк. Как ты, малышка? Боюсь представить грозу, обрушившуюся на тебя по моей вине!

Разумеется, я читала выпуски газет, но ты ведь знаешь журналистов! Им нельзя доверять. Расскажи, как всё прошло? Что сказал ловчий? Сильно ли разозлился отец? Как мама? Сама я не смею ей писать, поэтому прошу, передай — со мной всё хорошо. Я счастлива так, как только может быть счастлива женщина подле своего любимого и любящего мужа. И всё это благодаря тебе, Грейс. На этом прощаюсь.

Вечно любящая тебя леди Роузи Говард, в девичестве Ровендрейн.

P.S. Ликан шлёт тебе своё почтение и горячий привет».

Во втором письме тон сестры сменился на более тревожный и требовательный, а под конец Роузи и вовсе пообещала вернуться домой и разузнать обо всём лично.

Угрозы сестры произвели на меня нужное впечатление. Нельзя сейчас ей появляться в столице и лишний раз напоминать о себе Осборну.

Однако вечером я отложила написание ответа, оправдав себя необходимостью срочно подыскать помещение под бюро, а заодно и постоянное жильё.

Изучила соответствующую колонку в «Вестнике» вдоль и поперёк, отметила подходящие варианты, а когда закончила, за окном уже начало темнеть. Ну какие уж тут письма?

На следующее утро, едва успев позавтракать, я отправилась осматривать чужие дома и примерять их на себя и свой кошелёк. Письмо сестре же решила написать сразу, как только выдастся свободная минута.

Но увы, день близился к концу, а ответ всё ещё не был готов. Нет, не потому, что у меня не хватало на это времени — пока я разъезжала в экипаже между выбранными адресами, его было предостаточно. Я не понимала, как объяснить сестре всё произошедшее и при этом не напугать, не взволновать, не заставить мучиться чувством вины? А она ведь станет. Ещё и на помощь примчится, вместо того, чтобы наслаждаться обществом мужа.

В итоге я долго мусолила карандаш, зло перечёркивала слова, вырывала листы из блокнота, но сумела составить идеальный вариант.

«Роузи, — написала я, — не волнуйся. У меня всё хорошо. Отец слегка сердился, мама искренне рада, хоть и пытается делать строгое лицо. Ловчий не стал устраивать скандала. Твоя Грейс».

Перечитала послание и осталась довольна. Я не солгала, просто кое о чём умолчала.

Велела извозчику остановить экипаж у почты. В отделении положила письмо в шкатулку «до востребования», дождалась сигнала о том, что послание ушло в общий архив. Всё, теперь можно с чистой совестью возвращаться домой. То есть в отель.

Подходящего для себя дома я так и не нашла. Жильё, отмеченное мной накануне в «Вестнике», мне не подошло.

Меня не устраивал внешний вид, размер помещения, его расположение, цена, а чаще всё вышеперечисленное разом.

Ещё и плату за подобные дома арендодатели требовали вносить сразу за полгода вперёд.

Единственный вариант, который показался мне подходящим, располагался слишком далеко от центра. На Портовой улице, где про обеспеченную клиентуру пришлось бы забыть.

Экипаж тряхнуло чуть сильнее, и он остановился.

— В чём дело? — спросила извозчика.

— Затор на дороге. Две повозки не могут разъехаться.

— Ясно.

Я спряталась обратно в экипаже и задумалась. Может это знак судьбы, и мне стоит приказать кучеру поворачивать обратно на Портовую? Да, не самый доходный район. Но я же не собираюсь останавливаться там навечно. Поживу какое-то время, заработаю первые деньги, а после переберусь в более престижный район города. На ту же Книжную вернусь.

От скуки разглядывала проходивших мимо людей. Могу поспорить, у каждого из них есть нерешённые проблемы, а значит, все они потенциальные клиенты, лишённые возможности воспользоваться моими услугами.

И из-за чего? Всего лишь из-за того, что я не могу найти нужного помещения для своего бюро!

Мне бы в идеале такой дом, как тот, напротив которого остановился экипаж.

Небольшой, двухэтажный, вытянутый вверх. Из красного кирпича. Со скромным крыльцом и фонарями по обеим сторонам от входной двери.

На втором этаже я бы устроилась сама, на первом принимала посетителей.

Пока я мечтала, из-за поворота вышли двое мужчин. Первый — простой рабочий. Высокий и худой, он нёс в руках приметную вывеску с надписью «Аренда. Срочно» и ящик со столярными инструментами. Второй — бородатый, лет сорока, одетый с иголочки и явно имеющий неплохой достаток.

Остановившись возле приглянувшегося мне дома, мужчины переговорили между собой, потом второй мужчина кивнул рабочему и тот начал крепить вывеску.

Я встрепенулась, напружинилась, словно гончая, готовая сорваться с места, но, вспомнив сколько подобных домов успела объехать за сегодняшний день, сникла.

Нет, даже не пойду туда. И спрашивать ни о чём не стану. К чему? Всё равно хозяин выставит счёт, который окажется мне не по карману.

Надо же! Раньше я никогда не задумывалась о ценности денег. Они просто были. Как данность.

— Эй, скоро там! — крикнула извозчику.

— Не похоже, госпожа, — услышала в ответ. — Эх, вот же местечко! Вечно здесь что-то случается.

— А что не так с местом? — поинтересовалась от скуки.

— Да дом тот, видите? — кучер указал на приглянувшееся мне здание. — Тринадцатый он. Несчастливый.

— Тринадцатый? — подскочила я как ужаленная. — Что же вы раньше-то молчали!

Вылетела из экипажа, на бегу велев возмущённому извозчику обождать, и понеслась через дорогу, точно зная: я сделаю всё, но заполучу этот дом, ведь тринадцать — моё счастливое число.

— Мне срочно нужен хозяин, — потребовала у мужчин с ходу. — Где я могу его найти?

Первым от моего напора отошёл рабочий, кивнул на бородача:

— Так это, вон он стоит.

— Фредерик Алан к вашим услугам. — Бородач учтиво поклонился мне. — Чем могу быть полезен?

— Вы владелец? — обрадовалась я. — Тем лучше! Я арендую этот дом. Уважаемый, — обратилась к рабочему, — снимайте вывеску, она больше не нужна.

— Погоди, Бруно, — остановил потянувшегося к вывеске рабочего господин Алан. — Госпожа...

— Флетчер. Грейс Флетчер, — подсказала я.

— Госпожа Флетчер, не слишком ли поспешно вы принимаете решение? Вы не видели дома, не знаете в каком он состоянии.

— О! Уверена, с ним всё прекрасно.

— Отнюдь. Должен предупредить, дом имеет одну особенность, которая может создать некоторые неудобства для жильцов.

Нахмурилась, делая вид, что серьёзно задумалась о правильности своего выбора.

— Вот что, господин Алан, — проговорила я, — неприятности мне не нужны. Впрочем, я готова мириться с ними при некоторых условиях. Давайте договоримся. Я арендую у вас особняк со всеми его особенностями, вы взамен идёте мне навстречу и делаете скидку. Кроме того, я могу внести плату только за три месяца вперёд, не больше. Зато прямо сейчас. Вам ведь это важно, я правильно понимаю? Иначе на вывеске не стояла бы пометка о срочности.

— Всё верно, госпожа Флетчер. Деньги нужны мне немедленно. Что ж, я согласен на ваше предложение. Три месяца так три.

Мысленно потёрла руки, но, узнав итоговую стоимость аренды, насторожилась.

— А почему так мало? Неужели дом находится в настолько плохом состоянии?

— В отличнейшем! — живо возразил господин Алан. — В доме давно не жили, поэтому там грязновато, но это легко решается обычной уборкой. Всё дело в срочности. Или желаете доплатить до суммы, которая покажется вам достаточной?

Живо замотала головой.

— Меня всё устраивает.

— Прекрасно! В таком случае предлагаю немедленно проехать ко мне и подписать необходимые бумаги. У меня всё строго официально, я не приемлю ни малейшего укрывательства от законов и налогов.

Кивнула и предложила свой экипаж.

Мысленно благодарила Ошура за помощь. Неужели мне всё же удалось заполучить идеальное место под бюро? Наверное это награда за то, что всё-таки соизволила ответить сестре.

До дома Фредерика Алана мы добрались быстро. Экипаж свернул с Книжной улицы в Драконий переулок, проехал по Цветочной аллее и остановился напротив солидного двухэтажного особняка.

Господин Алан сам расплатился с извозчиком, помог мне выбраться из экипажа и повёл по тенистой дорожке к дому.

— Располагайтесь, — сказал он, любезно предоставляя мне хозяйское кресло, когда мы оказались в его кабинете. Там, несмотря на солнечный день, царили полумрак и приятная прохлада.

Едва я успела сесть, как передо мной появился поднос с чаем и пирожными.

От угощения я отказываться не стала. Дело почти сделано, дом мой, можно и побаловать себя.

Тем временем господин Алан достал из сейфа стопку бумаг.

— Наш договор, — пояснил он, поймав мой недоумённый взгляд. — Ознакомьтесь со всеми его пунктами и подпишите, если согласны.

— Такой большой? — только и смогла вымолвить я, уныло разглядывая семь листов альбомного формата, покрытых плотным мелким шрифтом. — Я точно снимаю в аренду небольшой домик, а не императорский дворец покупаю?

— У меня всё по закону, — ответил бородач, и я решила не спорить.

Первые три страницы договора честно изучила от и до, вчитывалась в каждую строчку, останавливалась, если где-то недопонимала и обращалась к господину Алану за разъяснениями.

Но потом мне это надоело. Глаза начало резать от перенапряжения и недостатка света, строчки стали расплываться. Захотелось поскорей покончить с муторным занятием. Всё равно каждая новая страница договора дублирует старую. Формулировки меняются, но смысл остаётся прежним.

Последние два листа я и вовсе прочла по диагонали, поставила свою подпись и передала перо господину Алану, который тут же оставил свой росчерк рядом с моим.

— Готово. — Мужчина убрал свою часть договора обратно в сейф. — А это ваше.

— Благодарю.

— Приятно иметь с вами дело, госпожа Флетчер. Вот, возьмите. — Бородач протянул мне связку ключей. — На ближайшие три месяца вы их полноправная владелица.