Глава 20

Я только проснулся, а мне уже звонит мэр нашего города. Не знаю, кто ещё из жителей Аткарска может этим похвастаться. Или пожаловаться… Но я точно могу, ага.

За окном начинался обычный воскресный день, кто-то вон собаку выгуливал.

— Сейчас приеду, — отозвался я в трубку.

Вернулся в комнату, Лиля сонно завернулась в одеяло. Я оставил ей записку и поспешил в мэрию. По дороге гадал, а что вообще от меня хочет Шмелёв. Мэр и я не то чтобы были близкими приятелями. Скорее наоборот.

Добрался до администрации, вошёл в кабинет. Шмелёв стоял у окна и выглядел очень встревоженным. И злым.

— Агапов, — он повернулся ко мне. — Садитесь.

Ага, интересное начало. Я сел и приготовился слушать дальше.

— Не буду ходить вокруг да около, — мэр сел напротив. — Я знаю, что вы копаете под химический завод. Знаю про журналиста, который собирает материал, чтобы его опубликовать. И про то, что он уже отправил пробы воды в лабораторию на экспертизу. Вы умный человек, Александр. Но сейчас вы лезете туда, куда не следует.

Ух ты, и откуда же такая осведомлённость? Впрочем, неудивительно: уши у мэра должны быть везде.

— Вячеслав Егорович, — спокойно сказал я. — Я ничего такого не делал. Просто волнуюсь за здоровье своих пациентов, как и любой врач. А людей со странными заболеваниями в нашем городе становится всё больше.

Шмелёв поморщился и махнул рукой.

— Не прикидывайтесь, — он посмотрел мне в глаза. — Я вас хорошо уже изучил, Агапов. Вы не из тех, кто пройдёт мимо. Не успокоитесь, пока не восстановите справедливость. Я таких людей за версту чую.

Что ж, тут он, пожалуй, прав. Ещё как не успокоюсь.

— Так вот, — продолжил мэр. — Я сам разберусь с этим заводом. Слышите? Без вашей самодеятельности, без журналистов и без шумихи на весь город. Административными методами. Проверки, предписания, штрафы. У меня для этого есть все рычаги. Я заставлю владельцев установить очистные сооружения. Даю вам своё слово.

Я слушал. И, честно сказать, очень хотел бы ему поверить. Ведь это и в самом деле должен делать мэр нашего города, а никак не терапевт.

Но у меня была хорошая память. Я помнил историю с Коршуновой. Помнил, как мэр вместе с бывшим главврачом вёл ту стройку. Точнее, не вёл, а просто отмывал там деньги. И в итоге мэр вместо себя подставил своего зятя, чтобы тот сел.

Шмелёв был не из тех людей, чьё слово стоит дорого. Доверия у меня к нему не было совсем.

И всё же… Если мэр и правда возьмётся за дело, у него выйдет быстрее, чем у меня. Надо дать ему шанс.

— Хорошо, Вячеслав Егорович, — медленно произнёс я. — Я подожду. Дам вам время самому разобраться в этой непростой ситуации. Но если ничего не изменится, если завод будет и дальше травить людей… Мне тоже придётся принять меры.

Шмелёв прищурился. Несколько секунд мы смотрели друг на друга молча.

— Договорились, — наконец сказал он. — Идите, Агапов. И не делайте глупостей.

Я вышел из мэрии с двояким чувством. С одной стороны, всё прекрасно, можно забыть про проблему с заводом, ведь этим займётся человек с реальной властью. С другой стороны, я слишком хорошо знал цену обещаниям Шмелёва.

Ладно, подожду. Расследование я решил пока прекратить и Щербакова попросить о том же. Пока и других дел хватает, а там видно будет.

Я вернулся к Лиле и застал её с ноутбуком на кухне. Она листала объявления.

— Всё в порядке? — подняла она на меня глаза.

— Да, — кивнул я. — Что делаешь?

— Варианты квартиры ищу! — девушке моя идея явно ужасно понравилась, и она не хотела ждать до следующей недели. — Уже нашла нам два варианта. Может, посмотрим?

— Посмотрим, — улыбнулся я. — Давай.

Мы поехали на первый адрес. В объявлении было сказано «уютная светлая студия». Уют закончился ровно на пороге ванной, где под потолком красовалось большое чёрное пятно плесени.

— Это недавно появилось, — засуетилась хозяйка. — Сейчас протрём, и всё.

— Протереть тут не поможет, — покачал я головой. — Это грибок, он в стену врос. А споры плесени, между прочим, очень вредны для здоровья. И мы себя травить таким не будем.

Мы попрощались и вышли из квартиры.

Вторая квартира была отличной, светлая, просторная. Но находилась слишком уж далеко, и нам с Лилей было просто неудобно.

— Лиль, не вешай нос, — сказал я девушке, когда мы на такси ехали назад в центр города. — Найдём, мы же только начали. Хорошие квартиры так сразу не попадаются.

— Знаю, — вздохнула она. — Просто хочется уже поскорее! Слушай, а ты сейчас занят?

— Нет, — покачал я головой. — Что-то случилось?

— Да в приюте помощь нужна, мне Вера написала, — пояснила девушка. — Поможешь?

— Конечно, — кивнул я.

Мы назвали таксисту новый адрес и вскоре приехали в приют. Лиля тут же принялась гладить собак, радуясь многочисленному лаю.

— Пойдём, познакомлю тебя с Кларой, — весело сказала она мне. — Она недавно устроилась, помогает убирать за животными.

Клара оказалась немолодой женщиной с добрым лицом. Она как раз вышла из кошачьего блока.

— Привет, Клара, — махнула ей рукой Лиля. — Как там наши кошачьи?

— Да как всегда, — женщина потёрла нос тыльной стороной ладони и громко чихнула. — Иди, там Вера ждёт тебя.

Лиля убежала, а я задержал взгляд на Кларе. Красные опухшие глаза, слезотечение, чихание.

— Будьте здоровы, — сказал я. — А давно у вас так?

— Да ерунда, — отмахнулась она, шмыгая носом. — Простудилась, наверное, я же на свежем воздухе работаю постоянно. Пройдёт.

— Можно я посмотрю? — спросил я. — Меня зовут Александр, я врач-терапевт.

Клара пожала плечами, но не возражала. Я осмотрел её. Глаза покрасневшие, слезятся, веки чуть отёкшие. Из носа едва ли не течёт. Температуры, судя по словам, нет, как и других признаков болезни.

Картина складывалась совершенно ясная.

— Это не простуда, Клара, — сказал я. — У вас аллергия на шерсть животных.

Клара недоверчиво на меня посмотрела.

— Да какая аллергия! — улыбнулась она. — Я с животными всю жизнь. У меня дома кот живёт, восемь лет уже. И ничего, никогда аллергии не было. Говорю же, просто простуда.

— К сожалению, нет, — покачал я головой. — Дома у вас аллерген один. Концентрация его частиц в воздухе небольшая, организм с ней справляется без проблем. А здесь у вас десятки животных. Концентрация аллергенов в воздухе в десятки раз выше пороговой. Иммунная система не выдерживает такой нагрузки и срывается. Вот и реакция.

Клара нахмурилась.

— Так бывает? — удивилась она.

— Бывает, — кивнул я. — Это называется превышение пороговой дозы. У каждого человека свой предел, после которого организм перестаёт справляться. И чем дольше вы тут без защиты, тем сильнее будет реакция. До отёков может дойти, а там и до спазма дыхательных путей недалеко. Так что запускать ваше состояние нельзя.

Женщина заметно посерьёзнела.

— И что ж мне теперь, увольняться? — расстроилась она. — А мне так понравилось здесь работать…

— Увольняться я вас не заставлю, — успокоил я её. — Во-первых, надо принимать антигистаминное. Вот сейчас у меня есть с собой, примите. А так возьмёте в аптеке, препарат сейчас вам напишу. Во-вторых, во время уборки у животных обязательно надевайте маску. Большая часть аллергенов летает в воздухе. Маска отсечёт основную массу. И руки чаще мойте, лицо не трогайте. Поверьте, станет в разы легче.

— Спасибо вам, — улыбнулась Клара. — А я-то думала, почему простуда никак не проходит…

Я написал ей рекомендации на листок, и Клара пошла по своим делам. Ей предстояло варить еду животным, и тут уже я знал, что аллергенов не будет.

Сам отправился на поиски Лили. Помог перетаскать доски для постройки будущих вольеров, перенёс сено, сделал ряд дел.

А потом у меня самого зазвонил телефон. Варя.

— Саша! — быстро сказала она, как только я взял трубку. — Тут такое! Покупатель пришёл, говорит, мы его собаку отравили! Я не знаю, что делать!

— Так, спокойно, — сказал я. — Мы с Лилей сейчас приедем. Попроси его подождать.

Как раз в приюте дела были закончены, я умылся, снял рабочую спецовку, которую мне выдали для грязной работы, и мы поспешили в «Шёпот полыни».

У прилавка топтался крепкий мужчина средних лет, красный от возмущения. Рядом с ним на поводке сидел рыжий лохматый пёс. Питомец выглядел абсолютно здоровым, с интересом смотрел по сторонам.

— Вы хозяин лавки? — накинулся на меня мужчина. — Вот, полюбуйтесь! Ваша трава отравила моего пса! Я буду жаловаться, я этого так не оставлю!

— Давайте по порядку, — спокойно сказал я. — Что именно вы у нас купили?

Мужчина вынул из кармана бумажный пакет и вручил мне. Самая обычная мята, которую мы продавали для чая. Варя говорила мне, что она вчера разошлась довольно хорошо.

— Так, — кивнул я. — А что именно случилось с собакой?

— Да он её сожрал! — воскликнул мужчина. — Я пакет на тумбочку положил, отвернулся, а он залез и половину сгрыз! И теперь ему плохо!

Я посмотрел на пса. Питомец посмотрел на меня и приветливо стукнул хвостом по полу.

— Лиля, — повернулся я к девушке. — Посмотришь?

— Конечно, — кивнула та. — Я ветеринар, не волнуйтесь. Сейчас посмотрим вашего красавца. Как зовут?

— Николай, — чуть смущённо ответил мужчина.

Лиля улыбнулась.

— Отличное имя, но я про собаку, — сказала она.

Я сдержал улыбку, а у Вари начал наконец-то проходить испуг.

— А, он Прапор, — ответил Николай. — Друг мой.

Лиля погладила Прапора, осмотрела глаза, дёсны, прощупала живот. Пёс воспринял всё это как ласку и лизнул её в нос.

— Абсолютно здоровая собака, — вынесла вердикт Лиля. — Слизистые розовые, живот мягкий, дыхание ровное. Никакой интоксикации и в помине нет. Он у вас просто весёлый и сытый.

— Но он же траву съел, — Николай был уже и близко не так воинственно настроен.

— И ничего страшного в этом нет, — ответила Лиля. — Мята для собак абсолютно безвредна. Более того, её даже добавляют в некоторые корма и собачьи лакомства, она освежает дыхание и неплохо помогает при вздутии живота. Это вам не шоколад, вот он для собаки действительно опасен.

Прапор бодро гавкнул и снова завилял хвостом.

— То есть… с ним всё нормально? — уточнил Николай.

— Лучше не бывает, — заверил я. — Вы просто переволновались. Это нормально, когда переживаешь за питомца.

Мужчина смущённо потёр шею.

— Вы это… извините, — пробормотал он. — Я погорячился. Думал, и правда отравился.

— Всё в порядке, — отозвался я. — А новый пакетик мяты подарим вам просто так, раз прошлый ушёл Прапору.

Варя отдала ему новую порцию мяты, и Николай с Прапором удалились.

— Ой, ну и напугал он меня! — вздохнула Варя. — Я уж думала, всё, конец нашей лавке на второй день.

— Не переживай, жалобщиков всегда хватает, — отозвался я.

Лиля засобиралась домой, у неё были свои дела.

— Если ещё варианты квартиры найду — скину тебе, — сказала она. — Увидимся.

Она убежала, а я остался в магазине. Дел тут тоже хватало.

Через пару часов, когда я разбирался с накладными, в магазин залетел сияющий Бумагин. Ох, и тут меня уже нашли…

— Саня! — он бросился ко мне. — Как хорошо, что ты тут! Мне срочно надо с тобой поговорить! И ещё мне нужен какой-нибудь крутой гастро-сбор для пациентов. Слышал, у тебя тут травы что надо.

— И тебе привет, Илья, — усмехнулся я. — Давай по очереди. Сначала подберём тебе сбор для желудка.

Я подошёл к нужной полке.

— Вот классический, — сказал я. — Ромашка, мята и фенхель. Ромашка снимает воспаление слизистой, мята убирает спазм и тошноту, фенхель помогает при вздутии и газах. Мягкий, проверенный сбор, его даже детям можно. Завариваешь ложку на стакан, настаиваешь минут десять и пьёшь за полчаса до еды. Только предупреди пациентов, что это дополнение, а не замена врачу.

— Конечно, — закивал Илья. — Спасибо!

Варя принялась фасовать сбор, а я повернулся к пританцовывающему от нетерпения Илье.

— Ну так о чём поговорить? — спросил я. — Что случилось?

— Свидание! — выпалил он. — У меня было свидание с Леной!

Нет, ну в самом деле у всех какая-то весна началась. Все массово стали ходить на свидания, съезжаться, жениться… Даже я сам.

— Поздравляю, — улыбнулся я. — Всё хорошо прошло?

Илья потёр затылок.

— Ну как сказать… — протянул он. — Вроде хорошо. Я повёл её после кино в «Инь-Янь». Хотел произвести впечатление, понимаешь? Показать, что я не просто врач, а интересный собеседник.

Ой-ёй.

— И что же ты сделал? — спросил я.

— Ну, мы заказали роллы, — продолжил Илья. — И я решил блеснуть. Начал ей рассказывать про паразитов в сырой рыбе. Ну, про описторхоз, про анизакидоз, как личинки в мышцах рыбы сидят, как они в человеке потом приживаются. Подробно так, со всеми деталями. Я ж думал, это интересно!

Ой-ёй-ёй.

— И что Лена? — вздохнул я. — Не оценила?

— Не оценила, — кивнул он. — Побледнела, роллы доедать не стала. И вообще, после этого как-то скомканно всё пошло. Я чувствую: что-то не то сделал, но вот что — не пойму.

Я покачал головой. Ёлки-иголки.

— Илья, Лена пришла не за знаниями о паразитах, а чтобы провести с тобой приятный вечер, — сказал я. — Девушке важно, чтобы ей было хорошо рядом с тобой. Спрашивай её о ней самой. Что она любит, как у неё дела, что её радует. Слушай, и отвечай. И никаких червей.

— А про что тогда говорить? — растерялся он.

— Да про что угодно, — ответил я. — Расскажи что-нибудь смешное из жизни, этого у тебя хватает. Спроси про её увлечения. Сделай комплимент. И главное — будь собой. Она пошла на свидание именно с тобой, а не с кем-то другим.

— А если ляпну что-нибудь похуже? — спросил Илья.

А бывает что-то хуже червей?

— Тогда посмейся над собой, — улыбнулся я. — В общем, сегодня воскресенье, позови Лену на ещё одно свидание. Погода отличная, погуляйте, мороженое поешьте. И без таких глупостей.

Илья улыбнулся.

— А ведь и правда, — закивал он. — Спасибо, Саня! Ты прям спаситель.

Он схватил пакет с травами, расплатился и умчался. Я только головой покачал. Бывает же…

И вернулся к работе.

В семь вечера мы закрыли лавку. Второй рабочий день подошёл к концу.

— Саш, а пойдём к бабе Дуне, а? — предложила Варя. — Она же тебя в гости давно ждёт.

— Пошли, — кивнул я. — Сам думал именно сегодня её навестить.

Пешком было идти довольно долго, но мы прогулялись. Знахарка встретила нас собственноручно испечённым пирогом с капустой.

— Садитесь, садитесь, — засуетилась старушка. — Доктор, ты прости, что на ваше открытие не пришла. Не захотела я на людях показываться.

— Бабушка всё ещё думает, что её все считают ведьмой, — пояснила Варя. — И очень этого стесняется.

— Да никто вас так уже не называет, — сказал я. — Всё в прошлом.

Баба Дуня только рукой махнула.

Мы расселись за столом. Пирог был выше всяких похвал. Завели разговор о лавке, о прочих делах.

В какой-то момент Варя отставила чашку и посмотрела на меня.

— Саш, — сказала она. — Я хочу тебе кое-что сказать. Давно собиралась.

Я насторожился.

— Говори, — кивнул я.

— Я не дура, — она помолчала, подбирая слова. — Я уже заметила, что травы, которые ты трогаешь, становятся… целебнее, что ли. В общем, твоя жизненная энергия, твоя прана — она сильнее, чем у других людей. Я думаю, что она обладает целебным эффектом и ты можешь ею управлять.

Повисла тишина. О моей пране ранее знала баба Дуня, но она ничего не говорила, я уверен. Варя же просто видела её внутри меня, но трактовала по-своему.

А теперь она догадалась. И отрицать было бессмысленно. К тому же я доверял девушке.

— Это так, — сказал я. — Надеюсь, ты понимаешь, что этого не нужно никому знать?

Варя торопливо закивала.

— Я никому не скажу, — отозвалась она. — И я просто хотела сказать… Что ты очень хороший человек. И что я рада, что знакома с тобой.

Конечно, Варя задала ещё пару вопросов о пране. Я рассказал ровно то, что рассказывал старушке.

Одной тайной стало меньше, и мы продолжили пить чай.

Часов в десять вечера я отправился домой. Антон оказался на кухне, мрачно ковырял вилкой в тарелке с пельменями. На моё «привет» буркнул что-то невнятное и отвернулся.

Я вздохнул. Хватит уже этой холодной войны.

— Тоха, — сказал я. — Я не хотел тебя обидеть. Не собираюсь отказываться от своих слов, это не в моих принципах. Но я просто желаю тебе добра.

Никифоров помолчал.

— Да я понимаю, — нехотя выдавил он. — Просто обидно стало. Я к тебе с радостью, а ты мне сразу цифрами сыпать стал.

— Понимаю, — кивнул я. — Это твоё дело, и если хочешь помогать Майе, то помогай. Просто не теряй головы.

А я всё равно буду за ним присматривать.

— Ладно, проехали, — улыбнулся Никифоров. — Ты меня тоже прости, для меня столько хорошего делаешь, а я вот сразу психанул и обиделся.

— И вот ещё что, — сказал я. — У меня новости. Мы с Лилей решили съехаться. Будем снимать квартиру, вдвоём.

— О, — Никифоров приподнял брови. — Поздравляю! А с этой-то квартирой что? Тебе ж её больница давала.

— А квартиру я оставлю тебе, — сказал я. — Служебное жильё, ты же имеешь на него полное право. Оформим всё как надо, и твоя проблема с квартирой тоже решена будет.

Никифоров удивлённо уставился на меня. Конечно, ведь по сути бесплатная квартира достаётся ему, а я перееду в платную. Абсурдно? Только на первый взгляд.

Служебные квартиры — для медицинских работников, и Лиля смогла бы здесь прожить до первой проверки. Потом выселили бы нас обоих. Как когда-то пытались выселить Гришу, бывало и такое.

А мне уже хочется честной и спокойной жизни, а не прятать свою девушку от проверяющих. Да и условия мы сможем выбрать получше, чем здесь. Поэтому я и принял такое решение.

— Ты серьёзно? — спросил Тоха, явно не веря.

— Серьёзнее некуда, — улыбнулся я.

Антон широко улыбнулся и кинулся меня обнимать.

— Саня, ты настоящий друг! — воскликнул он. — Спасибо!

Мы ещё посидели на кухне, обсуждая наши дела. Когда будет переезд, как именно надо переоформить квартиру и прочее. А потом я отправился спать.

Утром я пошёл на работу один, Никифорову нужно было попозже. Спокойно шёл по улицам, думая обо всех накопившихся делах.

И внезапно услышал чей-то стон. Так-так…

Остановился, прислушался.

— Помогите, — слабый голос раздался прямо из открытого люка.

Ёлки-иголки!