ГЛАВА 15

С трудом дождалась я следующего дня. Несколько раз выходила в сад, в надежде встретить своего дракона. И прислушивалась к шумам с улицы, подскакивая при любом звуке ветра. Но Гриона не было, и я чувствовала себя бесполезной, унылой и не приспособленной к жизни принцесской! К вечеру я себя заставила успокоиться. Я сделала, что могла. О чем мы договорились с Грионом накануне. Поможет ли это? Увидим уже завтра. Моя задача – сохранять спокойствие, не вызывать подозрений у Брайта Ханли, пока Грион находит доказательства его вины в ужасных преступлениях: развязывании войны между нашими государствами и, возможно, организации убийства наследника. Чем я спокойнее, тем больше шансов на успех. Девятое испытание назначено было на послеобеденное время. И к назначенному часу я полностью была готова. Одета в одно из лучших платьев, светло-фиолетовое, запакована в самые непроницаемые перчатки. Причесана элегантнее, чем королева и с лицом мы поработали так, что довели его до идеала, и мои заботы на нем совершенно не проявились. Испытание должно было пройти в большом саду, на летней сцене. Мои соперницы тоже постарались, и выглядели превосходно. Талана – в платье изумрудного цвета, с открытыми плечами, но при этом в мантии, оббитой пухом или легким-легким мехом, в комплекте с миниатюрной муфточкой. День был нежаркий, поэтому смотрелся наряд уместно. На Эльжбете был розово-кремовый гарнитур, прекрасно шедший к ее глазам и волосам. Летние стулья перед сценой были заполнены родственниками и друзьями семьи Ханли. Послезавтра к ним присоединятся и наши близкие. А так же сам король Прейсто, если верить обещаниям герцога. – Дорогие гости и великолепные участницы, что ослепительнее звезд и солнца! – торжественно провозгласил Лекоб Штин. – Сегодня нам предстоит увидеть и другое сияние. Сияние истины! Зрители зашептались, а некоторые и в голос выразили удивление. Еще бы! Легендарный артефакт Сияние Истины из королевского хранилища до этого использовали лишь на отборах для принцев! То, что его привезли в Ханлимир, говорит о высочайшем положении герцога. Алефу Ханли выбирали жену, все равно что королевскому наследнику. А я понимала, что так оно и есть, потому что слишком хорошо ориентировалась в дерзких планах герцога. Он собирался женить на мне Алефа и стать опекуном нашего будущего ребенка. Правда, перед этим нужно было продвинуть маркиза чуть ли не в статус наследника. Но зная Брайта Ханли, я понимала, что и это для него не проблема. И скорее всего, королю тоже угрожает опасность. Вряд ли Брайт оставит его живым, получив возможность захватить власть. Ничего, мы с Грионом найдем доказательства и предъявим их королю. И это будут не голословные обвинения и выдержки из дневника, где толком состав преступления и не обозначен. И ради этого я готова продолжать участие в фарсе, именуемом отбором. Сияние Истины – артефакт, сделанный из лунного камня, полученного с самого ночного светила с помощью магии. При свете солнца он выглядит тусклым и серым. Но в полумраке начинает сиять. Для того, чтобы он работал и днем, на сцене соорудили полог, в котором поместили артефакт на специальной стойке. Сам полог был сквозным, в виде арки. Внутри нее и нужно было пройти каждой из нас. – Все знают, как действует этот магический предмет? – Лекоб Штин оглядел присутствующих, а потом все же пояснил, что им предстоит увидеть. – Сияние Истины выявит, что на сердце у наших участниц. Каждой пройти под артефактом и коснуться его. И я задам вопрос: “Честно ли проходит отбор эта девица? Не строит ли козни соперницам ради победы?” Если душа девушки так же, как и ее родословие, сияние будет приятным взору. В противном случае оно сделается ослепительным, так что всем придется зажмуриться. Я проходила отбор нечестно, потому что мне подыгрывал отец жениха, заставляя выбирать меня снова и снова. Но при этом, козни соперницам я уж точно не строила. А вот Талана и мне туфли испортила, и Джулию выбила своими интригами на задании с мозаикой. После сегодняшнего испытания не вылетит ни одна из нас. Но его результат отразится на финальном подведении итогов. Первой, согласно жеребьевке, прошла Эльжбета. Я видела, как она затаила дыхание и шагнула в тень. Что-то безмолвно прошептав, коснулась висевшего прямо над ней шара. Артефакт до этого светился теплым желтым, а когда девушка дотронулась до него, вдруг засиял разными цветами. Это выглядело, действительно, приятно взору. Зрители зааплодировали. Следом шла я. – Желаю удачи, сестрица, – вдруг подскочила со своего кресла Талана, – мы ведь должны быть честны друг перед другом! Я искренне с тобой! И она сжала мою руку. Я отпрянула, чувствуя подвох, и отправилась навстречу испытанию. Ступила осторожно в искусственно созданный сумрак, подняла голову, разглядывая тусклый, но прекрасный артефакт. Он выглядел приветливо, уютно и по-домашнему. Мне бояться было нечего. На этом отборе я не желала зла никому из соперниц. Даже кузине. Но стоило мне дотронуться указательным пальцем до шара, как он ослепительно вспыхнул. Яркий, белый, бьющий по глазам свет будто разрезал пространство. Закричав от боли, я закрыла глаза руками. Собравшиеся ахнули. Неужели моя любовь к Гриону не дала пройти испытание? Но ведь в истории королевства нередкими были случаи, когда девушки приезжали на отбор против воли, уже отдав свое сердце, но не тело, другому юношу. Однако их желания не принимались в расчет. Но и они проходили Сияние Истины! Ведь его главная задача – показать чистоту помыслов кандидатки, отсутствие в ней подлости, зависти и мелочности! – Проходи скорее! – закричал Лекоб Штин. С трудом найдя выход, я выбежала из-под полога. Открыв глаза, я поняла, что на время ослепла. – Нам всем нужно время прийти в себя, – объявил Штин трагическим голосом. Мне промыли глаза магической водой, чтобы облегчить страдания. Но я знала, что они будут красными и распухшими. Зрители тоже пострадали, но не так сильно, как я. Им хватило просто проморгаться. Оркестр сыграл одну мелодию, чтобы скоротать несколько минут, отведенных на отдых. Брайт и Алеф Ханли, сидевшие в первом ряду, напряженно смотрели на меня. Кажется, герцог решал, что ему делать дальше. Испытание пришел черед проходить Талане. Она улыбалась так мило и скромно, что я поняла – кузина что-то знала заранее. И вероятно, приняла меры. Оказавшись под артефактом, Талли вытянула вверх обе руки, почти касаясь шара муфточкой. Святыня замигала приятными взору цветами. Как же ей это удалось? – Благодарю наших мизи, – произнес Лекоб обескураженно, – теперь участницы могут пойти к себе, а гостей ждет прием. Мои глаза все еще болели, слезы текли сами собой, выглядела я хуже некуда, поэтому к себе хотела сильнее всех. Еле-еле поднявшись с кресла, я собралась уходить, когда почувствовала слабость в ногах. А потом резкую боль в сердце. Мое дыхание перехватило. – Мезир Ханли! – прямо на поляну выбежал мужчина в форменной одежде, кажется дознаватель. Следом за ним бежал рослый то ли человек, то ли дракон. – Беда! Случилась беда! – продолжал первый из них. – Кто это? Вы знаете его? – зашушукались присутствующие. – Прошу всех успокоиться, – призвал к порядку Лекоб, – это мезир Эдвар Шали, дознаватель Ханлимира. И мезир Бетер Драйн, его коллега со стороны Дракмистез. Они производили расследование во владениях герцога Ханли. – Что случилось? – спросил взволнованно герцог, обращаясь к своему дознавателю. Я хоть и чувствовала себя хуже с каждым мгновением, обратилась в слух. Но вместо Шали ответил Бетер Драйн. – Мой господин, принц Грион Карц, генерал драконьей армии, только что трагически погиб на наших глазах. Мой мир померк, и я упала без чувств. 15.2 Грион Карц день назад Дневник Брайта Ханли был ужасный и выдавал кучу скрытых от общества душевных болезней. Он ненавидел человечество и не только, драконов, орков, эльфов и представителей прочих рас тоже не жаловал. Считал всех, кто не он, примитивными, а себя – гением, способным менять судьбы цивилизаций. Все это очень хорошо считывалось с исписанных разборчивым почерком страниц. Однако, решающим доказательством в суде стать не могло. Нигде герцог прямо не написал: “Я подстроил убийство генерала Мелени, а потом велел своим приспешникам придумать, как свести со свету принца Роджера”. Наследника короля Прейсто он презирал, но его намеки к делу не пришьешь. Хотя уверен, Руперу Третьему вполне хватило бы и намеков, чтобы прийти в ярость и возжелать наказать убийцу сына. Но без веских доказательств вины вполне прогрессивный монарх будет выглядеть тираном, а герой примирения, лучший дипломат в истории двух королевств – невинной жертвой. После того, как я обозначил свое присутствие в Ханлимире, охрана в поместье и его подвластных территориях была усилена. Я повсюду видел переодетых в штатское ищеек. Наметанным взглядом военного отмечал их выправку, условные знаки, которыми они обменивались. Как ни странно, самой малоохраняемым место остался садик с малым дворцом, где жили участницы отбора. Вероятно, из-за политических соображений, чтобы влиятельные родители девиц не заявили, будто их девочек держат под стражей и лишают свободы. Я этим пользовался, проникая туда, чтобы увидеть Лейлу. Мысли мои обратились к ней. Нежная, смелая, сильная. И при этом хрупкая. А какая страсть таилась в ее прекрасном гибком теле! Сделаю все, чтобы вернуть ее, клянусь. Я должен убедить Лейлу Мелени в том, что мне можно верить. Что я люблю ее и всегда любил, даже когда притворялся ненавидящим. Даже когда пытался проклясть ее и выбросить из своей души. Когда стер ту метку, которая никуда не ушла и осталась в моем сердце. Ее поцелуи зажгли мою душу сильнее, чем драконье пламя. Прикрыв глаза, я несколько минут наслаждался своими ночными воспоминаниями. А затем вызвал к себе Бетера Драйна. Было раннее утро, и я не спал почти весь остаток ночи. – Меня должны убить в ближайшее время, – сказал я ему. – Я тоже так думаю, – кивнул дознаватель, – если Ханли желает уложиться до приезда родителей девушек и короля Рупера, убрать вас он захочет завтра. И вероятнее всего, пока идет девятый тур отбора. На поляну, где он будет проводиться, стянут всех стражников, а остальные округа останутся без особого внимания. – И как ты считаешь, как именно он все провернет? Я устало протер глаза. – Лейла говорила, он решил дальше отстаивать миф о моей любви к выпивке. Который сам же и родил. Так что внимательно надо относиться к напиткам, которые доставляют на постоялый двор. – Мы должны обыграть Ханли, – озабоченно сказал Драйн, присаживаясь в кресло. Для простоя мы выкупили целый этаж гостиницы. Верхний, чтобы мне легче было вылетать при необходимости. Это пять номеров. В двух расположились я и дознаватель, еще в паре самых больших расселили пятерых моих армейцев, в последнем, самом удаленном от меня, жила нанятая тут же в деревне прислуга. – Как нам организовать мое убийство на глазах прихвостня Ханли, и при этом сделать так, чтобы оно совпало с настоящей попыткой меня убрать? Мы озадаченно посмотрели друг на друга. – Действительно, – выдохнул Бетер, – если вы, генерал, просто погибнете, это покажется подозрительным Ханли. Вот так забота. Подстеречь попытку убийства… и сделать вид, что она успешна! 15.3 Грион Карц Мои солдаты получили задание – смешаться с простолюдинами. И не выдать свое драконье происхождение. Они должны были собрать как можно больше информации обо всем, что происходит в Ханлимире и главное, в имении герцога. Мы же с Бетером изучали дневник герцога. Бедняга все еще не мог прийти в себя, осознав коварство великого дипломата и миротворца. – Посмотри сюда, Драйн, – показал я ему абзац, выделенный красными чернилами. И прочел вслух: “Свидетельства дел моих выбрасывать мне не хочется. И напоминание обо всех свершениях, за которые я уже получил награду, и которые делаю не явно, хранятся вдали от глаз любопытной толпы, что не оценит этих деяний. От каждого из них остается милый сувенир”. – Этот негодяй собирает трофеи о своих преступлениях! – заявил я. – Надо узнать, где он их хранит. Там наверняка будут доказательства его причастности к злодеяниям. – Отличная мысль, – одобрил Драйн, – но успеем ли мы сделать это до завтра? Я уже вполне уверен, что покушение будет именно тогда… – Без надобности мне все время об этом напоминать, – сделал я нетерпеливый жест рукой, – сделаем так. Ты займись и дальше отводом глаз человека Ханли, Эдвара Шали. А я … Я переоделся в простую одежду, чуть ли не рванье по меркам принца и спрятал волосы под изломанной старой кепкой. У Бетера Драйна одолжил усы и бороду. Дознаватель знал толк в маскировке. В таком виде я проник в поместье, не надеясь до конца на своих молодцов. Да и то сказать, владения Ханли огромны, а жилые корпуса раскинулись на несколько зданий. В поместье было полно народу, отбор вот-вот закончится, и гостей наехало видимо-невидимо. Притворившись слугой-простачком, я спокойно прошел в главное здание. – Куда прешь, чумазый! – Лекоб Штин, с которым я специально столкнулся, меня не признал! Спасибо Драйну. – Прощения просим, мезир, – залебезил я, – меня позвали помочь сцену делать к завтрему. Танцы у вас там какие-то что ли. А куда податься и не знаю. Штин смягчился. – А, ты верно рабочий для подготовки к отбору. Так ведь тебе в сад надо. Вот дурачина, в господский дом поперся. Он огляделся, выискивая, кого позвать. Я обратил внимание, что в доме суматошно. Доносятся крики, слышится топот. Люди бегают туда-сюда. Неужели это все подготовка? Да что-то незаметно, очень уж тревожные. – Хорис! – завопил Лекоб, подзывая одного из слуг. – Покажи этому недотепе, где у нас сцену монтируют. Значит, завтрашнее испытание на улице. Не знаю, зачем мне эта информация. Но зря ничего не бывает. Мне очень хотелось предупредить Лейлу о том, что я собираюсь устроить мистификацию. Но это было очень опасно. Кажется, сегодня в поместье вызвали армию. По крайней мере, пока равнодушный хилый парнишка Хорис вел меня к черному ходу, мимо прошли трое широкоплечих мужчин в одинаковой одежде. – Чего у вас стряслось такое? – спросил я, изображая незаинтересованность, даже позевывая. Дескать, просто к слову пришлось. – У мезира герцога пропало что-то, – ответил Хорис отстраненно, – вот всех на уши и подняли. – А что пропало-то? Украшение какое-то? – Да гракхан его знает, – пожал Хорис плечами, – нам не говорят. И ты лишнего не спрашивай. Мы вышли на улицу, углубились в главный сад. – Вон там сцена, – махнул рукой вперед Хорис, – дойдешь сам? – Всенепременно, где уж тут сбиться? Парнишка кивнул и развернулся, чтобы идти обратно. А я направился в указанном направлении. У меня не было сомнений, что ищут люди герцога. Дневник, который сейчас находился под магическим колпаком в моей комнате. Разумеется, я не собирался собирать сцену. Просто подошел чуть ближе, чтобы оценить масштабы завтрашнего действа. Неподалеку от поляны для проведения праздников был живописный искусственный овраг, неглубокий, с родником, протекающим по дну. Это нерукотворный ключ со всегда свежей водой, ее еще называли “живой”. А по верху – холмики, усаженные пышными розами. Там легко затеряться. Завтрашнее представление уже начало складываться в моей голове. Я должен привести сюда своих убийц, а не позволить им меня доставить, куда они собирались… Ведь наверняка они будут следить за мной. Уже следят, потому что у гостиницы я столкнулся с тремя сыщиками, они явно меня там поджидали. Но не узнали. Не подумали, что щеголеватый генерал драконов и принц соседнего королевства по совместительству перевоплотится в оборванца. Я могу скрыться от них и завтра. Но надо все это закончить и получить доказательства вины в покушении Ханли или его правой руки, Штина. Итак, мое “убийство” состоится тут, неподалеку от площадки, где пройдет девятый тур отбора. Чтобы о нем сообщили безотлагательно герцогу. Я к тому времени буду за ним следовать неотступно. Если я правильно считал эту черную душу в дневнике, как только Ханли увидит доказательства моей смерти, он заберет трофей с места гибели. И поспешит присоединить его ко всем остальным. Намеки на это я встретил в его записях еще пару раз. Он должен быть уверен, что все получилось. План вызревал в моей голове молниеносно. Хотелось скорее вернуться к Бетеру и рассказать в деталях. Но… надо было оставить какую-то весточку Лейле. Когда она завтра узнает, что меня убили… Для нее это станет ударом. Я не могу так поступить с любимой девушкой. Еще побродив по имению и разведав все, что мне требовалось, я пробрался к границе между основным корпусом и закрытой территорией, где жили девицы, участницы отбора. Убедившись, что никто меня не видит, перелетел через забор и вскоре опустился в саду. Мое внимание привлек шум. – Что происходит? – кричал женский голос. Я узнал Талану, кузину Лейлы. – По какому праву вы устраиваете обыск у нас, благородных девиц? Это же мои… чулки! На последнем слове она взвизгнула. Понятно, значит и участниц отбора не миновали подозрения. Как хорошо, что я забрал дневник у Лейлы. Я надеялся встретить ее на улице, но так и не дождался. Возможно, она уже была и ушла, потому что я чувствовал ее недавнее присутствие. Лететь к ней в комнаты мне показалось опасным. Как же быть? И времени долго искать тоже не вариант, мне нужно подготовить собственное убийство. Завтра дождаться провокации, увести дознавателей к оврагу, там инсценировать убийство, подменив себя двойником между холмиками, которые совершенно не просматриваются. Двойник, один из моих ребят, разумеется, не погибнет, только притворится. Я же быстро скину одежду, оставшись в том, что не позволит меня быстро узнать. Дождусь герцога, а затем буду его незаметно сопровождать к его укромному месту. Я уже собирался уходить, когда увидел Дилору, няню моей Лейлы. Она медленно брела между деревьями. Окликнув ее, я увидел, как она вздрогнула. Но узнав меня, облегченно улыбнулась. – Мезир Грион! Я поднес палец к губам. – Что ты делаешь здесь, Дилора? – Вышла прогуляться, мезир. Сегодня просто какое-то безумие. Мизи бегают с криками, герцог Ханли пришел ко всем с обыском. Моя мизи вначале не спала, а потом где-то бродила, вернулась взбудораженная, толковала о какой-то потерянной перчатке. Я грешным делом, подумала, что она ее во время прогулки проворонила. И вышла вот сама посмотреть. Но нету нигде. – А сейчас где Лейла? – спросил я, жадно ожидая ответа. – Отдыхает, мезир. Я ее заставила выпить чаю успокоительного. Она уснула. – Понятно. Дилора, ты должна ей кое-что передать. Достав из кармана завалявшийся там лист бумаги и огрызок грифеля, я размашисто набросал: “Лейла, я жив. Что бы ты ни узнала обо мне, не бойся”. – Вот, – я сунул служанке в руки листок, – обязательно ей это дай, не забудь. Это очень важно. Дилора испуганно закивала. 15.4 Лейла – Мизи, мизи! Очнитесь! Вот я глупая, вот я дурная! – причитания Дилоры казались далекими. Тело выкручивало, в голове было темно. Как же больно. И Грион. Он умер? Прислушавшись к своему сердцу, я поняла, что не чувствую этого. Тогда в чем дело. – Пить, – просипела я, разлепив губы. – Сейчас, сейчас, деточка моя, ненаглядная моя! В рот полилась струйка воды. Самый вкусный, благословенный напиток. Наконец, я смогла открыть глаза и понять, что лежу на первом этаже в главном дворце Ханли. А вокруг встревоженные люди. Бегают, переговариваются. Некоторые останавливаются и опасливо на меня смотрят. – Мизи, – прошептала Дилора, и я почувствовала, как она мне что-то сует в руку, – прочитайте, разверните, это вам мезир дракон велел передать. А я, дура такая, запамятовала. Она помогла мне сесть. Я смогла разгладить и прочитать скомканную записку: “Лейла, я жив. Что бы ты ни узнала обо мне, не бойся”. – Я знала это, – сказала я Дилоре, – его смерть бы отозвалась во мне. И метка почернела бы… Покосившись на руку, скрытую под перчаткой, я осторожно спустила краешек. Узор на месте и кажется прежним. Но мое дыхание вдруг вновь перехватило, да так, что я вдвое согнулась. – Мизи Лейла! Что с вами? Личико-то потемнело как! – Где больная? Я доктор! – к нам уже несся мужчина в форменном платье целителя. Он принялся меня осматривать. – Надо же, два несчастных случая сразу! – сокрушался он, прослушивая мое дыхание специальной трубкой. – Мезир драконий принц напился и в овраге расшибся. И теперь вот мизи скрутило! – Напился? – удивилась я. Губы онемели и едва слушались. – Увы, – вздохнул целитель, – странное что-то, конечно. Мезир дознаватель, Эдвар Шали, рассказал, что генерал с самого утра чудил. Шали пришел к ним в гостиницу, чтобы поговорить о совместном дознании. А мезир Карц заявил, что у него на это нет настроения, он желает проститься с прошлым. И его старый друг мог бы его позвать на финал отбора. Лекарь замолчал, сосредоточенно простукивая мою грудь, затем взялся за мою правую руку, согнул-разогнул. – И что же было дальше? – напряженно спросила я. – Он прибыл сюда и упал в овраг. Увы, сломал шею. Но дознаватель Шали уже определил причину столь странного поведения генерала. В его апартаментах куча пустых бутылок и графинов от вина. – А где герцог? – перед моими глазами вновь поплыли темные точки. – Он был просто убит горем! Сам спустился к несчастному, и губы его шевелились, словно он с ним пытался разговаривать. А потом ему помогли подняться, и герцог попросил оставить его ненадолго в покое. Целитель замолчал. Лицо его стало озадаченным. – Мизи, – сказал он наконец, – не люблю бросаться такими словами, но вас, кажется прокляли. Это похоже на заклинание переноса. У него возможен такой вот побочный эффект, в виде дурного самочувствия. Особенно, когда ритуал делает крайне посредственный колдун. – Заклинание переноса? – Это когда какие-то качества с одного человека переносят на другого, на какое-то короткое время. Обычно это через вещь происходит. Колдун подменяет силовую оболочку, а точнее, меняется ей с кем-то. Как я понимаю, в вашем случае маг был слабеньким, его даже магом-то назвать странно… и значит, подмена была не на все тело, а на некий участок. – На руку. С помощью украденной перчатки. – Очень похоже, – кивнул целитель, – а потом все вернулось на свои места, и вам поэтому стало плохо. После чуждой вам энергии. – Я знаю, чьи эти проделки, но как доказать? Наверняка она выкинула мою перчатку. – О, если найти эту колдунью в ближайшее время, мы можем легко подтвердить ваши подозрения, – улыбнулся лекарь, давая мне питье, – ей сейчас должно быть хуже вашего. Ведь обратный удар она тоже получила. А еще в таких темных заклинаниях полагается расплата за колдовство. – Талана Мелени. Нужно срочно к ней. Целебное зелье начало действовать, я смогла хотя бы выпрямиться. Мушек перед глазами стало меньше. Теперь понятно, почему Талана прошла через Сияние Истины, а я нет. Наши с ней качества считались наоборот. А когда действие ее неумелого колдовства отменилось, по нам ударило “обраткой”. – Вы уверены, мизи? – целитель внимательно на меня посмотрел. – Это очень серьезное обвинение. – Вот давайте его и проверим. У меня получилось встать, чуть пошатываясь. Дилора, которая во время рассказа целителя молчала, боясь пропустить хоть слово, тут же меня подхватила. – Грион жив, – прошептала я ей, – это все, что имеет значение. Она кивнула. Целитель уже расспрашивал, как найти Талану Мелени, ему начал было подсказывать кто-то из домочадцев. Но тут в холл вбежала донельзя испуганная служанка Талли с криками: – Лекаря! Скорее! Моя мизи умирает, или уже умерла! Она не дышит! – Это ее горничная, – пояснила я целителю. Он понял без слов. С любопытством на меня глянул, удостоверился, что я уже в порядке, и тут же взял под локоток служанку. – Нам нужны два добровольца в свидетели! – зычно крикнул он, обращаясь к присутствующим. – В свидетели чего? – еще больше переполошилась горничная. – Моей работы, разумеется. Если ваша мизи в дурном состоянии, кто-то должен видеть, что я сделал все необходимое. Служанка разревелась, но дождалась, пока с ними не согласятся пойти двое любопытных. Мужчина и женщина, я видела их в саду. Что ж, с Таланой все сейчас выяснится. Вокруг нас с Дилорой будто людской ураган бушевал. Сновали слуги, гости тоже не желали расходиться, заняв все диванчики и кушетки. Они ожидали интересного развития событий. И кажется, обсуждали меня, судя по их взглядам. – Точно, я ведь провалила испытание, – сказала я вслух. – Вряд ли это сейчас имеет какое-то значение, мизи, – произнес голос позади. Обернувшись, я увидела рыжего друга Алефа. Того самого, что скрывался под маской Гриона и выдал себя за него на церемонии раскрытия личностей. – Почему? – я удивленно уставилась на мужчину. – Потому что под этот весь шум-гам наш жених, кажется, сбежал, – он ухмыльнулся и отпил что-то ароматное из большого серебряного кубка. Не знаю, что там за напиток, но он развязал его язык. – Сбежал? Почему? Из-за Гриона? – Это вряд ли, – рыжий поморщился, – Алеф планировал это сделать. Он давно уже выбрал себе невесту, вот с ней и сбежал. Кажется, на вашем цветочном отборе она была Розой. – Да что здесь творится такое? – беспомощно воскликнула Дилора. – Завтра же сюда к вечеру сам король прибыть обещался! – Ой, – выдохнула я, – совсем забыла. Надо же его встретить. Он вот-вот должен подъехать. – Что? – округлил в удивлении глаза мой случайный собеседник. Да, я не зря до этого сказала: сделала, что могла. О чем мы договорились с Грионом накануне. В ту ночь жарких поцелуев, прежде, чем уйти, Грион настоятельно попросил вызвать моего дядю, он же наш король Рупер Третий, чуть раньше, чем тот планировал быть у нас. Используя родственные связи, я направила ему послание в то же утро. Прикрыв глаза, я глубоко вдохнула. События разворачивались безумно, стремительно, скачкообразно. А с улицы уже слышались звуки горнов. Королевская процессия приближалась к имению Ханли. 15.5 С трудом уняв скачущее дыхание, я вместе со всеми подошла к дверям, которые как раз широко распахивались. – Мезиры, мизерис и мизи! – пронесся над нами хорошо поставленный голос королевского глашатого. – Его величество Рупер Третий. Склоните головы в почтении! Первыми вошли армейцы, около десятка. За ними – кольцо телохранителей, с полтора десятка. И внутри их круга был еще кружок из пяти приближенных охранников. Они-то и скрывали короля Рупера. В детстве я думала, что у богатых, высокопоставленных аристократов Прейсто такие огромные прихожие-гостиные, чтобы можно было принимать короля, если он решит нагрянуть с визитом. Помещение во дворце Ханли этой цели тоже вполне соответствовало, потому что присутствующим было, куда разбежаться. И еще достаточно места осталось. Следом за охраной и солдатами вошла и королевская свита: прислуга, ближайшие советники и прочие. Приглашая короля Рупера, ты должен быть готов, что в твой дом явится около сотни человек разом. Солдаты тут же принялись вежливо, но твердо расчищать пространство от зевак. Всем пришлось сильно разойтись, каким бы сильным ни было желание посмотреть на монарха поближе. Дворцовый распорядитель и глашатай Хайн Эмли вышел вперед, окинул взором помещение и спросил: – Где хозяева? Присутствующие переглянулись. Действительно, во всем этом хаосе не было видно ни Брайта, ни Алефа Ханли. И даже Лекоб Штин, который всегда оказывался в первых рядах при любой суете, отсутствовал. – Ах! Какая неожиданность! Послышались облегченные вздохи. Между гостями пробиралась герцогиня Ханли. Обычно скромная и молчаливая, сейчас она поневоле взяла на себя обязанности главной. – Мы ожидали нашего дорогого правителя завтра к вечеру, готовились, – оправдывалась она на ходу, теребя в пухлых руках веер. – Его Величество принял решение быть раньше, – веско сказал Эмли. Разумеется. Ведь в письме, которое я отправила наибыстрейшим курьером, значилось, что дело касается его покойного сына. – Король Прейсто желает видеть свою племянницу, мизи Лейлу Мелени, – продолжил Хайн Эмли. – Я здесь! Солдаты и телохранители расступились, давая пройти правителю. Рупер Третий вышел степенно, не торопясь и совершенно ничего не опасаясь, словно вся эта охрана – обычный дворцовый этикет. Ох, не знает он, что прибыл в дом опаснейшего государственного преступника. С тех пор, как я в последний раз видела дядю, он совершенно поседел. – Что здесь происходит, дитя? – спросил он, глядя на меня из-под белых бровей. – Я наслышан, что тебя взяли в отбор. Твой отец спрашивал моего позволения на это. Но кажется, что-то идет не по плану? Здесь витает беспокойство. – Произошел несчастный случай, – негромко сказал высокий мужчина в ливрее, один из старших слуг герцога Ханли. – Вот как? – удивился король. – Но я не дознаватель и не жандарм, чтобы меня звать в подобных ситуациях. Кто же пострадавший? – Говорят, что это младший сын короля Дракмистез, генерал Карц. Руперт Третий посмотрел на меня с тревогой. – Тот самый Карц? Я кивнула. – Что он делал здесь? – Грион – один из близких друзей жениха, Алефа Ханли, – сообщила я, – но есть основания думать, что он жив. – Стоять! Дальше нельзя! – раздался металлический голос от входа. – У меня важное известие для вашего государя! – ответил кто-то не менее властный и уверенный в себе, чем страж. – Мое имя Бетер Драйн, драконий дознаватель. – Впустите его, – велел король. Драйн выглядел потрепанным, когда его подвели к нам. Правый рукав камзола надорван, нижний край опален. На скуле ссадина. – Вы с кем-то дрались, милейший? – спросил Рупер Третий. – Пришлось, Ваше Величество. А сейчас я вынужден вас побеспокоить просьбой проследовать туда, где объяснений почти не потребуется. – И куда же? – недоумевал король. – В тайное место, убежище герцога Ханли, которое он скрывал от всех. – Это ложь! – воскликнула герцогиня. – У моего супруга нет никаких тайных мест! Он – герой мира, величайший переговорщик и самый открытый человек в Прейсто. – Сдается мне, мизерис, вы и сами не верите в то, что говорите, – осадил ее Драйн. – Какая наглость! Ваше Величество, я прошу вас… – Мы разберемся, – кивнул король. А потом обратился ко мне: – Ты что-то знаешь об этом, Лейла? – Догадываюсь, – подтвердила я, – и думаю, король, вам и правда стоит пойти за мезиром дознавателем. – Только без всей своей свиты, – предупредил Бетер Драйн, – там очень тесно. – И это касается… того, о чем ты мне писала? – голос Рупера Третьего дрогнул. – Да, Ваше Величество, – я почтительно склонила голову. – Тогда идем, – решился король, – со мной отправится трое солдат и двое телохранителей. А также моя племянница и дознаватель. – Я тоже должна быть с моим мужем! – взвизгнула герцогиня. – Хорошо, но держитесь поодаль, – сурово сказал король. Мы прошли на крыльцо, а солдаты и телохранители, что остались внутри, сдерживали гостей дома, не давая им покинуть помещение. – Далеко ли нам идти? – спросил Рупер Третий. – Нам придется немного проехать, – ответил Бетер Драйн, – до Грота Сбывшихся Желаний. Я замедлила шаг от удивления. Самое романтичное место в Ханлимире, где было наше с Алефом свидание! – Но ведь для этого нужно в горы подняться! – удивилась я. – Так и есть. Поэтому я попросил оставить как можно меньше попутчиков, – согласился со мной Драйн, – именно в самом Гроте и находится убежище герцога. – Это какая-то ошибка, – герцогиня не сдавалась. – Надо же, ведь именно там венчался Рупер Первый, мой прапрадед, – удивился король, – как вы сюда добрались из долины, любезный? – Верхом. – Но мы все на вашего коня не поместимся, поэтому возьмем один из моих экипажей, – решил король. В целях безопасности нас все же распределили на две кареты. Я поехала с дядей и тремя охранниками, которые поместились снаружи, на запятках, а во второй экипаж усадили остальных. – Пока едем, рассказывай, что знаешь, – потребовал король. Я постаралась уместить эту дикую, неправдоподобную историю в как можно более меньшее количество слов. Рупер Третий меня не перебивал, но лицо его становилось все мрачнее. – Если все это хоть на половину правда, я – величайший идиот в королевстве, или даже в двух, – сказал он под конец. Экипаж остановился. Выйдя, мы увидели у подножья горы двух мускулистых мужчин. Их выправка и внешность выдавала воинов драконьей армии. Мне стало чуть спокойнее. Значит, Грион там не один на один с опасным безумцем. Поднявшись по широкой горной тропе в долину, мы приблизились ко входу в парк. Стражи, узнав высокого гостя, вытянулись в струнку. Король кивнул им, и мы пошли дальше, углубляясь к заповедным местам. Посетители смотрели на короля с любопытством, гадая, настоящий ли он. – К нужному месту придется доплыть на ладье, – сообщил Бетер, – и… нырнуть под водопад. – Отличная маскировка, – хмуро одобрил король. Грот желаний был прекрасен, несмотря на то, что использовали его для преступных целей. Удивительные, великолепные ландшафты, чудный вид на горную долину, который открывался с этой точки, внушали благоговение. Но процессия наша не выглядела счастливой. Погрузившись в ладью, мы напряженно ждали приближения к водопаду. Однако удалось проскользнуть, почти не попав под брызги. За этой мощной водяной стеной скрывалась еще одна, никому неизвестная пещера. На ее стенах тускло горели фонари, отбрасывая неверный отблеск на воду. Никого внутри не было, но к каменному берегу прибилась лодка, привязанная к заботливо поставленному колышку. Мы остановились рядом. Первыми вышли охранники короля, осмотрелись, затем разрешили выбраться и нам. – Идем, – скомандовал Бетер Драйн. Еще около десяти минут мы углублялись внутрь скалы, пока коридор не стал узким, тесным из боков и снизу. Дышать стало трудно. – Куда ты нас заманил? – возмутился один из телохранителей. Сам же Рупер молчал. Его гнало вперед обещание узнать больше об участи своего несчастного сына. – Мы пришли. Точнее, приползли. Бетер Драйн, стоящий на коленях, с усилием толкнул обеими руками глыбу, наваливаясь на нее. Массивный камень провернулся, и в глаза нам ударил свет. – Посторонитесь! – велел старший телохранитель, пробираясь первым. Потом уже протиснулись и мы. И оказались в пещере сокровищ. Стены увешаны мягкими тканями и коврами, на полу звериные шкуры, дорогой столик ручной работы и два кресла. Однако хозяин этого интерьера находился не в одном из них, а лежал на полу со связанными руками. Брайт Ханли злобно смотрел на нас, вращая глазами. Рядом с ним в такой же позе находился его ближайший приспешник, Лекоб Штин, а чуть дальше – дознаватель Эдвар Шали. Над ними стояли Грион Карц и двое драконов-воинов. У всех троих в руках были обнаженные мечи, горящие пламенем. – И что все это значит? – строго спросил король. – Приветствую, король, – без смущения ответил Грион. И от звука его голоса мое сердце радостно забилось. Он жив! – Мне кажется, вам лучше подойти к открытому сундуку. Грион указал свободной рукой на стол. Там и правда стоял внушительных размеров золоченый сундук с откинутой крышкой. К нему кинулись было телохранители, но Рупер Третий их остановил. – Я сам. Подойдя к столику, он сунул руку внутрь сундука. И я увидела, как затряслись плечи этого сильного, властного человека. – Роджер, – прошептал он, и звук его хриплого голоса отразился от каменного потолка. Король прижал к лицу расшитый золотыми нитями бархатный пояс. Принц его очень любил, однако после смерти наследника эта деталь одежды пропала. – Также в этом хранилище есть орден Боевой Силы генерала Мелени, – сказал Грион, – а еще золотой браслет с эмблемой дома короля. Женский, с сердечком на колечке. – Мой, – прошептала я громко. – И несколько вещей, которые можно связать с самыми громкими преступлениями в Прейсто. И наиболее страшное из них – это разжигание войны между нашими королевствами. А вот – эполет с моего мундира. Я сегодня специально вырядился наряднее. Правда, мундир пришлось быстро надеть на моего помощника, когда мы скрылись между холмов… И спустя пять минут его столкнули на дно декоративного обрыва. Сложнее всего бедняге было притворяться мертвым, пока его ощупывали все кому не лень. – Какая ужасная коллекция, – произнес король, – значит, мой сын погиб не случайно? – Супруг графини Кламм, хоть и ревнив, но не идиот, – подтвердил Грион, – и никто из его охраны не убивал принца. Все понимали, с кем имеют дело. Убийца был нанят герцогом Ханли. Выбрал удачный момент, и совершив преступление, прихватил сувенир для своего хозяина. Окровавленный пояс Роджера. – Взять их, – велел король своим телохранителям, – и допросить с жесточайшим пристрастием. Взгляд Гриона встретился с моим. Генерал драконов улыбнулся мне. – Грион! – вскрикнула я, бросаясь к нему, в то время как преступников уже уводили прочь. – Лейла! – сказал он нежно. – Я знаю, ты еще меня не простила… но я буду стараться, я докажу тебе… – Какой же ты бестолковый, Грион Карц, – перебила я его, и сама потянулась за поцелуем. Он задолжал мне их за эти годы слишком много.