Глава 12

/Джослин Андервуд/   

— Как вам подарок? — уточнил Ричард, когда моё молчание затянулось.

А я всё пыталась собраться, силой воли удерживая улыбку на губах.

— Он… это неожиданно, — нашлась я, обратив взгляд к лицу мужчины. — Я смогу его принять только, если он от Кираны и не оплачен вами, в ином случае мне придётся отказаться. Не хотелось бы лишиться остатков репутации из-за подарка ректора.

Он прищурился, склонив голову к плечу.

— Возможно, моё расположение к вам вызвало в вас опасения. Прошу прощения, рекрут Вуд. Я буду держаться рамок. Этот шаблон действительно благодарность Кираны, можете не переживать.

— Вы меня успокоили, ректор Рамси. Я с радостью приму этот подарок. И всё же хотелось бы перейти к причине вызова. Вы же не сорвали меня с пары только ради этого?

Стоит отдать должное Гранту, после его прессинга разговор с Ричардом проходил проще, чем могло бы быть. Я сумела взять себя в руки и говорила спокойным голосом, хотя в глубине души ругалась совершенно некрасивыми словами. 

— Нет, конечно. Я бы не позволил себе такую вольность. Мне запомнились ваши восторги о необычном билде. Хотелось бы взглянуть на схему внимательнее, послушать о ваших ожиданиях. На мой взгляд, даже индивидуальное расписание не позволяет в полной мере раскрыть ваш потенциал, Джослин.

Об учёбе я готова болтать хоть весь день! Признаться, сначала показалось, что он лукавит, и причина вызова была именно в уличении меня во лжи, но Рамси на самом деле приступил к обсуждению, внимательно изучил мой билд, задал по нему десятки вопросов, следом поинтересовался успехами, выбором тем курсовых работ по обоим направлениям моего обучения. Так что разговор занял остаток пары, перемену и час от следующего занятия. Кабинет ректора я покидала озадаченной и совершенно сбитой с толку, а ещё абсолютно не знала, чего ждать. В руки Рамси попал шаблон Кираны, который долгое время не пропускал к патентации отец Гранта, чтобы избежать ускорения обучения рекрутов. Означает ли это, что его опасения сбудутся или, наоборот, шаблон будут использовать для лучшей подготовки будущих военных? И что означали намёки на запрещённые уставом академии отношения с Шейном? Они действительно имеют место, но какого будет влияние Рамси? Не вынудит ли это Гранта к ускорению помолвки? Вопросы, одни вопросы, и все без ответа! Как же это злит и расстраивает. Я как-то внезапно оказалась шахматной фигурой в игре сильных мира сего, но не знаю правил и далеко не королева.

Разговор с Рамси привёл к такому душевному раздраю, что я сама не заметила, как оказалась у двери кабинета Итана. Само собой, он сейчас находился на паре, мне было известно его расписание. Потому я просто прислонилась к стене и принялась ждать. Звонок прозвенел через десять минут, коридор наполнился шумными рекрутами.

— Джослин? — обратился ко мне с тревогой Итан. — Что случилось? Почему ты здесь?

— Сама не знаю, — призналась я честно, присматриваясь к его лицу.

Сапфировый взгляд больше не обжигал холодом, в нём поселилось искреннее беспокойство за меня. 

— Заходи, — он торопливо отпер замок и открыл передо мной двери, приглашая в свой кабинет. — Что у тебя в руках? Шаблон…

— Шаблон Кираны. Рамси передал мне подарок от неё. Совершенно не понимаю, как он всё выяснил.

— Расспросил преподавателей, обратился к кристаллам наблюдения, что угодно, — хмыкнул Итан, закрывая за нами дверь на ключ и возводя сферу безмолвия.

И как только мы оказались наедине, я развернулась, сделала шаг к нему и уткнулась лицом в его грудь. Морозный аромат мужчины окутал будоражащим коконом. Я сильно зажмурилась, стараясь успокоиться, набраться моральных сил. И задрожала, когда руки Итана обхватили мои плечи в нежном объятии.

— Ричард тебе угрожал? Напугал? — с участием спросил он.

— Нет, он был обходителен, вежлив и прекрасно подбирал слова, — фыркнула я язвительно.

— В этом весь Ричард. Не стоит винить себя из-за шаблона, Джослин. Не попади он к тебе, Кирана рано или поздно пробилась бы в Совет.

— Я просто хотела побыть рядом с тобой. Ты… так сегодня на меня смотрел, будто я в чём-то провинилась.

— Прости, — выдохнул мне в макушку. — Мне не стоило вчера задавать тебе этот вопрос. Меня душит ревность…

— Так сделай что-нибудь! — внезапно даже для себя потребовала я, вскинув голову.

А потом сорвала с его лица повязку, чтобы смотреть в его глаза, в которых поселилось невероятное изумление.

— Рамси намекнул на свои подозрения по поводу отношений между мной и Шейном. Скорее всего, теперь придётся ускорить помолвку. Это не временно, Итан, это навсегда! Шейн предлагает мне постоянный брак.

— Постоянный? — сипло вторил он мне.

— Я понимаю, что сейчас всё запуталось. Мы в разводе, ты мне не веришь, Грант знает твою тайну. Но раньше-то… почему и ты так не мог, предложить мне что-нибудь настоящее?! Почему он, а не ты?!

Я обращалась даже не к Итану, а просто кричала в пустоту, расстроенная жизненной несправедливостью, ведь прекрасно знала все ответы. Беда в том, что вне брака мы стали ближе, чем когда принадлежали друг другу по контракту. Мы не успели узнать другу друга, признаться хотя бы самим себе в чувствах, а теперь уже поздно. Жизнь вырывает нас из объятий друг друга. Шейн идеальный для меня вариант и он не собирается терпеть конкурентов, Итан вскоре вступит в брак с подходящей ему женщиной, а там, может, покинет и пост преподавателя, раз не сумел здесь решить свою проблему с глазом. Всё закончится, развеется, словно и не было тех счастливых мгновений, и мы оба обратимся к практичности, формируя свои жизни исходя из холодного расчёта.

— Шейн свободнее меня, — горько произнёс Итан, кажется, тоже в пустоту.

Мне хотелось накричать на него, потребовать спасти меня от моей собственной жизни. Но не свободен не только он, я так же скована, только не обязательствами перед родом, а своей и его тайнами.

— Прости за эту истерику, — я опустила голову и растёрла веки, силясь сдержать слёзы. — Разговор с Рамси вымотал, и я сорвалась.

— Джослин…

— Я всё понимаю, не надо, — растянув подрагивающие губы в улыбке, я вновь посмотрела в его полные сомнений и боли глаза. — Лучше… дай мне… свою рубашку.

— Что? — удивился он.

— Ты воруешь ленты, я хочу, чтобы у меня тоже было что-то твоё.

— У меня есть здесь чистая рубашка, — проговорил он, нахмурив в раздумьях брови.

— Тогда переоденься, я заберу ту, что на тебе.  

Великие Воды, только бы выдержать это зрелище и не сорваться. Мы же не в астрале…

— Хорошо, — на ходу расстёгивая мундир, Итан в задумчивости двинулся в дальнюю часть помещения.

Наверное, эта просьба наведёт его на не самые безопасные для меня мысли, но плевать. Похоже, скоро произойдёт очередной жизненный кульбит, но со мной будет хотя бы частичка Итана. Это позволит держать удар, не раскисать и принять изменения достойно.

Мы всё же сорвались. Я не удержалась, пошла помогать Итану с разоблачением, и мы забылись в жадных поцелуях. К счастью, реальность быстро напомнила о себе звонком на занятия. Нам пришлось оторваться друг от друга и приняться спешно приводить себя в порядок.

— Мы можем увидеться позднее? — обратился он вдруг ко мне, когда я собиралась уходить.

Сердце задрожало в груди, мне бы очень хотелось ответить согласием. Но куда мы в итоге придём? Может случиться то, в чём меня обвиняет Шейн.

— Не стоит, Итан, — мельком взглянув на него, я поспешила сбежать.

Боялась уговоров или, напротив, его спокойного принятия.

Кабинет Итана я покидала с его рубашкой. Моё сокровище находилось под стазисом в сумке. Рано или поздно запах выветрится, но, надеюсь, к тому времени я найду в себе моральные силы расстаться с бывшим мужем не только физически, но и внутренне. В чём-то Шейн прав, нужно жить дальше и не оглядываться на горькое прошлое, какими бы сладкими ни были воспоминания.

От меня пахло Итаном, потому я не решилась идти на следующую пару, а поспешила к себе. Намеревалась переодеться и спрятать своё сокровище. Иначе с моей удачей на рубашку наткнётся Грант, и вновь устроит мне разнос, а он только успокоился. Надо и ему поведать о сегодняшнем разговоре с новым ректором. Надеюсь, он отнесётся к новости спокойно. Впрочем, когда я избавилась от прошлого шаблона и рассказала об общении с отцом и сыном Рамси, он принял всё с каменным выражением лица.

До жилого здания я добралась без происшествий. Там быстро освежилась, переоделась и приступила к поиску места для своего сокровища в шкафу.

— Мои ленты отомщены, — фыркнула я насмешливо, накидывая поверх рубашки свои платья.

После того как успокоилась, не могла поверить, что обратилась к Итану со столь странной просьбой. Но он отреагировал спокойно. Наверное, среди драконов это даже нормально, беда в том, что он считает меня обычным человеком, хотя теперь может и усомниться.

До завершения пары оставалось достаточно времени, потому обратно в главное здание академии я шла неторопливо. Небо хмурилось. В воздухе ощущалась влага. Похоже, сегодня будет дождь. Я вошла в здание и побрела в сторону столовой, намеренная дождаться друзей там. В коридоре было тихо, все находились на занятиях, но внезапно на меня опустилась кромешная тьма. Я испуганно застыла, не понимая, что происходит. Царила тишина, но с меня вдруг начали один за другим слетать артефакты. Сначала кольца, за исключение подарка Итана, потом дёрнуло браслет, но он не поддался, и меня бросило на пол. Следом неизвестная сила резко потянула медальон. По всем законам физики цепь должна была порваться, но она выдержала. Так что меня рвануло вперёд, и я рухнула на живот, выставив перед собой руки, чтобы защитить лицо от удара. Тьма не позволяла рассмотреть хоть что-то вокруг, начинала накатывать боль от ушибов. Я опасалась нового удара, не видела своего врага, видимо, поэтому обратилась к астральному телу.

Нахлынуло чувство невесомости. Меня привычно перенесло в подвал академии, но паника была сильна, я желала скорее вернуться. Мысленный сигнал сработал, меня на огромной скорости протащило через стены. Секунда, а я зависла над своим распростёртым на полу телом. Голову мою обхватывала тёмная сфера, видимо, она и лишила меня зрения. В отдалении стоял незнакомец, окутанный чёрной дымкой, что не позволяло его рассмотреть, даже понять, женщина это или мужчина, какого возраста, в какой одежде. Просто туманное нечто.  

— Не выходит! — донеслось до слуха женское восклицание, что подсказало пол врага, и неизвестная девушка бросилась к моему телу.

Страх заскрёб душу. Я не знала, как защититься. Если попробую войти в чужое тело, могу случайно убить. Но желание спастись было сильно, потому я рванула на злоумышленницу, намеренная отбросить её прочь. И получилось! Незнакомка рухнула на спину. Дымка вокруг неё рассеялась, позволяя мне увидеть лицо и надетую на неё чёрную форму рекрута. Это оказалась первокурсница с параллельного потока. Кажется, Леана Килз, если ничего не путаю. Мы ведь даже не пересекались, я лишь пару раз видела её с Эвансом, но дружба с моим недоброжелателем не повод для покушения. Леана же не понимала, что выдала себя. Она подорвалась с места и побежала прочь. Я полетела за ней. Она унеслась в уборную и закрылась в кабинке. Изнутри донеслись громкие всхлипы. Поведение девушки озадачило, но с причинами предстояло разобраться потом, а пока я полетела к своему телу. Надо бы для начала поднять его с пола, а потом и подлечить. Но это нападение показало кое-что важное, цепь невозможно порвать физическим воздействием. Естественно, эти свойства я никогда сама не проверяла. 

К счастью, за время отсутствия моего астрального тела с настоящим ничего не случилось, оно так и лежало на полу. Разве что сфера заклинания рассеялась. Подозрительно оглядевшись, я опустилась. Стоило коснуться своего тела лишь ногой, как меня сразу в него утянуло. Нахлынули болезненные ощущения. Запястье то ли вывихнуло, то ли просто ушибло, когда Леана попыталась сорвать с меня браслет, а шею явно оцарапало, колени с ладонями ныли после падения. К счастью, заклинание обезболивания в умелых руках создаётся за пару секунд. Я соткала нужное плетение, и болезненные ощущения отступили. Диагностика обрадовала, обошлось ссадинами и лёгкими ушибами, которые при моей регенерации и помощи магии сойдут на нет. Я, конечно, не чистокровный дракон, но тоже могу похвастаться хорошим здоровьем и способностью организма к самоисцелению.

С лечением было завершено, и можно было отправляться на разборки. Нападение первокурсницы не то, с чем я собиралась идти к преподавателям, Шейну, Итану, друзьям или няне, здесь можно и даже нужно справиться самой. Подобрав с пола артефакты и сумку, я направилась в уборную. Из кабинки всё ещё доносились всхлипы, но уже не такие громкие.

— Выходи, Леана, — потребовала я, скрестив руки на груди.

— Нет… — жалобно и одновременно сердито ответила она.

— Выходи, иначе я выкурю тебя водой из унитаза.

— Не выкуришь!

— С фекалиями, — пригрозила я, вспомнив случай с Мелиссой.

И девушка всё же вылетела из кабинки. Каштановые волосы пребывали в беспорядке, глаза покраснели, нос опух, а на щеках блестели слёзы. Но смотрела она взбешённо и в то же время как-то загнанно, будто в ожидании удара. Хотя, возможно, потому что Леана была человеком, магом стихии земли и уступала мне в размере резерва.

— Верни мою мать! — воскликнула она.

— Что? — искренне растерялась я.

— Я… я сглупила, Вуд. Просто хотела денег…

— Подожди! — я спешно возвела вокруг нас сферу безмолвия. — Что ты такое говоришь? Хотя… это ты отправила то письмо?

— Да! — всхлипнула она, притопнув ногой. — Ты была в браке с Вилдбэрном, я решила, что у тебя есть деньги, и всё. Я лишь хотела заработать и ничего бы не сделала. Пожалуйста, верни мою маму. Я всё сделаю. Правда. Пожалуйста! Или… или… я могу заменить её? — взмолилась с отчаянной надеждой.

— Подожди. Твою маму похитили? — я помотала головой, пытаясь уложить в голове весь поток причитаний, что она на меня вывалила.

В конце концов, пока шла сюда, предполагала противостояние, даже драку, но никак не слёзы и истерику.

— Будто ты не знаешь! — воскликнула она сердито.

— Нет, не знаю, — спокойно ответила она. — Расскажи подробно.

В итоге Леану пришлось успокаивать с помощью заклинаний, но вскоре мне удалось добиться рассказа. Оказалось, она действительно увидела мою ауру в день бала, правда, рассмотрела не всё, лишь то, что я не человек. И решила поправить положение семьи за мой счёт. Но попытка шантажа свела её с хищницей в лице моей няни. Мать Леаны похитили, теперь девушке приходилось молчать, чтобы сохранить жизнь любимому человеку. Вот только сегодня она сорвалась, решила отобрать у меня артефакт, чтобы всем открылась моя тайна и надобность в заложнике отпала. Однако, для нас обеих стала сюрпризом особенность моего медальона.

— Она ведь вернётся ко мне? — спросила опустошённо Леана, когда завершила свой рассказ.

— Я поговорю по этому поводу, — пообещала я ей и отправилась на выход из уборной.

Похоже, пора связаться с няней и поговорить…

Естественно, в свете того, что мне стало известно, ни о каком обеде не шло и речи. Я сразу рванула обратно в свою комнату, там создала двойную сферу безмолвия и вызвала няню по артефакту. Почти минуту она не отвечала, и в душе начало подниматься разочарование. Которое тут же рассеялось, стоило передо мной начать формироваться проекции лица няни. Мы общались с ней лишь раз после моего перемещения в дом дяди. Но тогда разговор прошёл сухо, потому что во мне была сильна обида на её чёрствость. Впрочем, ничего не изменилось и теперь. Только я всё равно была рада видеть родного человека.

— Здравствуй, Лин-Лин, — улыбнулась она неожиданно тепло.

— Здравствуй, няня, — вздохнула я грустно, ведь предстояло перейти к выяснению отношений, когда просто хотелось бы поделиться с ней своими успехами.

В конце концов, многое случилось. Мой билд одобрили, началась работа по новому расписанию и участие в сложной научной работе.

— Что ты опять хмуришься? Неужели снова принесла плохие новости?

— Нет, я хочу узнать правду, — пояснила и приступила к пересказу того, что выяснила.

— А что я должна была делать? Убить Леану? — пожала она плечами после того, как меня выслушала. — Девка тебе угрожала, и я нашла способ обеспечить её молчание. Не переживай, мама Леаны в стазисе, ей ничего не угрожает. И скоро необходимость в заложнике отпадёт.

— Что это значит? — уточнила я холодно.

Полное отсутствие стыда за содеянное пугало и настораживало. Няня никогда не отличалась мягкостью к посторонним, только со мной она проявляла редкую нежность, но я не могла даже помыслить, что она способна столь легко относиться к похищению людей и содержанию их в заложниках.

— Я тоже собиралась с тобой связаться, но уже завтра, когда всё станет яснее, — заговорила она, то ли проигнорировав мой вопрос, то ли решив подойти к ответу издалека. — Скоро ситуация в стране изменится. Вилдбэрн прилагает для этого достаточно усилий. Я очень надеюсь, что сумею отдалить тебя от политических разборок, возможно, и увести, пока всё не уляжется.

— Ты говоришь так расплывчато, — перебила я её. — Что изменится? Зачем меня увозить, когда ты сама настаивала на моём поступлении в академию?

— Не могу сказать, пока не уверена в успехе. Но если план сработает, тебя можно будет вывести из игры. Ты будешь в безопасности, Лин-Лин, — голос её смягчился, на губах появилась тёплая улыбка, отчего сердце в моей груди сбилось с ритма.

Няня что-то проворачивает ради моей безопасности. Приятно и настораживающе одновременно.

—  Тогда почему его нельзя было реализовать раньше?

— Появился важный элемент, который я считала потерянным.

— И снова расплывчатая формулировка, — прикрыв глаза, я надавила пальцами на переносицу. — А если не получится, что тогда?

— Придётся вернуться к изначальному плану.

— И в чём же он заключается? Явно не в побеге. Или продолжишь убеждать меня в этой сказке? — убрав руку от лица, я заглянула в серые глаза шептуньи.

— А ты готова к правде? — хмыкнула она, сняв очки в круглой оправе.

— Дальше использовать меня вслепую не выйдет.

— Хм, да… — отведя взгляд, она пожевала губы. — Если этот вариант не сработает, тебе нужно будет восстановить отношения с Вилдбэрном.

— Восстановить? — усмехнулась я в неверии. — Мы в разводе.

— Вряд ли это проблема.

— Значит, план был в этом? Свести меня Итаном? Он… появился на пороге нашего дома неслучайно? То нападение…

— Раз сама всё понимаешь, зачем спрашиваешь? — на её губах появилась ироничная усмешка.

Она и не отрицала...

— Для чего вам нужен был этот брак? Объясни мне.

— Вилдбэрн — будущий император нового режима. Он обеспечит тебя всем, о чём ты мечтала: свободной, защитой, должным твоему происхождению статусом. Даже в роли любовницы ты будешь в безопасности.

— Возможно…

Стало так больно. Я оказалась козырем, который тайно вручили возможному лидеру страны.

— Это точно. С ним будет безопасно, — убеждённо кивнула няня.

Только почему есть ощущение, что она создаёт для меня новую сказку?

— Но это неблизкое будущее. Говорю же, возможно, мне удастся увести тебя подальше от политических интриг. Ты стала мне дорога, Лин-Лин, — хмыкнула она внезапно горько-сладко, словно радуясь несчастью.

— Если ты желала только поддержать Итана на его пути, почему же мы сразу не выдали ему, кто я? Почему ты скрываешь свою деятельность? Не логично ли предложить ему поддержку? Я могу рассказать ему, кто ты?

— Ни в коем случае, — сразу разозлилась она. — Вилдбэрн не из тех, кто доверится незнакомцам. Если бы узнал правду, он скорее поступил бы по-своему. Например, поспешил бы с ребёнком от дочери императора.

Возможно… Для Итана я была незнакомкой, на которой его вынудили жениться. Но мог ли он тогда закрыть глаза на мои желания в стремлении укрепить своё положение? Мне хотелось верить, что нет, ведь сложно думать о любимом плохо.

— А если вариант не сработает, можно признаться? Например, если меня не страшит беременность? — я больше не верила няне, потому намеревалась уловить хотя бы частичку правды в её объяснениях.

— Нет, рискованно. Он узнает, когда для этого наступит время.

— И ты сама его определишь, — скривилась я.

Няня поддерживала императора и спасла его дочь после переворота. Логично предположить, что она желает вернуть прежние времена. Если её цели совпадают с курсом Итана, зачем скрываться и убеждать молчать меня? Только если действительно опасаешься его действий. Либо няня добивается иного, и её конечная цель не совпадает с целью Итана.

— Ещё ничего не известно, не расстраивайся заранее, — попросила она, как в прежние времена, когда обращалась ко мне в моменты усталости.

— Итан подвергся нападению, чуть не погиб, чтобы отравление привело его в наш дом. А ты вывела мой резерв из равновесия, что вынудило меня отправиться в академию. Можно было обойтись без этой сложной комбинации, но тогда бы не случилось брака, да? Теперь же ты снова намерена использовать меня вслепую. Мне сложно не расстраиваться.

Откуда я могу знать, что в итоге не подвергну Итана опасности? Вдруг няня не его союзник, а лишь другая сторона конфликта? Вспоминался недавний разговор с Мелиндой, в котором она упоминала культ мглы. Не знаю, что это, и вряд ли няня как-то к этому причастна, но слухи о прошлых заговорах говорят о том, что политическое поле боя не шахматы, где играют чёрные против белых, здесь может быть множество фигур разных оттенков и уровня опасности. Мне на самом деле неизвестно, чего добивается няня и насколько правдивы её слова. Пока что она только создаёт для меня сказки и умело в них убеждает. Сколько в моей жизни на самом деле настоящего, того, к чему я пришла сама?

— Брак с Итаном был подстроен, а… наши… кхм… тяга?

— Что ты имеешь в виду? — нахмурилась она.

— Ты вывела мой резерв из равновесия. Могла ли ты навязать мне влечение к Итану?

Няня нахмурила брови сильнее, а я прикрыла глаза, поняв, что всё это уже неважно. Мне известны составы, повышающие чувственность и влечение. Я могу отыскать следы воздействия, если пожелаю, но зачем? Невозможно сварить зелье, принуждающее к любви. Может, между мной и Итаном всё началось с желания и страсти, но уже давно перешло на уровень выше. По крайней мере, для меня.

— Я бы могла соврать, хотя бы чтобы тебя отрезвить, пока ты будешь проверять зелья мунны на наличие примесей, — качнула она головой, зло усмехнувшись. — Если мой вариант не сработает, ты возобновишь отношения с Вилдбэрном. Но не из любви, а из расчёта, потому что с ним безопасно. Пора остудить свои чувства, Лин-Лин, пока они не столь сильны, ведь ледяной клирик не отвечает тебе взаимностью. Не прошло и месяца с вашего развода, как он приступил к обсуждению помолвки с другой. Ты хоть знаешь об этом?

— Знаю, — ответила я сипло. — И знаю о причинах.

— Надо же, — удивилась она. — Тогда соберись, хватит себя мучить.

— Я собрана, — губы дрожали, но я растянула их в улыбке. — Сработает твой вариант или нет, мне всё равно. Я не безвольная кукла, чтобы выполнять твои поручения. Мне предложил защиту род Грант. Для меня это самый приемлемый вариант, если мы говорим о холодном расчёте.

— Грант не подходит, — возмутилась она. — Ты ведь вынуждаешь меня выдать Вилдбэрну твою тайну.

На секунду ужас сжал тисками лёгкие, не давая вздохнуть, следом в душе закипела ярость.

— Если ты пойдёшь на это, то я так же в свою очередь буду вынуждена ускорить помолвку с Шейном. Нет, няня, хватит решать за меня.

— Моя ошибка, — вдруг рассмеялась она. — Я позволяла тебе читать слишком много книг. Будь ты глупее… это упростило бы мою задачу, — несмотря на смысл фразы, она смотрела на меня с гордостью. 

— Ты примешь мою позицию?

— Пока я работаю над первым вариантом, — она вернула очки на место и улыбнулась. — Свяжусь с тобой завтра.

— Ты так и не ответила по поводу мамы Леаны. Её нужно освободить.

— И мы поменялись ролями, — рассмеялась она. — Теперь я не желаю тебе подчиняться.

— Она живой человек.

— Она представляет опасность для тебя, и потому я её скорее убью, чем позволю навредить тебе. Это оптимальный вариант. Её отпустят, но позднее.

— Няня, это неправильно.

— В этой игре нет правил, Лин-Лин. До завтра, — и она просто прекратила сеанс связи.

Вот и поговорили по душам. Как теперь уложить в голове всё, что выяснилось?

Артефакт связи в моей руке ожил вновь. Я было решила, что это в няне проснулась хоть крупица совести и сострадания, но передо мной соткалась проекция бледного лица Катарины.

— Джослин, мне стало плохо. Сможешь покормить слизней вместо меня?

— Конечно, — вызвалась я, с беспокойством присматриваясь к девушке.

Выглядела она ужасно: бескровные губы искусаны, на голове беспорядок, под глазами тёмные круги. Снова скажет, что переутомилась? Объяснение сработало бы, но я помнила, как она почти в панике оттолкнула мою руку, не позволяя диагностику. Здесь что-то намного серьёзнее. Вот только стоит ли выяснять?

— Если твоё положение не позволяет, так и скажи, я попытаюсь подняться, — виновато попросила она.

— Положение? Я… простолюдинка, человек. Что в моём положении особенного?

— Я про другое положение, — стушевалась она, и на её щеках всё же появился проблеск румянца.

— Положение… — повторила я медленно. — Ты же не имеешь в виду… Великие Воды, почему ты решила, что я беременна?!

— Слышала… — совершенно смутилась она. — Прости.

Похоже, кто-то всё же услышал восклицание Мелинды. Она же предположила эту глупость не под сферой. А кто-то и рад новому поводу для пересудов.

— Я не беременна, не верь глупым слухам, — разозлённо попросила я девушку, хотя хотелось и нагрубить. — Отдыхай и приходи в себя. Я накормлю слизней.

— Спасибо, Джослин. И ещё раз прости, — протараторила смущённо Катарина и прекратила вызов.

/Итан Вилдбэрн/

Немного ранее.

— Спасибо, — Джослин быстро сложила мою рубашку и набросила на неё заклинание стазиса.

Губы её припухли после моих поцелуев, щёки заалели. Меньше всего на свете хотелось её сейчас куда-то отпускать. Мои догадки на её счёт подтверждались, она захотела получить рубашку с моим запахом. Это странно для человека, но вполне обычно для дракона.

«Так сделай что-нибудь!» — до сих пор звенело в мыслях её требование.

Она права, нужно что-то решать. На меня возложили сложную миссию, и никто не спросил, каково мне будет в новой роли. Но перемены необходимы, потому я не противлюсь. Страна на грани, военные погибают в борьбе с тварями Разлома, а им будто нет числа, нам необходима помощь извне, технологии, восстановление прошлых каналов сбыта. Но всех страшат ужасы переворота, ведь ещё не успели забыться те горькие времена. Потому и идти готовы не за каждым. Когда-то я в стремлении прервать прорыв создал десятиступенчатое заклинание с твёрдой уверенностью в том, что погибну, но выжил и стал живой легендой, тем, кого готовы поддержать вопреки всему. Потому именно от меня ждут нового чуда, ведь на самом деле всем и каждому в нашей стране в первую очередь нужна надежда. 

Мне необходимо добиться хотя бы открытия границ, чем я активно и занимаюсь. Совет не примет единогласное решение по этому вопросу, для того мне и нужна Камилла. Она выступит за меня, часть её приданого перейдёт роду Вотерборн, что обеспечит мне ещё один голос. Отец, само собой, с нами. Остаются только Грант, Рамси и Форест. Члены Совета из числа людей не принимают решения по территориальным вопросам, так как те напрямую связаны с состоянием армии, состоящей большей частью из магов. Рамси и Форест в союзе, но они будут в меньшинстве, если перетянуть на свою сторону род Грант. Вот только Август намекает на союз наших родов через Викторию. А я не намерен отдавать сестру Шейну. Не собираюсь жертвовать её счастьем и, судя по всему, своим. Потому рискую разрушить всё. Не говоря о том, что не испытываю уверенности в чувствах Джослин. Вдруг я пожертвую всем, а она снова выберет не меня.

— Я побегу, и тебе пора, пара уже началась, — скороговоркой произнесла Джослин, пробегая к выходу.

И это заставило вспомнить, что звонок прозвенел, настал момент возвращаться к реальности. Мне предстояло провести занятие, меня ждали, да и Джослин опаздывала. 

— Мы можем увидеться позднее? — позвал я её, и тут же мысленно обругал себя.

Пока ничего не известно, нельзя кормить её пустыми надеждами, как и себя. Сначала надо обговорить всё с Камиллой, Вотерборном, отцом, Грантом, друзьями. Цепочка зависимости друг от друга слишком длинная.

— Не стоит, Итан, — тускло мне улыбнувшись, она покинула кабинет, и на этот раз я выругался вслух.

Похоже, она решила, что это не приглашение на разговор, а в мою постель в реальном мире.

Призвать мысли к порядку удалось не сразу. Ещё и нужно было переодеться, а то от меня пахло Джослин. К счастью, в кабинете имелось несколько комплектов чистой формы. Но я всё равно опоздал почти на двадцать минут. Благо рекруты не шумели, а терпеливо ждали.

Остаток дня прошёл как в тумане, я обдумывал предстоящие действия, размышлял о том, что скажу Камилле и как буду справляться с возможными проблемами. Сегодняшнее появление Джослин у моего кабинета заставило окончательно определиться. Испуг в её глазах, доверчивый шаг в мои объятия, отчаяние в голосе. Мне оставалось надеяться, что я не ошибаюсь в оценке её чувств, и мои старания не будут напрасными.

Камилла согласилась встретиться. Завершив с делами, я покинул территорию академии. Но стоило дойти до ожидающей меня машины с Уэсли за рулём, как проснулся мой артефакт связи.

— Что-то странное происходит, Итан, — Картер решил обойтись без приветствий, сразу перешёл к делу.

Впрочем, мы уже виделись с ним утром. Он заезжал в академию, чтобы передать Калебу артефакты для его жены. Наш огневик попал под чары брачной аферистки. Кэтрин Белл нагло добыла его подпись для брачного контракта и тайно надела на него браслет. Девушка была красива, приятно пахла и отличалась лёгким нравом, и Калеб не устоял, вместо развода утащил её в свою постель. Мы привыкли, что наш огненный друг падок на женские чары, но он всегда быстро остывал, так что оставалось ждать, когда он успокоится. Ну а Картер внимательно наблюдал за Кэтрин на случай, если её всё же послали наши враги.

— Белл покинула территорию академии, сбросила маяк и исчезла из вида под отводом глаз.

— Давно? — уточнил я.

— Только что.

— Я как раз на улице, куда она направлялась? — спросил, открывая водительскую дверь.

Уэсли понял всё без слов, уступил мне своё место и быстро запрыгнул на пассажирское сиденье.

— Север, перекрёсток с Проспектом Уимблдон, — подсказал задумчиво Картер.

Я тут же тронул автомобиль с места, поехал в нужном направлении. И вскоре увидел девушку. Она шла по улице, будто просто гуляла. Облик её рябил из-за отвода глаз, но уровень моего резерва позволял пробиться через заклинание. Вскоре она запрыгнула в карету, и мне пришлось отстать, чтобы не вызвать подозрений. А по дороге я связался с друзьями. Картер находился слишком далеко и мог отправить к нам только группу поддержки. Калеб же сейчас общался с журналистом на окраине и пообещал принестись как можно быстрее.

Карета остановилась возле обычного многоэтажного жилого здания. Кэтрин покинула её и направилась к входу. Кучер поравнялся с ней в шаге. Мешковатая одежда и фуражка не позволяли хорошо рассмотреть ни его лица, ни особенностей фигуры. Как только они скрылись в дверях, я подъехал ближе, покинул салон и двинулся за ними. Меня и так терзали сомнения в отношении мисс Белл, а теперь они усилились и, судя по всему, сегодня получат реальное подтверждение. А Калеб ведь пока кипел рядом с ней, может, даже влюблялся. Её предательство больно по нему ударит.

У спуска в подсобные помещения я обнаружил маяки. Стоит потревожить, и они сообщат о моём присутствии. Потому я остановился и направил заклинание прослушки.

— Ну как? — послышался голос Кэтрин.

— Аура сильная, но дара не видно, — ответил ей мужчина.

— Какая досада. Поговори с ней. Мне пора.

Я напрягся, готовый метнуться наверх, чтобы меня не заметили. Разговор ничего не подсказал, но, судя по всему, уже завершился.

— Неприятные ощущения скоро пройдут, Кэйтилин, — снова послышался голос мужчины.

Кэйтилин? Там есть кто-то ещё?

— Я… Кэтрин! — хрипло возразила девушка, чем ввела меня в краткий ступор.

К ней обращались по другому имени.

— Сильная. Дочь своего отца. Уильям надеялся, что ты унаследовала и дар, — отозвался он сухо. 

— Это не он.

— Вот незадача, — хмыкнул мужчина внезапно, словно произошло что-то досадливое.

— Так-то, — заявила она с вызовом. 

— Препарат можно и выпить, — усмехнулся тот, а я заколебался, раздумывая над тем, чтобы вмешаться.

Девушке могла угрожать опасность.

— Так, а разве злодеи не должны выдать свои тайные замыслы?

— Я не злодей, Кэйтилин. Я твой союзник. Ты ведь хочешь вернуть дни процветания рода Андервуд, войти во дворец, где должна была стать хозяйкой?

Что? Он считает, что она…

— Нет, — кашлянула девушка. — Мне лишь охота жить спокойно с Калебом.

Надо же… Выходит, она всё же неравнодушна к моему огненному другу. Или всё это спектакль для меня? Мог ли я себя выдать?

— Тогда этот препарат понравится тебе особенно. Он сотрёт память об этом вечере и нашей встрече. Мы свяжемся с тобой позднее.

Нет, похоже, она в опасности. Я уже был готов рвануть к ним, когда ко мне сзади подлетел Калеб.

— Где она?! — рыкнул огневик, в буквальном смысле пылая от негодования.

— Внизу, — сообщил я, и он тут же сорвался с места, снося по пути все маяки.

Естественно, я рванул следом за ним, быстро сбежал по лестнице. И мы очутились в тёмном подсобном помещении с водопроводными трубами под потолком и гудящими насосами. Кэтрин сидела на полу, обратив к нам вспыхнувший облегчением взгляд. А вот злоумышленник пропал. 

— Где он? — обратился я к ней, и она тут же указала мне направление.

За насосом оказалась ещё одна дверь. Я выбежал из помещения, пронёсся вперёд, внимательно проверяя путь перед собой. Через некоторое время пришлось остановиться, чтобы деактивировать обычную взрывную ловушку. Но к тому моменту, как я выбежал на улицу, неизвестный успел скрыться. Упустили. Пометавшись ещё пару минут, я рванул обратно к Калебу. Мало ли, кто нападёт, пока он ухаживает за своей женой. Но опасность миновала, они просто разговаривали. Огневик бережно обнимал бледную после пережитого девушку, а она доверчиво жалась к нему. В этот момент моё отношение к их браку изменилось. Может, всё и началось с обмана, но там явно появились чувства. Впрочем, мне на собственном примере пришлось пройти через подобную ситуацию с Джослин.

— Как она? — я присмотрелся к девушке, оценивая наличие повреждений, а Кэтрин только сильнее задрожала, словно испугавшись меня.

Хотя и неудивительно, я был с ней не очень любезен, пусть и старался не грубить. 

— Сидеть сможешь? — Салливан весь подобрался, словно готовый вскипеть в любой момент.

— Да, — Кэтрин озадаченно захлопала глазами.

Калеб встал и резко приблизился ко мне. Его кулак направился в моё лицо, но я не стал выставлять блок. Перед глазами вспыхнули искры, мелькнула боль. Я отступил, пытаясь поймать равновесие.

— Что б тебя, Итан! Ты же появился тут раньше меня и ничего не сделал! — обвинил меня Калеб, и вполне справедливо.

— Я наблюдал, — коснувшись разбитой губы, я выпрямился. 

Если бы Калеб бил в полную силу, вряд ли бы удалось устоять на ногах.

— Наблюдал?!

— Наблюдал, — я твёрдо посмотрел в его глаза. Пусть и сознательно подверг девушку опасности, но выяснил главное: как в отношении неё, так и по поводу их чувств друг к другу. — Поэтому знаю причины похищения. Её называли Кэйтилин. И говорили о возрождении величия рода Андервуд.

Навязавшаяся в жёны Калебу девушка оказалась дочерью погибшего императора.