Глава 29. Разговор с князем

Подойдя к знакомому кабинету, я на секунду остановилась, чтобы перевести дух. Всё-таки разволновалась из-за предстоящей встречи, но точно знаю, что это были мои собственные эмоции. Я давно уже не чувствовала связи с подсознанием Марии — видимо, слияние моей души и чужого тела завершилось окончательно. Теперь я полноправная хозяйка этого тела.

— Прошу, — Дмитрий толкнул дверь, пропуская меня внутрь.

Расправив плечи, я вошла в кабинет, только пальцы крепче сжали ридикюль, выдавая волнение.

— Добрый день, — голос мой звучал спокойно, несмотря на то, что сердце забилось чаще, когда Воронцов оказался в паре шагов от меня.

— Здравствуй, Мари, — его синие глаза словно рентген сканировали меня. — Не думал, что встречу тебя здесь.

— Вижу, вам, Александр Григорьевич, вообще не свойственно думать, — не удержалась я от язвительности, но тут же мысленно отругала себя. Не стоит настраивать князя против себя. Мне это совершенно не выгодно.

— А я вижу, ты стала остра на язык, — ухмыльнулся он, ни капли не обидевшись, или просто не подал виду. — Для чего ты попросила Дмитрия устроить эту встречу?

— Вы прекрасно знаете.

— Может, вы сначала присядете? — Ланской вмешался в наш диалог, указав на диван.

— Лучше разместиться за столом, — с надеждой посмотрела я на мужчину. Диван не самая лучшая идея.

— Хорошо, — тут же согласился Дмитрий. — Александр, можешь сесть в моё кресло. Мария Павловна, прошу вас, — Ланской подошёл к рабочему столу и отодвинул для меня стул, проявив хорошие манеры. Когда я опустилась на сиденье, Воронцов сел на место хозяина.

— Слушаю вас, мадам Ивели, — князь вдруг перешёл на вы, а на его губах заиграла усмешка. — Так вы сейчас себя называете?

— Вам не нравится? — я снова не удержалась от язвительного тона.

— Не звучит, — скривил он гримасу.

— Конечно, ваша фамилия звучит гордо и статусно, но, к счастью, я уже не не имею к ней отношения, — растянула я искусственную улыбку на лице, заметив, как напряглись скулы князя. — Вот только связь между нами осталась — наша дочь. — Начав разговор об Анне, я стёрла улыбку с лица. Теперь предстоит самое сложное.

— Суд принял решение…

— Суд разрешил мне видеться с дочерью, — нагло перебила я бывшего мужа. — Но поставил одно условие. Вы прекрасно знаете об этом, Александр Григорьевич.

— Я не позволю вам портить жизнь Анны, — процедил он, уставившись мне в глаза. В его взгляде чувствовалась сила, заставляющая других людей подчиняться. Я ощущала колдовскую мощь, направленную на меня, — князь точно сейчас применил свои чары. Наверное, он не раз это проделывал с женой, когда ему было нужно. Вот только я не та Мария, и его сила на меня совершенно не действует.

— Это вы губите дочь, — отчеканила я, не отводя взгляда от Воронцова. Я понимала, что ступила на тонкий лёд, но подчиняться князю не собираюсь. — Анне нужны моя любовь и забота. Она же совсем малышка и не понимает, почему меня нет рядом. Я знаю, ей плохо, она плачет и тоскует. Позвольте нам видеться с ней хотя бы раз в неделю.

Моё сердце бухало в груди от эмоций, ладони вспотели, но я держала лицо.

— Вы скоро родите ребёнка, вам будет не до Анны, — в его голосе послышались горькие нотки упрёка. — Вы пропадёте в новых заботах, и дочь снова начнёт по вам тосковать. Об этом вы подумали?

— Не переживайте, я всегда найду пару часов в неделю, чтобы побыть с Анной. У меня есть помощники, мой малыш будет под присмотром, когда нужно, — я инстинктивно прижала ладонь к животу. Моё движение не укрылось от взгляда Воронцова, и он опустил взор на мой чуть видневшийся под пышным платьем живот. Его скулы моментально снова напряглись. — Я смогу навещать Анечку.

— Дети часто болеют, — напряжённо продолжил князь тему, — особенно маленькие. Неужели вы оставите ребёнка с няней, если он заболеет?

— Аглая имеет большой опыт в этом деле и точно знает, что в таком случае предпринять, — конечно, говорить колдуну, что буду беречь сына с помощью чудесных узоров, я не стала, так как была уверена в том, что серьёзные болезни моему малышу точно не грозят.

— Смотрю, вы хорошо подготовились к разговору, мадам Ивели, — неожиданно глаза Воронцова потемнели, казалось, будто сама бездна смотрела на меня. Холодные мурашки побежали по моей коже. — Только всё зря…

— Прекратите применять свою силу ко мне! — я не выдержала и подскочила со стула. — Довольно!

Воронцов удивлённо вскинул брови и тоже поднялся с кресла.

— Как вы это поняли? — его глаза тут же поменяли цвет на привычный синий. — На вас стоит защита?

— Да, именно! — ухватилась я за соломинку, поняв, что чуть не выдала себя с головой. Ведь Мария не смогла бы сопротивляться его колдовским чарам. — Или вы думали, я так глупа, что снова попадусь на ваш крючок?

Не успела я понять, что происходит, как Воронцов моментально оказался возле меня и схватил за запястье. Даже сквозь перчатку я ощутила его горячие пальцы. Наши взгляды схлестнулись в невидимой схватке.

— Александр, ты переходишь все границы! — Ланской тут же оказался рядом. — Отпусти руку Марии.

Князь словно не слышал друга и продолжал сверлить меня взглядом. Вдруг крестик на груди нагрелся так сильно, что едва не обжигал кожу. Я поджала губы, чтобы не вскрикнуть.

— Да, чувствую на тебе мощный защитный артефакт, — процедил Воронцов и отпустил мою руку. Крестик тут же начал остывать. Выходит, князь ощутил именно его, тем самым ещё раз подтвердив мою догадку, что вещица магическая. Значит, крестик спас меня от чар или хотя бы дал Воронцову гарантированное объяснение того, почему его колдовство на меня не действует.

— Удостоверились? — гордо приподняла я подбородок. — Ваши чары на меня больше не действуют.

— Александр, хочу напомнить тебе, что Мария Павловна пришла сюда по делу, — снова вмешался Ланской. — Я не понимаю, отчего ты так упёрся и не разрешаешь бывшей жене видеться с дочерью. Мария мать Анны, она не перестала ей быть после расторжения вашего брака.

— Дмитрий, не стоит вмешиваться в чужие дела. Я считаю, что Мария не заслужила того, чтобы называться матерью Анны, — видно, что князь сдерживал эмоции, подбирая слова.

— Вот тут я с тобой не соглашусь, — Ланской встал напротив Воронцова, приблизившись к нему почти вплотную. — Я тебе сразу говорил, что в измене твоей жены не всё так однозначно. Ты в порыве ревности и гнева мог не обратить внимания на некоторые детали.

— Как ты можешь рассуждать об этом, когда тебя в тот момент рядом даже не было? — венка на виске Воронцова набухла сильнее. — Я ещё раз говорю тебе, Дмитрий:, не лезь не в своё дело. Давай не будем портить наши дружеские отношения.

— Может, это не моё дело, но я не могу оставаться в стороне. Мария Павловна работает на меня. За это время я успел понять, какая она на самом деле, — голос моего заказчика звучал уверенно. — Ответственная, целеустремлённая, и честь для неё не пустое слово. Мария достойна того, чтобы видеться с дочерью. Разреши ей навещать Анну.

Я дар речи потеряла. Не ожидала, что Ланской вступится за меня. Воронцов отвёл взгляд от друга и посмотрел на меня, словно решил проверить, точно ли Ланской говорит сейчас обо мне.

— Ваше Сиятельство, поверьте, у меня нет злых умыслов, — я почувствовала, что речь Дмитрия всё же возымела действие на князя и тот задумался. — Я не собираюсь вредить вам или вашим родным. Я просто хочу навещать дочь раз в неделю. Можно устраивать встречи на нейтральной территории, например, прогуляться с Анечкой в парке пару часов. Разве я многого прошу? Пожалейте дочь, ей ведь плохо без меня.

Я не стала говорить о своих чувствах, о том, что мне тоже горько и тяжело, решив сделать упор на отцовскую любовь к дочери. Воронцову ведь всё равно, что я чувствую, и не стоит тешить его самолюбие тем, что бывшая жена страдает.

Взгляд князя смягчился, когда я закончила говорить. Мы стояли и спокойно смотрели друг на друга. Теперь Воронцов точно не применял колдовство, и вдруг я ощутила его боль утраты. Не знаю, откуда пришло это понимание, но я чувствовала, что князь страдает оттого, что его брак разрушен, что между ним и бывшей женой образовалась огромная пропасть.

— Раз в две недели, по субботам в полдень. Прошу не опаздывать, в следующую субботу жду вас у ворот своего дома, — быстро отчеканил Воронцов, развернулся и вылетел из кабинета, хлопнув дверью.

Я обернулась к Ланскому, ничего не понимая.

— Он разрешил мне видеться с дочерью? — ошеломлённо смотрела я на Дмитрия.

— Именно, Мария Павловна, — искренне улыбался мужчина. — Рад за вас. Вы выдержали этот непростой разговор с бывшим мужем.

Ноги вдруг стали ватными, и я, прикрыв глаза, тихо опустилась на стул. Сердце до сих пор билось в груди, как сумасшедшее. Глаза защипало от непрошеных слёз. Неужели у меня получилось? Солёная капелька побежала по щеке, оставляя влажную дорожку на коже.

— Мария Павловна, — растерялся Ланской и неожиданно опустился передо мной на колено, заглядывая в глаза, — не нужно плакать.

— Я не плачу, — выдохнула я, подняв голову. Пора взять себя в руки. — Спасибо вам большое, Дмитрий Васильевич. Вы мне очень помогли.

— Это разве помощь? — он смущённо пожал плечами. — Вернёмся сейчас в ресторан, и я действительно помогу вам. На открытие обещала прийти Софья Алексеевна Гагарина, жена владельца доходного дома на Кузнецком мосту. Она знаменита своей любовью к французскому шику. Уверен, вы заинтересуете её, а Софья Алексеевна сможет уговорить мужа найти для вас помещение по приемлемой цене. Вы же хотите открыть свой салон на Кузнецком мосту?

— Хочу, — я смотрела во все глаза на Ланского. — Только я ещё не нашла желающих вложиться в моё дело. На аренду и оборудование салона нужны деньги.

— Я дам вам нужную сумму, без процентов. Отдадите, как только сможете, — огорошил меня мужчина. И я снова потеряла дар речи. — Я верю в вас, Мария Павловна. У вас непременно всё получится.