Глава 32. Пора домой

Ночью я просыпалась несколько раз, чтобы проверить, есть ли жар у Анечки. И вот, в очередной раз потрогав лоб дочки, поняла, что температура спала: лоб был прохладным и покрылся испариной.

Только я облегчённо вздохнула, приподняв голову, как в полумраке догорающей свечи заметила на постели князя по другую сторону от малышки. Воронцов в рубашке и в брюках лежал на боку, подперев голову рукой. От его пронзительного взгляда у меня по коже побежали холодные мурашки. Что он тут делает? Пришёл проверить дочь? Мы молча смотрели друг на друга, пока я не выдержала и отвела взгляд.

— Мари, скажи, почему это произошло с нами? — его тихий голос был полон горечи.

— Этот вопрос задайте себе, Ваша Светлость, — еле слышно ответила я, смотря в потолок. И снова молчание воцарилось в комнате, только тихое сопение Анечки напоминало, что это не сон.

Повернув голову, я с удивлением смотрела на пустое место возле дочери. Воронцов словно испарился. Ни шороха, ни звука. Как он ушёл? А может, мне привиделось? Ну нет, не сошла же я с ума. Князь точно был тут. Интересно, как долго он лежал рядом и наблюдал за мной?

Утром меня разбудил тихий шёпот:

— Мама, — девочка прижалась ко мне, обнимая за шею.

— Ангелочек мой, — я поцеловала её в лобик. Он был прохладным, и это радовало. — Как ты себя чувствуешь?

— Холосо, — голос её звучал намного бодрее, чем вчера, сыпь на лице стала бледнее.

— Замечательно, — я гладила её по волосам. Никто нам не мешал побыть вдвоём. Няня ещё не пришла, ни князя, ни его сестры не было. — Давай умоемся и приведём себя в порядок.

После утреннего омовения Аня сидела на кровати, а я расчёсывала её волосы. В комнату вошла няня.

— Батюшки, — ахнула она, не поверив своим глазам, и перекрестилась. — Маленькая княжна пошла на поправку.

— Лихорадка прошла, — улыбнулась я, проводя гребнем по светлым кудряшкам. — Теперь всё будет хорошо.

— Я хосю есть, — пролепетала девочка.

— Фотинья, слышала? Принеси Анечке завтрак, — обрадовалась я тому, что аппетит вернулся к малышке. Няня тут же поспешила на кухню.

Такое счастье видеть, как ребёнок уплетает кашу, ест блинчики с вареньем и пьёт чай. Я не могла наглядеться на дочку, чувствуя, что мы с ней действительно связаны, она моя кровиночка, плоть от плоти. И я всё сделаю для того, чтобы Анечка жила вместе со мной. Воронцов рано или поздно снова женится, такой видный мужчина точно один не останется. Вот пусть новая жена и рожает ему наследников, а Анечку я не отдам. Одно огорчает: забрать дочь прямо сейчас я не могу. Но ничего, придёт мой час.

Когда малышка закончила есть, в спальню вошёл Воронцов.

— Папа! — с радостным криком Анечка потянула ручки к отцу. Князь подхватил её с кровати.

— А кто это у нас такой весёлый? — сюсюкался он с малышкой, обнимая её. — Моя Анюта.

Синие глаза Воронцова светились радостью — всё же дочь он любит и переживает за её здоровье, иначе бы не позвал меня. Он сел в кресло, усадив малышку на колени.

— Ты уже поела? — Первый раз вижу улыбащегося князя; он моментально преобразился, суровость и снобизм пропали, словно передо мной сейчас другой человек.

— Да, — кивнула довольная малышка.

— А мама поела? — и посмотрел на меня. Его улыбка сразу пропала.

— Нет, не ела, — ответила за меня дочка.

— Тогда принесу ей что-нибудь, — удивил меня Воронцов неожиданной фразой. Пересадил девочку на кресло и вышел из комнаты. Что он задумал? Решил принести завтрак для меня?

Так и вышло. Через пятнадцать минут князь вернулся с подносом, на котором стояли тарелка пшённой каши, блины, розетка с вареньем и чашка чая.

— Я проследил — никто, кроме Матрёны, не прикасался к еде, — он поставил на столик поднос. — Теперь ты не боишься есть?

— Теперь я опасаюсь ещё больше за свою жизнь. — Поступок Воронцова меня удивил, но я не собиралась ему доверять.

— Думаешь, это я хотел тебя отравить? — князь сдвинул брови на переносице, поджав недовольно губы.

— Давайте не будем об этом говорить при ребёнке, — процедила я, кивнув в сторону малышки. — Ей ни к чему об этом знать.

— Барин, Дмитрий Васильевич Ланской прибыл, — в комнату вошёл пожилой дворецкий.

— Что ему нужно? — Воронцов с подозрением покосился на меня.

— Говорит, за Марией Павловной приехал, — слуга недоуменно пожал плечами.

— Вы успели охмурить моего компаньона, — князь снова превратился в сурового циника, обращаясь ко мне на вы. Сжав кулаки, он решительно прошагал через комнату и вышел, хлопнув дверью. Вот же псих! Только настроение испортил.

— Мама, посему папа злой? — притихла Анечка, смотря на меня с удивлением.

— Он не злой, мой ангелочек, — я подошла к креслу и присела перед ней. — Он просто переживает за тебя.

— Ты опять уйдёс? — грустно вздохнула малышка.

— Мне нужно ехать домой, — я взяла её маленькую ручку, смотря в синие глаза. — Обещаю, что скоро навещу тебя. Помни, я очень люблю тебя и никогда не брошу.

— Мама, — она кинулась ко мне, повиснув на шее.

— Прости, мой ангелочек, мне правда нужно идти, — сердце разрывалось. Я поцеловала малышку, потрепав её за щеку, и усадила в кресло. — Скоро увидимся.

Скрепя сердце я надела перчатки, шляпку и вышла из спальни. Ноги едва слушались меня. Не знаю, где взять силы, но мне действительно пора. Дома ждёт Аглая, она не меньше меня переживает за Анечку. Очень кстати приехал Ланской. Неужели правда за мной?

Пройдя пару шагов по коридору, я остановилась, так как в метре от меня открылась дверь, из которой вышла бывшая золовка, одетая в чёрное платье.

— Мари, не будь глупой курицей, — зашипела она, словно кобра, приближаясь ко мне. — Хватит терзать Александра и дочь. Твои визиты только усугубляют ваш развод. Анна будет чаще плакать, а Александр…

— Наталья Григорьевна, вам не кажется, что вы перешли границу дозволенного, вмешиваясь не своё дело? — перебила я женщину. — Хочется вам этого или нет, но я буду навещать дочь.

— Это моё дело, — злобно процедила она, — теперь я занимаюсь воспитанием Анюты. Ей будет лучше, если ты исчезнешь из её жизни. Первое время она, конечно, погорюет, но потом забудет тебя.

Я буквально видела весь негатив, который она направила на меня — еле заметная чёрная дымка вилась спиралью вокруг неё, но тут же рассеивалась, не успев коснуться меня. Мой крестик заметно нагрелся. Я едва сдержалась, чтобы не вскрикнуть от ужаса, понимая, что Мария не смогла бы этого увидеть. Неужели Наталья тоже обладает колдовскими чарами, как и её брат?

— Ты сюда больше не придёшь, — чеканила она слова, пристально смотря на меня, и я заметила в её глазах клубящуюся тьму. Точно ведьма! Вот только её сила на меня не действовала, однако я решила подыграть.

— Хорошо, как скажете, Наталья Григорьевна, — натянула я глупую улыбку и пошла дальше по коридору.

Вот она удивится, когда я снова появлюсь здесь. Что-то мне подсказывает, что Наталья вполне могла отравить Марию. Двоих мужей ведь похоронила, став богатой вдовой. Интересно, каким образом они отправились на тот свет? Прицепилась к брату, как пиявка, может, она и разрушила его брак, разыграв измену Марии. Думаю, она на это способна. Только в чём её выгода? Заменить Анечке мать? Вполне возможно, раз своих детей нет.

Спускаясь по лестнице, я услышала приглушённые мужские голоса, доносившиеся из вестибюля, но о чём говорили Воронцов и Ланской, было трудно разобрать. Услышав глухой стук моих каблучков, компаньоны замолчали.

— Добрый день, Дмитрий Васильевич, — улыбнулась я знакомому, когда спустилась вниз. Мужчины стояли рядом. Воронцов сложил руки на груди, молча наблюдая, как я приближаюсь.

— Мария Павловна, счастлив видеть вас и очень рад, что Анечка пошла на поправку, — искренне произнёс мужчина, держа в руках шляпу. — Я приехал за вами, так как Аглая сказала, что вы ночевали здесь, а у меня для вас есть срочные новости, которые не терпят отлагательства.

— Прекрасно, что вы приехали за мной, Дмитрий Васильевич. Благодарю, — я протянула руку, и Ланской поцеловал её. — Не терпится узнать, какие вести вы привезли.

— Давайте я расскажу о них по пути. У нас мало времени, — Дмитрий загадочно улыбнулся. — Александр, увидимся позже.

— Ваша Светлость, — я повернулась к бывшему мужу, смотря на него с надеждой, — насчёт субботы всё остаётся в силе? Я же могу прийти к дочери?

— Безусловно, Мари, — ответил он холодным тоном. — Анюта будет ждать тебя.

— Спасибо. До свидания, — я склонила голову и поспешила выйти. Мне тяжело было уходить из этого дома, но ещё труднее находиться здесь. Самое главное — я помогла дочери, но ради нашего будущего пора заняться делами. Интересно, какие новости привёз Ланской?