Глава 16

Ася привозит меня ко мне в квартиру после выписки и поднимается вместе со мной. Она впервые в моем новом жилище, так что, когда мы заходим, начинает осматриваться, не скрывая своего интереса.

– У тебя тут уютно, – наконец, выносит она вердикт.

Я сажусь на диван, отставляя костыли в сторону, и смотрю на нее, такую красивую в своей рабочей одежде. В блейзере и с туго затянутыми в пучок волосами она похожа на сексуальную начальницу или училку. Так и хочется завалить на этот диван рядом с собой, но этому не бывать. Жалость жалостью, но дальше помощи в повседневных делах ее сердобольность не распространяется.

– Помочь тебе с чем-нибудь, прежде чем я уеду?

– Нет, порядок. Иди на работу, Ась.

– Ладно, пока, – нерешительно мнется она, прежде чем развернуться и уйти.

Черт, я, конечно, попал! Со стоном ложусь на диван, потому что не доползу до спальни. Сложность в трещинах в ребрах, из-за которых любое движение причиняет боль и использование костылей тоже на пользу не пошло. Я уже выпил обезболивающее полчаса назад, так что просто лежу плашмя, глядя в потолок, и чувствую, что меня тянет в сон – побочный эффект от лекарств.

Просыпаюсь, чувствуя себя, как какой-то кисель, выражаясь словами моей жены. За окном уже темно, а на телефоне куча пропущенных. Блин, сегодня же рабочий день!

Поднявшись и кучу времени потратив на посещение туалета, потому что ходить теперь та еще трудность, я успеваю застать последний час рабочего времени и разбираюсь с самыми важными вопросами. Мой зам ведет себя вполне уверенно, а вот личный помощник паникует. Приходится успокаивать и уверять, что не обязательно спрашивать моего разрешения на каждую мелочь. К тому времени, как я заканчиваю, мой желудок уже прилип к спине и требовательно воет, прося еды.

– Кирилл, ты почему не отвечаешь на звонки?! – гневно врывается в квартиру Ася, которой я утром оставил ключи, глядя на меня, как на врага народа. – Я чего только себе не надумала, пока ехала сюда!

– Папотька! – не обращая внимания на злую мать, бежит ко мне Фимка, роняя свой рюкзак на пол.

Я обнимаю малышку и целую ее в макушку.

– Привет, зайчонок!

– Кир! – требует к себе внимания Ася.

– Я спал, а потом разбирался с рабочими вопросами, – говорю я ей. – Извини, не заметил твоих пропущенных, у меня их целая куча на телефоне.

– Больше так не делай! – зло говорит она. – Я думала, ты упал и валяешься без сознания.

– Рад слышать, что ты обо мне волнуешься, – не могу скрыть довольную улыбку.

– Конечно, волнуюсь! Ты иногда такой придурок!

– Плидулок! – радостно повторяет Фима и Ася стонет.

– Нет, Фима, мы же договорились, что не говорим такие слова.

– Но ты зе сказала! – возмущается дочь.

– Я нечаянно, нельзя так говорить, – настаивает Ася. – И вообще, давай, снимай куртку и марш мыть руки! Мы скоро будем ужинать.

– У меня ничего нет, кроме овсянки и йогурта, – сообщаю я ей, потому что перед аварией как раз закончились продукты, а я так и не сходил в супермаркет. Надо бы заказать на дом.

– Я заказала пиццу, ее скоро привезут, – вздыхает Ася, устало садясь в кресло.

– В честь чего нездоровая пища? – удивляюсь я, ведь мы редко такое едим.

– Я спешила и приняла предложение Фимы, потому что не могла думать. Из-за тебя! – обвиняюще смотрит на меня паршивка.

– Эй, я же не с претензией. Буду рад поесть пиццу, – миролюбиво улыбаюсь ей. – Спасибо, что заехала.

Она отводит взгляд и неловко мнется.

– Ладно, я тоже пойду мыть руки, – встает Ася, сбегая вслед за Фимой в ванную.

Я смотрю ей вслед, на то, как покачиваются ее бедра при ходьбе, как по-домашнему выглядят ноги без обуви, наверняка она в соблазнительных чулочках, потому что колготки недолюбливает, и до чего же мне хочется это проверить!

Так, остынь Кирилл! Лучше не углубляться в эту степь. В спортивных штанах очень затруднительно скрывать свой энтузиазм, так что лучше вообще не думать о ней в таком ключе. Точно не тогда, когда рядом крутится наша дочь.

Когда девочки возвращаются, я болтаю с Фимой, которая рассказывает о том, как прошел ее день в садике.

– Валя заболела и не плисла, – говорит дочь и Ася замирает при имени дочери ее Володи.

– Что такое? – спрашиваю я.

– Нет, ничего. Надо будет потом позвонить Володе, он волновался, что у малышки плохой иммунитет. Она часто болеет.

Привозят нашу пиццу и мы садимся есть прямо за журнальным столиком, чтобы мне не ковылять до кухни. Потом Фима начинает требовать мультики.

– Нам пора домой, зайчонок, – говорит Ася.

– Но мамотька, я не хотю! – дуется дочка. – Давай останемся у папы.

– Фима, нам пора, – тверже говорит Ася. – У меня еще куча дел, а ты не можешь пока остаться у папы с ночевкой, потому что он болеет.

– Папе нейзя одному, он болеет, – упрямо смотрит на мать Фима и я решаю вмешаться.

– Слушайся маму, зайчонок. Со мной все будет хорошо, дядя Фея придет со мной посидеть.

– Тосно? – с подозрением смотрит на меня дочь.

– Конечно, когда я тебя обманывал? – округляю глаза. – Давай, поцелуй папу и иди собирай свои раскраски.

– Холосо, – вздыхает малышка. – Но я плиду завтла, да мама?

– Да, – соглашается Ася.

Малышка идет собирать свои вещи с кухонного стола, а Ася смотрит на меня, прищурившись.

– Фед действительно придет?

– Не-а, – ухмыляюсь я. – Я взрослый мальчик, Ася, и могу побыть один, даже несмотря на травмы.

– Я в этом и не сомневалась, – задирает нос притворщица, хотя я знаю, как она переживает.

Моя чувствительная девочка. Гнусно играть на ее чувствах, но другого выхода нет. Надо избавляться от Владимира и возвращать свою жену. А если придется для этого хитрить и давить на жалость, то я это сделаю. Сегодня она убедилась, что я пытаюсь справляться самостоятельно и это не вызывает у нее подозрений. Завтра я, возможно, стану немного беспомощнее и мне понадобится помощь с душем, например. Очень сложно мыться, когда больно даже лишний раз двинуться из-за моих ребер, так что Ася могла бы мне немного помочь с этим.

***

Меня прокатили с проектом мечты! Блин, я так зла, что хочется выпрыгнуть из собственной кожи! И ладно, если бы его получила моя главная конкурентка, коллега-цербер, но не-е-е-е-т! Проект отдали тупой рыжей красотке, которая флиртует с начальником, а может, и не просто флиртует. В общем, день прошел хуже некуда и обычно мне в таких случаях помогал злой секс с мужем, но мужа давно нет, а Володя…

С Володей все сложно. Мы не виделись после своего фиаско в ночь аварии Кира, потому что занята была не только я, но и он из-за своей заболевшей дочки. А даже если бы мы и могли увидеться, я опытным путем уже выяснила, что со мной что-то не так, раз я не могу заняться сексом с собственным молодым человеком.

По пути в садик за Фимой я понимаю, что мне нужно и к Киру сегодня заехать. Вчера я не стала этого делать, потому что наши друзья собирались его навестить и я решила, что могу этот вечер провести с пользой, занимаясь домашними делами. А утром он прислал сообщение, что ему нужна моя помощь и попросил заехать после работы. Не то, чтобы я обязана это делать, но это же Кир. Я не могу просто бросить его, когда он находится в таком беспомощном состоянии.

– Мамотька, я хотю есть! – требует Фима по пути в его квартиру.

– Мы купим чего-нибудь и покушаем с папой, зайчонок, – говорю я ей.

– Пиццу? – оживляется она, глядя на меня обманчиво невинным взглядом.

– Нет, не пиццу, – отказываю я, потому что тверда в своей позиции относительно здоровой еды.

В прошлый наш визит я заметила, что на коммерческом этаже дома, где живет Кир, открылся новый ресторан, откуда я и беру нам на вынос разнообразные боулы и фруктовые смузи. Кир, как и я, любит говядину, а наша малышка предпочитает курицу, так что едой мы в принципе остаемся довольны, хоть это и не пицца.

– Зайчонок, ты посмотришь мультики, пока мама помогает мне? – спрашивает Кир у дочки, когда мы заканчиваем ужинать.

– Да! – радуется Фимка, бегом летя на диван.

Я убираю остатки еды, пока Кир включает ей ее любимый детский канал, размышляя о том, с чем ему нужна моя помощь, потому что прямо он не ответил, да и вообще, ведет себя как-то загадочно.

– Я все, – с ожиданием смотрю на него, когда заканчиваю на кухне.

– Захвати пищевую пленку из нижнего ящика и идем в ванную, – говорит он, ковыляя в ту сторону.

Тут-то я и понимаю, что Кир наверняка хочет принять душ, а я должна обмотать его гипс пленкой, так как он не может наклониться из-за травмированных ребер. Что ж, с этим я могу ему помочь.

– Ты хочешь в душ? – спрашиваю, заходя в его просторную ванную.

Здесь уже стоит небольшой пластиковый табурет, который он уже установил в душе и сел на него прямо в одежде, оставив стеклянную дверь открытой для меня.

– Да, но мне нужна небольшая помощь, – взглядом, которым его дочь просила у меня пиццу, смотрит на меня Кирилл. – Ребра очень болят, помоги, а?

– Конечно, я без проблем обмотаю тебя пленкой, – присаживаюсь перед ним на корточки, чтобы приступить к делу, но понимаю, что штаны придется снять перед этой процедурой.

– Может, лучше сначала раздеться? – спрашивает он, поигрывая бровями.

– То, что я твоя бывшая – не значит, что можно при мне раздеваться, – осаживаю его, потому что знаю, что в Кире нет ни одного грамма застенчивости и стыда. Ему-то ничего не стоит полностью раздеться передо мной. – Снимай только штаны, а потом я обмотаю твою ногу и выйду.

– Вообще-то, мне еще нужна помощь с волосами, – морщится он. – Можешь помыть мне голову? Я не могу поднять руки.

– Тогда я намочу свою одежду! – возмущаюсь я, глядя на свой дорогущий рабочий костюм, предназначенный только для сухой чистки.

– Переоденься в одну из моих футболок, пока мы не закончим, – предлагает он, словно в этом нет ничего страшного.

– Какой же ты нахал, Кир! Может мне вообще тебя всего искупать?

– Я бы не возражал, мне адски больно, – морщится он, хватаясь за ребра. – Знаешь, с каким трудом я сегодня утром надел чистую футболку? Я бы не стал тебя просить о помощи, чтобы поиздеваться. Просто Фед не смог сегодня заехать, я изначально его попросил, а мне уже тошно сидеть немытым третий день.

Конечно, он не издевается, но и не понимает, что я чувствую себя неудобно из-за такой интимной услуги, в отличие от него. Но оставить Кира самому мучиться тоже не вариант, меня ведь потом совесть заест. Придется взять себя в руки и перетерпеть.

– Ладно, сиди здесь, пока я переодеваюсь, – тяжело вздыхаю, глядя в его благодарную мордашку – спектакль опытного манипулятора. – Но я только помою тебе голову и спину, понял? И ты останешься в трусах, а в следующий раз подождешь, пока Алекс или Фед не смогут тебя выручить, иначе я позову папу. Это не нормально просить меня о такой интимной помощи, Кир.

– Да чего ты там не видела…

– Не смей! – строго наставляю на него палец. – Мы не будем в это углубляться. Просто нет и все.

– Хорошо-хорошо, но сегодня-то ты мне поможешь? – делает он невинное лицо. – Иди, покопайся в моем шкафу, там найдешь во что переодеться.

Тяжело вздохнув, я разворачиваюсь и иду в его спальню. Не собираюсь разгуливать перед ним в одной футболке, что бы он там себе не думал, поэтому ищу шорты на завязках, которые точно с меня не свалятся, а потом аккуратно вешаю свой костюм и надеваю одну из его футболок, завязывая ее узлом на талии, чтобы широкий подол не мешался, и туго затягиваю шорты, доходящие мне почти до колен. Видок в зеркале нелепый, но я и не стремлюсь искушать бывшего мужа сексуальным нарядом, так что сойдет.