Глава 20

Я не видела Кира чуть больше месяца, предпочитая, чтобы Фиму и дальше отводил к ней папа или Вера. Радует хоть, что они тактично не расспрашивали на меня и не уговаривали помириться с ним. Но увидеться все же придется, потому что у папы день рождения через несколько дней.

– Какая бы кошка не пробежала между вами с Кириллом, постарайся, пожалуйста, вести себя дружелюбно хоть один вечер, – попросила меня Вера, словно я могу испортить папе праздник.

Естественно, я заверила, что все будет отлично и продолжила поиски подарка в интернете, лишь бы не думать о скорой встрече с бывшим мужем, а думала я о нем часто с того дня, как мы совершили ту ошибку.

Наконец, в день рождения папы, я беру Фиму, наряженную по этому случаю в кружевное красное платьице с черным пояском, сама обойдясь не слишком вычурным, простым зеленым платьем-миди с длинными рукавами и квадратным вырезом, и особо не красясь, еду к дому родителей. Праздновать решили в небольшом кругу за домашним ужином и, кроме нашей семьи, из гостей планируются только старый друг папы со своей женой.

Кира я замечаю сразу, как только вхожу в гостиную. Мы с Фимой приехали позже всех и все уже собрались. Мой бывший расслабленно развалился на диване рядом с Верой, но стоит мне войти, как тут же впивается в меня острым взглядом, который я игнорирую, здороваясь со всеми и расцеловывая папу, после чего Фима отталкивает меня в сторонку, протягивая ему подарок и нетерпеливо подпрыгивая на месте.

– Деда, отклой его! Отклой сейчас! – требует она, вертясь у его ног, как взволнованный щеночек.

– Подарки открываем после ужина, ты уже забыла? – напоминаю я маленькой хитрюге.

Она тут же сдувается и жалобно смотрит на деда, который со смешком кладет подарок на стол и подхватывает малышку на руки, подбрасывая в воздух и звонко целуя в круглые щечки.

– Я уже проголодался, Фимка, пойдем кушать? Будешь сидеть рядом со мной, как самый любимый гость.

– Холосо, деда, пойдем, – грустно вздыхает маленькая манипуляторша и папа без дальнейших церемоний первым садится за стол, подавая всем сигнал следовать его примеру.

Я предусмотрительно сажусь между Верой и дядей Виталей – папиным другом. Киру достается место напротив, рядом с его женой тетей Машей. Я заметила, что Кир уже без гипса на ноге, но не стала задерживать взгляд и вообще, меня страх берет при мысли, что придется встретиться с ним лицом к лицу. Пока тактика игнорирования работает отлично, но я не готова с ним разговаривать. Вообще ни о чем.

Чтобы никто не обратил внимания на напряжение между нами, я активно вступаю в разговор за столом, который больше ведут папа и дядя Виталя, да изредка перехватывает тетя Маша. Вера с Киром в основном просто слушают и это мне на руку. Никто ничего не замечает за все время, что мы едим, а потом, убрав со стола, пьем чай с тортом. А когда приходит время разойтись по домам, то и вовсе радуюсь тому, как отлично все прошло.

– Ася, ты не принесешь мои очки? Я их, кажется, оставила на столе, – уже у входной двери, обувшись и приготовившись выйти, останавливается тетя Маша.

– Конечно, – иду я обратно, но никаких очков в поле зрения не вижу.

Внезапно на мою руку ложатся теплые пальцы и обернувшись, я вздрагиваю, потому что оказываюсь лицом к лицу с Киром.

– Пойдем-ка на кухню, – тянет он меня в ту сторону.

– Мне нужно найти очки, – отпираюсь я, глядя ему куда-то в район груди, обтянутой черной рубашкой.

– Их уже нашли на лбу тети Маши, а мне есть, что тебе сказать, – чеканит он, упрямо утягивая меня за собой на кухню и закрывая за нами дверь.

– Что? – нервно выдохнув, складываю я руки на груди, отойдя от него на пару шагов назад.

– Может, для начала посмотришь на меня?

– Я смотрю на тебя, – упрямо сжимаю губы.

– Ты смотришь на мою рубашку, мелочь, – устало вздыхает он.

– Я же просила не называть меня так!

– А я просил меня не игнорировать, но смотри-ка, ни один из нас не слушает другого.

– Ладно, – смотрю ему в глаза впервые с того самого дня.

Кир все еще осунувшийся, щеки впали и в отличие от меня, он и внешне выглядит несчастным. Неужели травмы так на него повлияли? Не поверю, что он способен чувствовать хоть мизерный процент тех чувств, что бушуют в моей груди благодаря ему.

– Ася, – говорит он мое имя и замолкает, словно не помнит, что хотел сказать.

– Я Ася, и? О чем ты хотел поговорить?

– Ты меня избегаешь. Я хочу знать, как это исправить. Потому что мне не нравится то, во что превратились наши отношения. Я скучаю по тебе, понимаешь? И очень паршиво себя чувствую из-за того, что настолько тебя расстроил.

Ох… Я не этого ожидала. Думала, он будет напоминать о нашем сексе, будет говорить всякую чушь, словно это ничего не значило и я просто остро реагирую на пустяк. Что я зря его избегаю и нам лучше вернуться к прежним отношениям, до того рокового дня, когда мы потеряли голову. Но это? Я не знаю, что сказать. Теперь я чувствую себя идиоткой, которая, впрямь, слишком остро отреагировала и надумала себе всякого.

– Мне нужно было время примириться с тем, что произошло, – неловко откашливаюсь я. – Это было недопустимо, Кир, потому что я тогда была несвободна и чувствовала себя потом последней дрянью перед Володей.

– Понимаю, – резко кивает он, но что-то непохоже. Я знаю это выражение лица, Кир сердится. – А теперь что? Ты уже примирилась или тебе нужно еще больше времени вдали от меня? А может, твой Володя теперь вообще не хочет, чтобы мы общались? Если ты ему, конечно, рассказала.

– Не рассказала, – сжимаю губы, не желая оправдываться. – Мы расстались, так что это больше не имеет смысла. Разве Фед тебе не сказал? Я бы не удивилась, потому что, как оказывается, он в курсе многих моих дел благодаря Ване.

Скрыть горечь не получается. Я все еще немного обижена на Ваню, но про расставание с Володей она знает, хоть и обещала держать это при себе.

– Я впервые об этом слышу, – хмурится Кирилл. – А родители в курсе? Они мне тоже ничего не говорили.

– О чем мы тебе не говорили? – заглядывает на кухню папа и я понимаю, что поделиться новостями придется.

– Я просто не хотела раздувать из мухи слона, – признаюсь я. – Мы с Володей расстались и так как я вас с ним еще даже не знакомила, то подумала, что это неважно.

– И что, что не знакомила? – хмурится папа. – Мы же знали, что у тебя новые отношения, радовались за тебя, хоть ты и не спешила знакомить. Могла бы и рассказать, что ничего не вышло.

– Ты прав, прости, пап. Не сердись, ладно? Оно и к лучшему, мы с Володей не подходили друг другу. Но давайте на этом закроем эту тему? Мое сердце не разбито и я в полном порядке. К тому же, нам с Фимой и правда уже пора домой, пока ее режим окончательно не сбился. Поздно уже.

– Ладно, идите, – вздыхает папа. – Кирилл, ты останься. У меня к тебе дело.

Киру это явно не нравится, а вот я ликую от радости. Фух, папа меня спас от него!

– Ладно, папуль, не провожай нас второй раз, – целую его в щеку, выходя из кухни. – Спокойной ночи!

– Я провожу, – настаивает Кир и идет за мной до прихожей, где нетерпеливо дожидается Фима. – Разблокируй меня, Ася, мы не договорили, – говорит он мне, пока я надеваю свои ботинки, а потом целует дочь. – Или позвони мне сама.

«Как бы не так!» – думаю я, спускаясь потом в лифте. Не собираюсь я ему звонить, ни за что! Эта встреча только в очередной раз доказала, что я совершенно не готова пока общаться с Киром. Мне нужно утихомирить свои чувства, прежде чем я снова смогу нормально воспринимать его присутствие рядом.

***

Я надеялся, что если дам ей немного времени, то Ася успокоится, но встреча на дне рождения отца показала, что это и близко не так. Она не разблокировала мой номер и не позвонила мне сама. Так что я решил пойти на хитрость и договорился с дядей Петей, который с энтузиазмом принял мою идею семейного отдыха. Все-таки, прежде чем начать откровенно преследовать бывшую жену, что вызовет агрессию, неплохо бы постараться воздействовать на ее эмоции посредством старой доброй ностальгии.

Есть в нашей семье традиция, которая длится еще с моих подростковых лет: мы ездим отдыхать в небольшой загородный комплекс в лесистой местности, который хоть и претерпел изменения за последние годы, но все равно остался нашим местом сбора. В этом году мы еще не ездили и я предложил дяде Пете собраться в ближайшую дату, которую Ася сможет освободить от работы. Пришлось ждать почти неделю, но Ася согласилась на следующие выходные, так что я собрался и выехал пораньше, чтобы все подготовить.

***

– Разве мы будем жить не в нашем доме? – удивленно смотрю я на папу, когда нам выдают ключи на ресепшен.

Каждый раз, когда мы приезжаем на отдых в этот комплекс, то занимаем один и тот же коттедж, заранее его бронируя. Ни разу не было такого, чтобы пришлось останавливаться в номерах.

– Не успел забронировать, Ась, – вздыхает папа. – Но завтра он освободится и мы сможем въехать на одну ночь. А пока, мы с Верой заняли двухместный домик. Ты ведь не хочешь жить там с Киром, да?

– Нет, нам с Фимой будет удобнее в номере! – прихожу я в ужас от перспективы делить с бывшим мужем маленький бревенчатый домик на двоих.

– Я так и подумал, – улыбается папа. – Идите тогда, распаковывайтесь. Встретимся через полчаса в ресторане, я дико голодный.

– Ладно, – соглашаюсь я и взяв свою сумку, иду к Фиме, разглядывающей рыбок в аквариуме. – Пойдем, зайчонок.

– Мама, а поцему мы не в домике? – хмурит бровки моя девочка, как только мы заходим в просторный номер на третьем этаже.

– В домике сегодня занято, мы завтра туда переедем, – вздыхаю я.

– И будем купаться на клысе? – воодушевляется Фима, имея в виду джакузи на открытой терассе.

– Слишком холодно для купаний, – возражаю я. – Ты ведь не хочешь заболеть?

– Так неинтелесно-о-о-о, – недовольно тянет малышка.

– Тут куча всего интересного, зайчонок, – щелкаю ее по носу. – Мы сейчас пойдем кушать, а потом погуляем. Тебе нужно в туалет перед этим?

– Да, но я сама!

– Ладно-ладно, большая девочка, – посмеиваюсь я, проверяя туалет, прежде чем запустить ее туда.

Раздается стук в дверь и я распахиваю ее, совершенно не ожидая увидеть Кира.

– Ой…

– Привет, – хмуро говорит он, оглядывая меня с ног до головы.

Я сняла пальто, под которое надела теплые леггинсы и широкую толстовку, так что ничего необычного и сексуального он там не увидел.

– Привет, Кир, – вздыхаю, беря себя в руки.

– Я за вами, дядя Петя сказал, что ждет в ресторане.

– А, хорошо, – растеряно смотрю на него, потому что чувствую себя отчего-то неуклюжей дурочкой, не способной связать и двух слов. – Фима выйдет из ванной и пойдем.

– Мамотька, я все! – тут же раздается жизнерадостный голос нашей дочери. – Я помыла руцки! Папа!

Заметив Кира, она бежит к нему и прыгает в объятия с громким визгом. Тот обнимает ее, присев на колени, но не поднимает на руки, как обычно, и я вспоминаю о его ребрах, которые, вероятно, не полностью зажили.

– Привет, зайчонок, – улыбается он. – Пойдем есть, а?

– Да!

– Идем, Ась, – обращается он уже ко мне, выводя Фиму за руку из номера и идя вниз по коридору.

Захватив ключ-карту, я догоняю их и молча слушаю трескотню Фимы, пока не рассаживаемся за столом в ресторане, где уже ждут папа и Вера.

Ужин проходит в непринужденной обстановке, а Кир ведет себя так, словно между нами нет никакого напряжения, из-за чего я потихоньку расслабляюсь и тоже втягиваюсь в общий разговор. Потом мы идем гулять по территории всей семьей, пьем чай с вкусняшками у озера, снова гуляем и после ужина уже в другом ресторане, решаем разойтись по своим номерам. Папа с Верой идут в домик, а Кир провожает нас с дочкой до двери номера.

– Я остановился в триста шестом дальше по коридору, – довольно прохладно говорит он мне. – Если что-то понадобится, то стучись.

– Хорошо, – киваю я.

– Зайчонок, поцелуй папу на ночь, – склоняется он над дочерью.

Та слюнявит его в обе щеки и пожелав «Спокойной ноци» заходит в наш номер. Кир просто кивает мне и идет дальше, словно ему не терпится поскорее от нас сбежать, а я закрываю свою дверь и прислонившись к ней спиной, пытаюсь сдержать глупые слезы.

Я все поняла. Кирилл, все-таки, прислушался к моим словам и принял решение делать вид, что между нами ничего не произошло. Он решил вернуться к нашим прежним отношениям. Мирным, отстраненным, почти дружеским отношениям, которые образовались после нашего развода. И ему, видимо, уже надоело или просто стало плевать на меня. Возможно, он просто закрыл гештальт этим сексом. И все, двигается дальше. Я ему не нужна. Ему просто нужно наладить со мной отношения ради нашей дочери. А я, тупая идиотка, надумала себе всякого! Ведь даже на дне рождения папы он говорил о том, что хочет помириться. Не о том, что хочет быть со мной снова! А я выставила себя полной дурой, бегая от него, словно он только и ждет, чтобы наброситься на меня, как объятый страстью влюбленный. Черт, ну как же это больно и унизительно!